Марголеана. Имя мне Гнев

Глава 6

Силуэт на стене

Следователи Юрий Карамзин и Андрей Чехлыстов приехали в исторический музей к началу аукциона. За пару часов до этого Андрей предложил присоединиться Роману Кукушкину, и тот не стал возражать. Раз уж их расследования пересеклись, не следовало упускать ни одной возможности выйти на след заказчика похищения и убийцы незадачливых грабителей.

Следователи вошли в здание, когда ведущий аукциона объявлял о начале торгов. Зал был полон. Желающие поучаствовать – все в дорогих вечерних платьях и костюмах – с интересом рассматривали многочисленные картины, выставленные на торги. Но следователей современное искусство не интересовало, в музей они приехали совсем по другому поводу.

В тесной комнате видеонаблюдения, где сидели охранники, царил идеальный порядок. Одна из стен была занята двадцатью видеоэкранами, на которых поочередно возникали изображения всех залов и служебных помещений, хранилищ и коридоров, вестибюлей и служебных лестниц. Картинки сменялись каждые несколько секунд. На длинном, узком столе с клавиатурой, стоявшем перед экранами, не было ни единой пылинки. На многочисленных полках слева и справа от видеостены были аккуратно расставлены и разложены папки с бумагами, картонные коробки и пластиковые чемоданчики с запчастями. Неизвестно, всегда ли сохранялся порядок, или кто-то заранее предупредил службу безопасности о скором визите полицейских следователей, но находиться здесь было приятно.

Перед экранами сидел крепкий охранник в униформе, который представился Сашей и сказал, что ему приказали оказывать следователям всяческое содействие.

Охранник Саша беседовал с молодым светловолосым парнем в черных джинсах, белых кроссовках и темно-сером пиджаке. Судя по бейджику на правом нагрудном кармане, это был один из сотрудников исторического музея, причем не самого низшего звена, решил Роман, поскольку при появлении полицейских парень и не подумал удалиться. Он лишь освободил стул, чтобы Карамзин или Чехлыстов мог присесть у видеоэкранов рядом с охранником. Кукушкину места не хватило, поэтому он остался стоять.

– Итак, господа, чем могу помочь? – вежливо осведомился Саша, обернувшись к следователям.

– Нам хотелось бы взглянуть на видеозапись, сделанную в момент смерти Константина Перелозова, – попросил Андрей. – У вас ведь сохранилась ее копия?

– Конечно. – Саша застучал по клавиатуре. – Но мы же вам ее уже показывали…

– Большое вам за это спасибо, но давайте на этот раз посмотрим не только запись, сделанную на лестнице, но и записи из близлежащих помещений, – сказал Юрий Карамзин.

– А еще лучше вывести на экраны вообще все записи с камер музея, сделанные за полчаса до несчастного случая и спустя полчаса после него. Вдруг мы что-то упустили, – добавил Чехлыстов. – Это возможно?

– Конечно. Минутку, – кивнул Саша, не отрываясь от клавиатуры.

– А вы тут надолго? – осведомился Карамзин у светловолосого парня.

– Я бы тоже посмотрел, с вашего позволения, – улыбнулся тот, сверкнув белоснежными зубами. – Может, даже подскажу что-нибудь.

– А вы кто, собственно? – спросил Чехлыстов, силясь рассмотреть бейдж на его груди.

– Лестратов Гордей Борисович, – представился молодой человек. – Константин Аркадьевич Перелозов был моим непосредственным начальником. Вы меня допрашивали пару дней назад.

– Верно, – вспомнил Карамзин. – Ваше лицо мне знакомо, только вот имя позабыл.

Внешность у Лестратова и правда была запоминающаяся. Высокий, худощавый, широкоплечий. Тщательно подобранная, с иголочки одежда могла скрывать как сильную худобу, так и сухощавое, натренированное тело. По-молодому яркие зеленые глаза контрастировали с белоснежными волосами, которые легко было принять за седые. В ухе Лестратова блестела серьга, а кожа была смуглой, словно он недавно вернулся с курорта.

– Оставайтесь, – разрешил Карамзин. – Вдруг что-то вспомните.

– А я и вспомнил, – сказал вдруг Лестратов. – Странно, но мне только сейчас пришло в голову. Может, это ничего не значит, а может, имеет какое-то значение.

– О чем вы? – поинтересовался Андрей.

