Камерон

Десмонд

Оглядываясь назад, я отчетливо понимаю, сколько ошибок, которые могли быть предотвращены, мы совершили, но слишком молодые, импульсивные, мы жили чувствами, эмоциями, полностью отключая разум. Нам было по двадцать два – двадцать три, когда все это произошло. Хотя я мог бы предвидеть это и, может, остановить Джэда, как меня тогда просила Камерон, и не допустить случившегося, но я был слишком погружен в собственные проблемы и чувства. Да и влиять на Джэда считал бессмысленным делом, поэтому события наслаивались и пускались на самотек, не замедлив вскоре выйти из-под контроля.

Та ночь совершенно вышла из-под контроля.

Проснувшись после ночного клуба, я абсолютно не помнил, как добрался до дома. И первая мысль, которая пронеслась в голове: «Хорошо, что сегодня суббота». Меня ожидало жуткое похмелье, и какая-то девица валялась в кровати вместе со мной. Господи, кто это? Я как можно шире открыл глаза, тряхнул головой, от чего тут же поморщился, так как голова трещала по швам. Моя рука потянулась к графину с водой. Жадными глотками выпив сразу два стакана, я почувствовал себя лучше и сделал слабую попытку восстановить в памяти вчерашние события. Помню, Джэд поволочился за смазливой брюнеткой… Я бросил более внимательный взгляд на девушку. Так какого черта эта смазливая брюнетка делает в постели со мной?! Потом… что было потом… официантка принесла еще одну бутылку виски… и… и дальше пустота.

Снова взглянув на обнаженную девушку, лежащую в полном отрубе, я заставил себя все-таки подняться и отправиться в душ. После душа, сварив себе кофе и вдохнув его аромат, я впервые за это утро почувствовал себя человеком. Вообще так выпивал я редко, не знаю, что на меня нашло. Вернувшись в спальню, я увидел, что девушка проснулась. Она с трудом приоткрыла глаза. Неудивительно, что мы с Джэдом обратили на нее внимание. Внешне чем-то отдаленно она была действительно похожа на Камерон. Может, разрезом глаз, высокими скулами или длинными черными волосами, а может, этой стройной восхитительной фигурой. Девушка с интересом посмотрела на меня своими темно-голубыми глазами и неожиданно улыбнулась. Я неуверенно улыбнулся ей в ответ. Через простыни угадывались соблазнительные очертания ее тела. Если бы я знал, чем впоследствии мне обернется это знакомство, я бы бросил пить навсегда.

– Привет, – она повернулась на бок, при этом грудь ее соблазнительно всколыхнулась. – Реймон, иди ко мне, – соблазнительно выгнув спину, она чуть откинула прикрывавшее ее одеяло, которое показало стройную ножку.

Невероятно. Она помнит мое имя! Дважды меня звать не пришлось.

После утреннего и, надо признать, хорошего секса, мы сидели за столиком на кухне и завтракали.

– Может, скажешь, как тебя зовут? – спросил я, любуясь ее черными локонами и прищуром темно-голубых глаз, от которых сердце сжималось в смутной тоске.

– Джастина. – Ее ярко накрашенные губы расплылись в улыбке. – Так ты совсем ничего не помнишь?

Я предпочел промолчать, усиленно намазывая бутерброд маслом.

– Твой друг Джэд подошел ко мне и пригласил присоединиться к вашему столику. Он познакомил нас, потом ему кто-то позвонил, и он поспешно ушел. А мы…

– Ясно, – прервал я ее, думая о том, как хорошо, что моя бабушка уехала в Лондон к родителям на две недели. Представляю ее шок, если бы я завалился посреди ночи в подобном состоянии, да еще приволок незнакомую девицу.

– Я учусь с тобой в одном университете, только на первом курсе, – продолжала болтать Джастина. – Так что заочно я была знакома с тобой.

– Неужели.

Раздался телефонный звонок.

– Реймон, черт, где тебя носит?! – услышал я взволнованный голос Сабрины. – Звоню тебе все утро.

– А что, собственно, случилось? – я поморщился, головная боль все еще пульсировала в висках.

– Мне нужно срочно встретиться с тобой.

– Только не сейчас.

– В баре на Комптон-роуд через час. Жду! – Не дожидаясь ответа, Сабрина бросила трубку.

Что ей так срочно нужно от меня? Мои мысли прервал вопрос Джастины:

– У тебя есть девушка?

