Измени этот Магический мир!
- -
- 100%
- +
"Неужели, мои слова ничего не значат, неужели, они так изменчивы как этот ветер?" – спросил про себя Рин.
Резкое и странное ощущение вывело парня из раздумий, и его взгляд инстинктивно перешел на старика позади него. Он был явно выше Рина, даже сгорбив свою спину. Главной чертой внешности этого старика были густая белоснежная борода с немного темноватым концом и не менее густые брови, за которыми даже не было видно его взгляда, а один глаз прикрывала повязка. Он был в белом балахоне, словно священник, и нес на спине мешок, набитый чем-то под завязку. Мальчик сорвался с места, чтобы помочь седому мужчине, который уже был готов упасть, ведь, по всей видимости, его тоже уморила усталость. Он ловит его и с тяжестью переносит к лавочке на мостовой, положив обе его руки на свою спину, а мешок, по неловкости Рина, упал на пол.
– Что с вами дедушка? – растерянно спросил Рин. – Вам не нужна помощь?
– Ух… Спина… – прохрипел старик, положив свою тяжелую морщинистую руку на плечо мальчика. – Спасибо, внучек, можешь принести мешок, если тебе не трудно? Кх, кх, – кашляя, закончил старик.
– Секунду, – спохватился парень.
Он побежал к мешку, из которого выпала пара детских игрушек. Рин моментально собрал их, но, засмотревшись на одну в форме бородатой обезьянки, одетой в мешковатый белый балахон, остановился. Игрушка была с заводным ключиком на спине и посохом в руке, который был позолочен по краям.
– Ух ты! – удивился Рин.
Он попробовал завести его, повернув ключик. Игрушка начала повторять ходьбу человека, согнувшись в коленях и вращая посох по кругу.
– Понравилась? Одна из моих любимых, – сказал сгорбившийся старик, который подкрался к Рину.
– Ой, я немного засмотрелся, – извинился Рин.
Игрушка перестала шагать, и парень положил её в мешок.
– Вам помочь донести этот мешок дедуля? – спросил Рин.
– Впервые слышу такую вежливость от молодёжи, – удивился старик. – Ну раз готов, так помогай. Я забыл представиться, меня зовут Кору, а тебя как внучек?
– Приятно познакомиться, у вас знакомое имя, – ответил мальчик. – Меня зовут Рин. Так куда нужно отнести игрушки?
– Нужно отнести… – говорил про себя старик, почесывая голову и уже пожав руку Рину. – Нужно припомнить куда. Эх, староват я стал, а память уже давно не такая как в молодости.
– Ну дедуля, вспоминай, – сказал Рин, с явной претензией. – Я думал, что ты знаешь, куда ведешь.
Рин шёл за Кору, который в спешке вспоминал дорогу к нужному месту. Парню казалось, что уходящие лучи солнца становились ярче, а его сознание заставляло его думать, будто бы это из-за старика, во что Рин не мог поверить.
– Ну! Дедуля, вспоминай, – повторил своё негодование Рин.
– Не торопи парень. Через пятьс…-восемьдесят лет и не такое будет, – объяснил Кору, лицо которого немного скривилось, будто бы он чуть-ли не проговорил что-то очень важное. – К тому же я знаю, куда мы с тобой идём. Цель известна – я хочу отнести эти игрушки в детский приют, но не менее важно знать, как туда добраться, что я почти забыл, – он говорил загадками, словно пытаясь позлить парня сильней, что его забавляло. – Главное, не опоздать, ведь там живут дети погибших на войне, сейчас им нужна помощь как никогда раньше…
Рин немного поник, а грустные мысли все больше напоминали ему о миссии, которую он с успехом провалил. Они проходили улицу за улицой, болтали, а Рин пытался скрыть свои переживания.
– Знаешь, внучек, что-то тебя гложет, – спросил старик посреди разговора. – У тебя случайно не первая миссия стражника? Я видел тебя на доске заданий в Остром переулке.
– И я провалил его, – промолвил Рин.
– Это же миссия с помощью на ферме? Да? – предугадал Кору. – Я видел, что ты на попечении у молодого Фусоки.
– А ты многое знаешь, – удивился Рин. – А я то подумал, что у тебя склероз.