– За несколько дней до случившегося к Константину Аркадьевичу приходил Игорь Витальевич Макаров, и они тогда сильно повздорили.

– Макаров? – удивился Роман. – Уверены?

– Конечно уверен. Я хорошо его знаю, ведь он часто бывает в нашем музее.

– Что за тип? – прищурился Чехлыстов.

– Меценат, коллекционер, искусствовед, – принялся загибать пальцы Лестратов. – Человек очень умный, образованный и интеллигентный. Но в тот момент от его интеллигентности не осталось и следа.

– Интересно. – Андрей Чехлыстов взглянул на Карамзина. – Я видел его фамилию в списках приглашенных на презентацию той самой оккультной выставки. Но никто не упоминал, что они с Перелозовым накануне повздорили.

– Это случилось за пару дней до открытия выставки «Оккультизм: ритуалы и мистерии», – пояснил Лестратов. – Я вошел в приемную Перелозова и услышал их крики через закрытую дверь.

– Удалось расслышать что-то конкретное? – спросил Роман.

Лестратов покачал головой:

– Когда Константин Аркадьевич выходил из себя, что случалось не так уж редко, он кричал очень громко, быстро и сбивчиво, проглатывая окончания слов. Находясь рядом с ним, еще можно было что-то разобрать и понять, но только не сквозь запертую дверь. Поэтому, увы…

– Надо будет пообщаться с этим Игорем Витальевичем, – сказал Юрий, и Чехлыстов тут же записал имя Макарова в свой блокнот. – Может, поделится с нами, что ему тогда удалось разобрать.

В этот момент охранник Саша нашел нужные видеозаписи и вывел их на экраны.

– Это выставочный зал рядом с кабинетом Перелозова, – указал он на первый видеоэкран, затем начал перечислять, тыча пальцем в следующие мониторы: – Коридор у его кабинета. Лестница, где все и случилось… Выставочный зал этажом ниже. Служебный выход во внутренний двор музея. Площадка, на которой нашли тело…

Все замолчали, внимательно глядя на мониторы. Охранник нажал кнопку ускоренного воспроизведения. Несколько секунд они видели лишь пустые, тускло освещенные помещения, в которых не было людей.

– Стоп! – воскликнул вдруг Юрий, указав на один из мониторов. – Что это?

– Зал на верхнем этаже музея, – пояснил Саша, остановив воспроизведение. – Из него можно попасть в коридор, где расположены служебные кабинеты. Кабинет Перелозова тоже там…

– Отмотайте назад, а затем снова включите, – попросил следователь.

Поначалу в центре указанного зала никого не было видно. Но через несколько секунд на одной из стен между толстыми мраморными колоннами вдруг мелькнула какая-то неясная тень. Это продолжалось всего пару секунд, затем тень исчезла.

Юрий попросил охранника еще раз отмотать запись назад и воспроизвести ее в самом замедленном темпе.

– Там прозрачный потолок, – сказал Гордей Лестратов. – Скорее всего, это тень от туч либо от веток деревьев.

– Сомневаюсь, – буркнул Карамзин, пристально глядя на экран. – Смотрите внимательнее.

И теперь Андрей с Романом тоже увидели. На стене зала возникла тень, какую мог отбрасывать столб густого дыма. Это было нечто странное, темное, с постоянно меняющимися очертаниями. Силуэт быстро скользнул между колоннами и исчез из виду.

– Смотрим дальше! – возбужденно приказал Карамзин.

Саша включил нормальное воспроизведение, и вскоре все присутствующие увидели на экране Константина Перелозова. Тот быстро пересек выставочный зал и бросился к двери, ведущей на лестницу.

На видеозаписи, сделанной с камер лестничной клетки, они снова увидели странные тени, мечущиеся по стенам.

– При первом просмотре я принял их за тени деревьев, но сейчас вижу, что это что-то другое, – сдержанно сообщил Андрей.

Тени на экране клубились, меняли очертания, растекались по стенам, словно чернила, пропитывающие тонкий лист бумаги. Последовало падение Перелозова, тени на стенах исчезли. Затем на краткий миг они снова мелькнули между мраморными колоннами в предыдущем зале, после чего исчезли, будто их и не было. Лишь несколько минут спустя на другом экране распахнулась дверь, ведущая во внутренний двор музея. Она будто открылась сама собой, а потом захлопнулась. Не сразу, но все наблюдатели заметили силуэт клубящейся тьмы на одной из кирпичных стен. Тень скользнула к большим решетчатым воротам и растворилась в ночной мгле.

