Мифы и легенды Греции и Рима
- -
- 100%
- +
Его птица – гриф. По одной из версий, собака, узнав, что выбрана в качестве его животного, почувствовала обиду.
Гефест (Вулкан или Мулькибер)Бог огня и кузнечного искусства, которого иногда называют сыном Зевса и Геры, иногда – одной только Геры, которая родила его в отместку Зевсу за то, что он в одиночку породил Афину. Среди бессмертных с их совершенной красотой он единственный был безобразным. Кроме того, он был хромым. В одном из эпизодов Илиады он рассказывает, что его бессовестная мать, увидев, что он родился уродом, выбросила его с неба. В другом месте он говорит, что это сделал Зевс, когда он, Гефест, пытался защитить мать. Вторая версия получила большую известность благодаря стихам Мильтона: Мулькибер был
Переброшен озлобленным ЗевсомЧерез зубцы высокой хрустальной стены.С восхода падал он до полудня,А потом еще целый день, а с новым закатомНа землю грохнулся он падучей звездойНа остров Лемнос, что в море Эгейском лежит.Однако эти события, как предполагается, произошли в очень далеком прошлом. Во времена Гомера опасности быть изгнанным для Гефеста уже не существует; он в большой чести, он у бессмертных работник: оружейник и кузнец, заботящийся как о жилищах бессмертных, так и об их вооружении. В его мастерской трудятся выкованные им «златые девы», которые в состоянии сами перемещаться и оказывают ему помощь в его трудах.
У более поздних поэтов его кузница нередко помещается под тем или иным вулканом, что время от времени вызывает их извержения.
В Илиаде его жена – одна из трех Граций; Гесиод называет ее Аглая. В Одиссее он женат на Афродите.
Гефест – добродушный, миролюбивый бог, уважаемый и на небесах, и на земле. Вместе с Афиной он заботится о жизни горожан. Оба покровительствуют ремеслам и тем занятиям, которые наряду с сельским хозяйством представляют собой основу цивилизации; он особо провительствует кузнецам, а она – ткачихам. Когда дети городских жителей получают гражданство города, богом соответствующей церемонии является Гефест.
Гестия (Веста)Она – сестра Зевса и подобно Афине и Артемиде – богиня-девственница. Она не обладает сколько-нибудь ярко выраженной личностью и роли в мифах не играет. Она – богиня домашнего очага, символа дома, вокруг которого было необходимо обносить новорожденного младенца, прежде чем он становился признанным членом семьи. Каждая трапеза начиналась и завершалась возлиянием в честь Гестии.
Гестия милая, везде – ив чертогах богов, и в жилищах у смертных —Высшая почесть: вино и в начале и трапезы перед концомТебе воздается – так, как это и должно,И никогда без тебя ни люди, ни боги пира устроить не могут.В некоторых городах существовал городской, общественный очаг, посвященный Гестии. Огонь в нем должен был поддерживаться непрерывно. При основании новой колонии туда перевозили угли из очага города-метрополии, с помощью которых и разжигался огонь в очаге нового города.
В Риме такой огонь поддерживали шесть жриц-девственниц. Их называли весталками.
Второстепенные боги Олимпа
Помимо двенадцати олимпийских богов на небесах жили и другие боги. Наибольшее значение из них имел бог любви Эрос (у римлян Купидон). Гомеру он неизвестен, но для Гесиода он
Самый прекрасный из числа бессмертных богов.В ранних мифах он чаще всего изображается в виде красивого и серьезного молодого человека, раздающего людям добрые дары. Представление, которое составили о нем греки, наилучшим образом сформировал не поэт, а философ Платон. «Любовь – Эрос поселяется в сердце человека, но не в каждом сердце, поскольку там, где живет жестокость, он отступает. Его величайшая слава – в том, что он не может ни поступать дурно, ни позволять этого; сила никогда не идет с ним бок о бок, потому что все люди служат ему добровольно. И тот, кого коснулась Любовь, не ходит в потемках».
В самых древних версиях Эрос – не сын Афродиты, а скорее ее случайный попутчик. У более поздних поэтов он – ее сын; это – почти всегда испорченный и капризный ребенок, если не сказать хуже.
Зло в его сердце, но мед – на его языке.Правды нет в нем ни капли, и в играх своих он жесток.Слабы его ручки, но от стрелы из его колчана не уйти, как от смерти.Хоть и тонки они, но и небосвода достигнут.Так не трогай предательский дар, он отравлен любовным огнем.Эроса часто изображают с повязкой на глазах, поскольку любовь слепа. Его спутник – Антер, который в одних случаях выступает как мститель за поруганную любовь, а в других, наоборот, выступает противником любви. Также известны Гимер (Желание) и Гименей (бог свадебных торжеств).
Геба – богиня юности, дочь Зевса и Геры. Иногда выступает в роли виночерпия на пирах богов; иногда эту роль выполняет Ганимед, молодой и красивый троянский царевич, похищенный и унесенный на Олимп Зевсовым орлом. Мифов о Гебе не существует, за исключением упоминания о ее свадьбе с Гераклом.
Ирида – богиня радуги и вестница богов; в Илиаде – только вестница. В этой роли может выступать также Гермес (впервые – в Одиссее), но он не занимает места Ир и-ды. Волю богов сообщают смертным попеременно то Ирида, то Гермес.
На Олимпе также живут две группы сестер: Музы и Грации.
