Половинки одной судьбы. По праву победителя. О чем молчат легенды

ГЛАВА 3. Таня Синица

Знать бы точно, что Викуся никуда не уедет с Гербертом! С неё станется бросить меня с однокурсником за столиком и исчезнуть. Вообще-то я была бы не так уж и против: парень очень симпатичный, хотелось бы пообщаться с ним подольше. Только где потом искать Вику? Если я вернусь домой одна, Викусю будет ждать грандиозный скандал с отцом.

– Может, приведёшь Герберта в кафе? – предложила я.

Мой взгляд в очередной раз остановился на однокурснике.

– Приведу, – радостно согласилась подруга. – Тогда всё получится просто супер! Нас будет четверо, как раз по парам!

Викуся громко ликовала, глядя при этом прямо на нового знакомого. Парень обернулся, по его губам скользнула еле заметная добродушно-насмешливая улыбка.

– Ему же всё слышно! Говори тише! – зашипела я.

– Ну и что? – весело отозвалась Вика, но голос всё же понизила. – Мальчик красивый и наверняка знает об этом. Что это у тебя там? – Викуся заглянула в мой блокнот. – Ух ты ж!

Я досадливо поморщилась. Нарисованный за несколько минут в блокноте рыцарь со шлемом в руке оказался слишком похож на синеглазого однокурсника. Вчера я смотрела фильм о крестовых походах. По идее, рыцарь на рисунке должен был походить на одного из актёров.

– Ему идут доспехи, – одобрила подруга.

– А теперь мы начинаем небольшой концерт в честь Дня знаний! – объявила со сцены завуч.

На сцене рассаживался оркестр колледжа.

Я почти физически ощущала взгляд симпатичного парня. Однокурсник смотрел то на меня, то на раскрытый блокнот в моей руке со странным выражением лица. Новому знакомому как будто было интересно, но при этом в его глазах я уловила тень удивления и, кажется, тревоги. Что привлекло его внимание? Не может же парень разглядеть с такого расстояния рисунок во всех подробностях, даже если чётко видит фигуру в латах. Скорее всего, он просто задумался и уставился в одну точку. Мои художества тут ни при чём.

– Викусь, как думаешь, ему видно лицо рыцаря? – шепнула я.

– Не-а, – в голосе Вики прозвучала уверенность. – Скорее всего, услышал нас и заинтересовался, что ты изобразила. Я бы на твоём месте показала ему портрет. Очень мужественным получился. Интересно, как его зовут? – чуть недовольно протянула Викуся. – Надо же, с собой позвали, а не познакомились.

К счастью, теперь её реплики заглушала ликующая музыка.

Парень задумчиво хмурился. Странный он немного, но какой привлекательный! Так и хотелось сесть рядом, как бы случайно дотронуться до него. Вика наверняка сказала бы, что это банальный приём, но вдруг бы сработал?

После собрания меня ждал приятный сюрприз. Оказывается, наши группы на некоторых занятиях объединялись, и сейчас у нас с Викусей и новым знакомым должна была быть одна и та же пара.

На стенах в классе висели репродукции знаменитых картин. Парты были придвинуты одна к другой, образуя большой прямоугольник с учительским столом во главе. Мы сели напротив картин импрессионистов. Я с удовольствием окинула взглядом размытые в призрачной дымке тумана собор, стог сена, восход солнца над морем.

Викуся помахала рукой новому знакомому и предложила сесть между нами. Вместе с парнем подошёл Саша из моей группы. Поймав его восхищённый взгляд, Викуся стрельнула глазами – по-моему, просто по привычке: Саша совсем не в её вкусе.

Урок уже начался, а привлекательный сосед так и не назвал своего имени. Парень улыбался нам, но почти всё время молчал.

– Меня зовут Лариса Сергеевна, – приветливо сказала преподавательница – полноватая женщина с высокой старомодной прической. – На моих занятиях вам будут нужны только общая тетрадь и ручка.

Я записала имя и отчество педагога. Хорошо, что бумага в блокноте плотная: рыцаря на предыдущей странице почти не видно. Надо будет потом выдрать листик с рисунком. Неудобно получится, если парень случайно увидит свой портрет в доспехах.

– Сейчас мы сделаем перекличку, – продолжала Лариса Сергеевна. – Антонов Михаил… Демченко Светлана... Ежова Наталья…

Наш список закончился, вот и фамилии пианистов. Я внимательно слушала – скоро должно было прозвучать имя симпатичного парня.

– Алёхина Алла…

– Я, – лениво сообщила высокая девушка с короткими красными волосами.

В её ушах болтались по три блестящих серьги-кольца разного размера.

– Боркевич Ольга…

– Здесь, – откликнулась маленькая хрупкая шатенка.

– Караваева Виктория.

– Я, – отозвалась Вика.

