Женюсь на Красоткиной

Глава 3

Сергей

Башка трещала так, что, казалось, сейчас расколется. Я изо всех сил пытался вспомнить, откуда в моей кровати взялась незнакомая девчонка. Спросонья и от неожиданности я ненадолго растерялся, но теперь был уверен, что ей неоткуда было появиться в моей квартире.

В самолёт я садился трезвым, там выпил всего пару рюмок коньяка для храбрости: сколько ни ходил к психотерапевтам и гипнотизерам, но летать все равно боюсь.

Как вышел из самолёта, хорошо помню. Я вызвал такси, в машине меня развезло. Перемена климата, головная боль «на погоду», наложившаяся на неё пара рюмок… В общем, у всех свои слабости, и не такой я супермачо, как все думают. Помню, как таксист меня разбудил, и я поднялся в квартиру. Папку с документами кинул на тумбочку, где она и лежит, и завалился спать. Один.

Откуда тогда рядом взялась голая толстушка? Может, это чей-то розыгрыш? В принципе, было бы смешно, но разыгрывать меня некому. Ключи есть только у меня, у отца и у соседа Димы. У отца с чувством юмора проблемы, да и шумел он сейчас всерьёз. С Димой мы мало общаемся, не друзья, вряд ли он стал бы так развлекаться. Я и ключи-то ему отдал, потому что этот зануда меня доставал: «Ты сковородку на плите оставил и ушел, чуть дом не спалил», «У тебя газ из квартиры в подъезд шёл. А если бы кто-то закурил?». Объяснять, что «чуть» и «если» не считаются, и вообще нечего в подъезде курить, было бесполезно. Проще сунуть слишком правильному соседу ключи, и пусть сам следит за порядком.

Но если я девчонку не приводил, и отец её сюда не впускал, то кто мог меня подставить? Кто очень хочет поссорить и отдалить нас с отцом? Жанна, конечно. Вот кому постоянно неймётся. Уверен, что это она предложила отцу заехать сюда с утра пораньше. Могла перед этим и толстушку в квартиру запустить. Хотя опять-таки зачем? Ладно, сейчас разберёмся, как девчонка сюда попала.

– Эй, ты скоро там? – я выглянул из кухни.

Тишина. Я вышел в коридор, заглянул в комнату. Девушки не было. Из обуви в коридоре только мои абы как брошенные ночью кроссовки. В обувной тумбе тоже ничего постороннего не обнаружилось. Я толкнул входную дверь, и она открылась. Незваная гостья удрала, пока я варил кофе. Туда ей и дорога. Раз её впустила Жанна, устраивать цирк с фиктивной свадьбой не имеет смысла. Хотя идея хорошая: привести и показать отцу и Жанне совершенно неподходящую невесту, чтобы отстали с требованиями остепениться. Найти какую-нибудь девчонку из маленького городка, а ещё лучше – из деревни. Типа – папа тракторист, мама доярка, денег нет, жилья нет, вести себя не умеет, ну и фигура – как у девицы, которая только что отсюда смылась. Надо будет подыскать вариантик…

Я плюхнулся на кровать и набрал номер Жанны.

– Серёжа, перезвони попозже, папа за рулём, – отозвалась она. – Потом извинишься за свои выходки.

Ну понятно, я ещё и извиняться должен!

– Если бы я хотел поговорить с отцом, я бы ему и звонил, – раздражённо бросил я и не удержался, добавил: – Тётя Жанна.

Папина жена отреагировала предсказуемо:

– Ну ты хам! Какая я тебе тётя? Я всего на семь лет старше!

– Серьёзно? – я ухмыльнулся. – А два года назад были старше на десять лет. Ну, окей, будем считать, что вам тридцать, а вашей сестре-близняшке – сорок один. Особый случай в медицине.

– С чего ты взял? – занервничала Жанна.

Наверное, никогда не пойму, почему женщины так любят уменьшать свой возраст. Чую, лет через десять Жанна вдруг окажется моей ровесницей или даже станет моложе меня.

– Тётя Жанна, у вашей сестры Марины Перейко на страницах в соц сетях указан реальный возраст, и она попросилась ко мне в друзья, – с удовольствием сообщил я. – Но я вообще-то по другому поводу звоню. Вы зачем мне эту пышку в постель подложили? Между прочим, впустили её в квартиру без моего и отцовского разрешения. Это преступление вообще-то. Вдруг она воровка? Или сумасшедшая?

