Гектор со звездолёта «Итака»

Часть 1. Гибель звёздного каравана

Глава 1. Отчаяние

Ледяная тьма космоса равнодушно смотрела в лицо Гектора. Жизнь или смерть ничего не изменят в вечном вращении светил. Быть может, лучше всего открыть забрало шлема и выбросить в безжалостный вакуум усталую душу? И пускай последний выдох замёрзнет кристалликами искрящейся пыли на губах?

Дарн Гектор вновь опустил глаза к пробоине. Здесь он был не в силах что-либо исправить. Близкий взрыв практически испарил значительный участок обшивки, обнажив и изувечив основной реактор. В тот момент «Итаку» спасло искусство бортинженера Ивона, сумевшего вовремя погасить реакцию. Ещё минута – и звездолёт испарился бы во вспышке атомного пламени.

Теперь Ивон мёртв. Мертвы почти все члены экипажа. Один из вражеских крейсеров прорвался к «Итаке». Его атомные пушки били с близкой дистанции. Корабли конвоя были вынуждены буквально закрывать транспорт собой. Для этого им пришлось нарушить строй. Противник не замедлил воспользоваться ситуацией. Так начался разгром.

Гектор видел только, как сгорал в атомном пламени «Парис», закрывший собой «Итаку» от кинжального огня неприятельского фрегата. Последнее сообщение, принятое в рубке «Итаки», гласило: «Уходите! Мы задержим их любой ценой…» И в динамиках внутренней связи прохрипел сорвавшийся голос капитана Варна Альехо:

– Полный ход! Курс на выход из системы!

Никто не видел, какую цену заплатили корабли конвоя, но догадывались о ней все.

Однако жертва оказалась напрасной.

Полученные повреждения вызвали лавинообразный процесс – оборудование выходило из строя, системы отказывали одна за другой. Энергия вспомогательного реактора вся шла на поддержание хода и обеспечение отсека криосна. Открылись многочисленные утечки.

Капитан Альехо приказал идти к одной из ближайших планетных систем. Восемь суток полёта превратились в сущий ад. Люди гибли во внезапно разгерметизировавшихся отсеках, получали травмы и смертельные дозы облучения. Но продолжали работать.

Они совершили невозможное, когда вручную обустроили отсек криосна, оснастив его отдельным генератором и автономной системой контроля. Теперь двум тысячам колонистов не угрожала мгновенная смерть во сне из-за перебоев в энергоснабжении.

Когда «Итака» перешла на досветовую скорость в системе звезды, значившейся на картах Галактики как Теона, в живых оставались только Варн Альехо, навигатор Дек Дорис и молодой пилот Дарн Гектор. Причём лишь последний был невредим.

Корабль отказывался повиноваться приказам. Звёздный двигатель больше не включался. Вспомогательный реактор работал, но поломка блока распределения энергии не позволяла эффективно использовать его. Из-ха этого сбоили и другие системы.

Что хуже всего, грозила отказать система регенерации воздуха, а запасы кислорода и воды были облучены.

У «Итаки» не осталось шансов. Система Теона пуста, ведь у неё не было пригодных для жизни планет. А ремонт собственными силами представлялся невыполнимой задачей. Альехо был тяжело ранен, Дек Дорис умирал от лучевой болезни…

Всё, что они смогли сделать напоследок, это в ручном режиме перегнали корабль к планете-гиганту, пятой по счёту в системе. Она располагала обширными ледяными кольцами, в которых, судя по справочнику, было немало чистого водяного льда.

Маневрируя двигателями, вывшими от перерасхода энергии, они пришвартовали корабль к огромному космическому айсбергу. Но добычу воды пришлось отложить. Возникла новая проблема! Система воздухообмена встала. Оставшиеся запасы были слишком скудны для трёх человек, тем более, что двое из них еле могли двигаться.

Было решено, что капитан и навигатор воспользуются криокапсулами. Гектор, у которого вместо двух суток будет целая неделя, восстановит воздухообмен и «разбудит» себе помощников. Вместе они займутся энергоснабжением, а когда решат эту проблему, наладят медицинский отсек, чтобы побыстрее вернуть Альехо в строй.

Капитан погрузился в криосон, а Дорис отказался это сделать.

«Для меня уже слишком поздно, – сказал он. – Лучше я помогу тебе, чем смогу. Не переживай за воздух, я не украду у тебя больше одного дня».

