- -
- 100%
- +
Возле Ланы остановилась компания. Заговорили достаточно громко.
– Николаев сегодня в ударе. Голосит так, что от метро слышно.
– Маха, это он ради тебя так старается. Не теряйся, бери быка за рога.
– Не-е-е-е, – скривилась та, которую назвали Махой. – Он вовсе не бык, а телёнок, молокосос, мямля, нытик… И вааще, он – пройденный этап. Как представлю, что с ним в постель нужно ложиться, тошнит… бе-е-е-е…
– Ты на него злишься, и это написано у тебя на лбу, дурёха… -= сказал один из парней.
Маха машинально вытерла лоб. Парни, а их было больше, рассмеялись. Девчонки надулись.
– Эта Маха себе на уме, Она ему не пара… не пара совсем… – подумала Лана, слушая, как Ваня вдохновенно поёт о любви.
Жемчужная нитка бус.Тонкий красивый стан.Играют твои каблучкиРумбу далёких стран.В сердце моём – пожар.В мыслях моих кураж.Я забываю про всё,Делаю ловкий вираж.Казалось бы, что за блажьСледом идти за тобойИ видеть янтарный пляж,Лазурный морской прибой.Здесь, в городе всё не так.Мир полон иных услад.Но каблучки твоиО лете и счастье твердят…– Маха, это же ваша с Николаевым песня! Помнишь, как он за тобой бегал, у метро часами ждал? – подруга дёрнула её за руку. – Помирись с ним.
– Нет. Не уговаривай. Николаев – пройденный этап. Закрытая страница в моём дневнике.
– Ты ведёшь дневник? – один из парней привлёк её к себе. – Покажешь?
– Ни за что, Серый, – Маха показала ему язык. – Упражняйся на… – показала на Лану, хихикнула. – Так поливаются парфюмом только… – беззвучно произнесла нецензурное слово. – А порядочные барышни предпочитают «Miss Dior». Понятно?
– Конечно, детка. Я тебя с одной ноты угадываю. Сейчас пойдём или…
– Сейчас. Николаев мне надоел со своими завываниями. Скучно мне, Серый…
– Кто с нами, друзья? – спросил Серый.
– Мы!!! – дружный хор голосов заглушил слова, которые Иван сказал после песни. Лана на компанию рассердилась. Хотела вступить в перебранку, но одернула себя.
– Этот детский лепет к тебе не имеет никакого отношения. Ты из другого теста, с другой планеты…
Две разные планеты – ты и я.Две разные космические силы.Два урагана, мчащие к земле.Природа наших чувств необъяснима.Два разных человека – ты и я.Два разные созданья неземные.Всё с новой точки, с чистого листа,Таинственно, восторженно, впервые.Хочу узнать твою планету, космос твой.И усмирить на время силу ветра,Чтоб, наконец, понять тебя, понять,Стать спутником твоим, твоей кометой…Ваня запел новую песню, и Лана забыла обо всех. А они о ней не забыли, шли и обсуждали её.
– Видели это чучело у дерева? Чует моё сердце, что она новая подружка Николаева, – сказала Маха.
– Да ну… Она не в его вкусе.
– Ты за него не заступайся. Ты, Серый, за себя говори. Она тебе понравилась?
– Обычная баба, уймись, Маха, – Сергей поцеловал её в щёку.
– Мы так не договаривались, – Маша грубо оттолкнула его. – Поцелуи в общественном месте за дополнительную плату, чувак.
– Какая же ты зараза, Машка. Николаев правильно сделал, что тебя бросил, – огрызнулся Сергей.
– Ещё одно слово и ты полетишь вверх «кармашками», умник.
– Уже лечу, – Сергей развернулся и побежал в обратную сторону, изображая самолёт.
– Зябликов, вернись. Вернись немедленно, или… – он побежал быстрее.
– Тааак. Кто ещё хочет улететь? Свободны все, – выкрикнула Маша.
– Зря ты так. Так одной остаться недолго, – предупредил её один из парней.
