Знахари и колдуны на Руси. Травники, костоправы, повивальные бабки и другие “знающие”

Деревенский знахарь в приуральской местности. Село Новоабдулино. Б. Смирнов, 1904 г.

ГАУК НСО «НГКМ»

Для передачи своей «науки» старший знахарь выделяет из потомков того, кто лучше всего соответствует необходимым требованиям. Иногда выбор определяют некоторые внешние признаки молодого человека, например: «ей понравились мои руки», «она мне всегда в лицо смотрела, по лицу человека многое можно определить… все в глазах» и т. п. Порой руководствуются принципом «передается первому или седьмому». Особое внимание знахаря к глазам и рукам человека уходит корнями в традиционные соматические представления[15]. Так, считается, что тело взаимодействует с миром через выступы и естественные отверстия, в глазах же отражаются личные особенности человека; кроме того, в них – «высокий уровень концентрации жизненной силы»[16].

Руками многие знахари проводят диагностику; особенно важно это умение для костоправов и биоэнерготерапевтов[17]. Рука для них не только особо чувствительная часть тела, но и своеобразный излучатель энергии: «у меня из нее как бы луч такой», «между руками как бы ниточка такая – это энергия», «когда лечу – больной чувствует тепло», «у меня руки всегда горячие, как уголья, зимой варежки не ношу, они мне не нужны». Украшения мешают течению энергии в руках. Поэтому, как правило, знахари не носят колец и браслетов[18]. Более того, изобилие украшений, по их мнению, должно вызвать сомнения в действенности лечения: «…у нее столько колец, что пальцев не хватает… Какая может быть энергетика рук, когда на них кольца нанизаны». По-видимому, необходимостью правильного протекания энергии во время лечебного сеанса обусловлены и просьбы знахарей к пациентам снимать часы и украшения на время процедур.

Иногда знания передаются от знахаря-учителя к ученику через руку. В связи с этим представляет интерес рассказ одной из информанток: «Еще до училища знала[19], видела, как соседка правила это все. Я несколько раз у нее еще девчушкой была, лет, наверное, одиннадцати. Я у нее спрашиваю, она мне все рассказывала и показывала… Однажды я к ней прихожу, она говорит: “Дай мне твою ручку!” <…> Почему-то я напугалася, не подхожу к ней, боюсь. А она ну так меня просила, так просила, а потом и говорит: “Ну, жалеть всю жизнь будешь!” Я так к ней и не подошла. А она, оказывается, все свои знания передавала через руку… Эта бабушка – я никогда не слышала, чтоб она была колдунья. Она была такая честная, добрая: вот что-то у тебя заболело, придешь к ней, или она идет, видит – подойдет, спросит: “Ты чего такая?” Всегда помогала».

Прикосновение к руке часто выступает как заключительный этап обучения знахаря. Например, так произошло с одной из наших информанток: «Я с бабушкой азы постигла… В 23 года оказалась на Дальнем Востоке. Потом через три года я приехала на Украину по телеграмме: умирала моя бабушка. И вот в июле я уезжала… перед отъездом подошла к ней – уже знала, что больше не увижу ее, – она со мной попрощалась. За руку взяла – благословила».

В некоторых случаях рукопожатие заменяется передачей предмета из рук знахаря-учителя неофиту. Например, еще молодой женщиной знахарка вместе с подругой пошла гадать к некоему Василию, и он сказал следующее: «Твой муж тебе наречен от Бога, а ты неси теперь мой крест». Далее, по ее словам: «И большой такой серебряный крест надевает на меня. И с тех пор я начала лечить».

Девушка в купальском венке. Ф. Журавлев, 1890 г.

Wikimedia Commons / Частная коллекция

Примечательно, что в данном случае неофиту вручается не любой предмет, как, например, при передаче колдовского знания, а именно крест. В практике знахарей при исполнении лечебных обрядов обращение к кресту происходит довольно часто; кроме того, они, как правило, носят нательный крест. В рассказах о колдунах желающий получить знания должен снять с себя крест, либо перевернуть его на спину, либо наступить на него и отречься от Бога. Напротив, в рассказе знахарки о приобретении умений крест играет главную роль: с его помощью не только передается знание, но и, по-видимому, открывается предназначение молодой женщины – лечить людей.

Часто знахарь, имея настойчивое желание овладеть магическими знаниями, усваивает их случайно или преодолев трудности. Например, будущая лекарка должна была выполнить условие свекра: найти спрятанные им записи текстов заговоров. «Я за ними месяц охотилась и у него в Библии нашла их». Другая научилась лечить некоторые заболевания, будучи сама пациенткой бабушки-знахарки. Очень часто целительские умения открывались у людей случайно.

Важная деталь при передаче / получении магических знаний – возраст неофита. Минимальный возраст, когда новый врачеватель почувствовал себя целителем, – три года. Так, будучи маленькой девочкой, целительница удалила из уха коровы паука, позже вылечила «кошке лапу, маме (мачеха хорошая была, я всегда ее мамой звала) – голову; как рукой почувствую, так и веду».

В другом случае мальчик получил магическое знание в девятилетнем возрасте, во сне. По его словам, способы лечения некоторых заболеваний он усвоил от «людей в золотом», которые ему пригрезились. После этого он лечил сначала маленьких детей («у кого испуг, кто мочится, заикается, эпилепсия, желтуха, грыжа»), а по достижении четырнадцатилетия – и взрослых, стал оказывать акушерско-гинекологическую помощь, потому что «как сказали, так и делал». В 14 лет «познали» врачевательное искусство и другие знахари; некоторые в 14–16 лет вылечили первого пациента. Время трех–, девяти– и четырнадцатилетия нередко отмечено новыми ступенями в развитии их умения: уже упоминавшаяся целительница в три года почувствовала свой дар, в девять лет по какому-то внутреннему велению научилась «выливать воском» болезни, в четырнадцать впервые самостоятельно составила рецепт и вылечила соседскую девочку от аллергии.

Notes