Завоюй меня снова

Глава 3

Люси держала в трясущихся руках бокал с шампанским. Она была похожа на одну из декоративных колонн на палубе.

Она уже выпила один бокал шампанского в каюте. Залпом. За что парикмахер наградила ее весьма осуждающим взглядом. Лучше не злоупотреблять. Хотя идея напиться или покончить жизнь самоубийством посещала ее все чаще и чаще.

Гости прибывали один за другим. Она их слышала, чувствовала каждой клеточкой тела. Мышцы лица болели. Наверное, ее улыбку можно было принять за посмертную маску. Она пыталась выдавить из себя простые слова приветствия, но они застревали где-то в горле.

Все, на что она была способна, – стоять с гордо расправленными плечами и сжимать в руке бокал. И улыбаться. И молить Бога, чтобы все поскорее закончилось.

– Я еще не видел леди Вивиан. Она здесь?

Она слышала эти слова каждые пять минут. Если услышит еще раз – бросится за борт. То еще будет зрелище. Люси не успела в красках представить себе, как это будет выглядеть, и новая партия гостей пришвартовалась к яхте.

Внезапно толпа загудела. Люди начали поворачиваться в сторону вновь прибывших. Сердце Люси забилось чаще.

Происходило нечто невообразимое.

Неужели это… Неужели ее мать соизволила приехать? Неужели она все бросила? Проявила капельку сострадания? Или, может, наконец-то ее материнский инстинкт проснулся?

Люси повернулась вместе с толпой к выходу. Это точно Вивиан. Кто еще может настолько заинтриговать заскучавшую толпу?

Люси подумала, как же она была не права по отношению к матери. Она даже не дала ей шанса объясниться. Вивиан же сказала, что приедет. Ведь это она все спланировала, всех пригласила. Слава богу. Впервые за весь вечер Люси смогла вдохнуть полной грудью. Ей не придется выступать перед толпой, ей не нужно больше ни о чем волноваться.

Да, это она поднимается по трапу. Странно, конечно, что она не приземлилась на вертолетную площадку… Хотя, может, все так и было задумано, и Вивиан хотела предупредить ее именно об этом, когда пропала связь. Люси в конце концов удалось пробраться сквозь толпу и занять подходящее место, чтобы встретить мать. Но… Где она? По трапу поднималась вовсе не идеальная мать Люси, а невероятный красавец. Блондин, бронзовый загар, небесно-голубые глаза и ленивая полуулыбка…

Тот самый наглец с катера. Что он здесь забыл, черт бы его побрал?

Люси как будто со стороны услышала себя:

– Кто тебя пригласил?

Мужчина замедлил шаг. Расправил плечи, напрягся. На мгновение Люси показалось, что он удивлен. Но он лишь снова лениво улыбнулся и произнес с усмешкой:

– Пригласил? Вы имеете в виду умолял прийти, не так ли?

Внутри у Люси все клокотало.

– Даже если бы вы были последним мужчиной на земле, вас сюда не приглашали. Здесь находятся люди, которым не безразлична судьба вымирающих животных. Сомневаюсь, что вы можете правильно написать слово «вымирающий»!

Мужчина посмотрел на Люси и положил руку в карман. Девушка непроизвольно проследила взглядом за этим движением. Идеальные широкие плечи, сильная, мускулистая грудь, узкая талия были спрятаны под голубой рубашкой. А какие у него были глаза! Потрясающие глаза! Она хотела утонуть в них.

– Мы не в школе, принцесса, – ответил мужчина, посмотрев на нее сверху вниз. Казалось, он затевает какую-то игру. – Кстати, монополии на помощь планете у вас нет. Деньги моих друзей ничем не хуже денег здесь присутствующих людей.

Люси оглянулась и увидела, что его товарищи растворились в толпе. Умом она понимала, что не должна сейчас вымещать обиду на мать. Кроме всего прочего, необходимо было найти ведущего на аукцион. Но само присутствие этого субъекта выводило ее из себя.

– У вас есть друзья? Как вы их нашли? Похитили? Закинули в вашу лодку?

– Поверьте, последнее, что я хотел бы сделать, – похитить вас, – ответил мужчина, высокомерно улыбнувшись.