– Отваливайте все… Ва-ли-те…
Ребята ушли. Машка осталась одна. Фыркнув: «Подумаешь», зашла в магазин и разревелась. Оплакивала свою горькую судьбину. Свой несносный характер, от которого сама страдает больше всех. После Ваниного ухода что-то в ней надломилось. Но что именно, она понять не могла, как ни старалась. Каждую ночь ей снился Ваня. Они были безмерно счастливыми и беззаботными. Но утро приносило разочарование. Все её попытки к примирению разбивались о глухую стену его нежелания восстанавливать разрушенное. Он растоптал их любовь. Хотя, если быть честным. Он ничего для этого не сделал. Это она так решила. Её больное самолюбие и самомнение стали главными причинами разрыва. Маша не желала мириться с тем, что её бросили. Вспоминала строки Ахматовой: «Брошена, придуманное слово, разве я цветок или письмо? А глаза глядят уже сурово в потемневшее трюмо»… Николаев меня не бросил, а потерял. По-те-рял…
Машка вытерла слёзы, купила мороженое, пошла по набережной с твёрдым намерением закадрить какого-нибудь бизнесмена и стать королевой острова Маврикий! Да будет так! Так и будет!!!
Друзья догнали Сергея и вернулись в Нескучный сад. Иван своё выступление закончил. Народ расходился лениво. Поклонники требовали ещё песен. Ваня упрямился. Сергей бросил ему в чехол тысячу рублей.
– Это от Машки. Выпей за её здоровье.
– Забери себе, – сказал Ваня.
– О, да у вас серьёзная конфронтация. Ты её насовсем бросил или решил наказать?
– Мы расстались насовсем по обоюдному согласию. Запомни это, и перестань подкалывать меня, иначе…
– Ты вызовешь меня на боксёрский ринг? – Сергей встал в позу. – Я напишу на тебя оперу.
– Вижу, Серёга, она и тебя уморила. Сочувствую искренне, – Ваня улыбнулся, протянул ему руку. – Приветствую друга по несчастью.
– Ты свободен? Пойдем посидим у Петровича, – Сергей помог ему зачехлить гитару.
– Идея хорошая, пойдём, – Ваня посмотрел по сторонам. Поклонников и поклонниц почти не осталось. Сердце перестало выстукивать сигналы SOS. Почудилось, подумал он. Я просто очень хочу увидеть свою леди Гамильтон, поэтому пытаюсь наделить её чертами каждую встречную.
– Пойдём с нами, Ванька, – в хоре голосов прозвучала надежда. Он сдался.
Дружной командой они пошли не туда, куда обычно уходил Ваня, а в другую сторону. Несколько настырных поклонниц последовали за ними, изображая праздно гуляющих по скверу. Ваня слушал сбивчивые рассказы парней и благодарил судьбу за такое неожиданное завершение своего концерта. Денег он заработал много. Настроение с каждым шагом поднималось всё выше и выше. Из трёх Машкиных подружек Верочка нравилась ему больше всех. Словно почувствовав его расположение, она подошла ближе. Задала пару банальных вопросов: не устал ли он, не давит ли на плечи слава?
– Нет. Она идёт справа и давить на плечи не собирается, – отшутился он.
– Люблю тебя за тонкий юмор, – румянец её выдал. Влюбилась, дурёха. Ваня понял стоит ему сказать слово, и она побежит за ним на край света, покорит ради него Эверест.
– Любишь только за юмор, или…
Она не успела ответить. Ваня резко остановился. Водопадом пролилась на него радость. На лавочке он увидел ту самую девчонку, для которой он сегодня пел, вообразив, что она и есть его леди Гамильтон, преобразившаяся до неузнаваемости.
– Николаев, что случилось? – Верочка побледнела. Она тоже увидела девчонку, которая стояла под деревом, когда Ваня пел. Подумала, что Машка не ошиблась, сказав, что они знакомы.
– Я догоню вас, друзья, – крикнул Ваня и уселся рядом с незнакомкой.
Вера пошла за ребятами, но любопытство вернуло её обратно. Как юный следопыт она подкралась сзади, устроилась так, чтобы слышать их разговор.
– Привет! Я тебя где-то видел? Не подскажешь, где? – Ваня сел полубоком, положил руку на спинку так, чтобы коснуться её спины. Она сидела прямо, игнорируя его.
– Не расслышал, мы знакомы или нет.
– Нет.
– Тебе понравилось, как я пел?
– Да.
– А что особенно понравилось стихи, музыка, манеры, энергетика, харизма? Что? – не унимался он, поглаживая её по спине.
– Всё.
– Ты не очень-то разговорчивая барышня. Как тебя зовут?
