Территория бреда

– Ну, начнем с того, что мне было довольно сложно тебя перебить, даже если бы я захотел. В прошлый раз, когда мы виделись, судя по записям, ты был намного тише и спокойнее. Когда ты был у меня?

– Примерно два года назад.

– Два года… Если я правильно помню, – у тебя была довольно глубокая депрессия. А теперь я вижу кардинально противоположную картину. Похоже, антидепрессанты подействовали сильнее, чем я планировал, и спровоцировали острую маниакальную фазу. Если бы ты пришел на прием через несколько месяцев, как я советовал, тогда мы бы сразу обнаружили проблему: антидепрессанты давно стоило отменить, нормотимики – назначить.

– Да, но зачем! когда и так все отлично. Таблетки, что вы мне прописали, сделали меня самым счастливым, самым успешным, самым пробивным и общительным, самым энергичным, бесстрашным и уверенным в себе. Если бы не вы, я так и работал бы в магазине одежды и вряд ли когда-нибудь решился что-то поменять. Я считал себя ничтожеством: глупым и безнадежным, а вы подарили мне силу и веру в себя. Теперь у меня все замечательно. Теперь у меня все лучше всех.

– Да, это я вижу. Все отлично, замечательно, лучше всех. Куча сил и энергии, да только временно это все. Ты берешь ресурсы организма в кредит и рано или поздно тебе придется расплачиваться. Я крайне удивлен, что ты до сих пор продержался именно в этой фазе, а не скатился обратно в депрессию, которая неминуемо ждет тебя. Я выписал антидепрессанты на полгода, но, сдается мне, что принимал ты их намного дольше.

Доктор пытался придерживаться роли непредвзятого слушателя, но я все же заметил перемену в его лице и речи. Он явно был недоволен и осуждал мое поведение. Что ж, я пришел, чтобы рассказать все откровенно, несмотря на то, что по этому поводу думает мой психотерапевт:

– Да, я принимаю их до сих пор. Когда срок действия рецепта заканчивался, я обошел, наверное, аптек пятнадцать, и закупился на будущее, чтобы зря вас не беспокоить. Да и отдавать деньги за полноценный прием только ради рецепта, простите, мне кажется, бессмысленно. Сейчас, правда, заканчивается последняя упаковка…

– И ты пришел за новым рецептом? – перебил меня врач.

– Нет, – протянул я. – Во-первых, я не дурак и понимаю, что вы после такого откровения вряд ли выпишете мне еще хоть что-нибудь. Во-вторых, я не считаю, что они мне еще пригодятся. В течение этого времени я столько занимался самосовершенствованием и добился таких успехов, что уверен: теперь мне никакие таблетки не нужны, чтобы быть счастливым. Теперь я сам контролирую свою жизнь.

– Во-первых, – начал доктор, будто парадируя меня, – ты прав, и антидепрессанты я тебе не выпишу. Во-вторых, я рад, что ты так уверен в себе, но, – подчеркнул он, подняв указательный палец, – если те симптомы, что мы видим сейчас, указывают на затянувшуюся маниакальную фазу биполярного аффективного расстройства, то хочешь ты этого или нет, но в скором времени, вероятнее всего, тебя ждет долгая и страшная депрессия, в разы сильнее, чем та, что была на тот момент, когда ты посещал меня в прошлый раз. И вот тогда у нас будет совсем другой разговор, вплоть до помещения тебя в стационар, если, конечно, ты не окажешься там раньше с симптомами острого психоза, – добавил он едва слышно. – Хотел бы я ошибаться, но опыт указывает именно на это. И в-третьих, я бы мог прописать тебе нормотимики, лекарства, способствующие стабилизации состояния при подобных расстройствах, но похоже, этого самого расстройства ты не признаешь и вряд ли согласишь принимать что-либо.

Я покачал головой в знак согласия.

– Так зачем ты пришел? – нахмурился доктор. – Похвалиться историей успеха? Это ты мог сделать и в кругу друзей, да хоть первому встречному в автобусе или за барной стойкой рассказать. Зачем было отдавать деньги за сеанс, который, по-твоему, не стоит даже продления рецепта, в коем ты больше не нуждаешься?

Я улыбнулся, предвкушая самую интересную часть своего рассказа:

– Понимаете… то, что вы сейчас услышали, это лишь правильная версия, известная всем вокруг. История о немыслимой удаче и упорном труде, которую я излагаю во второй книге, но есть и другая сторона: темная, так сказать. Этого я не могу написать и уж тем более рассказать своему окружению, а очень хочется. А раз уж я в прошлую нашу встречу открывал вам свою душу, и мы немного породнились, то я решил, что смогу доверить вам одну тайну. Иначе просто взорвусь. Я же могу рассчитывать на конфиденциальность?

– Конечно, если ты никого не убил, я с радостью тебя выслушаю и сохраню этот разговор между нами. У нас есть еще двадцать минут – ты можешь высказать все, что тебя беспокоит, – с неподдельным любопытством ответил доктор.