– Нет. У меня нет девушки, – немного резко ответил я. – Но, несмотря на это, мне сейчас нужно уходить.

Я залпом выпил кофе и начал собираться. Джастина наспех сунула мне свой номер телефона, и, быстро распрощавшись с ней, я поехал на встречу к Сабрине.

Я сидел в баре, потягивая апельсиновый фреш – это все, что я мог сейчас пить. Сабрина пришла неизменно с опозданием и, как всегда, выглядела бесподобно в своей мини-юбке и в дорогих туфлях на высоких каблуках. Она села ко мне за столик и заказала свою любимую «Маргариту».

– Надеюсь, то, зачем ты меня вытащила из дома, стоит того? – начал я.

– Как сказать, равнодушным ты не останешься! – Сабрина с усмешкой окинула меня взглядом. – Веселая ночь, да?

– Да уж, превеселая.

– Спорим, у меня была веселей.

– Перейдем к делу. – Я себя неважно чувствовал.

Мне хотелось оказаться у себя дома, задвинуть шторы и, завалившись под теплое одеяло, проспать еще как минимум часов пять.

– Реймон, только ты можешь помочь в этом Камерон. Правда, она не знает, что я решила обратиться к тебе, но я действительно не знаю, что делать! – Сабрина всплеснула руками.

Мое сердце пропустило удар.

– Камерон?

– Она сейчас у меня дома, в полном отчаянии и в ужасном состоянии.

– Камерон прекрасно знает, что получит от меня любую помощь.

– И Джэд ничего не должен знать.

– Это уже интереснее.

То, что рассказала мне Сабрина, заставило меня понять, почему Джэд не должен знать. Лицо Сабрины отчетливо выражало страх и растерянность.

– Камерон вот уже месяц как думает уйти от Десмонда, – начала она, – но он ее не отпускает.

Я прервал ее:

– Камерон и Десмонд уже полтора года вместе. С чего это вдруг она решила от него уйти? Она кого-то встретила?

– Не знаю! Камерон решила, что с ним пора заканчивать.

– Продолжай.

– Целый месяц она делала слабые попытки с ним развязаться. И вот вчера, наконец, твердо заявила ему, что все кончено.

– Сабрина, я не понимаю, почему я слышу все это от тебя, а не от Камерон? Если бы она хотела попросить нас о помощи, чтобы порвать с Харрингтоном, то давно сказала бы об этом сама. Нет ничего проще.

– Не все так просто! Как ты знаешь, Джэд глубоко и прочно увяз в криминале. Они с Десмондом повязаны, и конфликт между ними будет чреват последствиями. Камерон не хочет личными проблемами подставлять Джэда. У Десмонда к тому же крутой отец, поэтому, так или иначе, но он занимает более выгодную позицию. Ссориться с ним опасно.

– Джэд тоже не дурак и это все понимает, – прервал я ее. – Он умеет просчитывать все ходы и знает, как сделать все правильно.

– Да, он все умеет просчитывать, когда дело не касается Камерон! У него просто крышу сносит, когда речь заходит о ее личной жизни. Я считаю чувства Джэда к ней просто опасными, а Камерон только смеется. Джэд и так себя еле сдерживает, чтобы не прибить ее парня. Он только ищет предлог.

– Сабрина, не драматизируй. – Я зевнул. – Они разберутся, поверь. Зная Камерон, я уверен, она найдет способ извести Десмонда.

– Она и нашла… – Сабрина выдала саркастический смешок, – и за это Десмонд вчера избил ее. Избил очень сильно, а потом изнасиловал.

– Что? – Мою сонливость как рукой сняло.

– Теперь она даже на улицу не может выйти. Камерон вся в синяках, ушибах, отеках, лицо с правой стороны вообще распухло. На нее страшно смотреть. Переломов, к счастью, нет.

– Переломов?! – Я почувствовал, как пелена бешенства застилает мой разум. – Где она?

– Сейчас она у меня дома. Моя мама – медсестра, она первую помощь своевременно оказала. Но Камерон понадобится минимум недели две, чтобы более или менее все прошло.

– Как это все произошло? – Я был вне себя.

Сабрина закурила. Она нервничала и осторожно подбирала слова, боясь завести меня еще больше.

