Зерцалия. Наследники: Власть огня. Отражение зла. Сердце дракона

Серия «Зерцалия. Наследники»

© Е. Гаглоев, 2019

© Макет, оформление.

ООО «РОСМЭН», 2019

Власть огня

Глава первая

Лучшее время для историй

Ночь – лучшее время для загадочных и волшебных историй. Для интриг, секретов, удивительных событий; ведь именно ночью, когда темно и страшно, когда все вокруг спит либо притворяется спящим, человеческая фантазия работает совсем не так, как днем. Исключительно ночью мы можем вообразить себе все то, что невозможно увидеть собственными глазами. Звуки, скрипы и шорохи, на которые днем никто не обращает внимания, именно ночью кажутся особенно отчетливыми, значительными, а иногда и зловещими. Отчего трещат ветви в чаще леса? Возможно, это ветер. Возможно, дикий зверь рыщет в поисках пропитания. А вдруг это чудовище, затаившееся там, в кромешной тьме? Жуткий монстр, который только и ждет припозднившегося путника, чтобы схватить и утащить к себе в логово? Ночь – время темной магии, ужасов, козней и тайн. А потому все самые интересные истории случаются именно ночью. Так было и так будет всегда.

Эта история тоже началась глубокой ночью в окрестностях небольшого шахтерского городка Норд-Персиваль, со всех сторон окруженного высокими горами и густыми, непроходимыми лесами. Норд-Персиваль располагался в стороне от больших дорог, поэтому сюда редко заезжали случайные путешественники. Попасть в город можно было лишь по узкой проселочной дороге, петляющей между соснами в лесу, либо по реке, протекавшей поблизости. Единственное большое зеркало для путешествий находилось на порядочном расстоянии от города, в горах, неподалеку от входа в старую, заброшенную угольную шахту. Им редко пользовались, – ведь крохотный городок ничем не привлекал внимание путников. И мало кто подозревал, что очень скоро все это изменится.

Три луны – Энио, Пемфредо и Дейно – призрачным голубым светом сияли в черном небе над верхушками вековых дубов и сосен, причем Энио светила ярче своих сестер. Шло ее время. По земле стелился густой сизый туман. Он, словно живой, полз между толстыми, замшелыми стволами деревьев, клубящейся пеленой окутывал огромные валуны, вросшие в черную землю. Изредка налетал ветер, раскачивал скрипучие, низко нависшие над землей ветви, ворошил палые листья, толстым ковром укрывшие лесную тропинку. Когда ветер прекращался, в лесу становилось так тихо, что можно было услышать свое дыхание.

Роза и Эрик, держась за руки, брели по узкой тропе, шуршали опавшими листьями, и Энио освещала им путь. Обоим недавно исполнилось шестнадцать лет. Они знали друг друга с раннего детства, но лишь недавно начали понимать, что их дружба со временем переросла в нечто гораздо большее и глубокое. Эрик осознал, что смешная и пухленькая хохотушка Роза превратилась в стройную, изящную девушку. А Роза обнаружила, что неуклюжий сорванец с вечно разбитыми коленками возмужал, окреп и теперь смотрит на нее совершенно другим взглядом. Им хотелось проводить вдвоем все больше времени, что они и делали при любой возможности.

Отцы Розы и Эрика, как и многие мужчины Норд-Персиваля, работали в шахте неподалеку от города, в одной бригаде. Добыча каменного угля не прекращалась ни днем ни ночью, шахтеры выходили в три смены. Тем, кто работал в ночную, приносили ужин жены или дети.

Этой ночью жребий выпал бригаде, в которой трудились отцы Розы и Эрика. Молодые люди любили такие ночи, ведь им выпадал шанс прогуляться вдвоем, ни от кого не таясь. Роза несла корзинку с горячим мясным пирогом и кувшином молока. Спину Эрика грел рюкзак, в котором, заботливо укутанный полотенцем, стоял плотно закрытый горшок с только что сваренной похлебкой. До перерыва оставалось еще почти полчаса, так что они не торопились. Эрик обнял Розу, девушка положила голову ему на плечо. Увлеченные друг другом, они не замечали, как туман вокруг становился все гуще, а в лесу наступила мертвая тишина. Мохнатые лапы елей больше не раскачивались над их головами. Лес будто затаился в ожидании чего-то ужасного. Только листья все так же шуршали под ногами.

