Герой по паспорту. Том 3. Союз Нерушимых?

Тут и без него угроз хватало.

Оставшиеся Гнильнецы выскочили за мной в коридор и ринулись в атаку. Тут их размеры играли уже мне на пользу: они могли вместе идти по коридору, а вот размахивать когтями не получалось. Я отступал, одаривая их ударами рукава по коленям, рукам и всему, что они неосмотрительно выставляли вперёд, а они же, мешаясь и толкаясь друг с другом, милостиво терпели мои побои, лелея надежду разорвать меня на куски.

Что-то мне… Вот только не сейчас!

Ускоренное Мышление соскочило. Рахлес! Я не медленнее этих громил, особенно с Рывком, но реагировать на все их удары…

Один из Гнильнецов пригнувшись бросился мне в ноги. Рывок! Я отскочил назад, ударив его рукавом по голове. Гад шмякнулся на пол. В этой части всё прошло хорошо. Он успел меня зацепить по ноге. В этой части всё… просто ужасно.

– “Это мы никак не успеем вылечить.”

И не поспоришь. Рубанул до самой кости. По внутренней стороне бедра. Клок мяса считай вырвал. Ну что за невезение сегодня у моих артерий: сначала у сонной, теперь у бедренной.

Усиление! Рывок! Я наступил на голову уже поднимающемуся Гнильнецу, впечатав его в пол. Хороший треск, как-то так должны трещать кости черепа при встрече с камнем. Последний Гнильнец времени зря не терял: бросился на меня выставил вперёд все когти разом. Хоть его дружок и прилёг на пол, освободив ему пространство, он не стал рубить, а решил проткнуть. Я выставил правую руку понадеявшись на кольчугу.

Зря.

Восемь когтей прошили мою руку насквозь. От силы удара моя рука ещё больше прогнулась в локте и я смог рассмотреть его когти вблизи – в сантиметре от моего лица.

Как же больно!

Рывок! Ещё раз я наступил на голову поверженного Гнильнеца, чтобы удостовериться в его смерти, и чтобы дать выход злости и ненависти.

Усиление! Рывок! Рывок!

Больно! Ублюдок начал пытаться разорвать своими когтями мою руку. Но хоть это ему не позволяла сделать моя кольчуга. Правда, расшатывать свои когти в ранах она ему не мешала совершенно.

Рывок!

Наконец я прижал его спиной к стене.

Рывок!

Его руки также оказались локтями прижаты к стене.

Я начал накручивать рукав на кулак. Клейкость. Клейкость. Клейкость.

Готово.

Ну что, начнём?!

Рывок! Рывок! Рывок! Рахлес! Тварь слишком шустро отдёрнула голову, и я вмазал по стене. Кажется, мизинец выставил.

Рывок! Рывок! Рывок! Рывок!

Голова Гнильнеца повисла, тело расслабилось.

Начал делать шаг назад…

– Р-а-а-а!

Рывок!

Впечатал в его раскрытую пасть свой кулак с намотанной на него кольчугой, вмазав со всей силы его головой по стене.

– Хитрый полуРазумный не может быть хитрее хитрого Разумного, – придумал я новую народную мудрость.

Аккуратно снял свою правую руку с его когтей. Тело Гнильнеца скатилось по стене на пол.

Лечение! В первую очередь на бедро. Достал микстуру Лечения. Вылил на рану. Достал ещё одну. Выпил. Всё. Это последняя. Осталась только Регенерация, которой явно не хватает.

Сейчас бы заняться другими ранами, но нельзя. Толку от Лечения и Регенерации сейчас почти нет, а ману они жрут как обычно. В приоритете только самые серьёзные ранения, из-за которых после отключения Фиксации, я сразу умру.

Ночное Зрение начало шалить. То работает, то гаснет. Остальные заклинания даже пробовать не хочу.

Нужно закончить начатое.

Шаг, два, три… пошло дело.

