- -
- 100%
- +
– Давно уже кажется – как будто мы перенеслись куда… Может, в прошлое?
– Нет, – говорю, видя улыбку на лице супруги, которая меня уже разыграла пару дней назад с «саблезубым» енотом, – второй раз этот номер не пройдёт!..
…На днях мы ходили в заповедник Тисо-Самшитовая роща в Хосте. Там все очень мило обустроено – среди сохранившейся дикой природы и реликтовых растений есть целая сеть благоустроенных дорожек, по обочинам которых периодически попадаются таблички с разъясняющими надписями. Как раз на одной из них значилась информация о неком рыжем «саблезубом еноте», жившем в этих краях несколько тысячелетий назад. И вот только я представил себе это существо с большими клыками, как супруга буквально закричала в ухо «спасайся кто может!» показывая на нечто рыжее и лохматое, сидевшее посередине дорожки… Естественно, что мозг сопоставил только что полученную информацию с неизвестным живым существом рыжего окраса и дал ногам команду к бегству. Что, собственно, я и сделал – улепетывал, как потом жена сказала, словно Борзаковский, перепрыгивая препятствия. Бежал, впрочем, не долго… Пока не понял, что супруга заливается веселым смехом… Дааа, никогда до этого я от котов не бегал. Смешно, в общем, получилось…
…И в этот раз я уловил в её голосе нотки юмора. Сам себя устыдился – десантник ста килограммов веса, а мухомора испугался. И со всего маха как шлепнул его ногой по красной маковке!
– Вот тебе, зараза!
– Ты чего? – жена удивилась даже.
И правда – чего это я? Но напряжение внутри несколько спало.
И вдруг журчащий шум воды послышался.
– Спасение! – закричал я, – Теперь точно не потеряемся! Ведь все реки в море впадают! Уррра!
Но это оказалась, к сожалению, не речка, а небольшой ручеек, который образовывался из родника, бьющего из под огромной сосны, гордо стоящей примерно метрах в пятнадцати выше по течению.
Ну и это в нашем положении было тоже не плохо – пить хотелось уже довольно сильно. Первый я к роднику нагнулся.
– Ах, Натаха, какая вода вкусная! – нахваливаю живительную влагу. – Её вот прямо так можно в бутылки разливать и продавать – от покупателей отбоя не будет…
В лицо побрызгал и место для водопоя жене уступил. Потянулся с хрустом в суставах и стал местность осматривать.
И тут слышу сзади себя, где супруга присела, звуки громкого чавканья.
– Наташа, мы хоть и на природе, где нет никого, – говорю, – но этикет никто не отменял…
И поворачиваюсь в это время. Батюшки мои… А напротив жены, на противоположной стороне ручья, сидит огромный тигр. И тоже воду лакает – эвуки, на которые я внимание обратил, от него происходили! Жена как каменная стала, не моргнет даже, только зрачками вращает. Как я свои шорты в тот момент не испортил – одному богу известно.
– Тише, – шепчу жене, – только не делай резких движений: я в кино про Маугли видел, что во время водопоя у зверей перемирие наступает, не едят они друг друга…
– Успокоил, – в ответ шепчет, – спасибо…
Тигр в это время морду от воды оторвал и внимательно так, взвешивая, на меня посмотрел. Да, думаю, выгляжу я гораздо аппетитнее супруги – поэтому надо бы к воде присесть, сделать вид, что тоже на водопой пришёл – авось не тронет…
И медленно, стараясь не смотреть тигру в глаза, приблизился к роднику и на колени рядом с женой присел. Морду, пардон, лицо к воде опустил и стал делать вид, что пью, языком влагу зачерпывая. Тигр в недоумении даже бровь приподнял. Затем морду пониже к земле опустил – наверное, чтобы проверить и убедиться: правда ли я так пью или дразнюсь только… Понаблюдав за мной с полминуты, он издал непонятный звук, похожий на короткий смешок, и по-кошачьи выгнул свою могучую спину. При этом тигр выпустил когти и почти в метре от моего лица поскрябал ими землю. Выражение его морды при этом показалось очень довольным и сытым.
– Наталья, кажется нам повезло, – снова шепчу супруге, – по-моему, он поел недавно. Сейчас медленно встаем и, не поворачиваясь к нему спиной, уходим. Только не вздумай бежать – обязательно догонит.