Он «украл» даже ещё меньше. Состояние его резко ухудшилось к вечеру, и в полночь по бортовому времени Дек Дорис умер.

Гектор остался один.

***

По-видимому, полёты для «Итаки» остались в прошлом. От отчаяния опускались руки. В тот раз, выйдя в открытый космос для осмотра обшивки (а заодно – подышать сжатым воздухом в скафандре, свежее которого на корабле сейчас не было), он впервые подумал о том, чтобы открыть забрало шлема.

Теона отсюда выглядела не крупнее яблока. Звёздная россыпь на чёрном бархате вечной ночи, закрывающий полнеба исполинский тускло-зеленоватый шар газового гиганта, титаническая полоса кольца, бледно переливающаяся в лучах далёких светил… «Итака» со всеми её мертвецами и спящими колдовским сном живыми, со всеми её надеждами, борьбой и горечью утрат была так ничтожна перед ликом бесконечности!

Открыть забрало – добавить лишнего мертвеца в неподвижный экипаж обречённого на вечное кружение по орбите звездолёта – и успокоиться…

Усилием воли Гектор подавил подступившую слабость. На «Итаке» никто ещё не сдался, все её люди, славные, мужественные люди боролись до конца.

Не сдастся и он.

И вот уже третий раз выходил Дарн Гектор в открытый космос. Проход в разгерметизированное помещение главного реактора изнутри был завален. Проще оказалось проникнуть в него снаружи. Молодой пилот два дня расчищал себе путь, пользуясь атомным резаком. Наконец он вплотную занялся осмотром реактора. И, к удивлению, обнаружил, что его контрольный блок оказался в рабочем состоянии.

Гектор стал аккуратно срезать блок с оплавившихся креплений, чтобы переставить его на вспомогательный.

Кислород в баллонах подходил к концу. Гектор заставил себя прерваться. Ему нельзя гибнуть по глупости. Сложив инструменты и добычу, он выбрался из пролома и медленно зашагал, переставляя по корпусу ботинки с магнитными подковами.

До шлюза он добрался, когда воздуха оставалось на две минуты. Стараясь дышать ровно, Гектор закрыл за собой внешний люк, включил в шлюзе искусственную гравитацию, обогрев и подачу кислорода, с тревогой поглядывая на манометр.

Дышать было уже трудно, но вот индикатор показал, что давление в шлюзе поднялось до нормального. Гектор поспешно открыл забрало. Несмотря на обогрев, воздух в тесной каморке шлюза был холодным: поверхность скафандра всё ещё забирала тепло.

Он открыл внутренний люк и вошёл в корабль. Разделся, вытер пот с лица, заменил баллоны скафандра. Теперь надо поесть и отдохнуть пару часов. Хорошо бы заодно прочесть наконец-то справочник по планетам Теоны. А потом, взбодрив себя особыми препаратами, можно приступать к отладке вспомогательного реактора.

Надёжное энергообеспечение – ключ ко всему. Потом следует слить радиоактивную воду и запастись свежей. Просмотреть списки пассажиров, всех, у кого окажется подходящее образование, пробудить от криосна и взять в помощники. Делать это раньше не имеет смысла: как ни огромна «Итака», воздух в ней уже тяжёлый, даже десяток человек быстро умрут от удушья, если не восстановить снабжение кислородом. Энергия и вода нужнее всего! Потом можно отремонтировать медицинский отсек и вылечить Варна Альехо.

Гектор снова перебрал в голове пункты плана, чувствуя, как рассеиваются по закоулкам души последние клочки отчаяния. Как ни мало шансов, они всё же есть, а хоть бы и не было их вовсе – это не повод сдаваться.

Никто на «Итаке» не сдался, снова подумал он. Как не сдался ни один из кораблей конвоя. И никто из выживших не посрамит их память.

Думая об этом, Гектор поплёлся на камбуз. Кухонный автомат включать не стал, вынул из ящика пару тюбиков с концентратами, бросив равнодушный взгляд на названия продуктов. Отвинтил один из тюбиков, присел за откидной столик и раскрыл принесённый из библиотеки справочник.

К удивлению, книга содержала неожиданные сведения о второй планете системы. Согласно справочнику, троадяне пытались освоить её более шестидесяти лет назад. Туда прибыли около сотни первопроходцев. Они построили базу и начали исследовать новый мир.