Вошёл в комнату, разогнался, ударил по колоколу ногой. Дальнейшего я не ожидал: колокол съехал с постамента и с грохотом свалился на пол. Моя нога после удара продолжила движение, и я, как заправский циркач, растянулся почти в стопроцентном шпагате с закинутой на постамент ногой. Рана на бедре отозвалась болью. Схватился за постамент руками, чтобы распределить нагрузку.

Эти идиоты его не прибили, не приклеили и не прикрутили? Я думал придётся повозиться, а оказалось…

Кристалл был сломан: колокол срезал его верхнюю половину, оставив на постаменте лишь ту часть, что была в его выемке. Дверь несколько раз мигнула и пропала без следа.

Готово. Сделал. Дальше они справятся даже без меня.

Откуда у меня такие мысли? Как это “без меня”?

Развернулся. Упёрся спиной в постамент.

– “Влад, не стой. Тебе нужна помощь, сам ты не справишься. Нельзя терять ни секунды.”

Положение грустное. Сколько там ещё бродит Гнильнецов? Даже если не считать раненых. Десять? Не меньше. Неужели настал тот момент, когда “нет шансов” по версии Дедиона совпадёт с моей?

Впереди я отчётливо услышал рык Гнильнеца. Кровожадный и полный предвкушения свежего мяса.

Ну давай!

Оттолкнулся от постамента. Давай! Я иду. Я тебе голову оторву! Мне ведь ещё минимум девятерым твоим дружкам головы отрывать. Надеюсь вы там все вместе собрались, чтобы я вас не бегал, не искал.

Ну давай!

Из соседнего коридора вылетел… Разумный.

Я не видел его лица. Я вообще его не видел: он был одет будто на детском утреннике – в костюм какого-то фрукта или овоща. Здоровый костюм, руками и ногами в таком толком не пошевелишь. Голова была также полностью закрыта.

Я опешил. Что за?…

Через мгновение из коридора выскочил Гнильнец. Он напрыгнул на бедолагу сверху и начал его кромсать. Не особо успешно: костюм видимо был не из ваты и бутафории, а из чего-то гораздо крепче. Когти Гнильнеца входили внутрь и даже постепенно вырывали из этого костюма куски, но до содержимого ему ещё долго добираться.

Сейчас! Я помогу! Отключил Клейкость. Кольчужный рукав упал вниз. Этот уже слишком потрёпан и заляпан кровью и плотью – таким не повоюешь. Отключил Клейкость со второго. Он упал вниз. Правая рука слишком ранена, я даже сжать её в кулак не могу.

Погоди немного. Нагнулся, поднял рукав левой. На Клейкость сил не хватит, придётся так драться.

Встал. Всё, я готов, сейчас я…

Он смотрел на меня. Конструкция на его голове была повёрнута в мою сторону. Я увидел в ней небольшую узкую щель, через которую этот парень мог смотреть вокруг. Я через неё видел только его глаза.

Нет. Он смотрит не на меня, он смотрит мне за спину. На постамент, на котором уже нет никакого Кристалла, как и нет двери, через которую к нему в город попадали эти ублюдки, те самые, которых он не может ударить в ответ.

Сейчас!..

Он перевёл взгляд на меня. В нём было только слово. Я видел его отчётливо. Или пытался себе это внушить.

Уходи.

– “Влад, прости за каламбур, но тебе сейчас не до геройства.”

Да. Да. Да. Да!

Проскочил мимо. Гнильнец прыгнул на меня. Удар! Хлестнул его рукавом по голове. Тварь упала на пол, а поднявшись решила вернуться к менее огрызающейся добычи.

Вперёд!

Проскочил коридор. Ещё один. Вот та самая дыра, через которую я сюда спустился. Не думаю, что смогу залезть. Проскочил мимо. Там за поворотом должна быть лестница, мусор уже наверняка прогорел, ведь только по ней оставленный мной на смерть парень мог спуститься.

Повернул.

