Мышиная возня. Книга конторских чиновников
- -
- 100%
- +
Последнее изменение, на моей памяти коснулось областных органов власти 6 лет назад – в 2010 году. А перед этим индексация была предпринята аж в 2003 году. Причем не факт, что уровень дохода пересмотрят в сторону повышения. Так в 2003 году его для многих убавили в разы. (Да-да, по собственному желанию, кстати)
Система премирования, она тоже заслуживает внимания т.к. именно из неё складывается основной доход.
Выделяется два основных вида надбавок:
– Ежемесячные;
– Разовые (квартальные, годовые и иногда праздничные)
С «ежемесячными» дело обстоит просто: размер52 их устанавливается почти одинаковым на долгий период для всех сотрудников, вне зависимости от персональных заслуг, а изменения предусмотрены только в качестве наказаний за официальные нарушения.
«Разовые» же премии являются гораздо интереснее в плане материального довольствия, и, наверное, именно поэтому с ними всё обстоит гораздо сложнее. Такие «поощрения» делятся на ВНУТРЕННИЕ (из сметы Департамента) и ВНЕШНИЕ (т.е. правительственные).
Внутренние. Необходимо понимать, что средства выделяются органу власти из бюджета на целый год, и дальше утекают не только на оплату труда служащих, но и на всякие «Прочие нужды» в зависимости от [сами-знаете-чего]. Закупили оргтехнику или зачастило руководство с расточительными командировками на какие-нибудь принудительные семинары, поиздержались, – и премии не будет. Посему внутренние доплаты – явление сомнительное и ненадёжное. Даже экономия Департамента на собственных нуждах не гарантирует премирование. Несколько раз случалось так, что из-за проволочек по приобретению офисного оборудования в конце года на балансе оставались средства. Они будто назло изымалась обратно в бюджет, а на будущий отчётный год финансирование Департамента соразмерно урезалось.
Внешняя (правительственная) система премирования имеет два главных и, по сути, невыполнимых условия: она предполагает отличную работу всего ведомства + обязательный поход руководителя госучреждения на самые верха. Ему нужно в ручном режиме доказать и отстоять, – а с этим у нас всегда проблемы. Тем более, что сам начальник органа власти не получает зарплату из тех денег, которые просит для своей вотчины и, следовательно, в таких рискованных походах крайне не заинтересован.
Схема управления деньгами выглядит примерно так:
Для премии специалисту недостаточно хорошо и без нарушений отработать, важно ещё чтобы сложилась эта большая комбинация. Здесь как в пасьянсе, должно совпасть многое.
Госслужба у многих ассоциируется со стабильностью и постоянством. На самом деле стабильность здесь такая же сомнительная, как и правительственная премия. Она подразумевает косность во всём и отсутствие разумного индивидуального подхода. Работодатель не является таковым в общепринятом понимании, он часть некой матрицы по исполнению директив. Руководству крайне сложно выделять успехи кого-то из сотрудников из основной массы лодырей. Любое индивидуальное поощрение работника расценивается как сговор или коррупция. Лишение премии одного работника в пользу другого – невозможно. Допустимо только наказание через официальное дисциплинарное взыскание со всеми приказами, объяснительными и служебными расследованиями, и делается это в пользу всего «заведения». Удержанные у проштрафившегося работника деньги уходят в общий фонд оплаты труда. Работодатель (орган власти) старается не ввязываться в опасные схемы персональных регулирований и платит всем одинаково, по тарифу. Вариация уровня дохода осуществляется только путём комбинации ставок и должностей, но такой подход долгосрочный и мучительный, он требует извращённости. Для поощрения за ночёвки на работе или проявленный героизм такое не годится и не применяется.
Подход «всем платить по утвержденным государственным расценкам» делает главной задачей служащего уклонение от работы: меньше сделал → меньше и ошибся, следовательно, больше получил. Кто не работает – тот ест53.