К сожалению, освоение планеты оказалось невыгодным. Слишком враждебна она была. Гектор прочёл о высокой вулканической активности, ядовитой атмосфере и чрезвычайно опасных хищниках экваториального пояса.

Удивительнее всего было то, что ничего их этих сведений не было в Информатории «Итаки». Неужели их сочли слишком незначительными, чтобы внести в массивы данных?

Какая нелепая случайность! Ведь если база первопроходцев ещё существует, на ней могут оказаться инструменты, необходимые для ремонта, запасы воды и кислорода, которыми можно было воспользоваться, не тратя времени в ледяном кольце газового гиганта.

К слову, в старом справочнике было указано, что по завершении исследований база была законсервирована. Ей действительно можно было воспользоваться.

Отложив справочник, Гектор сказал себе: посижу ещё пару минут и принимаюсь за работу.

И вдруг заснул. Впервые за последние четыре дня.

***

С началом межзвёздных перелётов Земля стала центром галактического государства. Оно называлось Земным Содружеством. Однако «дружба» недолго удерживала дальние миры подле материнской планеты. Внешние колонии объявили войну метрополии и добились независимости. Земля сохранила власть лишь в нескольких ближайших системах.

Свободные колонии объединились в Республиканский Альянс. Реальная власть в нём скоро перешла в руки военных флотоводцев или крупных магнатов. Те и другие чувствовали себя новыми конкистадорами. Их алчность породила череду локальных конфликтов. Крупные колонии стремились подчинить малые. Самой жаркой стала битва за планеты Трёх Солнц.

Троада могла стать самым амбициозным проектом Земли. Это была система трёх звёзд жёлтого класса, между которыми перемещались многие десятки планет. Среди них сразу пять были пригодны для жизни. Тысячи лун и планетоидов давали надежду на создание мощной промышленности. Когда-то именно экологические проблемы подтолкнули космическую экспансию человечества, с той поры почти все производства люди стали выносить на орбиту или на пустынные планеты.

Однако заселение Троады произошло накануне восстания внешних колоний. Молодой, неокрепший мир многим показался лакомым кусочком…

В отличие от развитых планет, превратившихся в республики, на Троаде, как и многих малых колониях, установилась командорская форма правления. Её законы выросли из строгих корабельных уставов, вся полнота власти принадлежала группе старших офицеров во главе со Звёздным Командором. Строгая вертикаль власти и почти военная организация общества оказались сильными козырями. Хотя и ценой предельного напряжения сил, Троада отстояла свободу.

Конечно, победу принесла не только стойкость троадян, но и тот факт, что воротилы Альянса не смогли согласовать действия. Рассчитывать на везение в следующий раз было бы неразумно – а в том, что следующий раз будет, не сомневался никто.

По счастью, у лидеров Альянса были и другие интересы в разных частях Галактики. Только Эйден Кош, делец и видный политик Альянса, глава крупнейшего торгового флота, не отказался от мысли захватить Троаду.

Троадяне пытались искать союзников. Но после нападения на луны Стига, когда пираты-наёмники разрушили несколько важных промышленных комплексов, стало ясно: это не спасёт Три Солнца. Чтобы стать сильнее, следовало основать собственные колонии, которые подстрахуют и поддержат Троаду в будущем.

Разведка и колонизация дальних планет проводились в строжайшей тайне. До поры до времени даже своим гражданам Командор не сообщал, что уже освоены две удалённые планеты. Система Крайены должна была стать третьим секретным форпостом Троады.

Нападение на караван не только срывало планы экспансии, но и показывало, что врагам известно всё об этих планах. Силы Трёх Солнц были распылены между новыми колониями, между тем ждать нового нападения можно было в любую минуту.

Глава 2. Решение Гектора

Проснулся Дарн Гектор на удивление бодрым – и зверски голодным. Он включил кухонный автомат и устроил себе настоящее пиршество. Посмотрев на часы, оторопел: оказывается, он проспал почти сутки! Однако, нельзя не признать, отдых был ему жизненно необходим.

Теперь он чувствовал прилив сил – и вместе с тем совершенно необъяснимую уверенность, что скоро непременно что-нибудь переменится.

Предчувствие не обмануло…

Поднявшись на мостик, Гектор сразу заметил мигание внешних датчиков. Кто-то совершал манёвры совсем рядом! Он кинулся к пульту и включил обзорные экраны.

В каких-нибудь тридцати тысячах километров от «Итаки» тормозил, приноравливаясь к скорости вращения кольца, звездолёт.

