Ловец слов

– Я только взглянуть, малец, не откажешь же ты взрослому дяде посмотреть на красивые картинки, – нараспев заговорил искатель, пытаясь одурачить продавца.

– Платите – и книга ваша, – непоколебимо стоял на своём Яш. – А смотреть картинки – это не ко мне.

– Ишь каков! – воскликнул покупатель. – Со старшими как разговаривает, а? – Он оглянулся по сторонам, ища поддержки, но базарная суета поглотила его слова. Мало ли на базаре подобных споров, когда один просит сбить цену, а второй – выручить за товар как можно больше.

«Да это же тот самый постоялец!» – осенило Яша. Тот, что сегодня утром разбудил его спором с хозяином гостевого дома. Как только незнакомец повысил голос, Яш сразу узнал его. «Странный тип…», – подумал он, начиная собирать остатки товара.

Но тут незнакомец вынул из кармана единственный золотой и поднёс его к глазам Яша. Поближе наклонившись к его уху, он, перегнувшись через весь прилавок, уже совершено другим тоном решил заново попробовать удачу:

– Вот всё, что у меня есть. И я готов отдать последний золотой за эту книгу. Неужели ты мне откажешь в этом? А впридачу к деньгам… я тебе открою один секрет! С его помощью ты сможешь сбывать свой товар в десятки раз выгоднее! – искатель, не двигаясь с места, нетерпеливо сверлил взглядом Яша и ждал ответа. Его несимметрично посаженные глаза были вдобавок еще и разного цвета: один – зеленый, а второй – карий. – Ну…? По рукам?

Представителям племени тат не было особого дела до увеличения прибыли, и они никогда не торговались до последней танги («деньги» на языке татов). В данном случае Яша пугала одержимость продавца книгой, в которой, по существу, не было ничего особенного, кроме пересказа всем давно известных легенд и карт с ошибочным нанесением топонимов. Он поскорее хотел отвязаться от этого неприятного типа и поэтому согласился на его условия.

Незнакомец облегченно вздохнул, совершив, наконец, заветный обмен.

– Верный выбор, юноша! – горделиво расправил плечи новоявленный обладатель книги, прижимая её к груди. – Теперь вторая часть вашего вознаграждения. Секрет успеха! Мои рекомендации, кстати, ещё никому не навредили! Вот, к примеру, ваша лавка… Она совершенно не обращает на себя внимание. Ни флага, ни знака, ни герба! А ведь покупатель сперва смотрит, потом – берёт.

Яш, не проявляя особого интереса, продолжал складывать остатки товара в холщовый мешок.

– Нужно название! Вывеска! – продолжал незнакомец, размахивая рукой, будто уже видел эту самую вывеску воочию. – Надо придумать броское имя! Например… «VENATOR AD VERBUM!» – он произнёс это с таким благоговением, словно открывал священную формулу. – И написать непременно заморскими символами. Тогда и покупателей богатейших прибавится. Сразу поймут: здесь не базарная лавочка, а храм слова!

Яш замер. Незнакомые, уродливые слова больно ударили по слуху.

– Что вы сказали? – переспросил он, невольно выпрямляясь.

– «VENATOR AD VERBUM»! – торжественно повторил искатель, будто провозглашал титул. – В переводе – «Ловец слов»! Звучит, а? Благородно, таинственно, дорого!

Яш промолчал, но внутри всё сжалось. Он услышал слова из несуществующего языка. Нет, он не кичился тем, что таты от природы были полиглотами – хранителями памяти слов мира, из которых сложились все языки планеты. Он знал десятки наречий, понимал шепот древних рун и пение южных диалектов. Но эти слова… они были неправильными.

Они не выросли вместе с первыми людьми, не взошли из земли, не вызревали в устах сказителей, не ковались в горниле народной речи. Они были слеплены – да, аккуратно, расчётливо, но с холодным умом и без теплоты сердца. Они были искусственные, как стеклянный цветок, который никогда не пахнет.

«Всё, рождённое искусственным образом, не может принести добрых плодов», – вспомнилась ему поговорка бабушки Аникай.

Незнакомец, не замечая внутреннего сопротивления Яша, продолжал вдохновенно про оформление вывески, высокую прибыль. Он говорил быстро, рисуя словами яркие картины.

Яш всем видом показал, что разговор окончен. Торопливо перекинув завязанный мешок через плечо, протянул искателю руку:

– Спасибо за совет. Мне пора.

Покупатель, поглощённый вихрем собственных мыслей, не расслышал последних слов. Он воспринял жест прощания как знак расположения – с энтузиазмом сжал ладонь Яша и, одарив двукратным рукопожатием, просиял:

– Корвин! Очень приятно! Не стоит благодарности!

Яш замер в замешательстве. В глазах мелькнула растерянность – словно он вдруг оказался в чужом сне, где правила игры ему неведомы. С трудом выдавил из себя:

– Я… Яков… Мне… мне пора.

Резким движением он высвободил руку из цепкого пожатия Корвина. Не добавив ни слова, развернулся и зашагал прочь – сперва размеренно, затем всё быстрее, пока не помчался к постоялому двору, будто спасаясь от невидимой угрозы.

Корвин остался у прилавка. Пальцы его дрожали, перелистывая страницы приобретённой книги. Он вдыхал запах старой кожи и чернил, а в груди разрасталось пьянящее ощущение: золото где‑то рядом!

Примечания