Рукой ладонь жены нащупал, сжал немного для поддержки, и стал распрямляться. Тигр тоже прямо сел – хвостом себя вокруг лап обвил, смотрит – что дальше будет. И только мы малюсенький шажок назад сделали, как в один прыжок он очутился перед нами. При этом лапой тигр очень сильно толкнул меня в грудь, отчего я кубарем полетел на землю. Устоявшая жена не выдержала и закричала:
– А ну брысь, кот проклятый! А то хвост сейчас откручу! – для пущей убедительности даже зашипела. Тигр, надо сказать, не меньше моего такой агрессии удивился. И решил, вероятно, не искушать грозную фурию в обличии моей супруги – лёг рядом со мной на землю и – вы не поверите, друзья! – своим огромным языком провёл по моему лицу! После этого перевернулся на спину и засучил лапами в воздухе, пдставляя мне своё брюхо – мол, чего глаза вытаращил, почеши скорее. А что мне оставалась делать? За поцелуй платить надо – поэтому аккуратно провёл пальцами по мягкой шерсти от самого тигриного подбородка до окончания могучей грудной клетки. И притих, жду реакции. И, о чудо, она последовала в виде мурлыканья!
В это время, видимо, желая закрепить успех, супруга опустилась рядом и погрозила тигру пальцем:
– Вот и умница. И смотри у меня – чтобы больше ни-ни!…
А у самой рука потянулась «котёнка» погладить – разве можно против такого искушения устоять? Нет, конечно!
Через пару минут мы уже втроём катались по ещё сочной густой траве, среди которой изредка проглядывали сиреневые головки душистого клевера. При этом вдруг я поймал себя на том, что слышу радостный смех жены! И тут выдохнул, расслабился, и пришло ощущение непередаваемого счастья!
Мы кувыркались на полянке, оказываясь то сверху тигра, то под ним. Смеялись уже в голос – от лёгких прикусываний тигром открытых частей тела было щекотно. Да и сам он, похоже, всеобщему веселью радовался.
Примерно двадцать минут мы играли, носились по поляне, кувыркались и хохотали, после чего без сил втроём разлеглись на траве, глядя в невероятной глубины синее небо…
…Проснулся я от того, что кто-то меня толкает в плечо. Открыв глаза прямо перед своим лицом я увидел тигра, который очень внимательно за мной следил. Поняв, что я окончательно проснулся, тигр повернулся к моей жене и легонько положил лапу на её голову. Надо отдать ей должное – проснувшись, она вообще не испугалась, а, наоборот, приподнявшись, обняла тигра за шею и почесала за ухом.
Я в это время встал на ноги и вдруг осознал, что солнышка на небосводе уже не видно – день близился к вечеру. Конечно же, оставаться здесь на ночь – риск невероятный. Ведь, наверняка, не все местные животные здесь одинаково добродушные…
– Натаха, – говорю, – боюсь, до темна нам спуститься вряд ли удастся. Так что давай-ка торопиться, пока насовсем здесь не застряли…
Через минуту мы были готовы отправиться в обратный путь. И бог с ними, с этими двумя памятниками – когда вон какое чудо по дороге случилось…
Наташка перед тигром на колени присела, обняла.
– До свидания, котик. Береги себя…
Тигр повёл себя странно – морду от поцелуя отвернул, будто прощаться не собирается. И правда: обошел нас и встал передом к тропе, по которой мы сюда пришли. При этом хвост вытянул – на, мол, держи, чтобы не потерялись. Я так и сделал: за полосатую конечность взялся, а жена мне руку на плечо положила. Так и пошли цепочкой: тигр, я и супруга. Замечу, что, как оказалось, предосторожность лишней не была – как только мы обратно в чащобу зашли, тут же темно стало, хоть глаз выколи.
Не знаю сколько шли – с полчаса, может быть. В один момент тигриный хвост из моей руки выскользнул и я понял, что мы с женой остались одни.
– Ушёл? Да? – спросила с грустью супруга.
– Ушёл…
И так почему-то тоскливо стало… Как друга потерял.
Но делать нечего, продолжать движение надо. Для этого я фонарик на телефоне включил и буквально тут же увидел просвет в лесу. Это оказался выход на дорогу, почти к самому её началу у Мацесты.
Через десять минут мы были на остановке, а ещё через полчаса – в своём номере гостиницы…
Само собой, я пытался позже выяснить: откуда в этих краях взялся тигр, но конкретного так ничего и не прояснил – версий было несколько. Кто-то говорил, что именно в тот год он сбежал из какого-то зоопарка и затерялся в лесах, другие говорили, что мы с женой очутились в очень далёком прошлом, провалившись во время, в котором в этой местности ещё жили тигры, третьи – что нам все это просто приснилось.
