Академия для строптивых ведьм

Глава 5. Побег

Увы, Андрей из машины не выходил и мне одной выйти не позволял. Перерыв по моей просьбе он устроил, но вышел вместе со мной. Пришлось прошагать с куратором к калитке и пройтись к общежитию, чувствуя спиной взгляд Андрея. Интересно, в туалете рядом с нашей комнатой из зеркала тоже выглядывает Аверинна?

Проверять я пока не стала, и вообще мне не нужна эта зеркальная шпионка. Чем меньше буду с ней видеться, тем лучше. Девчонок в комнате не оказалось. Не знаю уж, кто и чему их сейчас учит, но думаю, что они проводят время интереснее. Четыре часа кататься по дорожке вокруг Академии, повторяя обережный заговор, – с ума сойти можно!

Когда я вернулась, куратор ждал меня у калитки. Он вообще не отходил от меня ни на шаг. Понятное дело, каждая адептка первого курса думает о побеге из этой магической тюрьмы, и Андрей прекрасно это понимает.

Я мрачно смотрела через лобовое стекло на дорогу, по которой нарезала круги «ласточка». Нужен какой-то нестандартный ход, то, чего здесь никто не ожидает. Договариваться с калиткой бессмысленно, со страшниками тоже вряд ли получится, о домовых и Подметене лучше даже не думать. Что там у меня дальше по расписанию? Ведение дневника, ужин и свободное время. Покидать здание общежития запрещено с десяти часов вечера, так что после ужина я вполне могу прогуляться по небольшой территории Академии, а там, может, и получится что-то придумать. Проверим, так ли страшны знаменитые страшники, как о них говорят. Реальный вред на территории Академии они мне причинить не могут. Будут пугать? Так я ведьма, в конце концов, разберусь как-нибудь.

– Андрей, чем здесь занимаются в свободное время? – я повернулась к куратору и посмотрела на него «фирменным» завлекающим взглядом.

Если получится заинтересовать этого сухаря, то можно будет как-нибудь между делом выяснить подробности об охранных чарах Академии. Или вообще уболтать его погулять где-то поблизости. Приворотным зельем Андрея вряд ли получится напоить, какой-никакой, а он все-так маг, пусть даже всего лишь инструктор по магическому вождению, неизвестный среди остальных именитых профессоров. А вот немного пофлиртовать и построить глазки я вполне могу.

– Смотри на дорогу! – бросил Андрей, перехватывая руль одной рукой. – Сейчас съехали бы на тротуар.

Машинку и правда повело в сторону. Я уставилась вперёд. Совсем забыла, что престарелую «ласточку» нужно вести взглядом. И зачем повышать голос? Даже если бы «запорожец» смог преодолеть бордюр и заехать на тротуар, там все равно никого не было. Страшники Академии работают на славу: поблизости не видно ни одного человека.

– Извините, – я постаралась изобразить смирение. – Я немного устала с непривычки.

– Езжай на парковку, – равнодушно скомандовал Андрей. – Сейчас разнообразим занятие. Твоя задача – несколько раз припарковать машину на разные свободные места. Свободное время для тебя ещё не началось. Кстати, не забудь ежедневно вести дневник, это отдельный предмет, и за него тоже ставится оценка.

– Вы сейчас шутите? – с надеждой спросила я.

Я была уверена, что дневник тут ведут только по желанию, точнее, не ведут вообще. Кто в наше время этим заморачивается? Нет, я понимаю, когда речь идёт, например, о блогах: люди на этом деньги зарабатывают или какую-то популярность. Или Андрей говорит о дневнике для оценок и записи домашних заданий, как в школе?

– Какие шутки? – скучным тоном ответил куратор. – В расписании на этот предмет каждый день уделяется сорок минут. Дневники периодически проверяют профессор Гелероид или куратор адептки. Записи о событиях дня делаются аккуратным почерком, обязательно должны быть изложены темы занятий и ваши впечатления от пребывания в Академии, а также всё, что показалось необычным или особенно интересным.

– Впечатления? – в моем голосе проскользнули ехидные нотки.

Почему бы и нет? Я с удовольствием напишу всё, что думаю об Академии. Хотят дневник – пусть читают, и меня не волнует, что мне за это поставят. Я вообще не хочу здесь учиться!