Спустя минуту он исчез из поля зрения. Гектор терпеливо дождался, когда ледяная глыба, ставшая пристанищем «Итаки», совершит оборот вокруг своей оси, и дал на экраны максимальное увеличение.

Неизвестный звездолёт уже затормозил. Вскоре около него засверкали короткие вспышки – это двигались в пространстве шлюпки или зонды. Наверняка это судно, подобно «Итаке», нуждается в том, чтобы сменить запас воды, и его экипаж готовится к добыче льда.

Гектор включил приёмник, но диапазон был пуст. Переговоры между шлюпками, похоже, велись при помощи маломощных передатчиков, а свои идентификационные данные корабль в эфир не выдавал.

Чей же он? Вероятнее всего, это один из налётчиков, напавших на колониальную флотилию троадян. Однако в начале боя они успели бросить в пространство сигнал бедствия. Может, это кто-то пришёл на помощь? Или ещё один звездолёт из разгромленного каравана ищет убежища в необитаемой системе?

Решение пришло мгновенно. Есть только один способ узнать всё наверняка…

Гектор опрометью бросился на среднюю палубу. Звездолёту незнакомцев потребуется не меньше суток на замену водных запасов, и всё же медлить нельзя.

Большая часть двухсотметровой стальной чечевицы «Итаки» представляла собой отсек криосна. Расположенный в середине корабля и надёжно защищённый со всех сторон, он не пострадал во время боя. Однако освещение не работало, в проходах между рядами криокапсул стояла кромешная тьма, пришлось воспользоваться фонарём. Духота была адская: отсек уже давно отрезали от снабжения свежим воздухом, чтобы сберечь кислород для тех, кто занят ремонтом.

Гектор отыскал капсулу под номером 1025. Мгновение помедлил, а потом дрожащей рукой нажал на кнопку пробуждения.

Разноцветные индикаторы на крышке криокапсулы известили Гектора, что со спящим – вернее, со спящей – всё в порядке. Послышалось шипение, сработали автоматические запоры, крышка отворилась. Под ней лежала прекрасная молодая девушка.

Длинные ресницы дрогнули, открылись жгучие чёрные глаза. Алые губы тронула улыбка.

– Гектор… Я знала, что первым увижу тебя.

Он не мог не улыбнуться в ответ. Но, видимо, пережитые испытания слишком явственно отпечатались у него на лице. Едва взгляд Майи прояснился, она встревоженно спросила:

– Что-то случилось?

– Да, – кивнул Гектор. – Прости, дорогая, сейчас не время объяснять. Идём со мной!

Он протянул ей руку, и девушка нетвёрдой походкой поспешила за Гектором.

У медицинского отсека было собственное отделение криокапсул, оснащённых сложным диагностическим и операционным оборудованием. В одной из них лежал облепленный проводами Варн Альехо. Гектор повернул регуляторы и, пока капсула «оживляла» капитана, повернулся к Майе Андреа. В глазах её стояла такая тревога, что у него перехватило горло.

– Прости меня, – сорвавшимся голосом сказал он. – Прости, что разбудил… Но я обязательно должен был сказать, как сильно тебя люблю.

– Я тоже люблю тебя, Дарн. Но что произошло? Мы попали в аварию?

– Это было нападение. Флотилия разгромлена, «Итака» скрывается в отдалённой системе… У нас мало шансов на выживание, и может быть, разбудив от криосна, я обрекаю тебя на страшные муки медленной смерти…

Майя Андреа порывисто обняла его.

– Ты правильно поступил, Дарн Гектор! Чего бы стоила наша любовь, если бы я не посмотрела на тебя ещё раз – хотя бы ценой жизни?

Криокапсула открылась, Варн Альехо, ухватившись за края, с усилием поднялся.

– Кажется, с ремонтом возникли проблемы? – спросил он. – Пилот Гектор, доложите обстановку.

– Капитан, мы скрываемся в ледяном кольце планеты-гиганта в системе Теоны. Из экипажа в живых остался я один. Поблизости появился незнакомый корабль, он занят добычей воды. Я собираюсь воспользоваться шлюпкой и рассмотреть его вблизи, и если это кто-то из союзников, позвать на помощь.

– А если враги?

Озвучить замысел, особенно в присутствии Майи, было непросто.

– Я пойду на таран, – выпалил Гектор. – Они не узнают местоположения «Итаки».