– Спасибо, док, вы не пожалеете, – произнес я максимально пафосно, представляя себя МакМерфи в исполнении Джека Николсона. – Как вы помните, долгое время я был в депрессии, что сильно портило мне жизнь, пока не получил от вас рецепт на волшебные таблетки. Принимая их, я обрел сверхспособности. Я стал быстрее, сильнее, умнее, а главное, увереннее в себе. При этом я не стал другим человеком. Я ощутил себя именно тем, кем и должен был всегда быть. Я будто всю жизнь провел в смирительной рубашке, а вы помогли мне ее снять, порвать, сжечь и навсегда обрести свободу.

Как именно к этому пришел, я уже рассказывал, поэтому просто напомню, что дал себе обещание стать всемирно известным писателем. Я шел к этой цели. Старался изо всех сил. Но ничего не получалось.

Я участвовал в литературных конкурсах и марафонах. Размещал электронную версию на различных площадках, звонил и писал в издательства, рассылал свою первую рукопись по почте электронной и физической, распечатав тысячи листов А4. Я был на грани, но ни одного ответа не получил ни от кого. Самое страшное, что я даже не знаю, видели ли мою книгу, или она до сих пор пылится в каком-нибудь подвале, помойке или просто затерялась на почте.

У меня не было больше ни сил, ни желания действовать по правилам – пришлось пробиваться сразу наверх. Я выяснил, что генеральным директором издательства «АиСТ» является Константин Авсеев, нашел его в соцсетях и стал мониторить.

Я просмотрел все его посты, почитал, что пишут о нем в интернете, полистал страницы издательства и понял: Константин идеально подходит для моего плана.

Почему именно он? Все просто: меня заинтересовала его дочь, Лика, довольно известная писательница на ЛитМете, начитавшаяся книг вроде «Атлант расправил плечи» и выступающая против деятельности крупных издательств и, естественно, – своего отца.

Я сделал ставку на ее бунтарский характер и постарался навести на ЛитМете максимально громкую суету, чтобы привлечь ее внимание. Это сработало. А бонусом – немало подписчиков.

Мы стали общаться как хорошие друзья. Сначала я пытался побольше разузнать о самой Лике и добиться ее симпатии, но свою личность она держала в секрете и вела себя довольно холодно, когда я заговаривал о возможной встрече. Зато про отца рассказывала с большим удовольствием и в мельчайших подробностях, умалчивая только имя, полагая, что я не знаю, кто она на самом деле.

Я выяснил, что Константин – ярый фанат здорового образа жизни и чуть ли не ночует в спортзале. Оно из его спортивных достижений – пятьсот отжиманий за полчаса. Обычный человек даже не обратил бы на эту информацию внимания или пассивно позавидовал результату, но только не я. Я должен был доказать себе, что не хуже генерального директора, а может, и лучше. Поэтому поставил цель отжаться тысячу раз и сделал это, как вы помните.

Но главное, что я выведал у Лики – ее отец чаще всего оставляет машину около парка, через который прогуливается до работы в издательство.

Поэтому я стал по вечерам посещать этот парк под видом продажи книг. Некоторые, кстати, я и правда продал. Я надеялся, что Константин меня заметит, но он проходил мимо, не обращая на меня внимания.

Я старался как мог, но никакой реакции не было. Я даже визитки распечатал и раскидывал их повсюду. Пару раз я давал визитки ему, но Константин просто отмахивался.

Тогда пришлось идти на крайние меры. Я взял электросамокат и проследил за Константином до его дома. Потом у Лики аккуратно узнал, во сколько он выезжает на работу.

Недалеко от его дома был интересный пешеходный переход рядом с густой рощей. Тогда уже все зазеленело и сложно было заметить пешехода, пока тот не покажется на дороге.

Я снял рядом квартиру в древнем двухэтажном доме и начал подготовку. Каждое утро я наблюдал из-за деревьев, как Константин на своем белом «крузаке» пролетал мимо. Проезжал он примерно в одно и то же время.

Я продолжал тренироваться и самосовершенствоваться, чтобы набраться решимости.

Нужно было все подстроить таким образом, чтобы Константин сам догадался, что я писатель. Поэтому я купил старый неработающий телефон (кто же знал, что бывшие владельцы его утопили – благо, это никак не повлияло на мое предприятие) и разбил камнем экран, чтобы сымитировать его уничтожение в момент аварии. После столкновения я бесконечно повторял, что мои писательские заметки погибли, на что Константин отреагировал именно так, как я планировал.

Еще я понимал, что мог бы сильно пострадать, если бы машина влетела в меня на полной скорости. Поэтому купил пару мешков цементной смеси, смешал с водой в пластиковом тазике и выложил ночью бугор в виде самодельного «лежачего полицейского». Сделал я это специально за три дня до нашей «встречи», чтобы Константин к препятствию привык и заранее начал притормаживать.