– Сумасшедший здесь ты, – рявкнула в трубку Жанна. – Тоша, твой сын обвиняет меня в сутенерстве! В сводничестве! Говорит, что я подсунула ему в койку эту толстуху! Это уже просто предел всему!

– Что вы так орете? – перебил я. – Сами говорили, у отца давление. Или мне его волновать нельзя, а вам можно?

– Тоша, – надрывалась Жанна. – Он намекает, что я хочу довести тебя до приступа! До инсульта!

– Скажи, что если сегодня же не подаст заявление в загс, завтра лишится квартиры, – металлическим тоном произнёс отец. – Пусть привыкает нести ответственность за свои поступки.

– Тоша, а может, он просто извинится – и хватит? – Жанна мгновенно перестала визжать. – Девушка действительно не совсем подходящая. Найдём Сергею нормальную девочку из хорошей семьи…

Понятно, у кого-то уже проснулся разум. Когда я женюсь, с моей женой им по-любому придётся общаться. Девочку, значит, подходящую найдут? Только вот кому подходящую – Жанне и отцу? Будут все вместе «делать из меня человека»?

– Я – не породистый спаниель, чтобы искать мне подходящую… – начал я.

– Тоша, он матерится! – перебила Жанна, снова срываясь на возмущенный визг.

– Я не матерился, – возмутился и я.

– Просто не успел, – парировала мачеха. – Но собирался.

– Поднеси телефон поближе, – рыкнул отец. – Значит так, – его голос зазвучал громче, – Завтра ты приходишь на работу со справкой из загса, что заявление подано, и извиняешься перед Жанной. Завтра же вечером официально знакомишь с нами невесту. Сегодня у тебя выходной – решай свои дела. За папкой с документами я кого-нибудь пришлю.

– Могу и сам приехать, – отозвался я. – Заодно спрошу у Жанны, откуда она откопала сегодняшнюю девицу.

– Ты на что намекаешь? – снова заверещала та. – Тоша, он опять говорит, что это я подложила девушку ему в кровать!

Я раздражённо нажал на значок красной трубки на экране телефона. Этот цирк начинал надоедать. Сейчас выпью кофе и сам отвезу отцу папку с документами. Жанна получит от меня такое извинение…

Я с размаху швырнул в стену папку с подписанным в Китае договором на поставки сырья. Достали! Ладно, если бы я ещё действительно накосячил, признал бы, что виноват. Мог бы даже извиниться. Но сейчас я вообще не при чем!

Взгляд упал на тумбочку. Под договором пряталась знакомая связка из трех блестящих ключей. Большой жёлтый от первой металлической двери, маленький белый от второй деревянной, ещё один – от электрощитка на нашей лестничной клетке. Я сделал два дубликата, когда была возможность, чтобы не звать электрика, если выбьет пробки. Один дубликат оставил себе, другой отдал Диме вместе с ключами от своей квартиры.

Я тупо смотрел на ключи. Получается, Жанна не виновата, и я зря на неё наехал. Ну, Дима, зануда правильный! Вот уж от кого не ожидал подставы. Кого и с какой радости он пустил ко мне ночевать?

Скандалить на голодный желудок не хотелось. Я все же выпил кофе с несколькими большими бутербродами с колбасой и сыром. Надо будет что-то решать с питанием, а то яичница и варёная картошка – мой кулинарный предел. Замороженные продукты задолбали, на рестораны никаких денег не хватит. Жанна меня постоянно кормить не будет, да и я её рядом долго не выдержу даже ради борща и мясного рагу. В общем, или я наживу себе гастрит в ближайшем будущем, или надо учиться готовить самому, или нанимать домработницу.

Идею с домработницей я отмел сразу. Наверняка тётка быстро сговорится с отцом и Жанной и начнёт за дополнительную плату на меня стучать. Может, научиться готовить? Я вспомнил несколько сожжённых во время кулинарных опытов кастрюль. Интересно, девчонка, которую «добрый» сосед пустил ко мне ночевать, умеет хотя бы варить кашу? И кто она вообще такая?

Я глубоко вздохнул. Пора побеседовать с Димой. Завтра мне нужно будет внятно отчитаться отцу, что за девица была у меня в квартире, и доказать, что я тут не при чем. Надеюсь, положительному соседу он в этом поверит больше, чем мне.

Как только Дима открыл дверь, я с высоты своего роста молча ткнул ключи ему под нос.