Девушка вздрогнула, но промолчала, за что Гектор был ей очень благодарен. Капитан Альехо покачал головой.

– Скверная идея, пилот Гектор. Они всё равно поймут, что маленькая шлюпка не могла совершить дальнее путешествие, и начнут искать звездолёт.

– Они могут делать это до скончания века! – горячо заверил Гектор. – «Итака» сейчас почти мертва, она ничего не излучает в пространство. Засечь её детекторами невозможно. А отыскать среди миллионов летающих айсбергов кольца – и вовсе немыслимо! Поймите, капитан, шанс встретить союзников ничтожен, но его нельзя упускать!

– Что ж, действуй, – решил Варн Альехо. – Я вновь принимаю командование…

Но Гектор позволил себе перебить капитана:

– Простите, это невозможно. Вы не проживёте и суток. Когда «Итака» будет обеспечена энергией и кислородом, вас вылечат, и вы снова встанете на мостике. А пока вам следует разбудить несколько специалистов и передать им ключи управления, пусть продолжат ремонт.

Альехо задумался и был вынужден признать:

– Похоже, это единственный выход. Ты толковый парень, Дарн Гектор. Действуй, и да благословит тебя Небо!

Гектор кивнул и сказал, обернувшись к девушке:

– Ты знаешь, что делать, Майя. Берись за списки пассажиров. А я не могу медлить…

В глазах её блеснули слёзы, но голос лишь слегка дрогнул, когда она произнесла:

– Понимаю. Удачи, Дарн!

Глава 3. Нежданные враги

Надев скафандр, Гектор сел в шлюпку, выждал, когда «Итака» окажется заслонена от незнакомца массой летающего айсберга, и только тогда стартовал на полной скорости. Тугая струя пламени выбросила его из ангара и вмиг вынесла за пределы кольца.

Он вывел шлюпку на орбиту, рассчитав её таким образом, чтобы обогнуть газовый гигант и приблизиться к пришельцу, как можно дольше оставаясь незамеченным: с выключенными двигателями его скорлупка будет сливаться для датчиков неизвестного корабля с ледяными глыбами кольца.

Потянулись часы ожидания. Перед глазами стояло прекрасное лицо Майи Андреа. Потом вспомнилось детство в интернате при школе звёздных пилотов. Там хорошо заботились о детях, оставшихся без родителей, там было интересно, и всё равно в душе оставался кусок льда, который почему-то удавалось растопить только одной девчонке, живущей на соседней улице…

От прошлого мысли метнулись к мечтам о будущем. К третьей планете далёкой Крайены, где есть озеро, уже прозванное первопроходцами Зеркальным. На его берегу должен раскинуться посёлок, и там у них с Майей будет дом с белыми стенами, увитыми местным виноградом…

Будет? Гектора вдруг накрыло необычайно острое предчувствие беды. Может, и будет посёлок у Зеркального озера, и будет в нём дом под занавесями местного винограда. Но сможет ли пилот Дарн Гектор привести под его крышу свою молодую жену?

«Жизнь троадянина неотделима от риска, – говорил Кастор Болеас, напутствуя переселенцев перед стартом. – Не буду говорить об опасностях дальнего перелёта, о том, как много зависит от вашего успеха. Троадянина не нужно вдохновлять. Он просто идёт и делает то, что нужно, и спокойно принимает то, что даёт ему судьба».

Кастор Болеас был шефом научной разведки. Сейчас на Третьей Крайены главными были его люди – разведчики, первопроходцы. Большинство из них, заложив первые поселения, вернётся на миры Троады, чтобы вскоре снова улететь к дальним звёздам. Во чреве «Итаки» спали те, кто собирался обосноваться на Третьей Крайены навсегда.

«Оставайтесь троадянами, – сказал им на прощание Илай Энио, Командор Трёх Солнц, – и вы не будете чувствовать себя на чужбине. Ибо Троада – это не просто несколько планет. Это состояние души».

И Гектор, раздавленный усталостью и тоской, знал, что выполнит просьбу Командора. Останется троадянином, который делает то, что нужно, и спокойно принимает дары судьбы.

***

Через полчаса Майя Андреа вбежала в рубку управления. В помещении царил полумрак, десятки мониторов вдоль стен казались бельмами на ослепших глазах. Работал только фронтальный экран, почти целиком занятый тусклой зеленоватой массой планеты-гиганта. На её фоне, неторопливо вращаясь, плыли ледяные глыбы всех форм и размеров – иные были меньше футбольного мяча, иные можно было принять за луны.