Нет, друзья, не приснилось! Все это было на самом деле – и подтверждением являются фотографии, которые я держу в руках, дописывая последние строки…
Но история на этом не закончилась. Проснувшись утром, разумеется, мы снова отправились в Мацесту – решили найти тигра и то волшебное место, где накануне были. Но не смогли…
Зато таки вышли к Орлиным скалам, с высоты которых, с самого края невероятной глубины пропасти, долго смотрели вниз – на верхушки высоких деревьев, на необъятные просторы пологих склонов и долин, выискивая среди них желто-черную тень нашего нового друга…
ДУРЁХА
Рассказ
Она лежала на дороге. Девчонка лет десяти в скомканном белом платьице – грязном и вымокшем от дорожной влаги после дождя. И пристально смотрела в одну точку своими большущими голубыми глазами.
И вдруг моргнула!
Из-за этого пружина внутри меня взбрыкнула и я заорал на всю мощь своих легких:
– А ну встань, дуреха! – бросил пакет с продуктами и к ней бегом.
А на повороте уже грузовик видно, затормозить с горки вряд ли успеет. Девчонка засмеялась звонко и ну бежать, только сандалии сверкают. Ну что за глупые дети!
Уже на газоне, за обочиной, вдруг споткнулась и в лужу со всего маху! Сидит в грязной жиже, смеется…
Грузовик протянуло мимо, выдохнул. Уже не спеша подошел, спрашиваю:
– Ну что за развлечение такое? Вот сейчас за ухо возьму и к родителям-то отведу…
– Нету, – говорит, – родителей, дяденька, умерли. Детдомовская я.
А сама на мой пакет рваный с едой смотрит, слюни глотает. Есть хочет.
Отломил ей полбуханки и колбасы дал крендель – на, ешь.
– Так на дороге-то чего делала?
– Шушала… – рот набила, не разберешь
– Чего?
– Землю слушала! Я в книжке прочитала, что если к земле прилечь, то можно даже тех услышать, кто в ней давно живет… А на дороге звуков больше. Только не разобрать ничего…
Так и познакомился с Аленкой. По дороге в детский дом, который в нашем районе, рассказала, что живёт там три года. Самой восемь «стукнуло» – взрослая, говорит, уже. Родители в аварии как раз три года назад погибли. На дороге… Бабка воспитывала. Но год назад инсульт случился, самой уход нужен. Вот и забрали органы опеки.
Пока шли, ещё и молока пакет выпила. Идёт, зевает, путешественница. Только ко входу подошли, смотрю, навстречу женщина растрепанная бежит:
– Ах ты, гадина, – приговаривает и ладонью себя по ляжке хлопает, – объявилась… Полдня ищем, все ходули по самую шею стёрли!
Алёнка к моей ноге прижалась, шепчет:
– Не отдавай меня, дяденька… бить будет… – и смотрит щенком снизу.
Не бойся, не позволю.
– Дитё, – говорю, – не пугайте, тон-то убавьте. И следить лучше надо.
– Да какой там, следить! Уследишь за ней, ягозой! Раз в неделю, как по часикам, дырочку находит. Глядь, и нет Алёнки, опять убежала. Самостоятельная…
Тётя Зина не злой оказалась – переживает сильно. Говорит, что их, работников в детдоме, осталось раз два и обчелся. На любви к детям держатся. А бить? Только ладошкой по пятой точке не сильно, для острастки.
В общем, передал я Алёнку из рук в руки. Пакет с остатками еды вручил напоследок.
– Ну все, дуреха, не убегай больше, послушной расти.
И пошёл к выходу.
На калитке оглянулся. И зря…
Алёнка с крыльца сорвалась, подбегает и в руки ко мне с разбега!
– Я спасибо сказать забыла…
Комочек в горле слезами тает, плачет… Понимает, наверное, уже, что чудес на свете не бывает…
…Ох, ну ведь знаю же, что – простите за сравнение – нельзя котёнка или щеночка в руки брать. Ведь не оторвешь от сердца потом! И здесь – в секунду заноза в душе появилась, не вынуть!
…Так и вышло, стал я в детдом к Аленке ходить. Не часто, как получится. Гостинцев по мелочи приносил, пирожков от жены и суп в баночке, которым она меня на работу снабжала.. А Алёнка меня все батон с кренделем колбасы купить просила – уж больно вкусные первый раз тогда показались.
Тётя Зина за эти полгода мне все про дурёху рассказала. Дважды ей семью подбирали. И вроде люди добрые, хорошие, но все равно и от них бегала. Все родителей забыть не может. Погибли они глупо – отец Аленкин жене руль доверил когда с дачи возвращались. В откос слетели. Насмерть. Малышка тогда между сидений упала, уцелела – царапинами отделалась. Но с тех пор по средам, в день, когда беда случилась, ходит родителей из земли слушать…
И ничего с этим не поделаешь. Пока не вырастет, пока не поймёт, что не бывает голосов оттуда.
