Убойный городок. Смертельное приветствие

Глава IV. Дом

Радж никогда не забудет первого впечатления, которое на него произвело его новое жилище, так как домом его было сложно назвать.

Справа стояла большая русская печь, которую давно не белили и не топили. Она была добротной, дверки поддувала новенькие, чугунные, очаг аккуратно выложен и декорирован ажурной лепниной и арками. А лежанка на печи была с деревянными столбиками с одной стороны, а с другой стороны к печке была приставлена маленькая лесенка, позволявшая забраться на лежанку. Потолок кухни деревянный, без шпаклёвки и извёстки. На кухне было три больших деревянных окна, одно выходило во двор и два на улицу. Стёкла грязные, а рамы потрескались. Рядом стояла вторая пара окон в раме, а с подоконника свисал рулон ваты.

– Что это за гадость на окнах? – спросил брезгливо Радж.

– Это просто старая вата.

– Зачем она там?

– Зимой с одной парой окон очень и очень холодно. Продувает, поэтому мы вставляем вторую оконную раму, а между ними кладём вату и тряпки красивые.

– Зачем? Для украшения?

– И да, и нет. Понимаете, шеф, чтобы окна «плачут» поэтому нужно что-то положить, чтобы впитывало воду. Представь, в избе жара под 30 градусов, а с другой стороны окна минус 30. Вот межу жарой и холодом всегда всё тает, а рулоны ваты впитывают весь конденсат.

– А нельзя пластиковые поставить окна?

– Можно. Вот и поставите… если останетесь.

– Если останусь? – удивлённо переспросил Радж. – Александр, боюсь, у меня нет выбора. Меня никто не спрашивает, останусь ли я. За меня это уже решили, раз я здесь.

– Значит, поставите пластиковые окна, – заулыбался Александр. – И раз уж нам вместе и дальше работать, то для простоты меня все здесь зовут Санчес. И вы так делайте, шеф.

– Санчес, да? – заулыбался Радж.

Он продолжал осматривать дом и ужасаться. Пол кухни был из досок, которые шатались и прогибались под весом человека. На кухне из мебели стояли: старенький обшарпанный стол, косая табуретка, из которой повылазили все гвозди, а также старый, крашеный буфет.

– А готовить на печке, или во дворе на костре? – поинтересовался Радж.

– Не, вон в углу стоит газовая плита. Внутри газовые баллоны. Как газ закончится, закажите новый баллон, вам привезут. Я тут о вас позаботился немного и притартал новый газовый баллон, и даже подключил его сразу. Я покажу, как пользоваться этим хозяйством. Вы осмотритесь малёха.

Радж пошёл в следующую комнату, но споткнулся о высокий порог. В зал он влетел головой вперёд и приземлился на грязный пол.

– А-а-а-а, чтоб этот, вонючий порог, – выругался Радж.

Он с трудом встал и осмотрелся, зал был вполне просторный. Правда всего два окна, которые выходили на улицу, а вторая стена была глухой, только понизу шли батареи в два ряда. Стены побелены, но кое-где извёстка искрошилась, а кое-где отвалилась даже шпаклёвка. В одном углу стоял старенький зелёный диван-книжка, без ножек, а у левого угла примостился советский письменный стол. Он на удивление был лакированным и добротным, поэтому смотрелся совсем не к месту среди этой разрухи.

В следующую комнату Радж вошёл очень аккуратно, памятуя о высоких порогах. Это была большая квадратная спальня, в которой находились три окна, старый советский шкаф и кровать с железной сеткой. На кровати аккуратно был свёрнут старенький матрас, подушка и одеяло.

– Это я, шеф, подсуетился и привёз вам спальные принадлежности. Как знал, что вы свои не привезёте, – сказал Санчес со смехом и пошёл на кухню.

Радж последовал за ним. Как грустно ему было и неуютно. На улице уже было тепло, а в доме как-то сыро и холодно. На кухне они оба потоптались у единственного табурета, который шатался и держался на одном гвозде. Александр понял, что дело плохо и вытащил свой мобильный.

– Алё, Лёха? Лёха, возьми на подмогу свою зазнобу и кати к шефу. У него тут разруха полная, как после Мамая: ни еды, ни мебели. Давай тащи всё, что не жалко. Ага… Да… И заедь за моей… Как за которой?! За Светкой, конечно. Какая Марина? Мы с ней расстались неделю назад. Я сейчас у Светки греюсь, у лапушки моей. Всё, кончай базарить. Как где Светка живёт? Всё там же, на Целинной. Ага, там. Дом такой синий, третий по левой стороне. Да, ага! Ну всё, давай мигом.