Дальнейшие разговоры не по теме пришлось отложить: парковать взглядом чудо магической техники оказалось гораздо сложнее, чем я думала. Несколько раз я чуть не задевала стоявшие рядом машины, Андрей при этом бубнил под нос что-то о женщинах за рулём и вырывал у меня этот самый руль. Когда время занятий с куратором закончилось, с меня успело сойти семь потов.

– Разве сюда нельзя поставить кондиционер? Жарко же, – не выдержала я.

– Ты адептка или кто? – бесстрастно ответил он. – К следующему занятию придумай, чем можно заменить кондиционер. Это элементарная бытовая магия.

– Так как здесь по правилам можно проводить свободное время? – снова спросила я, когда мы вошли на территорию Академии.

Калитка при этом попыталась стукнуть меня по ноге, но я успела отскочить.

– Готовиться к занятиям, читать книги, гулять по территории, сидеть в библиотеке, – Андрей пожал плечами. – Можно пообщаться с другими адептками или с домовыми, например.

– Круто, – прокомментировала я. – А за территорией Академии гулять можно? Например, посидеть в кафе после ужина. Или просто погулять по улице.

Судя по тому, что предлагала на завтрак и обед скатерть-самобранка, сходить в кафе совсем не помешает. Я снова кинула на куратора завлекающий взгляд.

– Это возможно только с разрешения профессора Гелероида и твоих родителей. Насколько мне известно, родители адепток первого курса этого разрешения не давали, а ректор позволяет подобные прогулки только по очень уважительным причинам.

– А если в сопровождении кого-то из профессоров? – я хлопнула ресницами.

– Тогда профессор должен будет взять разрешение у ректора, – ровным голосом ответил Андрей. – И поручиться, что адептка ничего не натворит, не сбежит и не попадёт ни в какие неприятности за стенами Академии. Но обычно преподаватели вечером отдыхают и не проводят время с учащимися.

Ладно, номер не прошёл, я не очень-то и надеялась, но попробовать стоило. До конца ужина я должна придумать, как сбежать отсюда или хотя бы связаться с Никитой.

В комнате на прикроватных тумбочках лежали толстые зелёные тетради с узорными надписями золотыми буквами: «Дневник адептки первого курса» и нашими фамилиями. Рядом с каждой – пачка ручек, обычных, из супермаркета.

– Время вести дневник, – скрипучим голосом сообщил местный домовой, как только появились Влада и Ника.

– Тебя забыли спросить, – огрызнулась Ника.

– Сейчас я как напишу… – мечтательно прищурилась Влада.

Я кивнула с мстительной улыбкой. Будут им впечатления от Академии и от наставников! Моя первая запись растянулась на несколько страниц мелким почерком. Я высказалась об агрессивной калитке, о неуправляемом Подметене, о командующих адептками домовых, о зеркальных призраках. Подробно описала меню Академии, затем взялась за профессоров. Гелероида, пялившегося на адепток совсем не отеческим взглядом, Берестова, натравившего на нас Подметеня, Андрея, заставившего меня почти четыре часа кататься по кругу.

Влада, записывая, бормотала под нос какие-то официальные фразы о нарушении наших прав на свободу, нормальное питание и качественное обучение. Ника лениво водила ручкой по тетрадному листу. Я заметила, что она что-то жуёт.

– Эй, что у тебя там?

Ника приложила палец к губам и, украдкой разжав кулак, показала мне два ореха кешью.

– Поделюсь, – одними губами шепнула она. – Потом.

Сами орехи меня не слишком интересовали. Гораздо важнее, откуда они взялись. Если бы Ника притащила их с собой из дома, то не делала бы из этого тайны. Хотя, может, её просто угостил её куратор на занятиях?

– Девчонки, кто у вас кураторы? – спросила я, откладывая тетрадь.

– Гелероид, – Влада закатила глаза.

– Сочувствую, – я поморщилась, вспомнив все рассказы о старом пне, который до сих пор мнит себя неотразимым сердцеедом.

– Себе посочувствуй, – она хмыкнула. – Кураторы будут иногда сменяться, так что ты тоже попадёшь к нему на индивидуальный урок.

– А у меня была Духова, – Ника подняла голову от тетрадки. – Очень интересно рассказывала.

– Время вести дневник, – вмешался невидимый домовой.

– Там уже всё записано, – ехидно ответила Влада. – И вообще, ты должен следить за порядком. Вот и займись своим делом.

– Приказ за номером семнадцать, от первого июня сего года, – занудил домовой. – Домовые студенческого общежития обязаны контролировать точное соблюдение адептками распорядка дня на территории Академии. Подпись – профессор Гелероид.