– Значит, Энио недавно осветила и ваш дом? – спросила Роза, прижавшись к боку Эрика.

Парень был на голову выше ее, и ей нравилось ощущать себя рядом с ним хрупкой и беззащитной. В случае чего, он сумел бы за нее постоять. Правда, в окрестностях Норд-Персиваля зверей не водилось, поэтому даже в столь позднее время Роза ничего не опасалась.

– В день моего рождения, – кивнул в ответ Эрик. – Я слышал, она и ваш домишко не обошла стороной?

Роза промолчала. После наступления периода Энио она не знала, как себя вести с окружающими. Роза всегда отличалась от других сверстников, но до сих пор ей удавалось скрывать свои тайные способности. Энио же раскрыла горожанам ее секрет. Теперь каждый житель Норд-Персиваля знал, что с девушкой что-то не так.

– Не смущайся, – улыбнулся Эрик. – Мы не одни такие. Цикл Энио наступил три недели назад. За это время она указала на одиннадцать домов в разных частях города. И знаешь, что это значит?

– Что в Норд-Персивале живут одиннадцать ребят, – едва слышно пролепетала Роза, – которые обладают необычными способностями… И всем им в эти три недели исполнилось шестнадцать лет.

– Все верно! И мы в их числе! Разве это не замечательно?

Эрик прижал ее к себе покрепче.

– Мне немного страшно, – призналась Роза. – Вспомни прежние времена. Старики говорят, Энио показывала одаренных ребят, и их тут же забирали слуги Властелинов. Больше никто из них не возвращался домой.

– Прежние времена ушли безвозвратно, – ответил Эрик. – Созерцатели одолели Властелинов, и теперь это в прошлом. У нас с тобой вся жизнь впереди, и опасаться нечего. Но почему ты ничего не говорила мне раньше?

– О чем?

– О своих способностях.

– Ты тоже хранил в секрете от меня свои умения, – попыталась улыбнуться Роза.

– Верно, – немного подумав, кивнул Эрик. – Просто… Я не знал, как ты поведешь себя, услышав эту новость. Опасался твоей реакции, да и остальных жителей города.

– Я хранила молчание по той же причине, – призналась Роза. – Колдуны причинили много зла нашей земле… А чудесные способности… Никто не знает, дар это или проклятие. Что, если наши скрытые силы – результат колдовства? Я боялась, что остальные жители города начнут опасаться меня. Что со мной, с нами, поступят так же, как поступили с колдунами из семейства Готель…

– Не сравнивай нас с этими убийцами, – тихо произнес Эрик. – Готели заслужили свою участь. А мы… В Норд-Персивале уже давно не появлялось одаренных детей. И вдруг – сразу одиннадцать! Возможно, сама судьба дает нам шанс сделать что-то хорошее, принести пользу своему народу. В Зерцалии сейчас смутные времена, никто не знает, чего ожидать в ближайшее время. А мы можем помочь не только своему городу, но и всему миру!

– Каким образом? – с улыбкой поинтересовалась Роза. – Что мы можем сделать?

– Я слышал, Созерцатели сейчас пополняют свои ряды такими, как мы, – ответил Эрик. – Любой человек может принести пользу. Поступим в любой Экзистернат, и они научат нас полностью владеть своими способностями, сражаться со злом, распознавать темных магов, которые сейчас скрываются по всей Зерцалии.

– Так ты хочешь отправиться в школу Созерцателей?

– Думаю над этим, – признался Эрик, кивнув головой. – А ты? Не хочешь ко мне присоединиться? Это ненадолго, – быстро проговорил он, заметив замешательство девушки. – Они просто обучат нас, и мы вернемся домой. Мне кажется, такой опыт всегда полезен.

– Даже не знаю, – пожала плечами Роза. – Никогда не задумывалась об этом. Но мне не хотелось бы… – она вдруг немного покраснела, – расставаться с тобой.

Эрик остановился. Шуршание листьев прекратилось. Роза подняла голову и встретилась с ним взглядом. Он смотрел на нее, загадочно прищурившись, словно изучая.

– Правда? – тихо спросил Эрик. – Почему?

Роза замерла, не зная, что ответить. Это продолжалось почти минуту. А затем Эрик расхохотался, подхватил ее и закружил. Роза ойкнула и нервно рассмеялась.

– Я тоже не хочу расставаться с тобой! – весело воскликнул парень. – И знаешь почему?

Он резко остановился.