Люси спинным мозгом чувствовала, что людей становилось все больше и больше. Скоро начнется аукцион. Внезапно она отчетливо осознала, кто она, где она и что, собственно говоря, должно произойти. Ей стало не по себе.

Кто-то взволнованно проговорил, что аукцион начнется через двадцать минут. И снова кто-то задал вопрос о ее матери. И снова кто-то спросил, кто же будет вести аукцион, если не леди Вивиан…

Люси чувствовала себя полностью растерянной. Она надеясь, что все разрешится само собой. Чуда, к сожалению, не произошло.

Гости внимательно смотрели на нее. А он продолжал стоять напротив, невозмутимый как скала, демонстрируя свои сексуальные ямочки.

– Леди Люсинда? Пора начинать?

Девушка повернулась, чувствуя, что зрение затуманилось. Ей указали, куда необходимо пройти. Люси, как зомби, прошла сквозь толпу к небольшому подиуму в дальнем конце бальной залы.

Слева и справа стояли лоты – предметы искусства, артефакты, – специально подобранные ее матерью и ее высокородными гостями для аукциона: дизайнерская одежда, ювелирные украшения, шелковые шарфы, недельный отдых на частном острове, футболка для поло с автографом самого знаменитого игрока в поло и билеты на финальный матч в Эмиратах.

Внезапно ее осенило: это он! Тот самый знаменитый игрок в поло. Вивиан в самый последний момент включила его в сценарий аукциона, когда узнала, что он будет неподалеку. Знаменитый спортсмен, а также отъявленный негодяй.

Но сейчас это было меньшим из зол. Ее мать так и не явилась, а значит, ей придется руководить самой.

Люси снова взглянула на столы с роскошными вещами. Она на память могла перечислить каждую из них. Она описывала их в пригласительных буклетах, бесконечном множестве газет и журналов, знала все о каждом предмете и о дарителе.

Но Люси ни за что на свете не сможет перечислить все это на публике. Голос ее уже не слушался. Стало трудно дышать, грудь сдавило, страх сковал ее железными тисками. Она осмотрелась. Столько людей, ни миллиметра свободного пространства. И все они смотрели на нее, как на сумасшедшую.

Надо уходить. Ей нужен свежий воздух, иначе она потеряет сознание…

– Эй, что происходит?

Люси видела дорогие наряды, бокалы с вином, украшения… Она слышала приглушенные голоса…

– Эй!

Сильная рука коснулась ее плеча. Люси подпрыгнула от неожиданности. Она попыталась оттолкнуть ненавистную руку, но тошнота не отступала.

– Не трогайте меня, – прошипела девушка.

– Успокойся, принцесса.

Люси постаралась взять себя в руки и успокоиться. Он стоял прямо позади нее. Его рука все еще лежала на ее плече. Ночной бриз холодил ее разгоряченную кожу, как и его прикосновение. Люси сделала шаг вперед, попыталась взяться за перила, промахнулась…

– Осторожно, стойте спокойно.

Люси снова ухватилась за перила, посмотрела на сияющую черную бездну за бортом. Желудок крутило, но головокружение прекратилось, мир вернулся на круги своя. Почти. Она ощутила теплую надежную стену позади, крепкое мужское тело. Мужчина положил одну руку на перила рядом с ее ладонью, вторую – ей на шею. Люси не отпрянула.

– Вы выглядите так, словно сейчас упадете в обморок.

Приятная нега растеклась по телу Люси. Каждой клеточкой девушка ощущала тепло этого мужчины.

В ее семье не принято обниматься. Бонды никогда не поощряли проявлений нежности.

– Отойдите от меня! – крикнула Люси.

Он отступил. Люси посмотрела ему в глаза. Он был удивлен.

– Без проблем.

– Леди и джентльмены, аукцион скоро начнется, прошу вас занять места в бальной зале.

– Никаких проблем, и поверь мне, третьего раза не будет.

– Поприветствуем леди Люсинду. Она проведет сегодняшний благотворительный аукцион. – Голос прозвучал из бальной залы, словно из самой преисподней.

– Не могу… – выдохнула Люси, – я просто не могу.