– Восемнадцатый приказ тоже есть? – хмуро поинтересовалась я.

– А как же, – ехидно отозвался он. – Домовые должны проверять вещи адепток и изымать еду и запрещённые артефакты.

В принципе, не удивил. Я ждала чего-то в этом духе. Договориться с домовыми вряд ли получится, предложить мы им ничего не можем.

– Надо будет заглянуть в библиотеку, – проворчала Влада. – Очень хочу подробно ознакомиться с некоторыми статьями магического правового кодекса. А пока что пошли вон, – она угрожающе вскинула руку. – Или выкину отсюда!

– Каждый год одно и то же, – пробурчал домовой уже из-за двери. – По девятнадцатому приказу я должен докладывать о вашем непослушании профессору Гелероиду.

– Иди-иди, настучи, – фыркнула Влада. – Всё равно меня, к сожалению, не отчислят. Откуда орешки? – она деловито повернулась к Нике.

– Не скажу, а то их больше не будет, – широко улыбнулась толстушка. Она достала из-под подушки пакетик орехов. – Живём, девчонки. Угощайтесь!

Как мы ни допытывались, Ника так и не сказала, откуда взяла орехи. Все наши предположения она рассеивала с довольной улыбкой. Никто из профессоров её не угощал, из столовой Ника пакет не стащила, у скатерти-самобранки что-то просить бесполезно, у неё зимой снега не выпросишь. Что за канал нашла здесь Ника? Вообще-то она права, я тоже не стала бы рассказывать, если бы обнружила, как нарушить правила Академии. Подслушает какой-нибудь дух-стукач – и всё тут же закончится.

– А с человеком ты как-то можешь связаться? – с надеждой спросила я. – Мне нужно, чтобы парню кое-что передали на словах.

– Нет, – с сожалением ответила Ника. – Достать что-нибудь могу попробовать, а пообщаться не получится. Хотя надо будет посидеть в библиотеке, – задумчиво добавила она. – Проверить, вдруг можно с кем-то связаться?

Похоже, в библиотеку пока что не собираюсь только я. Пусть девчонки ищут то, что им так срочно понадобилось, а я после ужина прогуляюсь по территории.

На ужин скатерть подала нам варёную картошку, кусок варёной рыбы и овощной салат. Не слишком сытно, но уже похоже на еду. Оксана с соседкой увлечённо что-то обсуждали, я отметила, что скатерть выставила им на стол какие-то вареники со сметаной.

Профессора за ужином не появились. Когда я вышла, на территории было видно только Андрея: он вытаскивал из багажника своей «ласточки» небольшие коробочки. Я оценивающе осмотрела забор – не перелезу никаким образом. На метле можно было бы попробовать перелететь, но во-первых ни одной метлы я пока тут не видела, а во-вторых наверняка на забор наложили какие-то чары. Любой адептке при обдумывании побега придёт в голову мысль о метле. Калитка меня не выпустит, ворота, естественно, заперты. Зато у преподавательского корпуса стоит зачарованная машина, и я имею к ней доступ. Я неторопливо подошла к куратору и остановилась рядом с ним – ближе к водительской двери. Главное – не спешить.

– Андрей, завтра индивидуальное занятие тоже будет с вами? – спросила я.

– Ещё не знаю, – буркнул он. – Завтра с утра посмотрим по расписанию.

– А можно будет попробовать парковку? – я покосилась на руль машины. Ключи на месте.

– Можно, – равнодушно ответил куратор. – И повторить обережное заклинание тоже можно.

Он наклонился и поставил на землю коробочки.

– А это что такое? – не отставала я.

– Учебные материалы для профессоров Гелероида и Велеиры Трехглазой.

– А почему вручную выгружаете? – съехидничала я. – Поднять груз в воздух – это же элементарная бытовая магия…

И тут до меня дошло! Должность инструктора по вождению в Академии для строптивых ведьм, жара в машине, работа вручную – все сложилось в чёткую картину. Да нет, не может этого быть. Или может? Если по коридорам учебного заведения порхает Подметень, а в зеркале живет Аверинна, то почему бы сюда не попасть и такому магу? Магу-изгою. Преступнику.

– Или вам запрещено заниматься даже элементарной бытовой магией? – я настороженно прищурилась. – И можно только использовать способности для вождения не самой лучшей машины?