– Потому что я люблю тебя.

И его губы прикоснулись к ее губам. Роза замерла. Если бы он не обнимал ее, она точно не удержалась бы на ногах. Корзинка с пирогом упала на землю. Роза не знала, сколько длился этот поцелуй, она забыла обо всем на свете – об отце, шахте, о корзине с ужином, которая медленно исчезала в клубах наползающего тумана. Эрик и Роза целовались на лесной тропе, залитой лунным светом. Наконец Эрик вздохнул и нехотя опустил подружку на землю. Роза прижалась щекой к его груди.

– Я тоже тебя люблю, – шепотом призналась она.

Туман вокруг становился все гуще.

– Так ты отправишься со мной в Экзистернат? – спросил Эрик.

– А что скажут наши родители? Они наверняка будут против.

– Главное – мы вместе. Они поймут. Должны понять.

– Моя мама – цветочница, а отец – шахтер. Думаешь, им есть дело до моих способностей?

– Мы должны научиться управлять своими новыми талантами. Я уже говорил об этом своей маме, и она меня поддержала. Отец тоже не станет возражать, когда поймет, что после обучения я вернусь домой.

– Может, и мои не станут противиться, – вздохнула Роза.

– Если хочешь, мои родители с ними поговорят. И кстати, – Эрик хитро прищурился, – ты так и не сказала, что ты умеешь делать.

– Да и ты пока со мной не откровенничал!

– Я сказал тебе другое, и это куда важнее моих способностей, – заявил парень.

С этим Роза не могла не согласиться. Ей тоже потребовалось собраться с духом, чтобы признаться другу в любви. Зато теперь ей сразу стало легче.

– Я выросла среди цветов, – сказала она. – Возможно, это как-то взаимосвязано. Я могу управлять растениями, и они меня слушаются.

– Вот как? – вскинул брови Эрик.

– Самый чахлый кустарник зацветет через несколько минут, если я мысленно попрошу его об этом, – улыбнулась Роза. – На большее я пока не способна. Но и этого хватило, чтобы моя мама едва в обморок не упала, когда я проделала такое в первый раз. Так я восстановила несколько увядающих розовых кустов в нашей оранжерее. Конечно, мама осталась довольна.

– Значит, она не станет возражать против твоего поступления в Экзистернат.

– В отличие от моей бабушки. Вот уж кто действительно уверен, что я проклята!

– Твоя бабушка тот еще фрукт! – усмехнулся Эрик. – Но, насколько я знаю, она не в ладах с твоими родителями. Значит, ее мнения никто и спрашивать не будет.

– Ну а на что способен ты? – спросила Роза, глядя другу в глаза.

Совсем рядом раздался громкий треск, словно кто-то наступил на сухую ветку. Туман заволновался, потревоженный внезапным резким движением.

Эрик вместо ответа тревожно огляделся по сторонам. Роза замерла и прислушалась. Ей вдруг почудилось, что они не одни в этом мрачном, темном лесу среди высоких, поросших мхом деревьев. Тропу освещал свет луны, но буквально в паре метров от нее тьма меж стволов сосен казалась непроницаемой. И живой.

– Ты что-нибудь слышишь? – холодея, спросил Эрик.

– Нет, – хриплым шепотом ответила Роза.

Разлапистая еловая ветка за ее спиной вдруг качнулась, задела плечо. Роза испуганно вскрикнула и обернулась. Эрик все еще держал ее за плечи.

– Здесь кто-то есть?! – воскликнула Роза.

В тот же момент что-то с силой оторвало от нее Эрика. Парень вскрикнул и рухнул на землю, мгновенно утонув в клубах белесого тумана. Неизвестная сила поволокла его по земле вглубь леса. Короткий, полный ужаса вскрик, треск сучьев и шелест листьев. А затем – снова тишина.

– Эрик!!! – завопила Роза. – Эрик, где ты?!

За ее спиной раздался громкий треск. Ель вздрогнула, и ее ветки тяжело заколыхались в воздухе. Роза с криком сорвалась с места и понеслась по узкой тропинке, едва заметной в расползающемся тумане. Ночь наполнилась шорохами, потрескиванием и поскрипыванием. Роза мчалась сломя голову, а за ней пробиралось сквозь лес что-то огромное и неповоротливое. Она слышала шум за своей спиной, гулкие шаги, от которых содрогалась земля. Где-то совсем рядом с треском обрушилось дерево. Еще несколько замшелых стволов рухнули неподалеку, выворачивая шевелящиеся корни из сырой земли.