Рахлес!

Возле лестницы стоял ещё один Разумный, на нём было уже двое Гнильнецов.

Рахлес!

Назад. Подошёл к дыре. Правая рука висит плетью. Я её вообще не чувствую. Магию использовать не могу. А до потолка…

Рахлес!

Рукав засунул в рот, сжал зубами. Да чтоб я и не допрыгнул!

Прыжок!

Допрыгнул. Не ожидал. Осталось только подтянуться на одной руке.

Не очень получается. А-арх! Давай, слабак! Упёрся ногой в стену, начал помогать себя заталкивать наверх.

Да, сделал! Затащил себя наверх, развалившись рядом с дырой.

– Х-х-р-х, – это не то, что я подумал! Это не то!..

Повернув голову, я увидел стоящего у входа в комнату Гнильнеца.

Тварь побежала на меня. А я… бросился ему в ноги. Повезло. Гнильнец грохнулся на пол, начал полосовать меня когтями. Я извернулся, пнул его ногой в живот, тварь отлетела назад – прямо в дыру.

Это надолго его не задержит. Нужно бежать. Но как же не хочется вставать с такого приятного пола.

Не сильно… Не сильно… Всего пара царапин… Да любой бы справился… Не будь тряпкой… Вставай!

Поднялся.

Вперёд! Вышел из комнаты. Рахлес! Чуть в стороне стояли сразу двое парней, на которых наседали трое Гнильнецов. У одного из парней был оторван рукав костюма, и его рука… прямо в лоскуты. Я прекрасно слышал, как он кричал внутри своей миниатюрной клетки. К парню подбежал его товарищ, на его костюме был вышит рисунок Жизнеспаса – основной ингредиент большинства микстур связанных с Лечением. С трудом орудуя в этом костюме, он вытащил из большой сумки на поясе артефакт, приложил его к тому, что осталось от руки его напарника, небольшая вспышка и рука начала заживать прямо на глазах.

Только для того, чтобы на неё снова набросились Гнильнецы.

– “Влад, тебе в другую сторону.”

Знаю. Я знаю.

Побежал. Если это ковыляние можно назвать бегом. Мигание Ночного Зрения раньше изредка гасло, а теперь изредка включается, показывая куда мне идти. Вот, снова погасло. Прямо по коридору, справлюсь по памя…

Рахлес! Рахлес!

Я упал. Навернулся на натянутой нитке, что переступил, когда шёл внутрь здания. И это полбеды: доски пола, куда я грохнулся, были подпилены, или подточены, или… неважно, в общем они надломились, показывая мне что было спрятано под ними.

Колья. Почти все воткнулись в доспех, который выдержал удар, часть кольев сломалось, часть устояло, но не один не прошил доспех насквозь. Но одно колышко… Весь мой рот был переполнен желеобразной кровью. Если бы я вытащил кольчужный рукав изо рта, он бы сейчас не спёр мне дыхание, не своротил язык, не сломал с десяток зубов.

Взамен, сейчас из моего затылка торчало бы копьё.

Ухватился рукой, приподнялся.

– К-ха-хе, – рукав, с доброй половиной моих зубов, упал вниз.

Встал.

– “Ты тот ещё везунчик.”

И не поспоришь.

Мой взгляд направился к двери. Той самой, через которую я попал в здание. Той самой, через которую я сейчас выйду.

Выйду!

Побежал. Выскочил. Всё, я выбрался наружу!

Ночное Зрение последний раз мигнуло, полностью отключившись.

Ничего, я знаю, куда идти. Я вижу, куда идти. Проход в куполе был открыт, через него сюда попадал дневной свет, образуя подобие туннеля. Свет в конце туннеля… как символично.

Побежал. В спину что-то прилетело. Отскочило от доспеха. Не похоже на дротик, что-то более увесистое. Часть Гнильнецов ещё на крыше? Плевать, оторвусь! Как далеко можно кинуть метательный предмет, пусть даже в мире магии: сорок, пятьдесят, сто метров? Всё равно прорвусь!