Важно учитывать тот факт, что сторонний заработок на службе практически запрещен. Государство платит сколько считает нужным и всячески препятствует дополнительному трудоустройству на стороне. Юридически, есть такая возможность, но те условия, на которых государственному гражданскому служащему могут согласовать приработок, являются настолько невыполнимыми, что втиснуться в них по-честному мало кому удаётся. Любая вторая работа может рассматриваться как конфликт интересов или завуалированная взятка. Во избежание недоразумений, каждое из намерений подработать внимательно рассматривается на комиссии, где заслушиваются докладчики и тщательнейшим образом ищутся придирки. Если организация, в которую решил устроиться госслужащий ведёт свою деятельность в той же сфере, что курирует его ведомство, то отказ будет однозначным. Специалисту из Департамента строительства не стоит и думать подзаработать на строительном предприятии даже ночным сторожем. Ни при каких обстоятельствах! Нельзя.
Одна наша сотрудница, находясь в декретном отпуске пыталась устроиться уборщицей в своём же подъезде, но наткнулась на целую череду препятствий. Оказалось, что Управляющая компания является частью одного крупного строительного холдинга, который в свою очередь обращался когда-то за господдержкой в наш Департамент. Комиссия заключила, что в данном случае возможен коррупционный риск в виде поддержки застройщика его же «непростой» уборщицей.
Запретили!
Некоторые из знакомых сотрудников когда-то занимались преподавательской деятельностью. (Да-да, здесь встречаются толковые люди с неподдельными учёными степенями.) Заниматься преподаванием в качестве дополнительного места работы для госслужащих, как оказалось, тоже есть дело не простое. Работа в ВУЗе требует соблюдения строгого графика, но сорваться со службы, не раздражая въедливых начальников, не всегда возможно. То губернатор куда-то собрался, то именитая политическая персона с визитом нагрянет… Стоит только на пару часов выпасть из процесса, как оборвут телефон и случится что-то непоправимое. Даже в субботу, в законный выходной день, может нарисоваться какое-то важное мероприятие и лекции придётся откладывать. Все, кто пробовал, в итоге вымотались и бросили.
Не малым открытием для меня стало отсутствие привилегий, которые принято относить к нашему «необоснованно раздутому» соцпакету. Удивительно, но на деле сказ о привилегиях – это ложь. Причём ложь так удачно сложена из кусочков правды, что самому хочется продолжать верить. Клюква, о которой обычно идёт речь: ранний уход на пенсию, садик без очереди, бесплатное жильё, здравоохранение и пользование общественным пассажирским транспортном – есть, но распространяется она только на силовиков54 и судей, которые в своей сумме лишь часть нашей братии. Приписывание их льгот на всех служащих является либо осознанной приманкой, либо элементарным недопониманием сути вещей. Государственный гражданский или муниципальный служащий к этим привилегиям не имеет ни малейшего отношения. Классический чиновник, вопреки распространенному мнению, находится даже в более кабальных условиях в сравнении с «вольнонаёмным». Пенсионный возраст, например, у служащего на 5 лет выше, чем общепринятый по стране, а выезд за границу, как правило, требует персонального согласования с «Управлением имперской безопасности» (назову их так). Даже такая пустяковая мелочь как детский подарок «от работы» к новому году перешла в разряд пресечённых традиций. Не каждый желающий трудоустройства в органы власти осознаёт всё это. Многие продолжают верить в лучшее, даже подписывая контракт. Понимание приходит позже. Отрезвление! так сказать.
Кроме самой работы, большýю роль ещё играет естественный внутривидовой отбор. Было б чересчур благополучно и легко работать, если б этот ансамбль функционировал без конкуренции. Пятёрочники-заучки не испытывая ломки и угрызений совести выполняли бы любые указания, а кумы свесив ножки ждали бы очередного повышения, заняв очередь по талону… Но человеческое общество так не может: всегда найдутся те, кто хочет скорее и больше. Весь смак приносят амбициозные представители, которые не могут не раскачивать благостную лодку. Такие доставляют много хлопот, наподобие обезьян в теплице. Не надо путать их с благодетелями (людей, которые реально пришли во власть сделать жизнь лучше, Я в своей жизни не встречал, – они отсеиваются ещё на подступах). Речь идёт исключительно о карьеристах, рвачах и бестолковых активистах. Они пытаются всюду выкрутить, обмануть и обскакать на чужом горбу. Одеяло непременно должно быть натянуто на себя во вред всем, а Мироустройство поменяно как можно быстрее. Войнушки ведутся всеми доступными способами, без брезгливости, морали и чести: этого требует их эгоистическая натура. Не важно, что предприятие обернётся безрезультативными хлопотами в ущерб остальным и на обратную балансировку системы уйдёт уйма времени + сил. Плевать! Только я, и трава не расти… Рядом с выслужниками опаснее и труднее даже чем с пристроенными кем-то лентяями. Именно благодаря «активному веществу» приходится быть начеку, даже когда для беспокойств нет особой причины.