– Тебе-то какая разница? – ровным голосом отозвался он. – Правильно понимаешь, запрещено. Со всеми возникающими по этому поводу вопросами можно обращаться к ректору Академии.

Вопросы у меня, конечно, возникли. Что может натворить маг, чтобы его сослали на такую должность и запретили использовать почти все способности? За ерунду так не наказывают, Андрей должен был особо крупно отличиться.

– Вопросов нет, – бодро соврала я и кивнула на ящички. – Помочь?

Ответа ждать не стала. Простенькое заклинание, и часть коробочек поднялась в воздух и поплыла к крыльцу.

– Я собирался попросить Подметеня, – хмуро сказал Андрей. – Осторожнее с этим.

Я дёрнула плечом. Можно подумать, Подметень был бы осторожнее, чем я! Коробочки зависли у запертой двери. Я вопросительно взглянула на Андрея. Если заговорю или опущу руки, всё это учебное добро упадёт на землю. Надеюсь, куратор откроет окно или дверь. И отступит ради этого от машины. То, что ему толком нельзя пользоваться магией, сильно упрощает дело.

Андрей действительно отступил к двери, но боком, не сводя с меня взгляда. Затем он открыл дверь, и я отправила туда все коробочки, опуская их на пол. Ну вот, а теперь сюрприз! Последние две коробки с размаху рухнули на мраморный пол, послышался выразительный звон. Андрей машинально шагнул в коридор, а я рванула на себя дверь «ласточки», коротким движением запечатав куратору выход. Если не применит магию, ему придётся немного задержаться – пока не выбьет дверь силой, не вылезет из окна или не позовёт кого-то из профессоров. Впрочем, проверять, насколько быстро выберется куратор, мне совсем неинтересно.

Я нырнула в салон и повернула ключ. Мотор заработал. Андрей стучал изнутри в дверь корпуса и, кажется, что-то мне кричал. Понимаю, что у него будут неприятности, но по-другому мне не выбраться. Я направила машину взглядом к запертым воротам, мысленно подгоняя: скорее, скорее. За пару метров от ворот меня охватил жуткий страх, сковывающий движения. Он парализовал мысли, осталось одно желание – поскорее убраться отсюда. «Ласточка» не подвела: снесла замок на воротах. Машинку я помяла, конечно, но с этим пусть потом профессора разбираются. Страх тут же исчез, и я вспомнила, что выход стерегут страшники. Да уж, без машины я бы не выбралась отсюда, они заставили бы повернуть назад.

Я покатила вперёд, читая обережный заговор. Далеко на битой машинке не уеду, мне бы просто добраться до какой-то автобусной остановки. Сумки нет, денег нет, мобильника тоже нет. Только мало-мальски соображающей ведьме всё это и не нужно. Я доберусь до кинотеатра и появлюсь там вовремя. Надо только поскорее пересесть из «ласточки» в менее приметный транспорт.

Глава 6. Долгожданное свидание

Остановка нашлась достаточно быстро. Никто из ожидавших автобуса людей даже не взглянул в мою сторону, да и помятую «ласточку» заметили, только когда я отошла от машины подальше. Отвести людям глаза – то, что умеет любая ведьма.

Я настороженно оглядывалась, но погони вроде не было. Расслабилась только в автобусе. Водитель посмотрел сквозь меня и не потребовал оплату за проезд. Люди расступались, пропуская меня вперёд, а сидящий на удобном месте у двери парень вдруг захотел постоять. Да, в набитом пассажирами автобусе. А что тут такого? Вообще-то дома меня годами учили, что нельзя себя так вести, но сейчас сами же и виноваты. Нечего было ставить меня в такое положение. Отправили молодую, неопытную и какую там ещё? Ах да, неуправляемую ведьму в тюрьму с особо строгим режимом без нормальной еды, без денег…

Аж жаль себя стало! Правда, ненадолго – всё равно ведь вышло по-моему. Приеду на свидание, посижу с Ником с кино, а потом зайду домой и выскажу родителям и бабушке всё, что думаю. А попробуют запихать меня назад в эту Академию – хоть на венике в лес улечу, пусть поищут. На травах и ягодах можно долго продержаться. А ещё я могу подать заявление в любую другую Академию магии, благо я уже совершеннолетняя.