Александр подмигнул, удивлённому Раджу, и набрал ещё один номер.

– Светушка-зазнобушка, душа моя, это я, – начал Александр говорить бархатным голосом, какого Радж ещё не слышал от него. – Сердце моё, у шефа моего нового беда. Он гол, как сокол, приехал. Ну, ничего не приволок. Ага, да. Только шмотки и припёр. Ага… Не-не, ни мебели, ни еды. Бедлам полный. Ага… Да зачем-же, моя краса, ты будешь ноженьки свои белые топтать? За тобой сейчас Лёха с женой прикатят. Ага, я и их на подмогу вызвал. Ага, да! Всё, собирай всё, что не жалко. Ага, ну всё, душа моя, до встречи.

Не прошло и полчаса, как прилетел Лёха на личной «Газельке». Александр открыл ему ворота, и тот припарковал машину прямо у крыльца, откинул тент кузова, где горами лежала мебель и всякие нужные вещи. Лёха и Александр быстро всё перетаскали в дом, женщины отмыли каждую щель. Пока порядок наводили в доме, Санчес сводил Раджа за водой. Когда Радж увидел странную конструкцию, на которой возят фляги с водой, долго ржал. Железная рама, с крючком и кривыми колёсами. Оказывается, такие штуки не продают, их делают сами жители, поэтому у каждого тележка-водовоз «уникальная». Раджу досталась тележка от старого хозяина, а флягу заранее привёз Александр.

Потом Радж учился управлять телегой и надевать флягу на крюк. Давно не веселились так Лёха и Санчес. Потом все трое пошли на колонку. Колонка была старая, чугунная и высокая, но механизм был хорошо смазан, и ручка шла вниз при лёгком нажатии. Через несколько секунд в флягу полилась вода, а колонка «запела» от напора воды. Когда фляга была полностью заполнена, Алексей показал, как она закрывается, и для чего нужны резиновые подкладки под замок. Нацеплял полную флягу сам Радж, и с непривычки, тележка под тяжестью отъехала, сбросила флягу и наехала больно на ногу. Потом он всё же он справился с флягой и тележкой, и благополучно привёз домой воды. С большим трудом он заволок полную флягу в дом, где их уже ждали помощницы. Пока Светлана и Аннушка всё мыли и расставляли, мужчины ещё шесть раз съездили на колонку и навозили воды в баню. После Санчес поделился банными премудростями, как печку топить, зачем веники нужны и какие лучше выбрать и т. д. и т. п. Александру только дай волю поболтать, и он не остановится никогда.

Через пару часов банька нагрелась. Первыми сходили помыться женщины, а затем пошла мужская часть компании. Радж был абсолютно русским человеком, но родился и вырос в Москве, где этих бань утыкано уйма, но они мало походили на деревенскую баню. Баня по-московски, это сухие парилки и огромный бассейн. А здесь в Тарасово, баня – это адски натопленное маленькое помещение, где обжигал даже воздух, а смеющийся Санчес, взял ковш с холодной водой, и вылил её на горячие камни. После этого Радж плохо помнит, что с ним случилось. Его заволокло горячим паром, он задыхался и ничего не видел вокруг, его окунули в таз с горячей водой, после этого таз вылили на него, затем плюхнули его на скользкий горячий полок и больно отхлестали березовыми ветками. Пахло вкусно, но было горячо и жарко. Когда Радж выполз в предбанник, ему казалось, что его сварили в котле кипящей смолы, и он навечно останется инвалидом. Но прохладный весенний воздух остудил нагретое тело, отчего Радж почувствовал огромное облегчение и безумное счастье. Он вдохнул полной грудью чистый воздух, и каждая клеточка его тела хлопала в ладоши и наслаждалась. Александр и Алексей еле-еле растолкали, разомлевшего Раджа, и отвели домой. А дом-то было и не узнать. Вот, что значит женская рука.