Как похожи сейчас выражение лица и манера речи моей подруги и Аллы Алёхиной! Почти уверена, что красноволосая девушка, как и Викуся, поступала в колледж не из любви к музыке.

– Чернов Вадим... Да, вижу, здесь, – Лариса Сергеевна с доброжелательной улыбкой кивнула нашему соседу. – Щеглова Дарья...

Я искоса посмотрела на парня и улыбнулась, встретив ответный взгляд. Вадим отвёл глаза.

– Приятно познакомиться, – шепнула я.

Он промолчал. Может, не расслышал?

Полтора часа пролетели незаметно: Лариса Сергеевна оказалась великолепным рассказчиком.

– Ты куда дальше? – спросила Вика, когда мы вышли из класса.

– У меня это время пока свободное. Поищу педагогов, хочу составить расписание, возьму учебники в библиотеке.

Викуся демонстративно зевнула. Вадим посмотрел на меня, как взрослый человек, одобряющий поведение ребёнка. Похожий взгляд бывает у Викиного отца, когда речь заходит об учёбе, книгах или музыке. Забавно увидеть такое выражение на лице ровесника! Кстати, сколько ему лет?

– Вадим, ты поступал после одиннадцатого класса?

– Нет, после воинской службы, – помедлив, ответил он.

Значит, парень немного старше нас.

– Пытаюсь представить тебя в форме, – кокетливо улыбнулась Вика. – Очень мужественный вид получается.

Вадим промолчал.

– Какой-то он неразговорчивый, – заметила Вика, когда мы с ней шли по коридору. – Но ничего, мы его разговорим.

За полтора свободных часа моё расписание было полностью составлено. Я вышла в холл к длинным скамейкам и огляделась в поисках знакомых лиц. Почти сразу ко мне подошёл Саша Трофимов.

– Таня, вы же с Викой хорошо знакомы? – смущённо заговорил он. – Помоги мне начать с ней общаться. Посидели бы втроём в кафе или кино, а?

Взгляд парня при этом напомнил о вечно несчастном влюблённом Пьеро. Шансов у Трофимова нет – Вике не нравятся примерные мальчики в очках. Более того, Викуся просто не переносит, когда парень объясняется с ней через кого-то, её привлекают более решительные ребята. И ей уж точно не понравится унылое лицо Саши: ещё с детского сада Викусю раздражает ноющий Пьеро – хоть в мультике, хоть в фильме, хоть в книге. Подруга не захочет общаться с ним в жизни ни одной лишней минуты.

– Саш, извини, я лучше сразу скажу. У тебя ничего не получится.

– Ты только дай мне попытаться, – перешёл на шёпот Саша. – Ну, что тебе стоит?

– Хорошо. Я спрошу у Вики.

Сам напросился. Когда Викуся узнает об этом разговоре, она сделает всё, чтобы как можно реже видеть Трофимова.

– Спасибо.

Ничего не подозревающий о моих мыслях Саша чмокнул меня в щёчку. Я поневоле представила на его месте Вадима. Было бы обидно, если бы парень вот так расспрашивал о Вике и поцеловал меня за согласие побыть третьей лишней.

А вот, кстати, и Вадим, лёгок на помине, и почему-то без Викуси. Когда парень подходил ко мне, несколько девочек провожали его заинтересованными взглядами.

Вадим сел рядом.

– Таня, я хотел спросить...

Парень замялся. Я с самыми дурными предчувствиями выжидающе смотрела на него.

– Ты знаешь всех, с кем общается Вика?

Это что-то новенькое! Я с облегчением перевела дыхание и ответила:

– Большинство. А в чём дело?

Вадим какое-то время помолчал, словно продумывая ответ, а затем медленно произнёс:

– Кажется, вчера я видел её с одним своим знакомым. Хочу понять, ошибся или нет. Может, ты узнала бы его по описанию? У него приметная внешность. Девушки таких не скоро забывают, даже если видят мельком, со стороны.

– Вряд ли я смогу тебе помочь, лучше спроси об этом у Викуси.

Вокруг подруги вьётся столько симпатичных ребят, что я постоянно путаюсь в них. Пусть Вадим загадает эту загадку ей самой.

Вечером я нашла их на одной из скамеечек в холле.

– Ой, Синичка! – обрадовалась подруга. – Наконец-то! Вадик меня совсем заговорил. Он так хорошо разбирается во всякой там древней музыке, тебе было бы интересно послушать.

Я смутилась. Как, наверное, неудобно чувствует себя Вадим. Вика ясно дала понять, что ей было скучно.

Но парень с улыбкой поднялся и сказал:

– Пойдём? Куда вы собирались?