На мостике, наблюдая за показаниями приборов, стоял Варн Альехо. Девушка поднялась к нему.

– Где остальные? – спросил капитан.

– Скоро будут здесь, все шестеро. Я просто хотела… – Майя замялась, глядя на фронтальный экран. – Он уже стартовал?

– Да, несколько минут назад, – кивнул Альехо и указал ей крохотную огненную искорку, едва различимую среди грандиозного космического ледохода. – Вот его шлюпка.

– Дарн, – зачарованно прошептала он.

Прошло лишь несколько секунд – и искорка исчезла из виду. По щеке девушки скатилась слезинка, которую она поспешила вытереть.

– Кто бы мог подумать, что в этом молодом человеке окажется столько стойкости и мужества? – покачал головой Альехо. – Интересно, решится ли он на таран?

Хотя сердце Майя готово было остановиться от таких слов, она произнесла:

– Если будет нужно, Дарн сдержит слово, чего бы это ни стоило!

Губы Альехо тронула улыбка.

– Для тебя он особенный, верно, девочка? Но если рассуждать здраво, ничего особенного в нём нет. Ни силы, ни характера, ни даже большого ума. Всё, что он умеет, это в нужном порядке нажимать кнопки, чтобы «Итака» не отклонялась от курса, проложенного другими. И всё же он берёт шлюпку и летит в неизвестность, готовый превратиться в живой снаряд… Поразительно!

– Вы просто не знаете его, капитан, – заверила Майя. – Мы с ним знакомы с детства. Родные Гектора погибли во время налёта на Стигийские луны. Может быть, прежде Дарн и рос тихим комнатным мальчиком. Но с той поры он твёрдо решил стать космонавтом, чтобы защищать миры Троады от всех опасностей. И добился своего, стал пилотом!

– Правда, не на боевом корабле, а на грузной тихоходной «Итаке», – улыбнулся капитан. – Впрочем, готов признать: зачатки характера у Гектора есть. И это – большая ошибка Эйдена Коша.

– Чья ошибка? – спросила Андромаха.

– Я говорю об Эйдене Коше – главном из врагов Троады, – пояснил Альехо. – Он слишком нетерпелив. Ему следовало выждать после поражения в прошлой войне. Потерпеть лет тридцать, чтобы ветераны начали стареть, а молодое поколение устало преклоняться перед их героизмом. Вместо этого Эйден Кош попытался додавить Троаду, пользуясь услугами наёмников. Налёт на луны Стига, бомбардировка городов Навии… Вот к чему привёл террор: комнатный мальчик рвётся в бой, готовый таранить «Реданию».

– «Реданию»?

– Вне всяких сомнений, – ответил Альехо и показал на сигналы датчиков. – Энергетические всплески выдают характеристики их двигателя – конечно, это «Редания», судно космического пирата, известного Галактике как капитан Ред. Между прочим, участник налёта на луны Стига!

– Вы так много знаете о наших врагах… – промолвила удивлённая Майя.

Капитан посмотрел на часы и нахмурился.

– Где же остальные, кого ты подняла от криосна?

– Будут здесь с минуты на минуту.

– Что за люди? Ты лично их знаешь?

– Конечно, нет. Все мои знакомые – молодёжь, а сейчас я выбирала самых опытных… Капитан, откуда вы всё-таки знаете про «Реданию»?

Лицо Варна Альехо потемнело.

– Будь прокляты эти медикаменты, вероятно, из-за них я стал непростительно болтливым! – проворчал он. – Придётся действовать грубо.

Майя Андреа ещё ничего не поняла, но волна страха пробежала по её телу – такой злобой вдруг вспыхнуло лицо Варна Альехо.

– О чём вы говорите, капитан? – воскликнула девушка.

– О том, что я и так хожу по самому краю!

Он шагнул к ней и схватил за горло.

– Что вы делаете?

– Непростительная глупость для такой сообразительной девочки! – усмехнулся Альехо. – Разумеется, убиваю тебя! – Его пальцы начали сжиматься. – Как убью и всех опытных людей, разбуженных тобой. Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь сообразил, что флотилия не случайно попала в засаду! Что я только имитировал свою тяжёлую болезнь! Нет, я подниму тех, кто помоложе и поглупее…