Все присутствующие изумленно переглянулись.

– Вы это тоже видели? – осведомился Карамзин.

– Черт, – выдохнул Андрей. – А прийти сюда еще разок было отличной идеей! Но почему мы раньше не обратили внимания на эту чертовщину?

– Потому что считали это самоубийством, – констатировал Юрий. – Но теперь я вижу, что в этом деле все далеко не так просто… Саша, вы можете сделать нам нарезку из всех кадров, где виден этот силуэт? Попробуем отдать видео на экспертизу.

– Конечно, – кивнул охранник. – Но на это потребуется какое-то время…

– Тогда просто сделайте нам копии всех этих видеозаписей. А мы уже озадачим наших полицейских специалистов.

– Это дело другое, – с облегчением выдохнул охранник. Похоже, ему не сильно хотелось утруждать себя видеомонтажом.

– Сомневаюсь, что вам удастся его разглядеть, – покачал головой Роман. – Он же ни разу не появляется перед камерами в открытую. Везде видна лишь его едва заметная тень.

– А если он знает, где установлены камеры наблюдения? – предположил вдруг Лестратов. – И специально старается не попасть под их объективы?

– Не исключено, – согласился Карамзин. – Если все действительно так, то это заметно сужает круг поисков. Тогда в первую очередь будем искать среди сотрудников вашего музея.

– И тех служб, которые устанавливали вам систему видеонаблюдения, – добавил Андрей. – У Перелозова в музее были враги?

– Вы не представляете, сколько людей работает в нашем учреждении, – хмыкнул Лестратов. – А Константин Аркадьевич успел разругаться буквально со всеми. Характер у него был тот еще…

– И с вами тоже? – тут же поинтересовался Кукушкин, буравя его пронзительным взглядом.

– Со всеми, – многозначительно повторил Лестратов. – Знаете, говорят, что опытный руководитель должен уметь подобрать ключик к каждому своему подчиненному. Перелозов подбирал не ключики, а, скорее, способы унизить, оскорбить, смешать с грязью любого. Это ему всегда удавалось без особых усилий. Конечно, я искренне желаю вам удачи в вашем расследовании, но не думаю, что какие-либо новые факты сильно сократят список подозреваемых.

– Посмотрим, – пожал плечами Юрий Карамзин. – А пока отдадим видеозапись на экспертизу и попробуем пообщаться с этим Макаровым. Может, он подскажет, в каком направлении нам двигаться дальше.

– Хорошо бы, – согласился Андрей. – Потому что сам я понятия не имею, куда нам двигаться. Дельце и правда очень странное.

– Кстати, скорее всего, Игорь Витальевич сейчас здесь, на аукционе, – подсказал Гордей Лестратов. – На торги выставлено несколько картин из его личной коллекции. Вы сможете поговорить с ним, даже не выходя из музея.

– Знать бы еще, как он выглядит. – Андрей убрал блокнот в карман пиджака.

– Я с ним знаком, – сообщил следователям Роман Кукушкин. – Недавно довелось пообщаться. Пойдем, представлю вас друг другу.

Глава 7

Деньги, антиквариат и красивые женщины

Покинув комнату службы безопасности, следователи и Роман Кукушкин перешли в зал, где полным ходом шел аукцион. Ведущий торгов объявил лот – больших размеров полотно, на котором был изображен неземной сюрреалистический пейзаж, рожденный богатым воображением неизвестного художника. Заинтересованные покупатели поднимали таблички с номерами.

Пока шли торги, Роман взглядом искал в толпе Игоря Витальевича Макарова, но увидел лишь его супругу. Лариса в длинном темно-синем платье и бархатном тюрбане в тон беседовала с каким-то приземистым широкоплечим мужчиной. Выставленная на продажу картина их нисколько не интересовала. Так и не обнаружив Игоря Витальевича, Роман решил подойти к Ларисе. Юрий и Андрей держались поблизости, с любопытством разглядывая посетителей аукциона.

– Добрый вечер, – поздоровался Роман, приближаясь к Макаровой и ее собеседнику. – Не подскажете, где нам найти вашего мужа?

Лариса Макарова повернулась к Кукушкину, и ее лицо приняло слегка озадаченное выражение.

– О, простите, я вас не сразу узнала, – мягко улыбнулась она пару секунд спустя. – Господин Кукушкин. Но моего супруга здесь нет.