Роза остановилась, тяжело дыша и затравленно озираясь. Все вокруг скрипело, трещало и двигалось, с деревьев сыпалась листва. До шахты оставалось совсем немного, девушка это точно помнила. Листва под ногами зашелестела и вздыбилась, из земли полезли шевелящиеся корни, похожие на живых змей. Роза подхватила подол платья и кинулась в сторону шахты. Она никогда в жизни так не бегала и никогда еще ее не охватывал такой ужас. Ветки хлестали по лицу и плечам, Роза падала, вскакивала и бежала дальше, стремясь как можно скорее покинуть ужасный лес.

Наконец она вырвалась из чащи и побежала по горной дороге, ведущей к шахте. Кошмарные деревья остались позади, монстр, преследующий ее, не вышел из леса, словно опасаясь появляться на открытой местности. Роза бежала, истошно вопя от ужаса, а за ней струилась ее тень, казавшаяся особенно длинной в свете трех лун. Услыхав дикие крики, из шахты выбежали встревоженные рабочие, среди них и отец Розы.

– Дочка?! – изумленно воскликнул он, бросаясь ей навстречу. – Что произошло?

Отец Эрика тоже был здесь. Напряженно хмурясь, он искал взглядом своего сына, но того рядом с Розой не оказалось. Холодея от недобрых предчувствий, шахтеры поспешили навстречу девушке, чтобы успокоить и расспросить ее. Но едва отец Розы подхватил бьющуюся в истерике дочь, та тут же потеряла сознание. Мужчины испуганно переглянулись.

В лесу, неподалеку от входа в шахту, снова что-то громко затрещало. А затем наступила мертвая тишина. Призрачный, белесый туман продолжал медленно обволакивать черные стволы вековых деревьев.

Глава вторая

Обычный день в Экзистернате

– Давным-давно, еще до того как в Зерцалии появился древний демон, прозванный впоследствии Темнейшим, маги нашего мира черпали свои силы исключительно из природных стихий. Они использовали энергию земли, воды, воздуха и огня, а потому всех живших в те времена колдунов условно можно было разделить на четыре клана, – вещал учитель Корнелиус, обводя хмурым взглядом собравшихся перед ним учеников. – Члены Клана Воздуха повелевали ветрами и грозами, дождем и снегом. Клан Земли создавал драгоценные камни, которые впоследствии использовались для создания амулетов и оберегов, мог провоцировать обвалы в горах и землетрясения на равнинах, возводил замки и сооружения за считаные часы. Клан Воды властвовал над морями, реками и озерами, его члены могли поворачивать водный поток вспять и создавать существ, полностью состоящих из воды. Ну а Клан Огня, как вы уже и сами могли догадаться, повелевал пламенем. Я перечислил лишь малую часть их способностей и умений. Чтобы рассказать обо всем, одного урока не хватит. К тому же я не уверен, что вы, тупицы, внимательно меня слушаете! – закончил старик свое выступление. – Вам лишь бы мечами на тренировках махать, а о точных науках вы даже не задумываетесь!

– Ну почему же? – возразил один рыжий и вихрастый мальчишка. Корнелиус плохо запоминал имена новых учеников Экзистерната, но этого, кажется, звали Паулем. – Мне вот, например, очень интересны не только различные науки, но и история нашего мира. Это правда, что вы когда-то входили в четверку Древних?

Корнелиус скорчил такую мину, как будто его заставили разжевать лимон. Маленький и толстый, обладающий полностью стеклянным телом, он заковылял к учительскому столу, переваливаясь на ходу, словно утка. Длинная, тяжелая мантия скользила за ним по гладкому обсидиановому полу.

– Входил! – кивнул он. – Но я не люблю вспоминать об этом.

– Древние ведь служили злу! – возбужденно воскликнул Пауль.

– Вовсе нет! – рявкнул Корнелиус, сжав кулаки. – Мы не служили злу! Мы лишь ставили эксперименты, пытались освоить новые силы и, возможно, слишком далеко зашли в своих изысканиях. Мы искали лазейку, но когда ворота распахнулись, просто не сумели их закрыть… Некоторые знания слишком опасны, и лучше не стараться постигнуть того, чего не понимаешь. Мы же поняли это слишком поздно, когда уже ничего нельзя было вернуть.