На кухне висели весёлые белые занавесочки, окна чисты и распахнуты настежь, на окнах висели сетки от комаров и мух, стол исчез под яркой скатертью, газовая плита во всю шкварчала, пыхтела и булькала. На полу раскинулись тёплые вязаные дорожки, скрывая жуткий пол и щели. Изба протопилась дровами, и всюду витали ароматы чистящего средства, вареной картошки и лаврового листа. Женщины настрогали пару салатиков, порезали сальца, поджарили картошечку, солёные груздочки приправили сметаной, наварили пельменей, и накрыли стол. На столе лежали гнутые алюминиевые ложки и вилки, стояли гранёные стаканы и чашки со сколотыми ручками, на печке пыхтел железный чайник, а у Раджа появился набор крепких табуреток и пара стульев с мягкими спинками. Санчес достал большой бутыль с белой жидкостью.

– Итак, предлагаю отпраздновать ваше назначение, шеф! – радостно предложил Александр. – Вряд ли вы в своей Москве пробовали нашу родимую.

– Вашу родимую? Водку что ли? – усмехнулся Радж. – Санчес, я хоть и из Москвы, но всё-таки русский. Водка – это не то, чем можно меня удивить.

– А самогонка?

– Самогонка? Так её же нельзя гнать! – сказал Радж.

– Гнать нельзя, а пить можно. Не знаю, какой злыдень подкинул мне пару бутылей, но её срочно нужно выпить, – засмеялся Санчес и ему вторили все остальные.

Радж выпил стопку самогонки так же, как пил водку – залпом. Но её ужасный вкус и запах ударил ему в мозг. Воняла она хуже жжёной резины, а на вкус самогонка больше похожа на протухший одеколон или чистящую жидкость для унитазов. Через секунду выпитое Раджем запросилось назад, и он кое-как сдержал рвотный рефлекс.

– Блин, что это за отрава? – простонал Радж.

– Это самогон – восьмидесятиградусный, а первачок и под 100 градусов давит, – крякнул одобрительно Санчес.

Все тарасовцы пили эту отраву даже не морщась, Александр объяснил это опытом, но Радж не смог её больше пить. Уже после первой рюмки желудок обуял огонь, и появилась отрыжка. Раджу казалось, что он, как дракон, вот-вот начнёт извергать пламя. Изрядно угостившись, гости стали расходится по домам. Санчес и Света вызвали такси.

– В Тарасово есть такси? – удивился Радж. Ему казалось, что Тарасово имеет две улицы.

– Конечно, шеф, – икнув, ответил Александр. – Тарасово и за два дня весь не обойти, а такси у нас больше, чем людей. Каждый второй или работает в такси, или работал, или собирается там работать. Ну, всё, адью!

И пьяненькие гости уехали восвояси. Лёха-же, укушался изрядно. По просьбе Аннушки, Радж доволок Алексея до кузова «Газели», и погрузил его туда. Аннушка закрыла борта, опустила тент и села за руль «Газельки». Поскольку она не пила, то без проблем завела автомобиль, и вырулила со двора. Видимо, не в первый раз везёт мужа в кузове. Рабочий «УАЗик», так и остался припаркованным вдоль канавы, на улице. Радж не стал рисковать, он на механике уже забыл, когда последний раз ездил.

Отправив гостей по домам, Радж вернулся в дом. На кухне он открыл один из своих чемоданов, где лежал самый крутой и безумно дорогой ноутбук фирмы «Argut». Его характеристики были потрясающими, и он во многом превосходил персональный компьютер. Александр предупредил Раджа про одну из самых печальных бед Тарасово – отсутствие качественного интернета. В Тарасово был только один провайдер, который Санчес прозвал «Говноком», а его юридическое название «Главтелеком». Сия компания зарабатывала тем, что вместе с интернетом насильно заставляла устанавливать стационарные телефоны, при этом она в три дорога брала за установку телефона, а потом ещё и абонентскую плату не только за интернет, но и за номер нужно было платить. Как понял на своём опыте Радж, не имея конкурентов в Тарасово «Главтелеком» измывался над людьми и за интернет, работающий со скоростью улитки, то есть меньше 1 МБ, они брали 1000 рублей! В Москве вообще не было таких конских ценников, даже 100 МБ стоило не больше 500 рублей, и никто никого не заставлял ставить стационарные телефоны. Радж мучился битых два часа, чтобы хоть что-то загрузилось. Жуткий Главкомовский модем пиликал, чирикал и теренькал, безумно моргал оранжевым светом и, наконец, соединил Раджа с почтой. Попытка воспользоваться «Скайпом» провалилась, скорость интернета была невероятно низкой. Радж беспомощно таращил глаза на экран, где крутился бесконечный кружок загрузки. Психанув, он набрал номер техподдержки Главтелекома, где оператор переключил его звонок оператору региона, из которого звонил Радж. После того, как местный диспетчер выслушал его просьбу он монотонным и будничным голосом сказал:

«Уважаемый абонент, а не пошли бы вы на **й!»