– Вот как? – Юрий Карамзин разглядывал ее тучного спутника. – Нам сказали, что на аукцион выставлены картины из его коллекции.

– Все верно, но Игорь предпочел отправиться в свой любимый конный клуб, – ответила Лариса. – В последнее время он часто там бывает, лишь бы поменьше ходить со мной по различным светским мероприятиям.

– Конный клуб? – переспросил Андрей. – А назовете его адрес?

– А вы кто, господа? – Макарова смерила его заинтересованным взглядом.

Чехлыстов молча показал ей свое служебное удостоверение.

– О, понятно, – кивнула женщина. – Вы расследуете гибель Константина… Конечно, я дам вам адрес. Клуб называется «Каприоль». А перед вами, Роман, мне бы хотелось извиниться. В нашу первую встречу, когда вы приехали к нам домой, я была очень груба с вами. Простите, но я приняла вас за очередного спекулянта из тех, которые часто досаждают моему мужу.

– Ничего страшного, – ответил Роман. – Я даже внимания не обратил.

– Но мне потом стало очень неудобно. Супруг постоянно контактирует с перекупщиками, коллекционерами, черными археологами, а это очень неприятная публика. Я стараюсь держаться от них подальше, но Игорь не может себе этого позволить. Такова уж специфика его работы. Кстати, познакомьтесь, Ипполит Германович Бестужев, – наконец представила она своего спутника. – Поскольку супруг меня игнорирует, Ипполит любезно составляет мне компанию.

– Я делаю это с огромным удовольствием, – улыбнулся толстяк и кивнул следователям.

Макарова открыла сумочку и вытащила из нее визитную карточку конного клуба.

– Вот адрес. – Она протянула карточку Андрею, и тот с благодарностью принял ее. – Неплохое местечко для тех, кто хочет отдохнуть от хлопот, неурядиц и своих супругов. В последнее время Игорь часто там бывает.

– У вас с ним какие-то проблемы? – поинтересовался Роман.

– И не первый год, – криво усмехнулась Лариса. – Моего мужа всегда интересовали исключительно деньги, антиквариат и красивые женщины. Чем их больше, тем он счастливее. Моя красота его давно не устраивает, под определение «антиквариат» я пока, слава богу, еще не подхожу. Поэтому он предпочитает проводить время где угодно, но только не со мной.

– Вы так спокойно об этом говорите, – удивился Андрей.

– Я уже привыкла. Вам лучше поторопиться, чтобы застать его в клубе. Надеюсь, он сможет вам помочь.

– Говорят, он недавно повздорил с Константином Перелозовым, – сказал Карамзин, не сводя глаз с Ларисы. – Вам что-нибудь об этом известно?

– Простите, ничего, – покачала она головой. – Муж не посвящает меня в тонкости своего бизнеса, а я не в курсе его связей и знакомств. Как вы поняли, мы уже много лет абсолютно чужие друг другу люди, хоть и живем под одной крышей. Так что лучше вам расспросить его самого.

– А нам пора вернуться к торгам, – произнес Ипполит Бестужев, легко беря ее под руку. – Скоро объявят наш лот, дорогая, как бы не пропустить.

– Конечно, – торопливо кивнула Лариса, защелкнув застежки сумочки. – Рада была с вами пообщаться, господа.

Следователи поблагодарили ее и направились к выходу из выставочного зала, чтобы не терять время. Роман шел последним, но не успел он дойти до дверей, как кто-то мягко сжал его правый локоть. Повернувшись, Кукушкин с удивлением снова увидел перед собой Ларису Макарову.

– И еще кое-что. Насколько я поняла, вы в этом деле частное лицо, Роман, – тихо проговорила женщина. – И мой вам совет, будьте осторожны. Мой муж очень давно ненавидит семью Решетниковых. Эта ненависть взаимна, и уже многие пали жертвами их вражды. Подозреваю, что и Константина не миновала подобная участь…

– Вы правда так считаете?

– Игорь и Владимир Решетников сто́ят друг друга. Пока их вражда распространяется только на сферу бизнеса. Они перехватывают друг у друга контракты, переманивают служащих, предают, подставляют, всеми силами стараются как-то навредить друг другу. Я постоянно уговариваю супруга отступиться, но он меня и слушать не хочет. Для Игоря это стало идеей фикс. Владимир – очень опасный человек, но мой муж ничем не лучше. Помогая одному, вы автоматически становитесь врагом другого, Роман. Вы не работаете в полиции и можете бросить это дело в любой момент, в отличие от ваших спутников. Мой вам совет: отойдите, пока не стало слишком поздно. Никакие деньги этого не стоят.

