Архимандрит Алипий. Сквозь призму любви

После возвращения с допроса казначея отца Нафанаила (Поспелова) ситуация стала проясняться. В Печорском отделении милиции ему сказали, что наместник Псково-Печерского монастыря архимандрит Алипий, казначей отец Нафанаил и вольнонаемный шофер монастыря Рахулане обвиняются в хищении трансформаторного масла с нефтебазы «Монгали» в Риге. По словам сотрудников отделения милиции, шофер Рахулане был задержан в столице Латвии при совершении преступления.

Архимандрит Нафанаил (Поспелов)

27 декабря архимандрит Алипий был вызван в Печорское отделение милиции, где ему сообщили, что монастырский шофер Рахулане, которого 23 декабря послали в Ригу для закупки продуктов к празднику и различных хозяйственных материалов, был задержан в Риге при покупке (или даже краже) какого-то масла. Сотрудники следственного отдела требовали от архимандрита Алипия признания, что Рахулане специально был послан из монастыря в Ригу для совершения преступления. В ответ на это архимандрит Алипий ответил: «Постоянным единственным моим желанием и наказом было предупреждение о том, чтобы нигде ничего незаконно не покупалось, и чтобы каждая покупка оформлялась соответствующей документацией»[14]. Тем более не могло идти речи о краже. Несмотря на это в достаточно путаной справке Начальника отделения милиции Печорского райисполкома Гусева на имя Уполномоченного Совета по Псковской области утверждалось: «23 декабря 1960 года Рахулане по указанию “Алимпия” выехал на машине Печорского монастыря в город Ригу с целью хищения парфюмерного масла с нефтебазы “Монгали”. Рахулане были выданы деньги по указанию настоятеля, казначеем “Нафанаилом” (Поспеловым) в сумме 15000 рублей»[15].

Интересно, что в этих документах наблюдается постоянная путаница. Непонятно, какое же масло – парфюмерное или трансформаторное – похитили монахи Псково-Печерского монастыря. Но дело фабриковалось серьезное.

28 декабря архимандрита Алипия снова вызвали в Печорское отделение милиции, где ему была устроена очная ставка с Рахулане. Сейчас трудно объяснить поведение монастырского шофера – может быть, его просто запугали. Но во время очной ставки Рахулане стремился всячески оговорить наместника монастыря отца Алипия и казначея отца Нафанаила. Архимандрит Алипий отмечает: «Показания Рахулане были первыми и, мне показалось, очень странными и подозрительными. Он говорил, что я, как наместник монастыря, послал его на заранее изведанные мною места, и что я знал тех людей и сам лично с ними договаривался о преступных сделках, а потом направлял разных людей к ним в Ригу с деньгами»[16]. Шофер Рахулане показал, что ездил в Ригу с 1957 года. Архимандрит Алипий ответил, что «во-первых, наместником монастыря я был назначен только в 1959 году, т. е. чуть больше года назад. Во-вторых, если Рахулане и привозил масло, то не трансформаторное, а вазелиновое, парфюмерное, которое свободно продается во всех аптеках и магазинах парфюмерии, причем все покупки всегда оформлялись документально. Есть подтверждающий момент, которым следователи не особенно интересуются, а он очень важен. Монастырского человека иеродиакона Кенсорина, которого я послал вместе с Рахулане как грузчика, шофер Рахулане не взял с собой на базу, а поехал один; грузчика же, отца Кенсорина, он оставил на месте ночлега. Все перечисленные мною факты говорят или о подлоге, или о нечистоте дела, а показания Рахулане не искренни и не логичны, или он говорит не своими словами».

Архимандрит Алипий (Воронов)

Святейшему Патриарху Алексию отец Алипий в те дни писал:

«Все эти неприятности очень действуют на нормальный образ жизни монастыря, поэтому я со скорбью должен уведомить Ваше Святейшество о случившемся и о клеветническом ходе всего дела, воздвигаемого на монастырь.

К сему считаю своим долгом обратить Ваше внимание на то, что насельники монастыря главным образом являются инвалидами и героями Отечественной войны. Многие из них награждены высокими правительственными наградами, орденами и медалями; таких 14 человек, а также 12 человек – Герои Социалистического Труда, по 30–40 лет отработавшие на фабриках и заводах, на шахтах и в колхозах, многие – пенсионеры; 7 человек – старцы Валаамского монастыря. И вот все эти честные русские люди отдали свои жизни, свое здоровье и лучшие годы на благо Родины; многие из нас, подражая своим предкам, оросили эти самые святые места своей кровью, и поэтому ныне мы не спокойны, нам горько и обидно терпеть всякие насмешки, клевету и порицания со стороны атеистов, людей непонимающих и грубых, а также от прессы и местных властей. Нас, людей израненных и изувеченных на полях сражений за Родину и получивших разные болезни в шахтах и на производствах, нас называют тунеядцами, мракобесами и разными неприличными названиями. Мало того, ставят всякие ловушки-западни и подозрения, и тайно, и явно. Конечно, как монахи-христиане, мы терпим по заповеди Христа Спасителя, но как граждане свободной страны, как герои русского народа, мы протестуем против всяческих враждебных выходок. Просим Вас донести и ходатайствовать перед нашим правительством о предоставлении нам конституционных прав, как достойным гражданам нашей страны, которые имели право на труд, имели право на обязательную военную службу, а также имеем право на спокойную и почетную старость. Мы ее заработали, мы ее завоевали, а теперь хотим отдыхать и благодарить Бога и наше родное советское правительство, и по силе нашей хотим еще трудиться, оберегая нашу Родину, русское зодчество и искусство, и нашу русскую православную религию»[17].

Кроме Патриарха, отец Алипий писал о незаконных действиях, обысках и допросах епископу Псковскому Иоанну, уполномоченному Совета по делам РПЦ по Псковской области Филиппову. Вместо «тихой операции» развернулось громкое дело, получившее широкую огласку.

Доказать причастность наместника и казначея Псково-Печерского монастыря к скупке краденого масла не удавалось. Но наступление продолжалось, очень уж хотелось власти избавиться от отца Алипия. В секретном донесении от 6 апреля 1961 года в Совет по делам религии Уполномоченный Совета по Псковской области писал: «Считаю использование на работе в загранучреждениях Московской патриархии Воронова Ивана Михайловича (Алипия) нецелесообразным. По личным качествам Воронов является религиозным фанатиком, с крайне реакционными взглядами. Кроме того, в настоящее время в Прокуратуре Латвийской ССР ведется расследование по фактам хищения вазелинового масла с нефтебазы, которое скупал Псково-Печерский монастырь. Шофер монастыря, как соучастник хищения, арестован и, возможно, что Воронову также будет предъявлено обвинение. С партийными и советскими органами мотивы отвода согласованы и ими поддерживаются»[18]

Примечания