– Вета, – ответила, отвернувшись в сторону.
– Вера, Вета, интересные совпадения имён. А я Ваня, Иван.
– Знаю.
– Хочешь, спою для тебя прямо здесь?
Она пожала плечами. Это могло означать всё, что угодно. Но его мысли устроили такой фейерверк, что разобраться в них не представлялось никакой возможности. Сердце настойчиво кричало:
– Это она, она, она!!!
Ум противился, возражал:
– Очки слишком тёмные, чтобы разглядеть глаза. Кепарик скрывает волосы. Голос забылся. Руки красивые очень.
Ваня сжал её ладонь. Боже, спаси и помилуй! Такого электрического разряда он не испытывал никогда прежде. Да, да, да! Тысячу раз да! Её нельзя отпускать. Если она уйдёт, он погибнет.
– Пойдём со мной, – он так резко потянул её за собой, что она не успела опомниться, побежала за ним. Куда? Потом, потом, молчи, подчиняйся.
Они зашли в подъезд старого дома, пропахшего сырыми досками и старым тряпьём. Поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. Он открыл дверь в квартиру, втянул её внутрь полутемного пространства, прижал к стене и впился губами в губы.
Лана ошеломлённая, оглушённая случившимся, потеряла равновесие. Она парила в безвоздушном пространстве маленькой комнаты, понимая, что происходит нечто незапланированное, недозволенное. Но остановить это безумие невозможно.
Они с Иваном словно вросли друг в друга, превратились в единое существо с громадным сердцем, грохочущим, как Царь-Колокол.
– Молчи, не нужно лишних слов. Потом, потом всё объяснится. И мы с тобою будем жить в объятьях огненной жар-птицы.
– Мы сгорим от страсти, – шепнула она.
– Мы уже сгорели, любовь моя.
– Ты даже не знаешь, кто я.
– Знаю. Ты – леди Гамильтон… – пропел он. – Я люблю тебя с самой первой минуты. Аромат твоих духов, твоего тела, твоих рук я чувствовал всё это время… Я знал, что провидению угодно соединить нас снова. Но я не смел мечтать о том, что всё случится так стремительно. Боже, благодарю Тебя! Я не выпущу тебя из своих объятий. Ты моя пленница. Ты – ангел мой, с которым я не желаю расставаться. Я никому тебя не отдам. Скажи, с тобой происходило нечто похожее? В твоей жизни было такое землетрясение?
– Нет… Благодарю тебя за это чудо, случившееся с нами. Я не знала себя такой. Я даже не представляла, что способна на подобную авантюру, что во мне столько страсти, огня и беспутства… Хорошо, что темно. Хорошо, что ты не видишь моих глаз. Они сияют от стыда и смущения…
– Прекрати ругать себя. Нам умопомрачительно хорошо с тобой. Насладись этим мгновеньем. Забудь обо всём. Отбрось предрассудки. Живи в моменте. Открой новую сторону в своей многомерности. Мы многогранные, Вета. Я буду звать тебя так. Ланой пусть зовёт тебя другой. Я знаю, что ты не свободна, что ты порядочная женщина, мать, хозяйка… А я увидел тебя другой…
– Какой? – она почувствовала сильнейший импульс страсти и лишь потом осознала, что причиной страсти был Иван. Энергия молодости разливалась, выплёскивалась из берегов, захватывала всё на своём пути и уносила в морскую пучину страсти. Сопротивляться стихии было бессмысленно…
– Который час? – спросила она.
– Рассвет стучится в наши окна. Спи…
– Ванечка, я должна…
– Молчи. Не разрушай иллюзию покоя, – он прижал её крепче. – Не отпущу…
Она затихла, задремала. Кто-то тронул её за плечо. Пора. Он спит. Уходи. Она поднялась, оделась и ушла, тихонько закрыв дверь. На улице было зябко. Дворник сметал с тротуара листву.
– Уже осень? – удивилась Лана. – Неужели, я провела в замке принца всё лето?
– Послушайте, любезный, – обратилась она к дворнику. – Подскажите, пожалуйста, ваш адрес.
– Мой? – он отшатнулся. – Такой красывай, а с утра напылася. Нэ харашё, дэвачка.
– Я вообще никогда не пью, – заявила она возмущённо. – Мне нужно узнать адрес, чтобы вызвать такси.
Дворник показал метлой на вывеску, улыбнулся.