И в трубке послышали гудки. Радж был ошеломлён, кто бы мог подумать, что «Главтелеком» берёт с людей деньги, да ещё и посылает их в незавидные дали. И тут Радж разозлился. Ярость, накапливаемая целый день вырвалась наружу, Он с силой пнул старый табурет, который немедленно развалился на мелкие части. Его смартфон в руке ожил, Радж посмотрел на дисплей и увидел, что мама звонит через бесплатный мессенджер «Вот-опс» по видеосвязи. Радж заметался по дому, выбрал зал и старенький диван, который обзавелся прелестной вязаной накидкой, а позади дивана висели вполне приличные шторы, и не видно извёстки на стенах. «Отлично! – подумал Радж, – может сойти за провинциальную квартирку.»

Радж устроился удобно на диване, поднял телефон так, чтобы камера захватывала только шторы и окно, и нажал на кнопку «Принять звонок». Когда на экране появилась мама и папа, Радж изобразил очень искреннюю улыбку.

– Мама! Папа! Как я рад вас видеть!

– Что? Полный абздец, сынок? – вместо приветствия с сарказмом сказала мама.

Радж сразу сдулся, вот что за женщина? Никогда он не мог её провести или обмануть. Ну, ни разу она не повелась на его ложь! Откуда она всё знает?!

– Да, временами, полный капут, – съехал Радж на печальные ноты.

– Что это Радж? У тебя деревья за окном? Тебе что? Частный дом дали вместо квартиры? – спросила наблюдательная мама.

– Пф… Да. Тут такое дело… Обещанная квартира находится в недостроенном доме, который стал долгостроем. Застройщик разорился, – ответил Радж. – И вот теперь я здесь. У меня нет воды, унитаза и центрального отопления, да ещё и интернет допотопный от единственного в городе провайдера. Меня учили ездить за водой с флягой и пользоваться газовой плитой, меня отмочили в бане, в которой я никогда не был и добровольно бы не пошёл, напоили страшной жидкостью, который самогоном зовут, и, кажется, я почти запомнил, как топить печку…

– Оу, – только и сказал папа.

– Возвращайся, – сказала мама.

– Мама, я сделал выбор и согласился с переводом, я не могу бросить любимое дело при первой трудности.

– Вот порода-то, упёртый как осёл, – в сердцах бросила мама. – Ладно, с интернетом я решу проблему. Внук моей подружки Виолетты Карповной, Федька, помнишь такого? Ты с ним учился в школе? Так вот он открыл свой бизнес по установке интернета. Сейчас раскрутился и собирается расширяться в регионы. Я попрошу захватить твоё Тарасово, но тебе придётся пустить его пожить к себе. И приедет он не завтра, а через пару месяцев.

Вот так всегда, мама взяла инициативу в свои руки и быстро решала проблемы детей.

– Как дела у остальных облачных Туч? – спросил Радж, намекая на своих братьев и сестёр.

– Да, ты только уехал, что могло измениться за пару дней? – с сарказмом спросила мама.

– Не слушай её, – перебил папа, который просто обожал сплетничать, и Радж был уверен, что сразу после разговора с ним он обзвонит всех родственников и расскажет о его провинциальных кошмарах. – Ты знаешь, кого твоя мама встретила на днях?

– Э-э-э… Нет, – опешил Радж.

– Казимиру!

– Ох, ты-ж! – воскликнул Радж. Много лет назад у Казимиры и его старшего брата был страстный роман. Они знали друг друга всю жизнь, и, казалось, любили друг друга с самого детства. Но случилось непредвиденное: Казимира уехала и вышла замуж, а Ранвир не смирился. Он искал её много лет, но так и не нашёл. Родители думали, что он искал Казимиру, чтобы она объяснила ему своё поведение, но только я знал, что он хотел сбежать с ней. Отец Казимиры, чистый поляк и русофоб, не хотел, чтобы его дочь выходила замуж за русского. Поэтому влюблённые решили бежать, но отец поймал Казимиру и в ту же ночь увёз её в Варшаву к дяде, где её поспешно выдали замуж. Десять лет спустя Ранвир женился на Магдалене, ни капельки её не любя. И вот в Москве появилась Казимира.