– Это тогда вы поработили Темнейшего и стали пользоваться его силами?

– Все знают, что это было проделано Мортианной и Небьюлоном! Мы с Магистром не желали этого, поэтому в рядах волшебников и произошел раскол. Позже я понял, что не стоило потакать желаниям этих двоих… Они все испортили. Нарушили все законы зеркальной магии. Все перемешалось, и не стало больше магии Огня или Воды… Колдуны научились перенимать способности друг у друга, затем начали использовать их против своих же коллег. Это были очень смутные и кровавые времена. Хотите узнать больше, почитайте об этом в старинных трактатах.

– Я читал, – не унимался Пауль, – только на некоторые вопросы так и не нашел ответов. Будто кто-то специально подчистил информацию, чтобы утаить кое-что от учеников. Может, это вы, учитель Корнелиус, не хотите, чтобы мы узнали разные темные секретики из вашего прошлого?

– Самый умный? – скривился Корнелиус, усаживаясь на свой стул с высокой спинкой.

– Есть немного! – радостно кивнул мальчишка.

– А не ты ли еще недавно думал, что сельдерей – это самец селедки? – поинтересовался Корнелиус.

Класс грохнул от хохота, но Пауля это ничуть не смутило. За широким окном вспорхнула стая потревоженных птиц. Они пронеслись над живописным водопадом, падающим с гигантского утеса, и исчезли в лазурном небе.

– Еще я слышал, – не унимался мальчик, – что с помощью Темнейшего вы научились создавать свои порошки, а потом и оживлять доппельгангеров! Значит, вы не сразу покинули ряды Древних? Какое-то время еще общались с ними?

Корнелиус едва зубами не заскрежетал от досады. Все, сказанное мальчишкой, было правдой, но он не хотел вспоминать о событиях прошлого. С тех пор много воды утекло, да и сам Корнелиус стал совершенно другим человеком. Темнейший был уничтожен, и его дьявольская сила исчезла вместе с ним, но темное наследие жило и периодически давало о себе знать.

Например, эти подростки, сидящие сейчас перед ним в просторном зале. Когда магия демона отравила мир, в Зерцалии начали появляться дети, обладающие удивительными способностями. Темный гламор – та самая сила демона – оказался в них настолько силен, что позволял совершать странные и пугающие действия, на которые другие дети были не способны. Сами того не зная, все они являлись наследниками Темнейшего с его ужасающей силой. Радовало лишь, что способности их были довольно слабыми и никто из учащихся по своей силе не мог сравниться с самим Темнейшим либо печально известными Красным и Черным Джокерами.

К счастью, на свет такие дети появлялись редко, странными сверхъестественными силами обладал примерно один младенец из пятидесяти. В прежние времена Властелины забирали их из дома в день шестнадцатилетия, а затем с помощью зеркальных ведьм готовили из них послушных солдат для гвардии Императора. Их превращали в покорных рабов и заставляли совершать ужасные поступки.

После свержения Властелинов и гибели Темнейшего все одаренные дети получили свободу. Кто-то тут же исчез из виду, вернувшись к родителям либо скрывшись в самых дальних провинциях этого мира, кто-то вступил в ряды Созерцателей. Ребята хотели приносить пользу, чтобы хоть как-то искупить свои былые прегрешения. Наследники – именно так называл Корнелиус сидящих перед ним учеников, когда они этого не слышали.

Демона уже нет, а такие дети по неизвестным причинам все еще продолжают появляться. Специально для них Орден Созерцателей основал четыре школы – Экзистернаты – в разных частях Зерцалии. Опытные преподаватели из старейшин Ордена учили ребят управлять своими способностями, одновременно обучая их различным наукам. Ученики Экзистернатов осваивали астрологию, математику, химию и физику – все то, что могло пригодиться им в дальнейшей жизни. Боевая подготовка входила в обязательную программу обучения. Когда-то Властелины готовили из Наследников убийц для службы в гвардии Императора. Теперь Созерцатели помогали ребятам открыть и развить в себе другие таланты – художников, писателей, ученых, конструкторов, – в общем, тех, кому в будущем предстояло управлять этим миром, делать его лучше, не допуская повторения ошибок прошлого.

Корнелиус Гельбедэр понимал свои высокие цели и задачи. Он служил директором в одном из четырех Экзистернатов, в его подчинении находилось десять учителей, которые отлично справлялись с почти двумя сотнями учеников. Ребята постарше исполняли обязанности вожатых и охранников.