– Так-то у меня и такое есть, но я и сам когда-то был воином, и, да, я весьма осведомлён насчет традиции Читора, – важно отметил Кору. – Это не простое задание, а что-то вроде теста или тренировки для юнцов вроде тебя. Её использовали ещё до времен молодости великого Аргуса. Эта "тренировка" – с какой-то брезгливостью выразился Кору. – обучает контролю анимы.
– Ух ты! А я и не знал этого, – удивился Рин; видно, что такой душевный разговор со стариком Кору поднял настрой парня. – Но учитель Читор сказал, что моя огненная стихия очень мощная, и ей сложно управлять. Что-то вроде того.
– Да стихия огня весьма неконтролируема. Даже великим воинам она даётся не сразу, – сказал старик, приподняв бровь так, чтобы его глаз было немного видно. – Эту тренировку ты можешь попробовать и без яиц, главное – это контроль анимы и то, как она тебе поддаётся. Вот попробуй сделать это сейчас.
– Хорошо, – с любопытством сказал Рин остановившись посреди дороги.
Он провернул то, что сделал на ферме Фро. Почуствовав небольшой жар, парень сделал промежуток между ладонями больше, из-за чего стали видны огненные шарики, которые искрились и вращались, будто обводя куриное яйцо по контуру. "Кольцо" вспыхнуло, распустив искры от шариков по ладони Рина, и в скоре потухло.
– А! – вскрикнул мальчик, сжав дрожавшую от боли ладонь. – Кажется, мою руку немного обожгло.
– Да. Как я и ожидал, – прохрипел старик, протянув свою морщинистую руку с длинными и кривыми как ветки пальцами. – Не против, если я подлатаю?
– Да ладно, дедуль, не надо. Там нет ничего страшного, – сказал парень, скривив улыбку и почесывая себя по затылку – по обыкновению эти действия Рин показывает только тогда, когда лжёт или же нервничает.
– Если воин не может позаботиться о себе, значит и сил защитить своих близких у него явно не хватит, – сказал Кору, взяв руку заслушавшегося парня. – Ты наверняка слышал, что анима способна к исцелению.
– Я слышал это от учителя Читора, он говорил, что не многим дарованна сила исцелять с помощью анимы. Ты был сильным воином?
– Сила для меня не главное, – ответил старик, а его ладонь начала излучать ярко желтый цвет, ожог, в свою очередь, начал заживать в мгновение ока. – Я научился этому на войне, как и твой учитель. Тогда все пытались защитить тех, кого они считали родными, но война тогда не щадила никого.
– А что значит "считал родными"? – перебил Рин. – Родной человек всегда один, нельзя же считать родными тех, у которых с вами разная кровь.
– Нуу… Знаешь, это тяжело объяснить. Ты ведь ещё так молод, – попытался Кору. – Я был ребенком, ещё младше чем ты, когда война отняла у меня всё. Тогда я не мог до конца понять те чувства, которые затронули меня, я не понимал, почему потеря других вызывает слезы, не знал, почему они мне так дороги. Но мои товарищи, ставшие мне братьями, они заменили мне то, что у меня украли. А мои ученики стали для меня детьми, хоть настоящих у меня никогда и не было.
– Ученики? Вы были учителем, как Читор? – снова перебил мальчик.
– Да, это были такие же сломленные дети как и я, но моя помощь поменяла их, надеюсь к лучшему, я вижу их очень редко, – старик растянул слово "очень" так, будто прошла целая вечность, но тон его голоса был мягок, будто теплый летний ветер. – Вот и всё, твоя рука исцелена.
Кору поднял ладонь, и парень с удивлением посмотрел на руку, на которой не было ни единой царапины.
– Когда-нибудь я так тоже смогу, – прошептал Рин, широко раскрыв глаза.
– Думаю, что тебе еще следует немного подрасти. Хи-хи-хи! – засмеялся Кору.
– Ой! Я это в слух?! – извинился мальчишка, – Прости, дедуль, я просто впечатлен.