Горе, это, конечно, для детской души. Как справляется, не известно. Может, говорит тётя Зина, и пусть ходит, к земле прикладывается, все отдушина какая-то…
Вот так, незаметно, осень слетела, зима схлынула. Весна… К Алёнке я привык как к родной. И пусть не кровинушка, но в душе моей она свой уголочек заняла прочно. Уже и планы вместе строим – мол, вырастет, помогу поступить на учителя, а дальше – больше. Но – видно будет.
Не поверите, мы с женой стали всерьёз думать о том самом очень ответственном шаге… Но ведь у самих уже дети взрослые, внуки на подходе. Да и страшно, если честно.
Уехал в начале апреля в командировку на неделю. Думал, вернусь, точку поставим. Положительную. Этой радостью своего решения и жил в отъезде, время торопил. Впереди новая жизнь ждала, счастье новое в виде глаз голубых.
За день до возвращения, в среду, вдруг сердце зашлось без причины. От волнения, наверное. Не спал следующую ночь, места себе найти не мог, метался.
Утром домой позвонил…
Не могу рассказывать дальше, слёзы мешают.
Тётя Зина потом скажет, что Алёнка в этот раз сама отпросилась с родителями поговорить, мол, прощаться с ними пошла, о новой семье рассказать, порадовать… И ведь вроде не далеко, на соседнюю улицу. На дорогу.
Малютка несчастная.
Хоронили мы с женой и пара воспитателей из детдома. Тётя Зина громко в голос плакала. Простились…
Когда все отошли, я задержался у холмика.
– Прости, – говорю, – виноват я…
И приложился щекой к могилке, к земле мокрой, – может, ответит…
А слёзы, с весенним ручьем мешаясь, мою тоску на весь мир понесли. И тут поднял глаза и вижу Аленкино платьишко белое рядом – оказалось, что это белый платок на кресте кто-то оставил. Трепещет на ветру, словно ладошкой машет.
…Простила, значит…
ОТРАЖЕНИЕ
Рассказ
Эта история случилась со мной, когда мне было одиннадцать лет, – я только-только перешёл в пятый класс. Время было ещё советское, в магазинах на самом деле мало чего можно было купить. В основном вкусности и хорошие вещи доставали по блату, через знакомых. Нет, были иногда деликатесы и в магазинах. Например, я хорошо помню креветочное масло в рыбном отделе гастронома – сейчас днём с огнём такой вкуснятины не найдёшь. Или бананы. Тогда они хоть и зелёные, как огурцы, продавались, но ведь купить их можно было почти без очереди!
Замечу, что мальчиком я был достаточно предприимчивым. В то время про таких вообще говорили: умеет «вертеться». Я даже пионерское задание – начать переписываться со школьником из социалистической страны – с выгодой для себя использовал. Наша учительница по русскому Юлиана Христофоровна – как будто специально в школу работать идут с такими именами-отчествами! – из райкома привезла адрес своей коллеги, тоже преподавательницы русского, проживающей в тогдашней Чехословакии, в Праге. Кстати, очень интересная в принципе идея – детям из разных стран переписываться. Сейчас-то, при Интернете, с этим проблем нет, а тогда – письмецо в конверте…
Очень хорошо помню «раздачу» импортных детей в классе во время урока.
– Так, – Юлиана Христофоровна осмотрела нас поверх очков в толстой пластмассовой оправе, – кто из вас хочет написать Августину?
Почти все наши девчонки руку подняли: имя-то красивое вроде.
– Нет, девочки, – Юлиана Христофоровна категорично замотала головой, – должно быть так: девочка с девочкой, а мальчик с мальчиком… А то потом международных скандалов не оберёшься, – задумчиво добавила непонятную фразу наша учительница. – Поэтому, мальчики, поднимаем руки. Смелее! – и даже в ладоши похлопала. Естественно, что энтузиастов не оказалось.
– Лад-но, – зачем-то раздельно сказала Юлиана Христофоровна, – будем делать как всегда… Значит так, закрепляться будем по-бук-вен-но.
– Это ещё как? – спросил с места Авдеев.
– Вставать надо, Серёжа, когда спрашиваешь, а не в носу ковырять. Вот, кстати, Августина как раз на тебя и запишем: вы же у нас оба на «А».
– Я на «С»! – возмутился Авдеев.
– Не спорь с учителем, ему виднее, – ответила Юлиана Христофоровна, что-то записывая в тетрадь.
И так далее по алфавиту…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.