– Харашё ночь правёл?
– Прекрасно.
– Вижю. Рубах его надэл, – дворник рассмеялся.
Лана посмотрела на свой наряд, ужаснулась. В темноте она схватила Ванину рубаху. Но возвращаться обратно нельзя. Ваня переживёт утрату. Её рубашка, купленная в магазине «Смешные цены» ничуть не хуже этой. Пусть носит. Вызвала такси. Своему шофёру решила не звонить, чтобы никто не знал, где она провела ночь…
Она вошла в дом через служебный вход. Долго лежала в ванной, наполненной арома-маслами и пеной. Вспоминала каждый миг своего нежданного счастья. В голове созрел гениальный план. Она познакомит Ивана с мужем Джорджио. Они создадут театр ДжорЛана Боттичелли, где она будет ведущей актрисой. Она ведь с раннего детства бредила сценой. Она даже прошла три отборочных тура в Щукинское театральное училище. Со слезами на глазах читала Пушкинское письмо Татьяны к Онегину
«Я к вам пишу – чего же боле?Что я могу ещё сказать?Теперь, я знаю, в вашей волеМеня презреньем наказатьНо вы, к моей несчастной долеХоть каплю жалости храняВы не оставите меня…»А потом спокойно с достоинством и превосходством отповедь ему:
«К моим младенческим мечтамТогда имели вы хоть жалость,Хоть уважение к летам…А нынче! – что к моим ногамВас привело? какая малость!Как с вашим сердцем и умомБыть чувства мелкого рабом?»Тогда ей было восемнадцать. Сейчас ей намного больше. Жизнь с Джо многому её научила, закалила сильнее, чем сталь. Она стала другой и забыла о том, как прекрасно быть собой. Быть бабочкой, парящей над цветами…
«Онегин, я тогда моложе,Я лучше, кажется, была,Я полюбила вас; и что же?Что в сердце вашем я нашла?Какой ответ? одну суровость.Не правда ль? Вам была не новостьСмиренной девочки любовь?И нынче – Боже! – стынет кровь,Как только вспомню взгляд холодныйИ эту проповедь…Но вас я не виню:В тот страшный часВы поступили благородно,Вы были правы предо мной.Я благодарна всей душой…»– Ах, дорогой мой Александр Сергеевич Пушкин, как вы всё удивительно прочувствовали и написали для нас, дурочек, на все времена. Мы упрямимся, не желаем сбросить наряд гусеницы и обрести свою индивидуальность, свои крылья счастья…
«А счастье было так возможно,Так близко!.. Но судьба мояУж решена. Неосторожно,Быть может, поступила я:Меня с слезами заклинанийМолила мать; для бедной ТаниВсе были жребии равны…Я вышла замуж. Вы должны,..Я вас прошу, меня оставить;Я знаю: в вашем сердце естьИ гордость, и прямая честь.Я вас люблю (к чему лукавить?),Но я другому отдана;Я буду век ему верна.»Ваня проснулся позже обычного, открыл глаза. Леди Гамильтон исчезла. Неужели ему всё это приснилось? Нет, нет, нет. Он был в здравом уме. Он ведёт здоровый образ жизни: не пьёт, не курит, занимается спортом. Встал. На полу – её рубашка. Поднял, уткнулся в неё лицом. Да, всё было наяву.
– Хорошо, что она ушла. Я бы не смог от неё оторваться. Я бы не позволил ей вышагнуть из моей берлоги. Хорошо, что было темно, и она не видела мой беспорядок. Но… Господи, как я найду её? Где я должен её искать? В каком направлении улетела моя стрекоза? Нет. Она – не стрекоза, а я – не муравей. Я – волшебник, а она… бабочка… ночная, – усмехнулся. – Нет, она – фея счастья. Она – Вета, веточка розмарина… Она не оставила мне никакой весточки, никакого письмеца… Она спешила. Она убегала от меня, не думая ни о чём… Значит…
Он взял лист бумаги и написал крупными буквами: ВСЕЛЕННАЯ ЗНАЕТ, КАК СОЕДИНИТЬ НАС!!!