Мужчина повернулся, и Люси ощутила его мощь и харизму.

– Я тоже, – ответил он и отступил, оставив ее задыхаться от страха.

– Пожалуйста, – ответила Люси и схватила его за руку.

Он снова повернулся.

– Что?

Голос ведущего снова разнесся по палубе, приглашая гостей занять свои места.

Девушка крепче вцепилась в руку мужчины.

– Должен сказать, принцесса, вы посылаете весьма противоречивые сигналы. Скажу, как есть.

Данте накрыл своей рукой ладонь Люси.

Голос прозвучал снова. Гости заняли свои места. Люси понимала, что нужно успокоиться, досчитать до десяти, и все будет в порядке.

– Я не могу туда пойти. Я не могу предстать перед всеми этими людьми.

Данте снова подошел к ней и закрыл своей мощной фигурой обзор на бальную залу.

– Не можете предстать перед этими людьми? Подождите, леди Люсинда – это вы?

Девушка зажмурилась и кивнула.

Мужчина обернулся, как будто ожидал увидеть какое-нибудь чудовище позади, затем снова посмотрел на Люси.

– Что происходит? Это что, эмоциональный шантаж?

– Аукцион.

– Хотите сказать, что вы бледнее смерти из-за какого-то аукциона? Правда? – спросил мужчина. – И вы не подумали об этом, когда все организовывали? Вы неподражаемы, принцесса, – сказал Данте, отворачиваясь и собираясь уходить.

– Нет, нет, не бросайте меня. Пожалуйста! – взмолилась Люси. Она снова схватила его за руку и потянула на себя.

– Пожалуйста? Что? Помочь вам? После всего, что вы сделали?

– Я не могу пойти туда. Просто не могу.

Люси сама толком не знала, чего она хотела от этого мужчины. Но его присутствие успокаивало ее, согревало.

Данте снова посмотрел в сторону зала. Гости беззаботно болтали.

– Все эти люди ждут, когда вы подниметесь на сцену и начнете аукцион?

Девушка кивнула.

– И вы не в состоянии провести мероприятие? Это нервы? Ваша мать должна была все сделать и не приехала? Теперь вы в центре внимания. Поэтому вы в таком состоянии?

Данте разговаривал нежно и проникновенно. Наконец-то кто-то понял. Сколько раз она пыталась объяснить людям, близким людям, что она просто не могла сделать то, что они делали с легкостью! Сколько раз она слышала «бред» на любые попытки объясниться! И сколько раз она видела, как ее мать проходила мимо нее, качая головой и закатывая глаза, заставляя ее чувствовать себя такой жалкой, никчемной только потому, что она не была на нее похожа!

– Одному Богу известно, как не хотелось бы мне сегодня вновь с вами сталкиваться. Но ничего не потеряю, если я вам помогу. К тому же не хочу разочаровывать всех этих людей.

Люси взглянула ему в лицо. Он был серьезен. Ни намека на улыбку. Сексуальные ямочки исчезли, как и блеск в глазах. Внезапно она снова почувствовала себя в безопасности.

Люси кивнула.

Данте посмотрел на нее, развернулся и пошел в сторону бального зала.

Люси наблюдала за тем, как мужчина уходил, ее дыхание приходило в норму. Ему явно не составит труда провести этот аукцион.

Люси смотрела на его широкие плечи, легкую походку, накачанные ягодицы, стройные ноги. Он с легкостью поднялся на сцену.

Что ж, она решила одну проблему, но ее не покидало чувство, что на этом ее трудности не закончились.

Глава 4

Люси стояла на палубе и наблюдала за происходящим. Данте чувствовал, что ее внимание приковано к нему. А он, в свою очередь, искал взглядом зелень ее атласного платья, блеск золотых волос. Но в зале было слишком много людей, готовых отдать деньги за вещи, которые в действительности не были нужны. И он работал с ними с таким энтузиазмом, словно его жизнь зависела от того, сколько предложат за каждую из этих гламурных побрякушек.

Когда дошла очередь до его собственного лота – отдых в Дубае и билеты на игру его команды, – воздух уже был наэлектризован до предела. Конечно, помогло то, что он сам присутствовал на этом вечере и флиртовал с каждой из этих женщин. Но сегодня все его внимание было приковано к леди Люсинде Бонд – его «принцессе».