Они продолжили путь. Вскоре старик остановился в парке, всматриваясь в поляну с высокой травой, которую уже давно никто не убирал. Она была по левую сторону от главной дороги самого парка. Поляной это место было сложно назвать, скорее достопримечательность, ведь выглядит так неприкасаемо, но чуство, будто там что-то есть, кто-то живет, не покидает при просмотре этой местности. По середине стояли выделяющиеся небольшие резные ворота из красной лакированной древесины, но никто не понимал, что эти ворота охраняют, если как такового забора не было. Старость этой конструкции подтверждало вросшее в неё древо с мощными и извилистымики корнями, ствол которого был небрежно срублен, что даже оторванная высохшая кора возвышалась над основным срезом, собирая росу. Единственная ветвь древа стягивала один столб ворот, и, вероятно, смотрители парка боялись повредить сооружения, из-за чего не спилили эту самую ветвь. Ко второму же столбу прижимался громозкий и неуклюжий валун, будто намеренно обтесанный. Его верхушка была покрыта плотным колпаком из мха, снизу же камень оброс салатовым лишайником, немного напоминавшим грибы с небольшим выступом в форме ножки. В центре валуна зоркий глаз обывателей мог разглядеть иероглиф, несет ли он смысл или это царапины, которые украшены людским воображением – решать вам. Правее ворот был глинянный выступ с самобытным рисовым садом, который впадал в небольшой, исскуственный, ручеёк с галькой на дне.
– Знаешь, – протянул Кору. – Давай-ка присядем на лавочку, внучек.
– Опять! – возразил Рин. – Мы уже останавливались, дедуль.
– Ну знаешь, старики не очень выносливые, а я так и подавно, – с улыбкой ответил Кору.
– Ну ладно, простите…
– Фух, – обрушился на скамью Кору, будто нес непосильный груз на своих плечах, Рин же выложил мешок и тоже присел. – Хочешь загадку, малец.
– Какую?
– Самую обыкновенную – "Что появилось раньше? Курица или яйцо?"
– А! Да, слышал, – задумавшись, промолвил парень. – До сих пор не пойму её смысла.
– Как по мне смысл более глубокий, или философский, называй это, как хочешь, зависит от твоих знаний.
– Филофск… – недоумевая, промямлил парень.
– Глубокий, глубокий, – прервал старик. – Это скорее не вопрос, а задачка.
Старик поднял указательный палец, а Рин внимательно слушал рассуждения.
– А мы, как это часто бывает, берем не ту переменную, что нужно, а зацикливаемся на курице и яйце. Что если заменим курицу на воина, как это смешно не звучало, а хрупкое куринное яйцо – его прямая, чистая дорога к мечте.
Яйцо легко разбить, да и с пути также просто свернуть, нужна всего лишь одна малейшая оплошность. Не всё в нашей жизни складывается так, как мы хотим, но наша главная задача заключается в том, чтобы мы сумели устоять, невзирая любым невзгодам.
– Что-то ты далеко зашел,– прервал мальчик.
– А я и не говорил, что я математик, скорее художник, и вижу эту картину именно так. Я веду к тому, что, даже если мы провалили свою первую миссию, это не конец нашего пути, а лишь развилка. Ты знаешь, что великий Второй Тан, это звание, которое сейчас зовется Военным советником, первый придумал эту миссию, которую он передовал своим ученикам. Он не сразу стал сильным воином, и поначалу он выполнял легкие миссии, например, это была помощь на ферме. Еще в молодости он обнаружил, что этот тест будет полезен для контроля анимы, и даже ходит легенда, что он придумал там одну из своих способностей, также потерпев неудачу. Как говорится – "в каждой легенде есть своя доля правды". Я к тому, что яйцо эта тоже живое существо, но заключенное в скорлупу. Сломив оковы, мы становимся идеалом своего воинского долга.
– Ух ты, – с восхищением ахнул Рин. – Может и я стану таким как Второй Ярл!
– Надеюсь, что я застану эти времена, – улыбаясь и смотря в вечернее небо, которое наливалось лучами угасающего на горизонте солнца, ответил старик Кору.
Глава 6. Мечта в пузыре.
Действие 1.Рин и Кору уже подошли к детскому приюту. Старик остановил парня ближе ко входу. Из большого здания доносились топот и детские крики, которые заметил Рин.
– Тут я уже сам дойду, а ты беги домой. Уже стемнело, – промолвил старик, указывая своим ветхим пальцем на первую звезду, которая проявилась в темнеющем вечернем небе.
– Хорошо дедуль. Счастливо! – простился Рин, рванув к дому, кивая старику рукой.
– Ух… Кого-то мне этот сорванец напоминает, – прошептал старик, улыбаясь парню вслед.
Мальчик будто с новыми силами мигом домчался к своему дому.
Вход в его дом был с небольшим углублением и вел вниз ступенями из кирпича, а перед парадной дверью стояли белые пластиковые горшочки с различными цветами. Двор был с высоким дубовым забором, который с правой стороны ворот немного замшел.