А если они не на крыше, а здесь на земле и преследуют меня?

Вперёд!

Ещё одно попадание! Снова в доспех. Надеюсь, Уплотнение не отключится в самый неудобный момент? Уже довольно много урона мой доспех выдержал, не удивлюсь если предел заклинания уже близок.

Ещё раз! Рахлес! Опять что-то в меня прилетело. Я уже пробежал половину расстояния. Семьдесят пять метров. Значит, вряд ли с крышу бьют. Значит…

Быстрее!! Немного осталось! Совсем немного!

Ра-а-ахлес! Я упал. Рахлес! Прямо в подколенный изгиб попал. Меткий ублюдок, кто бы ты не был! Пять метров! Всего пять метров! Я лежал прямо перед проходом, ведущим в короткий коридор-карман, заканчивающийся решёткой. Прямо за ней, сбоку, в один ряд стояли трое: Арсон, ближе всех ко мне, чуть позади Арфин и Шилоний.

– Командир?.. – спросил Арфин у Арсона.

Мы с встретились с Арсоном взглядами.

– НИКОМУ… НИЧЕМ… НЕ ПОМОГАТЬ, – чеканя каждое слово произнёс Арсон.

Я знал. Ещё когда Дедион заговорил о возвращении назад, первой моей мыслью было: “А смысл??”

Но я так просто не сдохну. Пополз. Несчастные пять метров. Раз плюнуть! Позади услышал хриплое дыхание Гнильнецов. Не успеете, неудачники! Заполз в карман, продолжил движение к решётке. Прямо позади меня проход начал зарастать. Подавитесь, ублюдки! И не мной!

До того как проход закрылся, меткие твари успели швырнуть ещё два самодельных ножа: один отскочил от брони, второй пролетел рядом с лицом.

Решётка поднялась, я выполз наружу. А здесь куда больше Разумных, чем мне казалось: позади Шилония стояли его сопровождающие, а по другую сторону решётки стояла целая группа бойцов во всеоружии, четверо из них были одеты в такие же костюмы, как и те, кто умирает сейчас в том здании.

Вытащил нож из ноги. Из горла не вырвалось даже крика боли, я мог только хрипеть. Встать не могу. Голова кружится. Я передержал Фиксацию, теперь она меня убивает, а не спасает.

– Командир?.. – повторил свой немой вопрос Арфин, неотрывно на меня смотря.

– Я повторяю: никому ничем не помогать, – не изменил своего решения Арсон.

Что я?.. Нужно… Микстуры!..

Я начал доставать микстуры из разгрузки. Так… это не то… это тоже…

– “Влад, у тебя не осталось ничего, что можно использовать для Лечения… Ничего.”

Руки затряслись. Это не самое худшее, из того, что со мной сейчас происходит, но конвульсии начались даже у правой руки, которую я вообще не чувствую. А это значит…

– “Приближается Магическое Истощение. Ты сможешь продержать Фиксацию ещё не больше тридцати секунд. Потом ещё столько же, прежде чем ты истечёшь кровью. Влад, ты умрёшь через минуту… что ж, если уж так случится, то я должен тебе кое-что сказать:…”

***

– Ничего мне о Герое не говорить. Строго выполнять мои приказы, даже если они будут во вред Герою и пророчеству. Не сопротивляться Гнильнецам. Начинаем: план Покрытие!

Арсон отдал последние приказы, прежде чем его бойцы вошли в здание. Третья, резервная группа стояла рядом с нами. На тот случай, если первые две будут убиты слишком быстро.

– Огонь?.. Нет. Не разрушаем их заграждений. Если можешь пройти вниз – иди, но ничего не разрушать, огонь не раздувать, но и не тушить.