Я блаженно улыбалась, поглядывая в окно автобуса. Вот и знакомые улицы, похоже, пересаживаться в другой транспорт мне не придётся. Автобус остановится за три квартала от кинотеатра. Хотя я так вымоталась за этот сумасшедший день, что могу позволить себе ещё одно мелкое магическое вмешательство, чтобы не идти пешком. Я мысленно произнесла короткое заклинание, которому научила меня бабушкина знакомая Яга, и добавила то, что хотела внушить водителю автобуса. Ещё раз. И ещё. Вот он свернул с маршрута туда, куда мне нужно. Ничего страшного, скоро вернётся на свою дорогу, это совсем ненадолго.

– Объезд, впереди ремонтные работы, – уверенно объяснял водитель зашумевшим пассажирам.

Хорошо, что я села в автобус. Троллейбус или трамвай так не повернешь. Можно было, правда, и на такси прокатиться, но там ущерб для человека больше и сила вмешательства соответственно ощутимее. Таксист мог бы за то же время что-то заработать, а вместо этого потратился бы бензин и долго пытался бы сообразить, зачем его понесло в мой район. Меня в своей машине он вряд ли смог бы припомнить. А водителю автобуса моя езда «зайцем» погоды не сделает. Впрочем, для равновесия и гармонии я начертила пальцем на грязноватом окне рунический став, отвечающий за деньги, и оговорила, что до конца смены водитель заработает столько, сколько возможно. А к утру став исчезнет, сотрётся со стекла. Родители и бабушка постоянно возражают против рун, говорят о чистоте традиции, но я всё же втихаря кое-чему научилась.

Автобус остановился прямо перед торговым центром, в котором находился кинотеатр. Вот и прекрасно. Вскоре я уже вышагивала по третьему этажу – там размещались несколько кафе, кинозалы и каток. До встречи с Ником оставалось ещё минут сорок. Я задумчиво поглядывала на большие куски только что испеченной пиццы – четыре сыра, пепперони, фирменная с разными видами мяса и грибами. Позволить себе ещё одно небольшое вмешательство, что ли? Взять кусок даром? Кафе от этого не обеднеет, а у меня после непривычного сегодняшнего меню от голода уже живот крутит.

Я подошла к витрине, повторяя раз за разом слова для отвода глаз. Камер тут вроде не видно. А даже если видно, их это тоже касается, сейчас в системе наблюдения произойдёт недолгий сбой.

– Нагулялась? – негромко спросили сзади.

Я резко обернулась. Андрей стоял прямо за моей спиной.

– Я ещё понял бы, пойди ты домой, – сдержанно сказал он. – Но воровать еду в торговом центре – это уже перебор. На будущее – ты сильно злоупотребила магическими влияниями, за тобой тянулся такой шлейф, что не найти источник беспорядка было просто невозможно. Если бы речь шла не об адептке, а о настоящем маге, дело могло бы закончиться судебным разбирательством.

– Из-за бесплатного проезда? – я фыркнула.

Да ладно, неужели сам никогда не применял этот простой трюк?

Андрей шагнул к кассе и крепко сжал пальцами мое запястье.

– Два куска фирменной пиццы, два кофе, – неожиданно заказал он и тише добавил: – Я тебе за столиком расскажу, что ты творила, если сама не понимаешь.

Это он со мной тут посидеть собрался, что ли? С чего бы вдруг? Впрочем, мне-то какая разница? Сначала поем более-менее нормально, а потом и Никита появится. Никто не сможет силой увести ведьму, пусть даже и адептку, из людного места. Такой крик подниму, что никому глаза отвести не удастся.

– Почему за мной отправили мага-преступника без права пользоваться магией? – ехидно спросила я, как только мы сели за столик.

– Кто дал сбежать – того и отправили, – флегматично ответил Андрей. – Жуй свою пиццу, а я тебе буду рассказывать, где ты наследила. Первое – разбила учебные гадательные зеркала в количестве двух штук. Профессора Велеира и Гелероид наверняка до сих пор проводят ритуалы, чтобы проклятие разбитых зеркал не сработало ни на учебном заведении, ни на отдельно взятой адептке Щепочкиной, а Духова удерживает зеркальных призраков от визита в Академию.

Я хмыкнула. На мне проклятие зеркал вряд ли сработало бы, бабушка в своё время столько защит навешала, что сама сбилась со счета. На девчонках и, тем более, на профессорах наверняка тоже стоят разнообразные защитные чары. А Академия пусть хоть провалится ко всем нечистым существам, мне всё равно.