Парень открыл дверь, снял обувь, а затем и красную толстовку.
Из-за угла прихожей вышла девочка в красном платке на шее. Она была достаточно низкой, но её темные глаза казались большими и завораживали своей красотой. На её голове была розовая пластиковая заколка с цветком, напоминающем те, что росли в горшках у входа.
– Привет, братик. Ты сегодня поздно, это все из-за миссии? Она ведь у тебя первая, – поприветствовала Ария, младшая сестра Рина.
– Привет, – отреагировал парень, продолжая переодеваться. – Я задержался, пока помогал одному старику, который встретился мне на пути, а насчет миссии: у меня случилась неудача.
– Ничего страшного! Садись за стол – я уже все приготовила, – утешила Ария. Её звонкий голос наполнял комнату, и по её настрою было видно, что прибытие брата обрадовало девочку, так как она была в доме совсем одна.
– Хорошо, – с усталостью протянул Рин, немного зевая.
Брат и сестра вместе направились на кухню, где уже был накрыт общий стол, и выставлены три стула.
– Это ты для отца? – спросил Рин, указывая на стул в центре. – Ты же знаешь, что он не придет на ужин!
– Я думаю, что сегодня он успеет, – обиженно сказала сестра.
– Ты всегда так говоришь, – съязвил Рин, упершийся рукой в щеку, положив локоть на стол.
– Лучше расскажи про свою первую миссию, – перебила сестра. – Ты её провалил или как?
"Она знает, как менять тему, да еще и на больное давит," – подумал парень.
– С первой её частью я справился, – бросил Рин. А со второй возникла проблема…
– Какая? – спросила сестра.
– Это сложно объяснить, – сказал Рин, почесывая затылок и смотря в левый верхний угол комнаты. – Это часть походила на практический тест, и я с ним не справился.
– Вот если бы ты тренировался с отцом, а не дурью маялся, у тебя бы все получилось! – его сестра старалась выглядеть умной в любой теме и в любом диалоге, из-за чего у них часто случались споры, но тем не менее они уважали друг друга и ценили.
– Ты как всегда за своё, – ответил Рин, смотря в тарелку с едой. – Учитель сам сказал, что для меня это задание является очень трудным, тут не моя проблема.
– Кстати, кто твой командир? – перебила сестра, которой доводилось несколько раз видеть командующих отрядами в Орибосе. Каждый из них казался для неё странной и неординарной особой, от которых веяло чем-то неприятным.
– Учитель Читор…
– Ух ты, тебе повезло! – удивилась сестра, поскольку она знала этого человека, ведь сама через год собиралась поступить в учебное заведение Орибоса. – А кто еще в твоем отряде?
– Помнишь, я тебе рассказывал про одного очень надменного ученика из моего класса, так вот – это он в моей команде, – ворчливо выразился парень.
– Да уж, вот здесь твоё везенье отвернулось.
– Ага, я хотел увидеть кого-то не из моего класса, – возмущенно нашептывал брат. – Не удивлюсь, если это отец назначил их в мой отряд. Слишком много совпадений!
– Ты преувеличиваешь, – перебила сестра, убирая грязную посуду за собой и за Рином.
– Ну ладно. Пожалуй, я пойду к себе в комнату, – ответил Рин, быстро сорвавшийся со стула. Он направился в свою комнату, обдумывая то, что произошло за этот весьма не легкий для него день.
Действие 2.Поздняя ночь. Из высокого здания, напоминающего замок из-за цилиндрической формы основания башни и алой черепицы, которая обозначала деления здания на четыре этажа и завершала конусом крышу, выходил Аргус, отец Рина. Он открыл двери, над которыми возвышалась красная печать в форме льва, и стал спускаться по ступеням, придерживая Эфес Мудрости, своеобразный головной убор военных советников императора, напоминающий верхнюю часть панцыря черепахи, но красного цвета. Аргус был снаряжен кирасой, состоящий из крупный алых пластин, плотно наложенных друг на друга и постепенно упирающихся в широкий пояс со схожей золотой печатью, что находиться над дверью в здании. На коленях были закреплены "панцирные" пластины, идентичные тем, что располагаются на кирасе. Бедра же перевязаны кожаной тканью. Обувь – варадзи, которые были завязаны плотными нитями. Также были наручи из узких вертикальных и металлических полос, соединённых при помощи шнуровки.