– Слушай, я девушку несколько месяцев обхаживал, – вскоре рассказывал парень на чересчур чистой кухне. – А тут вчера сама позвонила, сказала, что-то у них с общагой, ей жить негде, спросила, где можно снять квартиру подешевле. Такой случай, сама в руки приплыла, понимаешь?

Я с сомнением посмотрел на соседа. Несколько месяцев обхаживал? Чего-то я в этой жизни недопонимаю. Девчонка примерно на полголовы выше него и почти вдвое шире. Но даже если Диме нравятся именно такие, это в конце концов его личное дело. У меня же остаётся главный вопрос: зачем он отправил девицу ко мне в квартиру?

– Понимаю, – соврал я. – Так пусть бы и ночевала у тебя. Мне с утра из-за твоей девушки отец такой скандал устроил…

Я перевёл дух. Жизнь налаживалась. Сегодня или завтра Дима убедительно расскажет моему отцу бредовую историю своей любви, продемонстрирует даму сердца, и все пойдёт по-прежнему. Кроме того, что ключи я этому идиоту больше не оставлю.

– Она с подружкой пришла, – невозмутимо продолжил сосед. – Думал, придётся её подруге на кухне раскладушку поставить, потом вспомнил про твои ключи. Ну, извини, так получилось, я же не знал, что ты сегодня вернешься. Хочешь, позвоним твоим, я все расскажу, девчонки подтвердят.

– Ты об этой подружке вообще что знаешь? – снова завёлся я. – А если бы она что-то украла из квартиры?

Я живо представил пропажу ноута с кучей документов фирмы. Отец бы точно с приступом свалился, а то и с инсультом! А ещё в квартире лежат деньги, есть дорогая техника, ключи от машины, в конце концов. И сама машина стоит тут же, на подземной парковке во дворе. Документы на квартиру, на авто…

– Слушай, ты сам водишь к себе случайных знакомых из ночных клубов, и тебя не беспокоит, что они что-то украдут, – Дима хмыкнул. – Девушка – подруга Лизы, я знаю, как её зовут, где она учится. Ничего у тебя не пропало, можешь проверить.

Я вспомнил утренний скандал и усмехнулся. Женить меня решили, значит?

– Я правильно понял, что этой подруге твоей девушки негде жить? – деловито уточнил я.

– Пока да. Так получилось, что у них в общаге ремонт, и девчонки вчера срочно искали жилье.

– Угу, – промычал я. – Не местная, значит. И денег не густо, если ничего не нашла.

Могла бы, в крайнем случае, уйти в недорогую гостиницу на несколько дней, или снять комнату посуточно, пока не найдётся подходящий вариант. Если этого не сделала, значит, денег реально нет. И у родителей тоже, иначе подкинули бы дочке что-нибудь на карту.

– Рассказывай все, что о ней знаешь, – потребовал я.

– Зачем? – насторожился сосед. – Реально что-то пропало?

– Может быть, получится решить проблему девушки с жильём, – я широко улыбнулся. – Как её вообще зовут, откуда приехала, чем тут занимается?

– Имя забавное – Мила Красоткина, – начал Дима.

Я фыркнул. В воображении возникла картина: я представляю «невесту» отцу и Жанне. Фамилия у девчонки для этого фарса очень даже подходящая.

– Приехала из какой-то дыры, то ли маленький городок, то ли деревня, – продолжал сосед. – Учится тут в кулинарном колледже. Нормальная девчонка, порядочная. Думал её быстренько с кем-нибудь познакомить и сплавить отсюда, но у неё внешность – сам видел – на любителя.

– Без разницы, – перебил я, потирая руки.

Просто шикарный вариант, чтобы отец и особенно Жанна перестали лезть в мою личную жизнь! И бонус – эта Мила ещё и готовить умеет. Глядя на её комплекцию, можно предположить, что готовит девушка очень неплохо.

– Кстати, вам вахтёрша ночная не нужна? Она бы пошла, – немного оживился Дима.

– Нет, у меня для неё другое предложение, – я хмыкнул, снова представив лица отца и Жанны. – Девушка от вас сегодня же съедет. Отец сказал жениться на первой, кого он застанет в моей квартире, вот я и женюсь. На Красоткиной, – с удовольствием произнёс я.

Глава 4

Мила

В колледже я постоянно думала, где бы поскорее найти жилье. Возвращаться в квартиру Дмитрия было страшновато. Слишком велика вероятность встретится со странным парнем и его неадекватными родственниками.