Соперничество существует как среди протеже, так и между людьми «с улицы». Невидимое разделение на свой-чужой здесь работает сильнее, чем где-либо. Госслужащие не нацелены на общий успех мероприятия. Кулуарные игры стоят на первом месте. Границы между «хорошо» и «плохо» сильно размыты и это играет на руку хитрецам и прохвостам. При удачной трактовке, или вплетении чьего-то интереса, любая благодетель может стать могилой, а подлость – лучшим поступком века. Мышиная возня – баталии. Воевать и защищаться приходится вне зависимости от того хочется или нет заветной карьеры – спокойствия здесь не бывает.
Это как на дороге: всё продумано, есть единые правила, но всегда найдётся шустрец, наглец или просто дебил из-за которого придётся напрячься всем участникам движения. Даже если никому не мешаешь, негодяйство обязательно найдёт и испортит бытность. Именно от таких мы обвешиваемся видеорегистраторами, страхуем автомобили, ставим сигнализации, паркуемся «в безопасном месте» за тридевятьземель и т.д. Так вот, в госорганах всё ещё хуже, чем на дороге.
Вообще, чем выше концентрация активных участников, тем меньше реальной работы от коллектива и больше возни: если на кухне встретятся 2 хорошие хозяйки, это не значит, что будет двойной порядок и больше вкусной еды.
Вопреки популярному мнению о стабильности, холе и неге, госслужба – крайне агрессивная среда, в которой не каждый способен прижиться и уж тем более комфортно себя чувствовать. Текучка кадров здесь чудовищная: люди приходят и уходят (иногда уйти сложнее, кстати). Последствия такого «контакта» – разные.
Тем, кто реально успел приработаться, здесь очень трудно находить себя на другой «нормальной» работе и в жизни. Особенно хорошо машина проходит по тем, у кого это первое трудоустройство. Т.к. любое государственное предприятие построено не на результативности, а на отчётности, человек отучивается думать о Деле (с большой буквы), даже если и умел когда-то. Служба портит, мышление становится заточенным под паразитизм, а психика трансформируется.
Моя племянница, пойдя в первый класс, методично разучилась читать, хотя до этого у неё очень даже бегло получалось складывать буквы в слова и предложения. От преподавательской строгости она начала мыкаться по слогам «как положено для первоклашки». Многие из нас точно также разучиваются работать и вообще мыслить.
Если б Я был работодателем, то чурался б бывших служащих как чёрт ладана.
Юрий Васильевич. Карьерный рост
Один работник, по имени Юрийвасилич проработал в нашем подведомственном Учреждении много лет. Само Учреждение переформировывалось много раз, а он оставался, продолжая посвящать себя ремеслу на своей маленькой должности. Мужик он не конфликтный, не тормоз и в меру исполнительный. Благодаря присущему постоянству Юрийвасилич был местным старожилой, который держал в своей голове почти все события уходящих эпох и династий, коих было не мало. Менялись люди (если их можно так называть), работа настраивалась на разные лады, а он терпеливо под всё это подстраивался. Если что-то нужно вынуть из рукава столетней давности или объяснить корни происходящего – прямым ходом к дяде Юре, как многие его называют по-отечески. Он расскажет любую предысторию и пояснит происходящее. На нём замкнулась бóльшая часть работы всего технического отдела. Самые замороченные дела, кстати, вёл именно этот специалист, поэтому работы ему всегда хватало. Ни одно серьёзное совещание не обходилось, да и сейчас, вероятно, не обходится без дяди Юры.