"Мы редко видемся, да и отношения так и не налаживаются, – размышлял Аргус. – Может сделать ему подарок, тем более Читор говорил, что у него есть успехи, хотя стащить бинты, подаренные моим учителем, тоже надо было додуматься. Я слышал, что он любит тяжелые мечи и палаши, и что если подарить один ему? У меня большая коллекция призывных мечей из стали, впитывающей аниму. Думаю, что это ему пойдет!"
Аргус улыбнулся и продолжил идти, придерживая головной убор.
Действие 3.Рин проснулся с крайне высоким настроением; будто новым человеком. Парень быстро переоделся, также прихватив с собой новоприобретенный жилет. "Я ушел!" – крикнул он, уже закрывая дверь за собой.
Как обычно, он с невероятной скоростью помчался по городу, пересекая улицы за считанные секунды. Рин подобрался к главной улице поселения. Дойдя до неё, он снизил темп и сунул руки в карманы жилета, поправив свой значок стража первого ранга, на котором отразился блик рассвета. Даже такие мелочи переполняли его гордостью. Он проходил по левой стороне дороги, оглядываясь на торговые лавки. Пройдя штук девять таких, он подошел к ларьку, который наполовину входил в забор этой стороны улицы.
Ларек был словно скруглен, его крышу украшала красная черепица, которая потихоньку выцветала, а стены были белые и глинянные, но шероховатость и трещины высохшей краски на них отображали скупость строения. По середине ларька был вырез, который позволял посмотреть товары.
– Здравствуйте, Рэйли, – поздоровался Рин, положив руки на прилавок, но в нем не было продавца, а лишь мальчишка на два-три года младше Рина.
– Сегодня я слежу за прилавком дяди. Меня зовут Хидли, – ответил мальчишка.
– Что значит, ты следишь?! Где господин Рейли?! – дерзко возразил Рин. – Отвечай малявка!
– Ты кого малявкой назвал? – крикнул Хидли, попутно достав свою рогатку и направив её на Рина.
– Тебя и на минуту оставить нельзя, – сказал мужчина, который зашел за спину Хидли и отобрал у него рогатку.
Он был в синей рабочей форме, а на голове у него расположился странный головной убор, напоминающий небрежный кораблик из картона.
– Рэйли, наконец вы пришли, – обрадовался Рин, обращаясь к мужчине с особым почтением. – Что это за нахальный парень у вас за прилавком?
– Это мой ученик, его зовут Хидли, – представил Рэйли, потянув неугомонного парня за ухо. – Но я думаю, что вы уже познакомились. Он собирается пройти экзамен на поступление в стражи через год. И я решил обучить его чему-нибудь из своих старых способностей, да и ещё он мой племянник.
– Учить?! – спросил Рин с заметным интересом. – Но ты разве не обычный торговец? Я не думал, что у тебя есть какие-либо навыки.
– Я не часто об этом рассказываю, – ответил Рэйли. – Да и никто меня об этом не спрашивал. У меня был значек солдата в прошлом.
– Ничего себе, – удивился Рин. – А какие навыки у вас есть, и какой стихией вы владеете?
– Я использовал стихии ветра и воды и, комбинируя их, я создал навык Мыльных пузырей.
– Мыльные пузыри, но чем они полезны?! – воскликнул Рин, который с трудом сдержал свой смех. – Я, кстати, к вам пришел из-за них.
– Раз разговор зашел о них, то тебе какую трубку? – опомнился продавец.
– Красную! Как обычно, – бросил Рин. – Но все же, что за навык. Неужели это и есть твои пузыри? Ведь они с трудом лопаются, обладают определенной окраской и своей особенностью – обычные так не могут.
– Хидли! Подай красную трубочку, – обратился к племяннику Рейли. – Ты прав, Рин, но я уже не использую их для сражений, они стали для меня бессмысленными, теперь моя стезя – это доставлять людям радость. Вот, взгляни!
Рэйли поднял руку и щелкнул пальцами, но вместо безымянного пальца он использовал указательный. После щелчка мгновенно образовался мыльный пузырь,"вылезший" из его большого пальца. Мужчина начал водить указательным пальцом, и пузырь, словно слушаясь хозяина, следовал нужному направлению. Торговец отвел пузырь чуть выше, в небо, подальше от своей лавки.
– Прикройте уши, – предостерег Рэйли.
Парни стремглав закрыли уши ладонями.