– Да ладно, – отмахнулась Лиза. – Ты тут вообще не причем, тебе квартиру открыли, потому ты там и спала. Ничего не разбила, не повредила, все нормально. Кто ключ дал, тот пусть и объясняется.

– А если они передерутся? Сергей этот чокнутый с твоим Димой? – попыталась я вернуть беззаботную Мироненко к реальной жизни. – Или его родители будут продолжать требовать, чтобы он на мне женился?

– Не вижу проблемы, – она пожала плечами. – Дима и сосед между собой сами разберутся. И чокнутая семейка тоже успокоится. О себе больше думай, и всё будет хорошо.

Я и думала о себе. Поэтому активно расспрашивала местных приятельниц и знакомых, не сдаёт ли кто комнату в рассрочку и нельзя ли переночевать пока что у кого-то из однокурсниц. Комнату никто не сдавал, и у всех знакомых одновременно «только начался ремонт» в домах и квартирах.

Когда я совсем отчаялась что-то найти, ко мне сама подошла Рита Веселкова – вторая «королева красоты» нашего курса, вечная соперница Лизы.

– Я слышала, что тебе ночевать негде, – процедила она, машинально поправляя причёску. – Могу дать ключи от квартиры брата, его три дня не будет дома. Только с тебя уборка.

– Без проблем, – легкомысленно пообещала я.

Оставшееся время Мироненко тихо зудела мне на ухо:

– Тебе так хочется за кем-то мыть полы? Эта выдра брату генеральную уборку проспорила, я слышала, как она подружкам жаловалась. Вот пусть сама его квартиру и драит. Не сидится тебе спокойно, так можешь у Димы убрать в знак благодарности. Там хоть генералить не надо, все более-менее чисто.

Почему-то я с самого начала не сомневалась, что Лиза скоро заговорит о уборке и готовке в квартире Дмитрия и захочет полностью повесить их на меня. Вот и первая ласточка. Я-то была бы не против, но только не под угрозой встречи с неадекватным Сергеем. Сошлись на том, что два-три дня уйдут на поиски жилья, а потом, если ничего не выйдет, я вернусь на время домой к Дмитрию. А ситуация с его соседом за пару дней как-то устаканится.

За вещами я заходить не стала, сразу отправилась в квартиру брата Веселковой. Любопытная Лиза потопала туда со мной, продолжая бухтеть на ухо:

– Зачем тебе это надо? Вот увидишь, Ритка по доброте душевной ничего не делает. Тут какая-то подстава.

Стоило открыть дверь, как сразу стало ясно, в чем эта самая подстава заключается. Такого срача я не видела нигде и никогда, даже на кухне студенческой общаги было чище. Линолеум в коридоре покрывали большие липкие темные пятна и ведущие от них следы. На полу валялись клочки бумаги, рекламные объявления, июньская квитанция по оплате за газ и кусок окаменевшей булки. На вешалке, вбитой прямо в дверь, соседствовали мужская дубленка и летняя кепка. Воняло пылью и плесенью.

– М-да, – Лиза оглядывала коридор как особо интересный музейный экспонат. – Интересно, что ж тогда в комнате и в кухне? Тебе бахилы дать? Я по такому в туфлях не пойду, потом попробуй их отмой.

Бахилы оказались очень кстати. Состояние пола везде было примерно одинаковым – когда-то пролитые чай, кофе, газировку, вино не вытирали, давая высохнуть самостоятельно. Сверху бросали всякий мусор от клочков бумаги до шелухи от семечек. Беглый осмотр показал, что подоконники и окна здесь не мыли никогда. Ванну, похоже, давно даже не споласкивали после купания, а унитаз не чистили несколько месяцев. Но особенно впечатляла кухня с заляпанной многочисленными слоями жира плитой, усыпанным крошками липким столом и полной раковиной подплесневелой посуды. В углу присохла к полу разбитая банка неопределимого на вид варенья. На подоконнике стояла хрустальная вазочка, переполненная застарелыми бычками от сигарет. К дверце холодильника страшно было притрагиваться без перчаток. Открыть сам холодильник я пока не рискнула.

– Вот это жуть, – выдохнула Лиза. – Мил, тут надо повторить подвиг Геракла. Это же он повернул реку вспять, чтобы почистить конюшни?

Я хмуро оглядывала фронт работ. Реки, к сожалению, поблизости не наблюдалось, и желающего помочь мне Геракла – тоже.