Все стояли напряжённые. Многие понимают, что вероятно это их последний шанс. Я не желаю их смерти – наш король потратил слишком много сил и от слишком многого отказался ради “совместного будущего” c Ламберцами. Лучше, чтобы они остались живы и смогли оплатить этот долг.

И самое главное – я и мои бойцы слишком дорого заплатили за возможность выполнить это пророчество. Хочется верить, что не напрасно.

– Понял. Уксен, Отрик, на второй этаж, в точку семь и четыре.

Арсон продолжил отдавать приказы, направляя своих бойцов. Его, в случае провала пророчества, будет искренне жаль: гениальный полководец и маг, аристократ с долгой историей. Он мог многое бы сделать на пользу Аданерии.

– Это правда? – с нетерпением спросил Арсон. – Подтверди.

Что там произошло?

– Ясно. Ты не должен был мне этого говорить, Инлут. Но спасибо, – на лице Арсона появилась еле заметная улыбка.

Получилось? Искажение закрыто? Или Герой сумел убить ещё нескольких Гнильнецов, помимо тех трёх, чьи тела были найдены ещё до проникновения внутрь здания? Это бы не решило основной проблемы, но дало бы нам время.

– Начинаем Стягивание. Лучше всего на втором этаже, если не получится, используйте ещё и первый. Стягиваем к северной части здания.

Приоритет изменился? Я не в курсе всех деталей и вариантов действий, придуманных Арсоном, но сам факт, что Покрытие сменилось на Стягивание, на многое указывает.

Началось томительное ожидание. Но длилось оно недолго – из здания вышел Герой. Я бы и без принятия микстуры Ночного Зрения, понял, насколько тяжело он был ранен. Весь исполосован. Побежал в нашу сторону. Двое Гнильнецов на крыше начали метать в него заточки.

– Герой выглядит не лучшим образом. Каковы его успехи? – я не хотел отвлекать Арсона от командования, но тут любопытство взяло вверх.

– Кристалл уничтожен, Искажение закрыто, – не выдавая эмоций ответил Арсон.

Уничтожен? Отлично! Значит, Герой горазд не только болтать. Дошёл до конца, несмотря на раны.

Отомстил за моих парней!

Уважаю.

У Гнильнецов было другое мнение: они спрыгнули с крыши и начали преследовать Героя. Догнать не должны, если только…

Не повезло. У самого прохода наружу.

Теперь я смог рассмотреть его более детально. Это… странно. Он не просто ранен, как он вообще?..

Увидев его состояние, Арфин, известный своей мягкосердечностью, обратился к своему брату…

Который мягкосердечным не был никогда.

Впрочем, я согласен. Не имею ничего против Героя, даже наоборот, но, когда жизнь четверти миллиона Разумных на кону, нельзя допустить даже минимальной оплошности.

Героя слова Арсона не остановили: он выполз из купола, проход за ним сразу же закрыли. Через десяток секунд Герой оказался снаружи.

Мои подозрения подтвердились: он не жилец. Раны слишком глубоки и многочислены для Героя, которые, как известно, не живут достаточно долго, чтобы похвастаться сильной регенерацией.

Сейчас только мы может ему помочь.

Арсон подтвердил свои намерения этого не делать. Что ж, решать ему. Я бы оказал Герою помощь, ведь он уже покинул купол. Не вылечил бы полностью, но хотя бы тяжёлые ранения привёл бы к нормальному виду.

Герой потерял связь с реальностью. Он начал лихорадочно доставать микстуры из пояса, корчился и извивался на земле. Его затрясло. Это ведь Магическое Истощение? Он использовал всё до последней капли, выполняя пророчество.

Может, поговорить с Арсоном, небольшая помощь не должна повре…

Герой застыл. Его взгляд… он что-то слышит?

Существуют легенды, что Высшая Магия обращается к некоторым Героям перед смертью, рассказывая, почему она выбрала именно их. Я был уверен, что это просто вымысел.