Данте увидел, как Люси проходила по залу. Казалось, ей стало лучше, она снова была в игре – подбородок высоко вздернут. Он знал, что должен оставить девушку в покое, но он собирался разыскать ее, как только последний лот будет продан, – и только для того, чтобы дать ей шанс извиниться и поблагодарить его.

По правде говоря, Данте было очень хорошо. Не каждый день выпадает шанс помочь кому-то заработать два с половиной миллиона долларов на благотворительность. Люси должна благодарить судьбу за то, что ее гламурная мать так и не появилась.

Данте вышел из бального зала под аплодисменты, дружеские похлопывания по спине и поцелуи в щеку.

Ночь была черной, лунная дорожка на поверхности моря, отделявшая «Маренго» от «Морского дьявола», напоминала серебристый ковер, увенчанный мерцающими звездами. Даже он был поражен красотой пейзажа, вспыхивавших огней пристани и сказочной красотой острова Петит-Пьер вдалеке.

Данте обогнул палубу, заглянул в другие помещения, где проходили обычные для вечеринки события. Напитки лились рекой, повсюду раздавался веселый смех. Он прошел вперед, остановился на невысокой лестнице, которая вела на танцевальную площадку, где люди двигались в такт музыке. Несколько человек помахали ему. Друзья. Рауль. Он присоединится к ним, как только отыщет «ее сиятельство».

Данте заметил несколько новых гостей. Одного взгляда на Рауля было достаточно, чтобы понять: он вышел на охоту. Рядом с ним стояла блондинка, высокая, стройная, ее длинные волосы были собраны в небрежный узел на макушке.

Данте замер.

Этого не может быть.

Знакомый холодок прошел по телу. Все это было так давно, словно вечность назад. Мягкий, округлый подбородок, острые, как нож, скулы…

Нет, невозможно. Призраков не существует.

Он не мог пошевелиться. Мертвые не возвращаются к жизни. А Селин ди Россо была мертвее всех мертвых. Ведь она сделала все возможное, чтобы именно он обнаружил ее труп.

Рауль нахмурился. Разговор прекратился. Женщина повернулась наконец лицом к Данте.

Незнакомка. Те же острые скулы, такая же длинная шея и светлые волосы, но на двадцать лет моложе, чем Селин.

Данте моргнул. Девушка улыбнулась. Рауль помахал ему рукой. Кто-то снова коснулся его руки.

– Господин Эрмида?

Данте повернулся. Леди Люси явно собиралась приветствовать новых гостей рукопожатием.

Он улыбнулся. Это далось ему намного легче, чем он ожидал. Не каждый день видишь человека, которого давно считал мертвым. Девушка смотрела на него с немым вопросом. Он, наверное, сейчас напоминал побитую собаку.

Губы Люси были сжаты в тонкую линию. Тем не менее сейчас она выглядела намного лучше, чем еще совсем недавно. Интересно, какие демоны одолевали ее?

– Принцесса? – ответил Данте и улыбнулся самой теплой улыбкой.

– Я прекрасно знаю, что вы так называете меня, чтобы позлить, – ответила девушка, ехидно улыбнувшись. – Но впредь, если обращаетесь ко мне официально, используйте правильные выражения, будьте любезны.

– Как пожелаете, ваше сиятельство, – церемониально поклонившись, ответил Данте.

Данте мог поклясться, что она затопала ногами под атласным шелком платья, скользившим по ее телу. И как же он хотел прикоснуться к этим заманчивым изгибам! Она была сильна духом, что ни говори.

– Я хотела поблагодарить вас, – коротко ответила Люси, высоко подняв подбородок.

Данте показалось, что он на аудиенции у самой королевы.

– Поблагодарить?

– Да, за… Вы знаете, что помогли с аукционом… Кажется, все прошло отлично.

Данте сделал шаг назад, взглядом лаская изгибы ее тела: высокую грудь, покатые плечи, пышные бедра, тонкую талию. Пир для глаз. Таких великолепных женщин он еще не встречал. Никогда.

И она пыталась подавить его своим авторитетом.