– Папа и мама, я прошу вас не вмешиваться. Это жизнь Ранвира и только он может решать, что ему с ней делать.

– Как это только Ранвир? – воскликнула рассерженная мама. – Он теперь женат, я так и сказала этой Казимире! Я не хочу, чтобы мой сын страдал ещё десять лет по её вине!

– Нет, мама! – разозлился Радж. – Давай не будем пока мешать завершению отношений Ранвира и Казимиры. Прошло десять лет. Всё изменилось и, если ты сейчас влезешь со своим мнением, ты только подтолкнешь его к измене.

Мама Раджа состроила задумчивую гримасу и кивнула в знак согласия, а папа Раджа усмехнулся.

– Ну, как бы то ни было, – нарушил молчание папа. – Но Ранвиру ещё предстоит всё это пережить. А тем временем у твоего другого брата, Сандипа, завтра состоится первая запись его сольной песни «Земля любви». Он решил остаться в Большом театре и продолжить оперную карьеру. У него, кстати, в следующем месяце большая премьера опера «Евгений Онегин», ты можешь посмотреть онлайн на видеоканале Большого театра.

– О, это очень круто! Пусть пришлет мне песню по «Вот-опсу». Поставлю её на звонок, – улыбнулся Радж. – Как дела у Анила?

– Очень плохо, – сказала мама, вздохнув. – Твой младший брат расстроен. Он опять провалил прослушивание. Его взяли просто статистом в сериал «Мастер на все руки».

– Так ему же предложили роль в сериале «Авантюристка», – удивился Радж.

– Как оказалось, это музыкальный сериал, где все танцуют и поют. А твой брат не получил и грамма таланта Сандипа. Он совсем не умеет петь и у него ужасный слух. В общем, с ним аннулировали контракт.

– Так плохо поёт?

– Даже хуже, чем просто плохо, – развела руками мама.

– Да, – вспомнил папа. – Твоя сестра Ирангани вчера познакомила нас со своим парнем.

– Что? – нахмурился Радж. – Ей же всего 16!

– У тебя в 16 тоже была девушка, – напомнила мама.

– И мы с ней такое творили, что я требую закрыть мою сестру в её комнате лет на пять!

– Ой, Радж, – отмахнулась мама. – Мы только что говорили о не вмешательстве! Твоя сестра не делает ничего из того, что ты не делал в её возрасте.

– Вот этого-то я и боюсь! – ответил Радж. – Я в свои 16 делал много такого, за что мог быть наказан пожизненно или даже получить срок.

– Радж, – покачала головой мама. – Не думай, что мы не знали или не догадывались о твоих делах. Поэтому не третируй сестру. Она взрослеет и это нормально.

– Ну, а у Рии всё по-прежнему. Она сейчас поехала с Рамом в зоопарк. Её муженька срочно вызвали в мэрию. Кстати, Радж. Может этот Иван поможет тебя вернуть сюда? – спросил папа.

– Ты что, папа! – изумился Радж. – Он же всех нас ненавидит, как, впрочем, и мы его ненавидим.

– С чего бы ему нас ненавидеть? – удивилась мама.

– Почему это мы его ненавидим? – в один голос воскликнул папа.

– Мама, он нас возненавидел в тот момент, когда узнал, что не может поменять своему сыну имя. Он хотел в честь себя сына назвать. А оказалось, что его бабушка назвала внука Рам, и даже успела имя зарегистрировать, чтобы отец не мог вмешаться. К тому же Рия поддержала тебя, а не мужа, и была в восторге от имени, – терпеливо объяснил Радж. – Папа, тебе не стыдно притворятся, что тебе нравится зять? Ты только что назвал его «этот Иван». А, наверное, хотел назвать его вообще «Ивашкой»!

Папа и мама рассмеялись, потому что между собой они действительно его так и назвали, и что самое ужасное, также его называли все остальные члены семьи Туча. Вот как-то не понравился он всем сразу. Радж был уверен, что он чувствует, как к нему относятся родственники жены. Честно говоря, Радж вообще не понимал, как его красавица-сестра могла выбрать это убожество в мужья.