Джорджио Боттичелли
Он родился и вырос в Италии. Его родной отец – Чезаре Феорони отличался жестоким нравом. Он воспитывал сына с излишней строгостью, колотил за любую оплошность. Мать Джорджио – Синьора Софи не уступала мужу в темпераменте. Они часто ссорились кричали друг на друга до хрипоты, били посуду и даже выбрасывали в окна вещи. Во время таких перебранок, Джорджио забирался в шкаф и потихонечку плакал.
Ему было пять лет, когда синьора Софи собрала вещи и ушла к Франческо Боттичелли. Он был полной противоположностью Чезаре. Высокий, красивый, с великолепно изогнутыми бровями, крепким подбородком, пробором, разделяющим надвое его волосы и сильным глубоким голосом, который не будучи громким, наполнял собой всю комнату. Франческо дал мальчику свою звучную фамилию со словами:
– Джорджио, отныне я твой настоящий отец. Твой Падре! Гордись этим, сынок. Гордись именем нашего далёкого предка Сандро Боттичелли. Он величайший человек, знаменитый художник, его именем назван кратер на Меркурии. Меркурий – это одна из далёких планет. Но теперь и там знают о нашем дорогом и всеми любимом Сандро.
Джорджио во все глаза смотрел на красавца Франческо, затаив дыхание, слушал его рассказы, запоминал каждое слово, гордился своим далёким предком Сандро Боттичелли и мечтал стать знаменитым, как он.
– Нам повезло, малыш. Мы живём в удивительном месте Италии. Флоренция – родина гениальных художников, поэтов и музыкантов. В самом слове Фло-рен-ция – музыка, тайна и любовь… Душа поёт, послушай…
Анима – наша душа.В нас она изначальна.Мы – души. Мы дети любви.Мы свет излучаем.Помни об этом, живи.У каждого дар от Бога.К вершине, где солнце встаёт,К вершине ведёт нас дорога.Туда, где сияет любовь.Туда, где мир и сердечность.Анима – наша душа,Переходящая в Вечность…Джорджио ничего не понимал про вечность, про душу, но прерывать падре не смел. Побаивался. Состояние страха ещё сковывало его. Привычка втягивать голову в плечи, ждать подзатыльника за любую провинность, делала мальчика нелюдимым. От природы добросердечный Франческо жалел малыша, старался показать ему другие отношения, излучал любовь, учил мальчика, развивал в нём качества настоящего мужчины. Франческо не сомневался в том, что малыш, пикколо, как он его нежно называл, искоренит в себе все комплексы неполноценности и станет целостным, целеустремлённым человеком, сильным, мудрым, волевым, надёжным, мужественным. Именно таким он видел Джорджио в будущем.
Сандро Боттичелли автопортрет
– Наш любимый, непревзойдённый Сандро Боттичелли должен стать для тебя примером, малыш. Сандро – ярчайший художник эпохи Возрождения. Он родился 1 марта так же, как и ты. Но это был давным-давно, в 1445 году. Его крестили и назвали пышно: Алессандро ди Мариано ди Ванно Филипеппи. Так было принято в пятнадцатом веке.
– А почему год 1445, а век пятнадцатый? – спросил Джорджио.
– Хороший вопрос, малыш. Объяснение простое. Тебе исполнилось пять лет и пошёл шестой год. Так и с годом. Это просто нужно запомнить. Берём первые две цифры года 14 и прибавляем к ним единицу. Получаем пятнадцатый век. Понял?
– Да, Падре.
– Молодец, – Франческо поцеловал его в макушку. Это ошарашило Джорджио. Даже мать не целовала его, а ведь она была женщиной. Что-то новое зародилось в душе мальчика. Он был счастлив, когда Падре обнимал и целовал его. Такое проявление чувств ему нравилось больше, чем подзатыльники родного отца Чезаре Феорони, которого он ни разу в жизни не назвал падре. А Франческо стал для него кумиром. Слово «Падре» Джорджио выговаривал с придыханием.
– Падре, ты сказал, что Сандро назвали Алессандро ди Мариано ди Ванно Филипеппи. А почему он Боттичелли?
– Боттичелли – это прозвище. Вotticelli – бочонок, толстяк. Это прозвище Сандро получил по наследству от старшего брата Джованни, который заботился о нём после смерти родителей. У Сандро было ещё два брата Антонио – ювелир и Симоне – коммерсант. Ему повезло с братьями. Они опекали Сандро. Он был одарённым ребёнком, с ранних лет интересовался искусством.