Вера Геллерт, Андрей Невзоров, Макс Беркут, Алекс Грановский, еще несколько девушек и парней. Каждый из них неплохо показал себя в недавнем сражении с Властелинами и их армией у обсидианового замка. В битве пали не только все члены Флэш-Ройяля, но и сам Темнейший.

Но Корнелиус отчего-то терпеть не мог этих молодых, сильных, ловких. Правда, ему вообще никто особо не нравился – такова уж была его натура.

А больше всех его бесил Грановский. Наверное, потому, что Алекс, этот пройдоха и наглец, был единственным, кто не боялся директора Корнелиуса и не выказывал ему абсолютно никакого почтения. Если бы не дружба Алекса с Магистром Ордена, да еще то, что его отец, Дмитрий Грановский, входил ныне в Совет, управляющий всей Зерцалией, Корнелиус уже давно превратил бы этого нахального юнца в стеклянную статую.

И сейчас, слушая болтовню рыжего Пауля, Корнелиус вдруг догадался, откуда мальчишка получил информацию, которую сам он предпочел бы утаить от окружающих. Не иначе кто-то поделился, и не только с ним, но и со всеми учениками Экзистерната. И этот кто-то, конечно, Грановский! Корнелиус в этом нисколько не сомневался.

– И что же еще ты слышал? – недобро прищурился стеклянный старик, глядя на общительного мальчишку.

– Что вы спите стоя, привязав бороду к крюку на стене, чтобы не упасть, – и глазом не моргнул тот. – А ваши золотые грифоны тем временем гоняют мышей в подвале замка.

– Ага! – завопил Корнелиус, яростно ударив кулаком по столу. – Знаю, откуда ветер дует! Это ведь Грановский распространяет обо мне гнусные слухи?

Ученики испуганно уставились на него во все глаза.

– Все, что он обо мне болтает, – наглая ложь! – прорычал директор Гельбедэр. – А тебя, если еще раз откроешь свой глупый рот, самого будут гонять мои грифоны!

Пауль, живо представив себе эту картину, побледнел.

– То-то же! – злорадно крикнул Корнелиус и вскочил на ноги.

Вернее, попытался вскочить, но ему это не удалось. Что-то удерживало его на сиденье. Корнелиус подпрыгнул еще раз и, вытаращив глаза, с испуганным воплем полетел вверх тормашками. Послышался громкий треск рвущейся материи. Стеклянный старик с грохотом свалился под стол вместе со стулом. Ученики ошеломленно уставились на место, где только что сидел Корнелиус. Затем не выдержали и громко захохотали.

Глава третья

Поглядим, кто будет смеяться последним!

– Куда подевался этот поганец? – Корнелиус в изорванной мантии заметался по залу среди хохочущих воспитанников. – Ох, попадешься ты мне на глаза, прожорливая бестия! Так отхожу линейкой, ты у меня неделю сидеть не сможешь!

– Что случилось, учитель? – Из коридора прибежала Камилла, одна из старших вожатых.

Девушка споткнулась о перевернутый стул и упала, сбив Корнелиуса с ног. Низенький, толстый старичок снова брякнулся на пол, чем вызвал в классе новый взрыв хохота.

– Неповоротливая дылда! Смотреть надо под ноги! – закудахтал он, барахтаясь в длинной мантии. – А ну отвечай, куда спрятался этот балбес Грановский? Иначе и тебе достанется!

– А я-то здесь при чем? – недоуменно спросила Камилла, поднимаясь на ноги.

Заметив большое зеркало, она тут же начала прихорашиваться. Девушка поправила золотистые локоны, проверила, не размазалась ли тушь. Среди воспитанников Ордена Созерцателей Камилла считалась настоящей красавицей, многие мальчишки сходили по ней с ума. Только учитель Корнелиус называл ее пустомелей и бестолочью, но он недолюбливал многих, так что Камилла не обращала особого внимания на его нападки.

– Вы заодно с Грановским, я в этом уверен! – Корнелиус повернулся к ней спиной. – Смотри, что он натворил!

Камилла звонко расхохоталась: на заду у Корнелиуса зияла гигантская дыра, края разорванной мантии и штанов едва прикрывали белое в красный горох нижнее белье старика. Приличных размеров кусок мантии свисал с сиденья перевернутого стула, в воздухе витал ощутимый запах клея для обуви.