– И что, ты собираешься тут остаться? – Мироненко брезгливо поморщилась. – В этом свинарнике работы как раз на три дня и хватит! Отдай Ритке ключи и пошли назад. Пусть сама всё разгребает или обращается в специальную фирму.

Я представила встречу с соседом Дмитрия, потом – уборку в санузле этой квартиры. Второе выглядело гораздо страшнее. В конце концов, что Сергей мне сделает? Будет ругаться – выслушаю.

Нет, если бы мне предложили снять такое жилье хотя бы на месяц за приемлемую сумму и без предварительной оплаты, я бы все вычистила и даже окна вымыла. Но за три дня проживания это слишком высокая цена. Я ещё не успела сказать: «Да», – а Лиза уже тараторила в трубку телефона:

– Веселкова, тебе куда ключ от квартиры принести?.. Тот, что ты дала Милке, конечно. Ты думала, этот номер пройдёт, что ли? Да такой срач бесплатно никто разгребать не станет! Надевай резиновые перчаточки и мой тут всё сама. Ты унитаз видела? А кухню? Тут сколько лет не убирали?.. Так, Веселкова, у всех свои проблемы, я тебя своими не гружу. Просто скажи, ключ куда занести?.. Не волнуйся, ей есть, где ночевать, добрая ты наша… Хорошо, ждём.

Мироненко сунула мобильник в сумку.

– Сейчас сама за ключом прискачет. Пошли на улице подождём, а то тут дышать нечем, – Лиза картинно помахала рукой перед носом и потащила меня за рукав в коридор.

Загазованный уличный воздух после квартиры брата Веселковой показался свежим и приятным.

– Ужас какой, – бормотала Лиза. – Прикинь, кто-то за Риткиного братца замуж выйдет. Вот где кошмар! Хотя, может, такую же хрюшку найдёт.

Рита примчалась через несколько минут. Я с удивлением отметила, что на ней старые потертые джинсы, выцветшая рубашка непонятного цвета и кроссовки вместо обычных туфелек на каблуках. Ни разу не видела ни Лизу, ни Веселкову без украшений, но сейчас Рита сняла кольца и цепочку с кулоном.

– Ну ты глянь, и правда, что ли, сама пойдёт разгребать квартирку? – недоверчиво протянула Лиза.

– Девчонки, согласна, бесплатно убирать одной – это перебор, – с ходу выдала Рита. – Предлагаю сделать так. Мы втроём приводим сегодня тут все в порядок, и я оставляю Миле ключи на этот вечер и два следующих дня. Идёт?

– Не идёт, – отрезала Мироненко. – Тут для уборки грабли нужны, а мне их и дома на мамином огороде хватило.

Лицо Веселковой вытянулось. Лиза сунула ей в руку ключ.

– Могу помочь, – выпалила я. – Но за деньги.

В конце концов, мы с Ритой не подруги и даже не приятельницы, а мне надо срочно хоть что-то заработать.

– Договорились, – Веселкова радостно встрепенулась.

– Не договорились, – решительно вклинилась Лиза. – Сколько заплатишь?

В следующие пару минут они отчаянно торговались.

– Но я же даю ключ от квартиры на три дня. Это тоже часть оплаты, – сбавляла цену Рита.

– На два с половиной, – поправляла Лиза. – Не устраивает – паши там сама, Миле и так есть, где спать.

– Мироненко, тебе больше всех надо? Или тоже хочешь подзаработать? – насмешливо уточнила Рита.

– У меня и так все в порядке, – ехидно пропела Лиза. – Ещё я ваш свинарник за три копейки не мыла. Кстати, туалет и ванну будешь чистить сама. Оплатить такую работу у тебя денег не хватит. Так что, вы договорились, или мы пойдём? – она взглянула на экран мобильника. – Меня уже ждут.

– Договорились, – нехотя бросила Рита.

– Мил, если что, приходи, дорогу знаешь, – Лиза с сомнением покосилась на грязные окна квартиры на втором этаже.

Хозяйка из Веселковой оказалась так себе. Страдания о нежной коже рук и маникюре, который обязательно испортится, начались ещё в подъезде.

– Какой ужас, – выдавила Рита, как только мы вошли в коридор. – Не думала, что все так страшно. Ну Юрка, ну свинья, я ему это припомню!

– Ты тут не была? – поняла я.