– Как я и говорила, Камерон твердо решила уйти от Десмонда, но он вцепился в нее как ненормальный. Никакие разговоры и доходчивые объяснения не помогали. Он слышать не хотел о расставании. Они компанией сидели вчера в ресторане, я тоже была там, потому что Камерон попросила. Она не хотела оставаться наедине с ним и его свитой. Сама-то я тоже не люблю мелькать в опасном обществе Десмонда и его приближенных. Камерон постоянно искала повод, чтобы поссориться с ним. Ну и, в общем, нарвалась. Ссора началась при всех. Камерон спровоцировала ее, позволив себе открыто флиртовать с парнем, сидящим за соседним столиком. Она пригласила его на танец, ну и пошло-поехало. Она послала Десмонда, заявив во всеуслышание, что больше с ним встречаться не желает, рассчитывая, что после такого публичного унижения Десмонд из одной только гордости отстанет от нее. Тот же просто взбесился. Он выволок ее из ресторана, затащил в машину, и они уехали. Я осталась с его друзьями, мне было не по себе, поэтому я поспешила быстрее исчезнуть. Была уже ночь. Я спала, когда в дверь позвонили. Открываю… вижу Камерон в ужасном состоянии: куртка разорвана, колготки в дырках, платье в клочья и в грязи, сама вся в крови… ну, не стану дальше описывать. Камерон рассказала, что произошло. Я хотела вызвать скорую помощь, но она запретила. Хорошо, что мама в эту ночь была дома, а то она часто в ночные смены дежурит в больнице. После порции успокоительного Камерон удалось уснуть. Она все утро плачет. Я предложила заявить в полицию. Камерон наотрез отказалась. Больше всего она боится, что Джэд узнает. Он же неконтролируемый, просто пойдет и убьет Десмонда. – Сабрина подняла на меня испуганные голубые глаза. – Реймон, что теперь будет?

Я на секунду представил, что будет, если Джэд узнает. То, что он убьет Харрингтона, я ни секунды не сомневался.

– Камерон знает, – продолжала Сабрина, – что Джэд будет вне себя и не остановится даже перед убийством. Она в ужасе при мысли, что из-за нее его посадят, да и за Десмонда боится. Не чужой, все-таки, они долго были вместе. Хоть она и ненавидит его после случившегося, но смерти ему точно не желает. – Сабрина вздохнула. – На данный момент главная задача – постараться скрыть это от Джэда. Он мне уже звонил, интересовался, почему Камерон не ночевала дома. Я сказала, что она осталась у меня и мы отсыпаемся после ночного клуба, но завтра я уже не смогу так снова ему сказать. О, Реймон, что теперь будет? – Сабрина умоляюще смотрела на меня. – Помоги разрулить этот кошмар. Я просто не знаю, что делать!

Я затушил сигарету.

– Я должен ее увидеть, но сперва встречусь с Харрингтоном.

– Реймон, только не усугубляй положение! – Всплеснула руками Сабрина. – Умоляю! Не заставляй меня пожалеть, что я поставила тебя в известность! Я рассчитываю на твой неизменный здравый смысл и холодный ум.

– Успокойся. Я знаю, что делаю. Заеду к вам позже.

Я покинул бар с испуганной Сабриной и рванул к машине. Во мне все бурлило, но я понимал всю опасность положения и, несмотря на то что мне не меньше, чем Джэду, хотелось прибить этого Харрингтона и навсегда вышвырнуть его из жизни Камерон, я все-таки внял просьбам Сабрины и взял себя в руки. В конце концов, главным моим отличием от Джэда всегда были хладнокровие и рассудительность. Я не мог не усмехнуться при мысли о Камерон: уж что-что, а доводить она умеет, причем до состояния полной невменяемости.

Харрингтона было найти нелегко. Его просто нигде не было. Посетив некоторые из его излюбленных мест, баров, ресторанов, я встречал только его друзей, которые, разумеется, его сегодня не видели и были совершенно не в курсе, где он мог бы находиться. Тогда я решил ехать прямо к нему домой.

Передо мной предстал роскошный особняк, утопающий в зелени. Прозрачный бассейн, окруженный экзотическими цветами, сверкал и переливался. В общем, все по полной программе богатой влиятельной семьи. Меня остановила охрана, окидывая небрежным взглядом.

– Я к Десмонду Харрингтону по срочному делу.

– Мистер Харрингтон отдыхает и просил его не беспокоить, – отрезал охранник, – прощайте, мистер.