Сказав это, Лариса торопливо направилась к ожидающему ее Бестужеву, а Роман удивленно смотрел ей вслед, пытаясь осознать услышанное. Но Карамзин и Чехлыстов ждали его снаружи, и он отправился к ним в глубокой задумчивости.

Подумать было о чем. История, недавно рассказанная Степаном, не шла у Романа из головы. Призрак Константина Перелозова, окутанный черным дымом, с украденным венцом Марголеаны на голове… Степан твердо верил, что ему не показалось, и у Романа не было причин ему не доверять. Парень не стал бы сочинять, Кукушкин ни разу не ловил его на лжи. Вот и сейчас на видеозаписи с камер слежения они видели клубы черного тумана, стелющегося по стене. Так что же случилось на крыше заброшенного ангара? И как на самом деле погиб Перелозов?

Кукушкин спустился на первый этаж и поспешил к пропускному пункту охраны. Навстречу шла женщина в длинном темном платье, и ее лицо показалось Кукушкину знакомым. Когда она приблизилась, он с удивлением узнал гадалку Веронику, чей салон посещал совсем недавно.

– Добрый вечер, – приветливо улыбнулся он. – Вот так встреча.

– Господин Кукушкин, – лукаво прищурилась Вероника. Ее длинные темные волосы пышными волнами лежали на плечах, шею украшало ожерелье из деревянных бусин. – Частный детектив.

– Отлично выглядите! И совсем не похожи на владелицу оккультного салона.

– Вы заметили, что сегодня я без своего балахона, четок и амулетов? – Вероника весело рассмеялась.

– Хрустальный шар тоже решили оставить дома?

– Вы же понимаете, что это всего лишь образ, Роман. Перед клиентами я предстаю в том виде, в каком они ожидают меня увидеть. Но что вы здесь делаете?

– Встречаюсь с коллегами, – уклончиво ответил Роман.

– Понимаю. Очередное расследование?

– А вы? – проигнорировал ее вопрос Кукушкин.

– Меня заинтересовал этот аукцион, – пояснила гадалка. – Надеюсь, я не слишком опоздала и там еще есть чем поживиться.

– Не ожидал, что вы увлекаетесь современным искусством.

– О, я много чем увлекаюсь и довольно часто бываю в этом музее. Смотрю новые экспозиции, общаюсь с интересными людьми. У меня много знакомых среди сотрудников музея, его меценатов и учредителей. Кое-кто из них частенько пользуется моими услугами.

– Кстати об этом, – вдруг вспомнил Роман. – Очень хорошо, что я вас встретил. Вы недавно рассказывали нам о венце Марголеаны. Мне бы все-таки хотелось узнать о нем больше.

– Созрели? – усмехнулась Вероника. – Что именно вас интересует?

– Вы решите, что я сошел с ума, – сдержанно произнес Роман.

– Вы не производите впечатление умалишенного. Рискните.

– Это связано с моим расследованием. Недавно кое-кто из свидетелей заявил, что видел на месте преступления призрак погибшего человека. И на его голове – тот самый венец.

– О… – Вероника замерла. – Как интересно… Вот это я точно не ожидала услышать.

– Вы можете это как-то прокомментировать?

Вероника задумалась.

– В моей личной библиотеке есть перевод одной старинной книги, – произнесла она. – Один из оккультистов древности изучал все, что связано с деятельностью печально известного французского колдуна аббата Этьена Гибура и его паствы. В книге приведены некоторые выдержки из дневников Гибура и свидетельства отдельных его приверженцев, а еще там есть кое-какая информация о самой Марголеане, чьим именем назван про́клятый венец. Если верить этим записям, венец не только приносил несчастье всем своим владельцам, но и обладал другими удивительными сверхъестественными свойствами. Оригинал книги попал ко мне совершенно случайно много лет назад – старинный, в красном кожаном переплете, едва заметно пахнущий духами. Мне одолжили ее буквально на пару недель, но я успела отсканировать страницы, а позже заказала их перевод на русский язык. Все это влетело мне в копеечку, но я знала, что рано или поздно эта информация мне пригодится. Возможно, в этой книге найдутся ответы и на интересующие вас вопросы. Вам это интересно, Роман?