Герой начал что-то шептать. Отвечает? Еле слышно, я ничего не мог разобрать. Вдруг он упёрся руками в землю, очень медленно, пошатываясь поднялся…

– НИ… ЗА… ЧТО!

Что он!?.. Я рванул вперёд. Нужно его остановить!

– Прошу, не надо, – выставил передо мной руку Арсон. Второй он показывал своим бойцам знак “Наблюдение”.

Герой набросился на одного из его бойцов, одетого в защитный костюм, повалил его на землю и избивал. Неистово и безостановочно.

– Арсон, он обезумел! Нужно его остановить!

Не пришлось – он сам остановился. Дёрнулся к сумке поверженного бойца, схватил, раскрыл, начал вытаскивать оттуда…

– Арсон, это ведь…

– Никто ему не помогал. Он сам всё сделал, ему не подыгрывали, – еле заметно улыбнулся Арсон. – Это сработает лишь один раз, когда никто такого не ожидает и всерьёз защищается. Я боялся, что в таком состоянии он не сможет догадаться… Видимо, зря.

Герой вылил одну микстуру на бедро, вторую на шею, одну выпил. Достал артефакт с Лечением и начал им активно пользоваться.

Остановился. Несколько секунд ничего не происходило, как вдруг… он начал кровоточить. Что? Кровь пошла после Лечения? А ведь до этого его раны не кровоточили…

Герой несколько раз наложил Лечение на шею, потом на бедро. Всё. Заряды артефакта закончились. Он схватил флакон с порошком Лечения. Им обычно не пользуются – очень токсичен, лучше развести его в растворе, но сейчас у него просто нет выбора. Герой высыпал часть порошка на шею, часть на бедро. Отбросил флакон, схватил с земли ещё несколько. Не стоит с этим так перебарщивать, только хуже сделаешь.

Будто услышав мои мысли Герой застыл, рассматривая микстуры в своих руках.

– Как скажешь, деда, – тихим, шипящим голосом прошептал он, начав распихивать микстуры по кармашкам доспеха.

Закончив с этим, Герой лёг на землю, зажав одной рукой шею, второй бедро. Раны кровоточили, но не сильно. Вероятность низкая, но может выживет. Руки его дрожали, как и всё тело. Магическое Истощение никуда не делось.

Очень низкая вероятность.

– Брат, Герой уже снаружи, мы могли бы…

– Доложить!.. – не стал его слушать Арсон. – Инлут, Отрик, доложить!.. Ясно. Отступление! Вариант два! Готовьтесь их встречать, – последние слова он сказал магам, отвечающих за открытие и закрытие прохода в куполе.

Хрипя, Герой начал подниматься. Встал. Сделал несколько неуверенных шагов, встав напротив Арсона.

– До завтра, – прошепелявил Герой.

– Несомненно, – ответил ему Арсон.

Герой прошёл мимо, мои Разумные расступились, пропуская его.

– Брат, давай…

– Слушай мой приказ: отправь за Героем двоих своих бойцов, подходить нельзя, пусть держаться в стороне. И не дают никому ни в чём ему помочь. Если какая-нибудь сердобольная женщина захочет покормить или выходить раненного парня, они должны будут ей помешать. Если кто-то захочет дать ему ночлег или даже простую медную монету, они должны это пресечь. Ясно?

– Брат!.. – вспылил Арфин.

– Ты прав, Арфин, мы могли бы ему помочь. Но при одном условии: он не вернётся под купол, если для него выполнение пророчества закончится. Если же он станет продолжать, то и помощи не должно быть даже минимальной. Я знаю таких как он. С его живучестью может сравниться только его же упрямство. Там одно из другого следует. И я лучше сегодня буду злодеем, который не позволит никому помочь нашему спасителю, чем завтра встану между ним и этим куполом.

– Как прикажете, командир, – посмотрел Арфин в спину Герою, который успел уже довольно далеко от нас отойти.

***

– “Жалко простыни. Завтра они будут выглядеть так, будто ты на них целую роту девственниц изнасиловал.”