Я изо всех сил постарался быть вежливым:

– Доложите, что пришел Реймон Даллес. Уверяю вас, он захочет меня видеть.

Охранник секунду подумал, помялся, окинул меня уже менее небрежным взглядом и, видимо, взвесив все за и против, решил доложить о моем приходе. Его величество Десмонд Харрингтон, как я и предположил, изволил меня видеть.

– Дворецкий вас проводит. Его апартаменты находятся на втором этаже, – произнес охранник и, наконец, пропустил меня в неприступную обитель Харрингтонов. Я вошел в дом и уже вместе с дворецким поднялся по мраморной лестнице. Утопая в коврах и не успевая восхищаться дизайном, роскошью и убранством комнат, я наконец достиг долгожданных апартаментов. Молчаливый дворецкий проводил меня до двери комнаты Десмонда и быстро удалился. Я ожидал увидеть что угодно, только не это. Нет, действительно, денек удался!

При входе в комнату, которая была как две моих гостиных, в нос мне ударил резкий запах спиртного. Я усмехнулся. Значит, мистер Харрингтон отдыхает. По всей комнате раскиданы пустые и недопитые бутылки, разбитые бокалы по всему паркетному полу, на журнальном столике рассыпан кокаин, окурки разбросаны по роскошному белому ковру, а сам хозяин этого бардака валялся пьяный и обнюханный на диване, уткнувшись лицом в подушку. Десмонд поднял голову, наши взгляды встретились. Он с трудом приподнялся и выжидающе посмотрел на меня.

– Ты один или с Джэдом? – хрипло произнес он.

– Один, – ответил я, и Десмонд Харрингтон полетел через диван.

Он был старше меня и сильнее, но ярость бурлила во мне. Я хотел драки. Это была дикая жажда выместить всю злобу на нем за все, за его обладание Камерон, за его сытое самодовольство и необоснованное превосходство. Но к моему изумлению и разочарованию, Харрингтон не только не пытался ответить на мой вызов, но даже не защищался. После нескольких сильных ударов, которые я наносил ему не без удовольствия, я остановился. Его безучастность меня злила и сбивала с толку.

– Делай, что хочешь, – устало произнес он.

От наглого самоуверенного Десмонда Харрингтона не осталось и следа. Он с горечью усмехнулся, увидев мое удивление.

– Она бросила меня, – он развел руками. Его сломленный взгляд выражал тоску. – Если хочешь отомстить, можешь не утруждаться. Хреновей, чем сейчас, мне уже не будет.

Я закурил. Взгляд Десмонда опасно заблестел, разбитые в кровь губы искривились в насмешливом подобии улыбки.

– А ведь ты ее хочешь, – он засмеялся. – И Джэд тоже, а она вас всех имеет!

– Речь сейчас не об этом. – Огромным усилием воли я подавил желание врезать ему снова. – Камерон хотела расстаться с тобой, ты ее не отпускал, а это уже неправильно, Харрингтон.

– Камерон знает, что со мной так нельзя! – Глаза Десмонда загорелись злобой. – И все равно сделала по-своему! Никто не смеет так со мной, и она скоро убедится в этом!

Я с изумлением смотрел на него. А ведь раньше в глубине души я ему немного завидовал. Сейчас же испытывал почти жалость. Десмонд был весьма хорош собой, вокруг него была постоянная свита разнообразных эффектных девушек. Он всегда производил яркое впечатление. Самоуверенный, дерзкий, с врожденными манерами богатого отпрыска, он умел внушать людям определенный страх, восхищение и почтение. Будучи незнакомым с проигрышами, он, разумеется, не мог смириться с тем, что его так жестко и унизительно кинули. Моя ярость и ненависть исчезли, уступив место презрению. Я начал понимать игру Камерон. Это ненасытное желание подчинить, завладеть и, потеряв интерес к своей жертве, жестоко кинуть ее. Я был почти уверен, что ее отношения с Десмондом изначально были построены чисто ради забавы, если только не на спор с Сабриной. Но сейчас это уже было неважно.

– Вчера вечером, – сказал Десмонд, – она на моих глазах повисла на каком-то мужике, пригласила его на танец, демонстративно стала целовать его взасос, облизывать ему шею, расстегивать рубашку, прижиматься к нему, совершенно игнорируя меня. Я не выдержал. Я схватил ее. Она начала вырываться, кричать, оскорблять. Я не мог сдержать себя! Думал, убью ее.