Каждую реорганизацию или «революцию» он оставался как ценный сотрудник на своём стуле, но начальником всё равно назначали кого-то из своих приближенных. Юрийвасиличу требовалось много времени и терпения только на то, чтобы объяснять своим новоиспечённым шефам суть дела и функции вверенного им отдела. Чёрте-как выглядело оно со стороны: различные ведомства общаются со специалистом напрямую, в обход всей управленческой надстройки, чтобы не тратить время да не трепать нервы. В непосредственной работе (не путать с формальной субординацией) он уже давно стал «главнее главных». Почти все мы о том знали и будто бы уже свыклись с таким порядком вещей.
Настал интересный момент, когда очередной его начальник отдела безвозвратно устарел и засобирался на пенсию. Человек всё чаще выражал непонимание современности и переставал устраивать руководство даже будучи «своим».
Остро встал вопрос о новой кандидатуре на вакантное место. Юрия Василича как кандидата в этот раз на должность уже и не рассматривали по причине возрастного ценза. Так и пояснили, что мужик он хороший и как специалиста его все знают-ценят, но надо бы молодого, энергичного! Эпитет «энергичного» деликатно умолчали, чтобы не обидеть остатки дядеюриного самолюбия.
Возражений по поводу взращивания молодых кадров не нашлось, сам Юрий Василич как-то сходу не нашёлся чего сказать. На том и порешали: начальником у него стал его же подручный полустудент. Присутствующие при обсуждении кандидатуры для проформы пошевелили усами, записали что-то в своих безупречно-чистых блокнотах и разошлись.
Ничего личного.
Если б автор позволил себе хоть малость фантазии, он бы непременно придумал истории какой-нибудь неожиданный конец. Но увы – жизнь наша, за редким исключением, однообразна и предсказуема.
Справки, отчёты
Служащий в понимании общества – вовсе не человек, и даже Я сам так считаю, но это не важно. От неравномерности распределения жизненных благ на территории Родины и курьёзных бесчинств к нему отношение презренное и подозрительное. По умолчанию государственный представитель виноват во всём и всегда – на костёр его. Высшая власть (а она не относится к служащим) старается стравливать пар и одним из способов успокоения взвинченного социума было предпринято сделать жизнь чиновника открытой и подотчётной. Стало отслеживаться материальное положение, активность в соцсетях, регламентируются места отдыха в период отпусков и хобби. Делается это, разумеется, косенько, не эффективно, в привычной бюрократической манере, но всё же возни много.
Ежегодно, в марте, наступает время заполнения справок о доходах-расходах и имуществе. Официально – это такой антикоррупционный инструмент для выявления «неверных». На деле всё обстоит иначе. Если бы мне дали взятку, например (только например!), а Я её взял, то легко изыскал множество способов спрятать капитал в обход этого «контроля». Инструмент абсолютно не рабочий в плане своего прямого назначения, что подтверждает не однолетняя практика: за немалое время существования закона об этой отчётности не известен ни один случай выявления реального коррупционера благодаря ему. Я специально серьёзно интересовался вопросом и сообщаю сей факт с полной уверенностью – серьёзные разоблачения, благодаря справке о доходах не бывают. Несмотря на свою глупость и неэффективность, эта форма отчётности продолжает жить и, будто в наказание, очень сильно усложняет наше существование. Ежегодно мы заполняем, заполняем и заполняем никому не нужные формуляры, чтобы соблюсти процедуру. Справка подаётся служащим за всех членов семьи, даже грудного ребенка. В ней много всяких разделов о наличии и движении средств с имуществом человека. Приходится изрядно попотеть, чтобы не забыть учéсть какую-то мелочь.
Первый вопрос, который возникает у меня при заполнении всей этой ереси: зачем заполнять 9000 полей на несовершеннолетнего ребенка? По закону государства он не может иметь счёт, быть собственником недвижимости и движимости без участия родителей. А какой доход у трёхлетнего пацана, если на него даже счёт в банке открыть нельзя? Тем не менее, миллионы трудящихся на ниве бюрократии вынуждены систематически заполнять графы нулями и стандартными фразами «не имеет».