Кафе "Бабушкина избушка" – одно из тех недорогих мест в Марске, где можно спокойно посидеть и вкусно поесть (*название кафе придумано автором, любые совпадения случайны). По дороге Викуся оживлённо делилась впечатлениями от уроков, педагогов и однокурсников. Вадим отмалчивался и как будто думал о своём, но когда Вика задавала вопросы – ни разу не ответил невпопад. Однокурсник почти не смотрел на мою подругу. Неужели Вадим идёт в кафе из-за меня? Хорошо бы, но и со мной он держится так же. Может, у парня просто испортилось настроение после общения с Викусей?

Через простую деревянную дверь мы вошли в уютный зал "Избушки" с невысоким потолком, белеными стенами и дощатым скрипучим полом. Вика направилась к столику у стеклянной стены: оттуда хорошо видны дорога и несколько многоэтажек. На их фоне наше любимое кафе и впрямь выглядит как маленькая избушка, хотя пристроено к первому этажу двенадцатиэтажного дома.

Вадим с интересом разглядывал развешанные на стенах глиняные черпаки, ухваты и прочую старинную кухонную утварь.

– Ты здесь в первый раз? – спросила Вика.

– Да. Я недавно в Марске. Слышал, что "Избушка" – популярное место среди молодёжи.

– Откуда ты приехал? – принялась привычно допытываться Викуся. – Ты живёшь в Марске или в области?

– В Марске, – ответил парень, игнорируя первый вопрос. – Может, подскажете, как частые посетители, что тут стоит заказать?

– Здесь готовят вкусную пиццу… – оживлённо начала Вика.

Она принялась перечислять наши любимые десерты и пирожные. Я задумчиво разглядывала лакированный деревянный стол. Странно, большинство людей с удовольствием рассказывает о своей жизни, увлечениях, отдельных событиях, а новый знакомый уходит от всех личных вопросов.

Когда мы заказали пиццу и вернулись за столик с купленными десертами и соком, я спросила:

– Где ты живёшь?

– Недалеко от колледжа, – ответил Вадим.

– С родителями?

– С отцом. Кстати, как отсюда добраться до улицы Вятской?

Вика начала объяснять, а я сделала вывод: наш однокурсник действительно не хочет говорить о себе. Дальше я спросила бы о его семье. Вадим это понял и поскорее перевёл разговор на другую тему.

Наверное, он ещё присматривается к нам. Я ведь тоже, пока не решу, что буду и дальше общаться с человеком, стараюсь о себе не рассказывать.

– Вы посидите, а мне нужно отлучиться, – прощебетала Вика. – Вадик, ты не будешь против, если к нам присоединится ещё один молодой человек?

– Конечно, нет.

Я заметила, что парень слегка напрягся, его взгляд на пару секунд стал цепким, настороженным.

– Скоро приду. Оставьте нам по куску пиццы, – Викуся весело помахала нам рукой.

Каблучки легко застучали к выходу. Нетронутый заказ подруги – десерт из взбитых сливок и стакан апельсинового сока – остался на столе.

Мой взгляд остановился на висящих напротив столика часах. Надо же! Викуся идёт на свидание вовремя. Обычно она опаздывает, как минимум, минут на двадцать.

– Пицца с грибами! – выкрикнула девушка за стойкой.

Я забрала большую тарелку с только что испечённой тончайшей пиццей и прихватила ножи и вилки.

Вадим сидел всё с тем же напряжённым, ожидающим видом и машинально ковырял фруктовый лёд в стаканчике. О себе парень говорить не желает. Может, попытаться поболтать о том, что ему интересно? Вдруг заодно удастся что-нибудь выяснить и о нём самом?

– Вика говорила, ты знаешь старинную музыку. Где ты её изучал?

– Просто много слушал, – рассеянно ответил Вадим. – Слуховой опыт играет главную роль при изучении музыкального материала.

Я сморгнула. Ничего себе! Такую фразу может выдать профессор, делающий доклад на научной конференции, но никак не студент-первокурсник! Может, Вадим из семьи учёных?

– Тебе помогали родители? – я попыталась развить удачно начатый разговор. – Они музыканты?

– Нет, но отец любит музыку.

Без Викуси парень оживал на глазах: взгляд потеплел, улыбка стала более открытой. Да и на вопросы Вадим начал отвечать.

– А мама?

– Мамы давно нет в живых, – спокойно сказал он.

Ох! Зачем я только затронула эту тему?

– Извини, – пробормотала я.

– Вроде пока не за что, – улыбнулся Вадим.

Я подумала о бабушке Липе. Если бы год назад она на несколько секунд задержалась в магазине – до сих пор была бы жива. Пьяный урод за рулём точно так же смял бы дверь и разбил витрину, но бабушку бы не задел.