Именно в тот день с утра я сделал тысячу отжиманий, чтобы, во-первых, набраться решимости (адреналин и тестостерон били через край), а во-вторых, чтобы выглядеть максимально потрепанным. После такой физической нагрузки ты становишься бледным, потным, все конечности трясутся, голова кружится. Отличная имитация сотрясения мозга.

Я сначала реально хотел развести пожар в контейнере и бросить туда пластиковую бутылку, но подумал, что такой метод слишком ненадежный и поэтому просто купил петарды.

Я притаился в роще и ждал. Когда увидел, что Константин едет, я зажег петарду и бросил в металлическую банку в кустах. Раздался глухой хлопок, который отвлек Константина на мгновение, и я выскочил на дорогу. Удар, кстати, все же получился неслабый, хоть он и притормозил дважды: одни раз перед пешеходным переходом, потом, когда увидел меня.

Дальше вы все знаете. Я напросился к нему в гости, чтобы разведать обстановку изнутри, а он, видимо, из чувства вины сразу проникся ко мне доверием и решил максимально помочь.

Я немного переживал, что все может испортить факт моего знакомства с Ликой: это выглядело подозрительнее всего, но в итоге, наоборот, сыграло мне на руку. А если мы поженимся, тогда вообще беспокоиться не о чем.

Я улыбнулся и замолчал. Доктор тоже не спешил с вопросами. Он нажал кнопку на стекленном электрическом чайнике, и тот затрещал, подсвечивая воду красным неоновым светом.

Доктор достал два бокала и предложил кофе – я согласился.

– Конечно, тебе бы лучше выпить мяты с ромашкой, а не кофе. Много мяты с ромашкой, – протянул он, насыпая сахар в бокалы. – Шучу, конечно: это не поможет, – улыбнулся он и достал из ящика стола упаковку печенья с шоколадом.

– То есть ты использовал людей, обманывал и подвергал их опасности, чтобы… – начал все же доктор, но я перебил его:

– Подождите. Во-первых, я никого не подвергал опасности. Только самого себя. Меня там вообще по капоту чуть не размазало. Во-вторых, я никого не обманывал. Я лишь сформировал череду событий, чтобы добиться определенной цели. Просто следовал за мечтой. И в-третьих, сейчас время такое. Сейчас никому не нужны великие писатели, художники, актеры, философы или музыканты. Сейчас народ следует за личностью. Неважно, что ты сделал, важно, как ты сделал, как ты заявил о себе, как ты показал себя миллионной аудитории. Но эпатажных личностей и так хватает. Одни деньги жгут или ломают дорогие вещи. Другие, будучи мужчинами, в женских платьях скачут. Музыканты в дурацких нарядах пляшут или вообще голые на сцену выходят. Ругаются и дерутся у всех на глазах. Превышают скоростной режим на дороге, подвергая опасности людские жизни. Употребляют наркотики на камеру и выкладывают это в соцсети. Да всего не перечислить, док. А я всего лишь хотел осуществить свою мечту. Но без всего этого шума. Ведь сначала на мою книгу даже смотреть не хотели. А сегодня она «Бестселлер» и «Хит продаж». Я просто пошел другим путем. Обошелся меньшими жертвами, и все довольны. Вот и все.

– Ладно, предположим, – заговорил доктор после небольшой паузы. – Но ты не боишься, что Константин обо всем узнает? Он явно не дурак. Удивительно, что он до сих этого не понял. А что насчет его дочери? Ты назвал ее будущей невестой – вы действительно так близки, хотя она окрестила тебя предателем?

– Не совсем. Пока мы едва снова начали общаться: она до сих пор злится на меня и еще ничего не подозревает о моих планах. Но я обязательно добьюсь ее и сделаю своей женой.

– И официально войдешь в богатую и успешную семью, где исполнятся все твои мечты? А не слишком ли круто? Больно уж похоже на сказку. Тебе не кажется, что ты слегка переоцениваешь свои возможности и заслуги. Почитай «Красное и черное» Стендаля – там отлично иллюстрировано тщеславное стремление ко всеобщей любви и почету, а главное, – чем это все может закончиться. Что если ты все это нафантазировал, и никто тебя в этой семье не ждет? Да и не факт, что Константин и дальше будет публиковать твои книги. А вдруг эта девушка, Лика, все же не простит тебя за то, что ты встал на сторону крупного издательства и предал ее интересы. Она легко может понять, что ты все это подстроил, и сдать тебя отцу, несмотря на неприязнь к нему.

– Нет, – ответил я твердо. – Во-первых, они никогда не узнают, если вы не проболтаетесь. Так что бояться мне нечего. У меня ведь, как вы сами сказали, маниакальный синдром, а не паранойяльный. А во-вторых, даже если и догадаются – ничего страшного: победителей не судят.

06.2021