Не напиши, и увидишь, чего будет…
Дальше арифметика. Каждая справка состоит из 7 страниц, а средний работник государственного органа имеет жену и 2-х детей. В пересчёте получается, что 28 страниц текста каждый потенциальный коррупционер обязан принеси в отдел кадров. Когда начинается проверка достоверности данных, сверка их с прошлым годом, запрашивается ещё куча письменных объяснительных по приобретенному имуществу и выписок, т.к. поля стандартной формы не в состоянии заключить в себе всё, что хочется о нас знать. К кадровикам приходится ходить часто, досье растёт. Чтобы наши мозги не закостенели, каждый год, как будто специально, меняются правила заполнения. Несмотря на то, что федеральный закон остаётся прежним, требования к заполнению меняются. Дело в том, что всякий новый проверяющий от года к году трактует закон по-своему. Если даже ревизоры останутся прежними (а их много), то возможно у кого-то изменится взгляд на происходящее, трансформировался гормональный фон и т.д. Всё резко может стать не так как раньше. Мы, как послушные ребятки, всегда подстраиваемся и не ропщем. Ежегодно, негласно, рассылаются рекомендации по заполнению этих чудо-отчётов, и будь добр обеспечь: 2012 год – в программе Word; 2013 год – excel, 2015 год – специальная программа БК+, 2016 год – инновация!
Справки перепечатываются (исправляются) работником как минимум 7 раз за отчёт (в нашем органе это усредненный показатель). Если помножить 28 страниц на количество поправок, то выйдет, что каждый из нас печатает за один отчетный период (год) 196 страниц. Стопа бумаг на душу населения. Наш незаметный на общем фоне орган власти содержит 45 должностей, входящих в зону коррупционного риска55 и в пересчёте на бумагу, он печатает не менее двух добрых коробок макулатуры. А если учесть, что в области около восьмидесяти ведомств, которые также, как и мы отчитываются по коррупции, да прибавить к ним 26 местных муниципальных образований со своими административными аппаратами, то получится крупный грузовик бумаги. Вспоминается надпись на коробке для возврата карандашей в ИКЕА: «Спасибо что помогите нам сохранить лес». Ребята, не там сохраняете! Что весело пропивается, то на спичках не сэкономить.
Кроме бумаги, справки требуют тысячи человеко-часов от самих служащих разного уровня, а время работы аналитиков, проверяющих эту нелепость по долгу своей профессии, сопоставимо с трудозатратами на крупном производстве.
Каков же итог? Конечный результат кропотливой работы всё же есть. Он заключается в выявлении у служащих ошибок по написанию слов и всяких опечаток, связанных с невнимательностью. А такие качества как настороженность и бдительность в нашем деле завсегда важнее важного. К тому же ошибки в отчётности – дополнительный удобный повод избавиться от работника если что, или, как минимум, лишить его премий.
Например, забыл служащий настроить в ячейке экселевской таблицы количество знаков после запятой, и программка за него утаит от проверки деньги. Мизерные, но утаит! Понимаете, к чему это ведёт? Вне зависимости от размера средств, такая ошибка оборачивается в громкую формулировку для проверяющего и «даёт основания полагать», как они пишут.
В нашем современном мире большинство финансовых операций совершается через банковскую систему, посему чуть ли не каждый имеет не один расчётный счёт. Между тем наличие нескольких банковских карт для чиновника – реальная головная боль. Дьявол в мелочах, как водится. Нечаянно не указать хоть один из, пусть даже опустошённых, счетов – серьёзное нарушение. При этом многие финансовые организации не предоставляют по телефону данные о состоянии счета и его названии, тем более на отчётную дату. Ходим пешком по отделениям банков, пишем заявления, стоим в очередях и пр.56 Кстати, выписки рекомендовано прикладывать с синими печатями.
Однажды Я с ошибкой вписал название своей должности. За год оно менялось несколько раз, а Я и забыл, кем назывался на отчётную дату. Заполняем то спустя время, вот и получилось, что указал свой настоящий статус-кво, чем уже «умышленно ввёл много людей в заблуждение». Чудовищная ошибка, она мне дорогого стоила.