Рэйли снова щелкнул пальцами, но на этот раз как обычно. Пузырь сразу же лопнул, издав пронзительный свист, и после хлопка образовалась едва видимая воздушная волна.
– Вау! – прокричал Рин. – Я не знал, что ты так можешь. Вот бы и мне придумать что-то подобное.
– Так ты до сих пор ничего не придумал, Рин, – ответил вопросом мужчина.
– Нет. Учитель Читор просто уговорил меня использовать навык отца, – промолвил Рин. – Я даже позаимствовал какие-то мощные бинты, но чем больше я старался над новой способностью, тем хуже они выходили.
– Раньше этот тест должен был подготовить молодое поколение на создание чего-то нового и индивидуального, – рассказал Рэйли. – Ведь способности стихий олицетворяют душу воина.
– Но я до сих пор пытаюсь придумать что-то свое. Может когда-нибудь идея прийдет и ко мне.
– С силой твоего отца ничего придумывать и не нужно, ведь он гений. Я думаю, что вскоре он сможет заполучить звание сильнейшего пользователя анимы современности.
– Конечно, он очень сильный, но моя мечта – это превзойти его, не используя то, что мне досталось от него. Меня уже достали упреки о его силе, и я хочу быть другим, нежели он. Ты же понимаешь, старик?
"Ну не такой я и старый," – подумал Рэйли, прищурив глаза.
– Ты мне это твердишь уже давно, и до сих пор не передумал, – подтвердил продавец. – Я, когда был молодым, вечно менял свои убеждения. У тебя еще есть порох, и главное на нём не подорваться.
– И это верно, – согласился улыбающийся Рин.
– А ты и правда сын Шестого Ярла? – спросил Хидли.
– Да, а ты еще не понял, – ответил Рин, приглядываясь к парню. – Ты бы лучше работал быстрей, чем вопросы задавал.
– Правильно, чего ты так долго?! – упрекнул Рэйли.
– Вот держи, – обижено бросил трубку Хидли.
Рин поймал белую трубку, достал из кармана две серебрянные монеты и положил их на прилавок. Он попрощался, помахав рукой, и направился на поле тренировок команды, надувая красные пузыри различных форм. Он размышлял над словами Рэйли и над неудавшейся миссией.
"Мне стоит потренироваться над владением анимы. Говорят, что Второй Ярл создал новую способность, побывав на этом задании. Неужели, я чем-то хуже?!"
На лице Рина вновь была улыбка, и он снова чувствовал свою силу, бурлящую по его венам.
Глава 7. Седина Медведя.
Действие 1.По улице шёл мужчина. Он был седой, хоть на нем и не была видна старость, например, морщины, за исключением грубоватой кожи и хромающей походки, а шлепки его деревянных сандалей словно отбивали такт. Волосы его были объемными и словно возвышались вверх как пламя факела, а на виски ложились небольшие косички, переплетенные красными лентами. Также его образ дополняла густая борода без усов, словно ненастоящая, жесткая и неровно свисающая, её неухоженность была сравнима с беспорядочной растительностью бездомного. Он был одет в броню, схожую с той, что носит сам Аргус, но более свободную и без пластин на плечах, вместо чего находилась обычная багровая роба и потрепанные бинты. Его мешковатые штаны свисали до ступней; на них они были туго затянуты такими же бинтами. Красные сандали на ногах были стянуты темными нитями, что не давали спасть с ноги. Его бойкий образ дополняли брови, напоминающие облака, возвышающиеся в небо, и ярко красные глаза, которые словно фонари горели среди меркнущих на его фоне обывателей. Мужчина спокойно прогуливался, покуривая свою деревянную трубку, стиснув её между своими белыми как снег зубами. Мужчина остановился у скамьи, где сидел уже знакомый старик Кору.
– Как дела учитель? Ха-ха! – спросил мужчина, небрежно завалившись на скамью и засмеявшись просто так, раскинув руки и положив ногу на ногу. – Если ты меня позвал, значит есть что-то и вправду важное, не так ли?
– Отару, ученичек, – поприветствовал Кору, улыбаясь встрече. – Чего ты ко мне пришел?
– Как чего, ты хочешь сказать, что забыл за чем меня позвал, маразматик! – резко вскочил мужчина, а из его трубки хлынул столб дыма.
– Ладно… Не мог же я позвать великого "Пламенного Привратника" просто так, да? – старик захихикал, увидев негодование собеседника.