Вадим изменился в лице. Глаза парня расширились, тело подалось вперёд. Напряжённый взгляд был прикован к чему-то у меня за спиной. Я обернулась. Прямо на стеклянную витрину, у которой мы сидели, по тротуару летела иномарка. Всё, как с бабушкой Липой. Уцелеть шансов нет, ещё две-три секунды…

Я зажмурилась.

Сильный толчок – и меня отнесло в сторону. Вот и всё. Оказывается, это не страшно. Хорошо, что Вика так вовремя ушла.

Странно только, что я совсем не почувствовала боли. Да и вообще для того света ощущения были слишком реальными. Я понимала, что стою, и моя спина упирается во что-то холодное. Рядом были слышны грохот и женский визг.

– Таня, – прорвался сквозь шум спокойный голос Вадима. – Ты меня слышишь?

Я открыла глаза. Как так могло получиться? Я стояла спиной к стене в паре метров от остатков нашего столика, а Вадим поддерживал меня за плечи. Выглядело это так, словно парень закрыл меня собой.

От нашего столика остались лишь изломанные куски дерева. Щепки и осколки стекла разлетелись по кафе. Несколько человек за дальними столиками оцепенели. Девушка за стойкой истерически визжала, с её руки капала кровь. Послышался быстрый топот нескольких пар ног. Неприметная дверь недалеко от стойки распахнулась, в зал влетели двое охранников и какие-то женщины. Охранники сразу бросились к перевёрнутой машине.

– Я думала, мы живём последние секунды, – выдохнула я.

Вадим покачал головой и успокаивающе сжал мою руку. Наверно я должна была биться в истерике вместе с барменшей, но рядом с Вадимом было легко и спокойно. И очень приятно, что он держал меня за руку.

К нам подошли какие-то люди.

– Он вас не задел?

– Ну ты, парень, герой. Думал, только в кино такое бывает...

Охранники уже извлекли из машины виновника переполоха. Задумчивый взгляд Вадима остановился на мужчине с поцарапанной щекой. Тот стоял у перевёрнутой иномарки, до нас доносилось невнятное бормотание:

– Ничего не помню. Заснул, что ли? В себя пришёл... Он машину толкает, и я переворачиваюсь...

Вадим взял меня за локоть и быстро повёл к выходу.

– Ребят, вы куда? – растерянно окликнула какая-то женщина, когда он открыл дверь.

Вадим, не оглядываясь, тащил меня прочь от "Избушки" так, что мы почти бежали.

– Куда пошла Вика? – резко спросил парень.

– К памятнику Лермонтову.

– Веди, – потребовал он. – Скорее!

Я так растерялась, что подчинилась без разговоров. Мы спешили вдоль дороги мимо многоэтажек и растущих перед ними высоких деревьев к месту Викусиного свидания. Чуть успокоившись, я начала забрасывать парня вопросами:

– Почему мы так быстро... ушли? Почему не дождались... Вику в кафе?.. Куда так спешить?

Дыхание сбивалось. Ничего себе скорость! Меня не так просто загонять, но Вадиму это удалось. Он перешёл на почти нормальный шаг и после небольшой паузы сказал:

– Прости, я не должен был заставлять тебя бегать. Разве ты хотела там остаться?

– Наверное, нет, – я поёжилась, вспомнив раздавленный столик и перевёрнутую машину. – Почему тебя назвали героем?

Вадим снова помедлил, прежде чем ответить. Я уже начала привыкать к его манере общения.

– Я вытолкнул тебя из-за столика.

– Как это?

Я притормозила, но Вадим потянул меня за локоть, заставляя двигаться дальше. Пришлось додумывать на ходу.

– Просто прыгнул и вытолкнул.

Вадим пожал плечами.

– Это совсем не просто, – возразила я.– У тебя была всего пара секунд. За это время трудно успеть даже выскочить из-за столика.

– Успел, как видишь. У меня реакция хорошая.

В голосе Вадима прозвучала досада.

Видимо, я опять приблизилась к какой-то теме, которую новый знакомый обсуждать не желал.

– И в каком роде войск этому учат? – всё же не удержалась я.

– В секретном. Прости, больше сказать ничего не могу.

Я зависла, как перегруженный информацией и заданиями компьютер. Чем дальше – тем интереснее. Что это за секретный боец, который хорошо разбирается в старинной церковной музыке и после армии поступает в музыкальный колледж? И при том не похоже, чтобы Вадим врал, обычно я чувствую малейшую фальшь.

Почти всё в этом парне непонятно. Но как же меня к нему тянет: хочется быть около Вадима, дотрагиваться до парня, слушать его голос. Рядом с Вадимом я с самого начала почувствовала спокойствие, тепло, безопасность. Интересно, он понимает, насколько мне нравится? И чувствует ли ко мне Вадим хотя бы лёгкую симпатию?

Об этом я, конечно, спрашивать не стану, лучше вернусь к теме аварии.