Некоторые работники, по такой же аналогии, указывает своё настоящее место прописки, а не то, что было на 31 декабря прошлого года, и на этом прилипают как мухи к сиропу. Ловушки тут всюду.
Есть еще такая подлая уловочка. В свидетельстве о регистрации на квартиру, в некоторых случаях, отражается площадь общедомового имущества и земельного участка. Работник заполняет графу «недвижимость», смотрит площадь квартиры, а про остальные площади он и не думает. Результат предсказуем.
Был у моей жены гараж в кооперативе (коллективная собственность), Я его указывал целых 7 лет как «гараж», а потом, в процессе узаконивания строения как отдельного имущества, получилось, что в новых документах он уже начал фигурировать как «земельный участок со строением для ремонта автомобиля». Этот факт мне аукнулся длинными объяснительными. Нужно было подробно описать: откуда взялось новое имущество, куда делось старое и с чего вообще вдруг… К тексту прилагалась кипа бумаг, подтверждающая написанное. Сами объяснительные же неоднократно переписывались для пущей понятности по ходу их продвижения через проверяющих.
В этом месте моего повествования кто-то может сказать, что это неправомерно, и не так, надо делать то, что написано в законе и не слушать этих самодуров… Ну-ну. Ругаться почётно, да не выгодно.
У моего коллеги ещё с древних времён по документам имелся мотоцикл, которым фактически пользовался дальний родственник в дальней деревне. Тот самый родственник, располагающий нотариальной доверенностью, без особых морок продал технику и был таков, а истинный собственник, находящийся под контролем государства, ничего не подозревая, скрыл факт продажи, за что и был вполне на законных основаниях подведен под увольнение. Дооолго объяснялся. Долго.
Даже продажа своего личного, видавшего виды, автомобиля может вылезть таким боком, что пожалеешь. Если новый собственник окажется недостаточно порядочным и отложит регистрацию транспортного средства на потом, то нужно быть готовым отстаивать свою правоту: потребуется предоставить оригиналы документов, подтверждающих сделку, и много чего ещё, о чём сходу и не предположить. Не дай бог что-то упустить – душу вынут.
Есть такой термин – Презумпция вины служащего, и он не шутейный. Каждый, занимающий государственное или муниципальное кресло, по умолчанию является нарушителем закона и поэтому просто обязан доказывать свою невиновность, чтобы выйти из преступного статуса. На госслужбе недостаточно быть честным и не воровать, нужно ещё непрерывно отстаивать свою непричастность к взяткам и порочным связям.
Роме отчёта о материальном положении, служащий обязан представлять сведения об адресах сайтов в сети «Интернет»,
на которых им размещалась информация позволяющая его идентифицировать. Зарегистрировался – будь добр сообщи, не отчитался – ответь по всей строгости.
Сомневаюсь, что кто-то будет отслеживать содержание комментариев и анализировать их этическую составляющую. Мониторинг активности сотрудника в сети выполняется автоматически или прицельно, по заказу. Общий поголовный надзор «вручную» – это сильно трудоёмко, поэтому отслеживать будут то, что попроще – ошибки в заполнении.
На момент написания строк в высшей степени серьёзно и деловито рассматривается законопроект об отчётности служащих по наличию хобби. Понимая, как работает этот механизм, можно предположить, что будет создан утверждённый Президентом (с большой буквы) перечень рекомендованных (обязательных) занятий, по которому придётся ежемесячно докладывать. Форму бланка утвердят каким-нибудь специальным министерством и будут каждый год добавлять к ней по столбцу.
Даже без непосредственной работы, служащему всегда найдётся занятие.
Перевыпуск электронно-цифровой подписи
Благодаря развитию информационных технологий, работа госслужащего немного сменила свою форму. Суть осталась прежней, но форма стала чуть-чуть другой. Красивая подпись на бумаге уже почти нигде не ставится. Рукописные узоры на листочках, как и сами бумажные носители уходят постепенно в прошлое. Долой ретроградство.