Щеки порозовели. Данте намеревался заставить ее извиняться всю ночь напролет, и благодарить его так, как она никогда и никого не благодарила раньше.

– Люди довольны, принцесса, вы правы. И я сделал это для них. Ненавижу, когда невинные страдают. Кому-то понадобилась помощь, я все бросил и принял удар на себя. Я имею в виду, что я вообще знаю об аукционах?

Данте смотрел на удивленную Люси. Данте подмигнул ей и улыбнулся. Она задумалась. Она точно знала, что он имел в виду.

– Медуза ужалила сюда? – спросил Данте, кивком указав на красноватую сыпь на груди девушки.

Она посмотрела вниз, затем подняла взгляд на Данте, открыла рот. Ей было неловко. На этом он мог бы остановиться и оставить ее в покое, но она действительно вела себя слишком грубо. И он действительно был невероятно зол на нее.

– Я… Я…

Он наклонился к ней совсем близко. Глаза девушки стали еще шире. Данте прижал палец к ее губам.

– Тихо, принцесса. Все в порядке. Извинения принимаются. Рад, что смог помочь.

Данте убрал палец с влажных, мягких губ, прежде чем поддался искушению погрузить его в ее рот. Он приподнял ее подбородок вверх и наклонился вперед – всего лишь на крошечный дюйм, но достаточно близко. Он наслаждался тем, что застал ее врасплох.

Данте отпустил Люси внезапно. Рука скользнула по талии. Всем своим существом он почувствовал, что она начала таять. Он подмигнул ей, давая тем самым понять, что он знал, как близка она была к полной капитуляции.

– Я действительно был рад помочь, – сказал он, отступая, рука намеренно скользнула по бедру. Она была горяча. Очень.

– Подождите! Я хотела… – вскрикнула девушка, цепляясь за рукав его рубашки.

Данте остановился, затем медленно повернулся, наслаждаясь каждым мгновением маленькой победы.

– Что вы хотели, принцесса? – спросил мужчина, весело приподняв бровь.

– Хорошо, прошу прощения за те грубости, что наговорила вам раньше. Теперь я понимаю, что вы всего лишь хотели помочь. И спасибо за все.

– Все в порядке, – беззаботно ответил Данте и пошел вперед.

Она последовала за ним, все еще держа рукав рубашки.

– Как я могу отблагодарить вас?

«Бинго», – подумал Данте, мысленно зааплодировав себе.

– Хорошо, – проговорил он медленно, – что вы предлагаете?

– Выпейте со мной? – предложила она мягко и улыбнулась. Сочная и спелая, как персик, который вот-вот упадет прямо в его руки. Хотя Данте прекрасно знал, что самый сладкий с виду фрукт на деле оказывается самым ядовитым.

Что-то заставило его задуматься. Он с легкостью мог затащить ее в постель и подарить ночь, которую она вряд ли сможет забыть. А что потом? Еще одна ночь? До его отъезда в Эмираты оставалось всего несколько дней. Ему не нужны долгосрочные отношения. Даже если их так тянет друг к другу.

Данте не хотел шекспировских драм. Он хотел секса.

– Спасибо, принцесса. Может, в другой раз.

Он не стал дожидаться ее ответа, развернулся и ушел. Ему было нужно разобраться со своими демонами. Чем скорее, тем лучше.

Глава 5

Он ушел.

Что за черт! Неверно истолковала его поведение? Он хотел ее. Сильнее, чем она.

Двенадцать часов назад Люси даже не подозревала о его существовании. Девушка покачала головой, стараясь избавиться от сумбурных мыслей. Но как только тошнота и страх отступили и она увидела, как ловко Данте завел гостей на аукционе, она вновь смогла думать только о его мягкой улыбке и соблазнительном теле. Гости были от него в восторге. Вообще-то Данте справился с ролью ведущего намного лучше, чем ее мать. И как же она хотела, чтобы леди Вив узнала об этом!

Люси подозвали к телефону. Ее мать. Люси напряглась, но тем не менее начала пробираться сквозь толпу, периодически улыбаясь тем, кто ее приветствовал.

– Здравствуй, мама.

– Люси, что происходит?

– Как Саймон? Лучше? Проблемы решены?