– Что мне тут делать? – она скорчила гримаску. – Мы с братом поспорили на уборку, я проиграла. Блин, не ожидала такой подставы!

Я надела бахилы, радуясь, что не успела их выбросить.

– Ещё одна пара есть? – кисло спросила Рита.

– Нет. У меня пакет из магазина в сумке болтается на всякий случай. Хочешь, его дам, обвяжешь вокруг ноги, – предложила я.

– И у меня вроде что-то было, – она со вздохом извлекла из сумочки фирменный пакетик из магазина косметики. – Хорошо хоть, никто меня не увидит.

После осмотра квартиры Веселкова окончательно опечалилась. Резиновые перчатки она надевала с таким видом, словно, рискуя жизнью, шла на подвиг. Вскоре из ванной пошёл запах какой-то особо ядовитой бытовой химии. Я, вооружившись метелочкой, вымела крошки, бумажки и прочий мусор с пола в комнате, коридоре и кухне. Сунувшись в ванную за ведром, застала впечатляющую картину: весь кафель на полу и стенах, подвесной потолок и ванна внутри и снаружи были в густой белой пене. Рита, морщась от химической вони, размазывала ту же пену по раковине. Находиться там, по-моему, можно было только в респираторе.

– С ума сошла? – выдохнула я. – Выходи сейчас же, так отравиться можно.

– Что-то голова кружится, – пробормотала бледная Веселкова.

Пришлось выволочь её на балкон продышаться. Возвращаться обратно в ванную Рита наотрез отказывалась. Она ныла что-то о надломленном ногте и о том, что боится упасть в обморок от запаха химической пены.

– Тебя кто просил использовать столько токсичного средства? – я поморщилась. – Смывать это все равно надо, без вариантов. Обвяжи нос и рот какой-нибудь плотной тряпкой и забегай на минуту-две, отмывай хоть постепенно.

– Мил, добавлю ещё тысячу, – глубоко вздохнув, сказала Веселкова.

– Мне здоровье дороже, – отрезала я. – Лучше пойду стеклышки от пола в кухне отдирать.

В ванную все же пришлось заскочить, чтобы набрать воды для мытья пола. Я, не дыша, плюхнула ведро в ванну с пеной, включила воду, и выскочила в коридор сделать следующий вдох. Мыть решила начать с кухни. Заткнула слив раковины, скинула туда грязную посуду и залила водой с несколькими каплями жидкости для мытья посуды. Запах пошёл такой, что я обвязала лицо найденным в шкафу в комнате новым кухонным полотенцем. Пока посуда отмокала, я щедро налила воды на линолеум, засыпала содой плиту и полила сверху немного водички, чтобы получилась чистящая кашица.

Нравится Веселковой себя травить – её дело, я не собираюсь нюхать лишний раз всякую дрянь. Я прислушалась. Рита чем-то гремела то ли на балконе, то ли в комнате. Ну и хорошо, значит, с ней все нормально. Напевая под нос, я оттерла плиту, осторожно отковыряла от липкого пола остатки разбитой банки, несколько раз протерла пол и поняла, что бахилы к нему уже не липнут.

Если так дальше пойдёт, я за сегодня разберусь с кухней, коридором и комнатой. Спокойно поживу тут три дня, получу какую-никакую денежку за эту уборку, а дальше, может, соображу, где подработать, и сниму комнату. Пусть с хозяйкой, пусть даже далеко от колледжа, квартирный вопрос надо хоть как-то решать, и поскорее.

В дверь требовательно позвонили. Рита никак не отреагировала. Дальше последовал долгий звонок и такой стук, будто в дверь колотили ногами. Не знаю, чем там занята Веселкова, что не слышит такой грохот. Я вышла в коридор и замерла. По линолеуму бежали из ванной ручьи воды. А в самой ванной Веселкова стояла в глубокой луже воды и поливала из какого-то шланга стены и потолок, смывая пену. Рот и нос у нее были обвязаны чёрным мужским шарфом.

Теперь я не сомневалась в том, кто именно трезвонит и колотит в дверь. Только охота открывать у меня полностью отпала. Я рванула к ванной, отпихнула в сторону Риту и выключила воду.

– Ты что, с ума сошла?!

– А как это ещё можно было смыть? – плаксиво отозвалась из-под шарфа Веселкова. – Ой, кто-то звонит? А что там за шум?

– Открой – узнаешь, – хмыкнула я.

– А ты почему не открыла?