Толи шутка так себе, толи меня слишком сильно колбасит, чтобы её оценить.

– “А если серьёзно, тебе стоит вырубиться. Все Лечебные заклинания и микстуры во сне действуют лучше и сильнее, без повышения уровня токсичности. Спи давай.”

Хорошо бы. Потолок кружится. Это от слабости из-за потери крови? Тело одновременно лёгкое и тяжёлое. Дико хочу спать и физически не могу уснуть. Бесполезно, я точно не смогу вырубиться.

Вырубился.

***

– Конфликтность. Тема всех наших последних встреч. Пора бы уже подвести некоторый итог всему сказанному и обговоренному.

– Пора.

– Подводите.

– Я?

– Ну не я же?

– … Конфликтность… что ж, я конфликтный человек.

– Продолжайте.

– Из-за этого у других людей бывают проблемы и сложности…

– Продолжайте-продолжайте.

– И это, видимо, не очень хорошо?..

– Это вопрос?

– Я не силён в таких вещах.

– В размышлениях? В выводах? Мне казалось, вы один из самых способных людей в этих вещах.

– Давайте, вы сами сделаете “нужные” выводы, а я скажу, что всё понял, принял и усвоил. А потом вы в письменном отчёте подтвердите это командованию.

– Хороший план. Одна беда – я не особо дотошно и правильно веду записи наших разговоров. Вероятно, ваше командование получит сильно искажённую версию этого нашего сеанса, как и всех предыдущих.

– … Это шутка?

– Я стараюсь не шутить при клиентах, но меня радует, что вы подметили эту мою черту… Вы интересный человек, товарищ майор. С вами всё наперекосяк. Учебники по психологии не учитывают ваше существование.

– Это хорошо: мне по роду деятельности не положено светиться во всяких “учебниках”.

– И тем не менее, одна аномалия за другой. Вы на первом же нашем сеансе признали, что крайне конфликтны. Признание проблемы – половина её решения. Вот только, вы не считаете свою конфликтность проблемой. Хотя само определение этого слова говорит об обратном.

– Я бы об этом поспорил, но вы советуете мне воздерживаться от подобного.

– Вы признаёте, что ваша конфликтность – причина проблем окружающих вас людей. Сложность в том, что причинение этих проблем и являлось для вас целью конфликтов.

– Если вы, как специалист по ковырянию в чужих мозгах, докажете мне, что причинение проблем окружающим само по себе является чем-то злым, мне придётся уволиться со службы в связи с недееспособностью.

– Да, ситуация выглядит забавно.

– Разве вы можете так говорить о положении больного?

– Клиента. Тем клиентам, что не обидятся на такие слова, можно.

– И что нам делать? Ещё полгода еженедельных встреч? Надеюсь, поможет.

– Вы пропустили половину наших сеансов.

– Бесполезные, начатые без причин и толковой цели, войны не ждут.

– Вот как… а давайте поспорим?

– Вы точно психотерапевт?

– Дипломы не врут. И тема для спора довольно удачная: война. Выражение “бесполезная война” из ваших уст наводит на мысль вашей веры в существование полезных войн.

– Только не это! Как “Мир во всём мире!” и “Давайте кормить с руки всех голодающих, это так поднимает мою самооценку!” могла стать, хоть и внештатным, но сотрудником Вооружённых Сил?

– Нет-нет, что вы! Я за кровь, кишки и насилие обеими руками. Просто для спора нужны не совпадающие точки зрения, вот я и буду отстаивать эту гнусную идею гуманности. У вас преимущество, мне придётся придумывать доводы в пользу того, во что я в действительности не верю. Давайте приступим: так существуют полезные войны?

– Существуют. Как минимум, когда нападают на тебя и ты только защищаешься.

– В каждой войне есть защищающаяся сторона. И так как последнюю развязала наша сторона, для тех, кто убивал ваших товарищей, эта война была полезной и с толковой целью?