Антонио взял его к себе в ювелирную мастерскую. Там Сандро трудился два года. А потом, по рекомендации друга семьи, отправился в город Прато за двадцать километров от Флоренции, чтобы там учиться живописи у прославленного художника Фра Филиппо Липпи. Видишь, как важно быть целеустремлённым. Если у тебя есть цель, ты добьёшься в жизни многого, как Сандро!
Вот, что я скажу тебе, пикколо, – не заглядывай в туманную даль будущего, живи сегодня, сейчас, двигайся в направлении, которое ты видишь! Запомнил.
– Да, Падре!
– Молодец. Наш Сандро двигался вперёд. Через пять лет, став мастером своего дела, он вернулся во Флоренцию и устроился подмастерьем в мастерскую Андре дель Верроккьо. Попасть к этому великому художнику мечтали многие юноши. Верроккьо был величиной. Одним из его выдающихся учеников был в то время Леонардо да Винчи. Когда мы с тобой пойдём в галерею Уффици – самый знаменитый музей мира, я покажу тебе их полотна. Это великие живописцы, малыш, величайшие. Их шедеврами восхищается весь мир. Красота и гармония – вот главные ценности необходимые всем людям. Художники используют тонкие оттенки красок, игру светотени и величественную гармонию в своих полотнах. Это мастерство дано не каждому. Недостаточно только работать руками, нужно еще работать головой и сердцем, чтобы стать настоящим художник в своём деле.
Симонетта Веспуччи Сандро Боттичелли
Слушая Франческо, Джорджио решил стать художником-модельером, создающим красоту и гармонию из тканей. Ткань – это ведь тоже полотно. Он придумает нечто особенное. Создаст своё полотно, которого ещё никогда не было. Он вовсе не заглядывает в будущее, он просто мечтает. А настоящие мечты сбываются. Он в это верит.
В начальной школе Джорджио придумал для своей подружки сногсшибательный наряд, который поразил всех. Франческо его похвалил.
Воодушевлённый успехом Джорджио, утвердился в намерении стать модельером. Мечта воплотилась в реальность довольно быстро. Джорджио придумал собственную марку GEORLANA BOTTICELLI, разработал собственные ткани из сверхлёгкой шерсти и особого кашемира из нитей в четыре кручения. Почти вся шерсть была сдержанного матового цвета без блеска. Пошив осуществлялся вручную. Швейные машинки использовались только для трёх швов: посередине спины и по бокам. Всё остальное делалось руками закройщиков и портных. Джорджио с гордостью заявлял:
– Если всё кроить и шить вручную, изделие лучше садиться по фигуре, носится дольше и со временем становится только лучше. GEORLANA BOTTICELLI – это ощущение невесомости, свободы, красоты в любой ситуации – на важной встрече, в автомобиле и в салоне самолёта.
В кругах ценителей итальянских костюмов марка была признана лучшей. Франческо сделал всё, чтобы Джорджио прославился. Он отправил его в Москву, выбрал ему русскую жену Светлану Мартынову.
Джорджио она не понравилась. Он не увидел в ней того, чем восхищался Падре, но перечить покровителю не стал. Отыгрывался на супруге. Он унижал её, относился к ней, как к дорогой игрушке. Все знали, что Джорджио ведёт двойную жизнь и глупенькая девочка, которая младше супруга на семь лет, отличное прикрытие. Она всегда рядом, милая, скромная, не задаёт лишних вопросов, не суёт нос в мужские разговоры, нравится гостям. Не жена, а находка. Франческо прав, Лана – бриллиант. Она на редкость послушна и вежлива. Она верна ему, а это большая редкость в развращённом обществе. Она его боготворит. А он к ней безразличен. Он снисходит до неё, позволяет ей быть рядом, балует, наряжает. Он к ней безразличен. Хотя иногда ему хочется уличить Лану в каком-нибудь грешке, чтобы пощекотать свои нервы. Он итальянец. Папины гены требуют вендетты. Устроить скандал для развлечения – любимое занятие Джорджио.
– Интересно, что будет, если я узнаю об измене жены? – неожиданная мысль рассмешила Джорджио до слёз. – Лана в постели с другим – нелепая сказочка для бедных. Жена всегда рядом. Всегда… Они живут вместе семь лет. Его всё устраивает. Что чувствует она, его мало интересует. Может, стоит узнать об этом? Нет, не сегодня. Потом…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.