– Смешно, значит, – протянул Андрей. – Далее ты повредила ворота и калитку Академии. Когда я выходил, калитка ругалась непотребными словами и пела песни о тюрьме.

Я усмехнулась. Вот уж чего мне не жаль, так это калитку, которая пыталась меня пнуть. Пусть лучше поёт шансон, чем дерётся.

– При этом ты разбила ценный автомобиль Академии, – спокойно проговорил куратор. – Повреждён бампер, разбиты фары.

– Ценный автомобиль Академии можно восстановить дня за два, – заметила я. – Причём не обращаясь в сервис, просто с помощью магии. Промыть калитке мозги – тоже дело недолгое.

– Так вот, – перебил Андрей, – благодаря угнанному, поврежденному и брошенному автомобилю след за тобой тянулся до остановки, где ты села в сороковой автобус. Дальше ты тут же создала своими чарами новый чёткий след. Отвела глаза всем окружающим, заставила расступиться и пропустить тебя, оморочила водителя, чтобы не требовал денег за проезд. Ты хоть понимаешь, что нельзя дурманить человека, который находится за рулём?

Я пожала плечами. Воздействие было слабое, на водительских навыках отразиться не могло, внимание почти не притупило. Максимум что могло быть, водитель не взял бы деньги с нескольких пассажиров. Ничего особо страшного я в этом не видела. Сколько таких «зайцев» просачивается во все двери автобусов в час пик? И ничего, никто от этого не обеднел.

– Далее ты магическим воздействием согнала с места молодого человека, которому требовался отдых, – неторопливо проговаривал Андрей.

– Ничего с ним не случилось, – буркнула я. – И с водителем, кстати, тоже.

– Но мелкого магического влияния, созданного для твоего комфортного проезда, тебе показалось недостаточно, – продолжил куратор. – И ты заставила водителя отклониться с маршрута, внушая ему, что впереди ремонтируют дорогу. Это было совсем уж непозволительно.

– Да уж, страшное преступление, – огрызнулась я, отставив пустую тарелку. Кусок пиццы оказался не таким уж большим. – За такое и использование магии могут запретить.

– Можешь пособирать в Академии сплетни, и в течение часа узнаешь, за что именно меня лишили права использовать магию, – флегматично посоветовал Андрей. – Вижу, тебя очень волнует этот вопрос. Завтра утром ректор наверняка вызовет тебя в кабинет, подумай лучше, как ты будешь объяснять всё, что успела натворить.

– Андрей, вы не поняли, – я спокойно улыбнулась. – Я не собираюсь ехать с вами в Академию. Я не для этого сбежала. Минут через двадцать у меня здесь свидание, и вы вряд ли сможете мне помешать. А если попытаетесь, я буду громко кричать, что впервые вас вижу, и как думаете, кому поверят? А если я добавлю немного магического воздействия, вас ещё и побить могут за приставание к несовершеннолетней.

– Щепочкина, вообще-то ты совершеннолетняя, – куратор усмехнулся.

Надо же, оказывается, он умеет проявлять хоть какие-то эмоции.

– На мне это не написано, – ответила я. – Так что я иду с парнем в кино, как и собиралась.

– Ну, допустим, пойдёшь, – Андрей кивнул. – Дальше ты что собираешься делать?

– Это уже моё дело, – отрезала я.

– Значит, приворот, – хмыкнул он. – Или «незабудку». Ну хорошо, ты встретишься с парнем, проведёшь с ним время, как хочешь, заодно воздействуешь так, чтобы он тебя вспоминал и ждал. А что потом?

– Потом я могу, например, заглянуть домой и высказать своим всё, что думаю, – я мстительно улыбнулась. – Прихвачу паспорт, деньги, а дальше разберусь.

– И ты думаешь, родители не отправят тебя назад, в Академию? – с сомнением уточнил Андрей. – Ладно, хочешь почудить немного – дело твоё. Но я буду рядом.

Я пожала плечами. Желает ходить за мной хвостом – его право. Главное, чтобы ни во что не вмешивался. Я встала из-за столика.

– Пожалуй, мне пора.

– Поблагодарить за пиццу не хочешь? – Андрей насмешливо прищурился.

– Нет, – бросила я. – Я из-за порядков вашего учебного заведения осталась голодной, так что будем считать, долги Академии вы мне вернули.

К эскалатору шла, не оборачиваясь. Наверняка куратор собирается следить за мной весь вечер и сейчас идёт на несколько шагов позади.