– Отвечать вопросом на вопрос очень грубо. Надеюсь, ты просто немного пьяна, а не хотела мне грубить.

– Прости, мама. Давай начнем сначала. Ты спросила, что происходит. На аукционе мы заработали два с половиной миллиона долларов. Вот, что происходит.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. У тебя была прекрасная возможность побороть твои дурацкие приступы паники, а ты даже не попыталась.

– Только не говори, что ты сделала это нарочно, – глухо произнесла Люси.

– Я этого не говорила, – резко оборвала ее мать, – но все же ты упустила прекрасную возможность.

– Прости, мама, но я не упустила прекрасную возможность не разочаровать пять сотен гостей. Данте Эрмида предложил помощь, и я думаю… мы, точнее, он прекрасно справился с ролью ведущего.

– Отлично справился? Позволь я уточню: сначала ты стояла там, как лодка, выброшенная на берег, а потом просто передала молоток Данте?

– Мама, мне надо идти. Спасибо, что позвонила, но меня ждут гости.

– Гости? Надеюсь, ты не этого игрока в поло имеешь в виду. Предупреждаю, Люсинда, держись от него подальше…

– Да, именно его я имею в виду, – ответила Люси, сбросила вызов, отключила телефон и засунула его в ведерко со льдом.

Она устала. Если у нее когда-нибудь родится дочь, она ни разу не обидит и не оскорбит ее. Она будет любить ее, холить и лелеять. Ее дочь будет сильной и независимой и будет крепко стоять на ногах.

Люси все надоело. Месяцы диеты и физических нагрузок, постоянные упреки матери. Плевать, насколько успешным был сегодняшний вечер или сколько денег они заработали. Пора подумать о себе!

Люси начала яростно пробираться сквозь толпу. Ей надо сойти с яхты. Подальше от любопытных глаз. Кто-то уже доложил ее матери обо всем. Что произошло за этот вечер. О Данте!

Данте.

Мужчина, от которого ей велели держаться подальше и которого она намеревалась найти.

Он заинтересовался ею. Она это знала. Ей просто нужно быть немного более загадочной и менее… глупой.

«Маренго» была пришвартована на самом оживленном участке гавани, прямо напротив самого шикарного ночного клуба на острове. Данте постоял на пристани, наблюдая за очередью завсегдатаев клуба. Он чувствовал, что началось «то самое время» – воздух был пропитан предвкушением веселья. Он точно знал, как пройдет этот вечер: немного пива, много смеха, флирт с женщинами…

И полное забвение.

Ежеминутно он пытался себя успокоить, что все собравшиеся здесь живут тем же принципами, что и он сам. Так угрызения совести его не мучили.

Главное – не попасться на удочку. Никаких серьезных отношений. Обман.

Увидеть Селин, пусть и ее двойника, было для него потрясением. Но он быстро пришел в себя. Есть вещи важнее переживаний о том, что случилось много лет назад. Сейчас он знал, как нужно переключаться.

Данте наделся, что сегодня ему удастся развлечься.

Он посмотрел вдоль стойки черного стеклянного здания на открытой площадке. Высокая барная стойка и барные стулья, пляжные зонты и пальмы в кадках, ведерки со льдом и пьянящие коктейли. Женщины в открытых платьях. Красивые. Горячие. Но он искал огонь. Страсть. Красоту. Стать.

Одна-единственная женщина могла предложить все это. Вряд ли во второй раз он откажется от столь лакомого кусочка.

– Привет! Я искала тебя, – услышал Данте знакомый голос.

– Вечеринка окончена?

Люси была очаровательна. Он наслаждался ее видом. Волосы идеальными волнами спадали на покатые плечи и высокую грудь. Данте не торопился. Не хотел пропустить ни миллиметра идеальных изгибов груди и бедер. Он возбудился.

– Правда, я думал, что правила хорошего тона предписывают хозяйке присутствовать на мероприятии до последнего гостя.

Девушка вспыхнула и бросила на него один из своих пронзительных взглядов. Данте улыбнулся. Уголки ее губ дрогнули в усмешке, во взгляде заплясали искорки, и все равно она продолжала держаться холодно и отстраненно.