Известны три Грации: Аглая (Сияющая), Евфросина (Благомыслящая) и Талия (Цветущая). Они – дочери Зевса и Эвриномы, дочери титана Океана. За исключением известного из Гомера и Гесиода эпизода со свадьбой Аглаи и Гефеста они не упоминаются как отдельные личности; их всегда упоминают вместе как трехкратное воплощение изящества и красоты. Когда они танцевали под лиру Аполлона, ими восхищались сами боги; человек же, которого они навещали, мог считать себя счастливцем. Они «придавали жизни радость цветения». Вместе с Музами они были «царицами пения», и без них не обходилось ни одно пиршество.
Музы были дочерьми Зевса и Мнемосины (Памяти). Первоначально, как и Граций, их не отделяли друг от друга. «Все они, – говорит Гесиод, – одинаково мыслят, их сердца настроены на песнопения, и их души свободны от забот. Счастлив тот, кого любят Музы. Поскольку, если человек, на сердце у которого печаль и скорбь, заслышит пение слуги Муз, он тотчас же забывает свои черные мысли и больше не вспоминает о своих заботах. Таков священный дар Муз людям».
Со временем каждая Муза стала покровительствовать вполне определенному искусству. Клио стала музой истории, Урания – астрономии, Мельпомена – трагедии, Талия – комедии, Терпсихора – танца, Каллиопа – эпической поэзии, Эрато – любовной поэзии, Полигимния – песнопений, посвященных богам, Эвтерпа – лирической поэзии.
Гесиод жил вблизи Геликона, одной из гор, посвященных Музам. Другими такими горами были Пиэр в Пиэрии, где они родились, Парнас и, конечно, Олимп. Однажды Музы предстали перед Гесиодом и заявили: «Мы знаем, как обманывать, чтобы в ложь поверили, но мы также умеем, когда захотим, говорить об истинных вещах». Они, как и Грации, – спутницы Аполлона, бога, говорящего только правду. Пиндар утверждает, что инструменты их столь же благозвучны, как и лира самого Аполлона. «Золотые лиры, которым подчиняются па танцора, есть как у Аполлона, так и у венчанных фиалками Муз». Вдохновленного Музами кифареда почитали гораздо больше, чем любого жреца.
Когда образ Зевса стал более величественным, рядом с ним на Олимпе появилось два божества: Фемида, что означает правосудие или Божественная справедливость, и Дике (Дика), то есть Человеческая справедливость. Однако они никогда не имели реальных личностных свойств. То же можно сказать и о двух персонифицированных комплексах эмоций, ценившихся у Гомера и Гесиода превыше всего. Это Немесида (Месть) и Эйдос, слово, труднопереводимое, но широко употребляемое греками. Оно означает благоговение перед моральными ценностями, смешанное с чувством стыда, которое удерживает людей от дурных поступков. Кроме того, оно означает чувство, которое богатый человек должен испытывать в присутствии обездоленного; это – не сострадание, а осознание того, что различие между ним и этим беднягой не так уж и велико.
Однако ни Немесида, ни Эйдос, видимо, не обитают вместе с богами. Гесиод сообщает, что Немесида и Эйдос, спрятав свои прекрасные лица под белые одежды, покидают землю и присоединяются к бессмертным только тогда, когда люди окончательно подчиняются собственной злой воле.
Время от времени на Олимп возносились и некоторые смертные. Но как только они попадали туда, их имена исчезали из литературы. Их истории будут рассказаны позже.
Боги вод
Посейдон (Нептун) – повелитель и хозяин Моря (имеется в виду Средиземное море), а также Понта Эвксинского (Гостеприимное море, ныне – Черное). Под его властью также находились подземные реки.
Океан – титан, повелитель реки Океан, обтекающей Землю. Его жену, титаниду, зовут Тефис (Тефия). Океаниды, нимфы, живущие в этой реке, – их дочери. Боги всех прочих существующих на земле рек – их сыновья.
Понт, что означает Глубокое море, – сын матери-Земли и отец Нерея, бога, гораздо более значительного, чем он сам.
Нерей – «морской старец», живущий в Средиземном море. «Бог достойный и мягкий; мыслит справедливо и добро, не лжет никогда», – говорит о нем Гесиод. Его жена – Дорида, дочь Океана. У них пятьдесят миловидных дочерей, морских нимф. По отцу их называют Нереиды. Одна из них, Фетида, – мать Ахилла, другая, Амфитрита, – супруга Посейдона.
Тритон – морской музыкант, трубящий в большую раковину. Он – сын Посейдона и Амфитриты.
Протей – по одной версии сын Посейдона, по другой – его спутник. Он может предсказывать будущее и произвольно изменять свой внешний вид.
Наяды – также водяные нимфы, живущие в ручьях, источниках и фонтанах.
Левкотея и ее сын Палемон – бывшие смертные, ставшие, как и Главк, морскими божествами. В мифологии большой роли не играют.
Подземный мир
Подземным царством правят один из двенадцати великих олимпийцев – Аид, или Плутон, и его супруга, царица Персефона. По имени его правителя этот мир часто также называют Аидом. В него, как указывает Илиада, с земли можно проникнуть через несколько секретных входов. Согласно Одиссее, путь туда проходит по Океану и ведет через вход, расположенный на самом краю света. У более поздних поэтов попасть в Аид можно через различные входы, расположенные в расселинах земли и близ глубоких озер.
Тартар и Эреб иногда рассматриваются как две разные области подземного царства. Тартар глубже; он служит местом заключения для детей Земли; в Эреб души попадают сразу же после смерти их обладателей. Однако нередко различия между тем и другим не проводятся и в качестве обозначения подземного царства используется любое из этих названий, в особенности Тартар.
Согласно Гомеру, подземный мир – это мрачный и вместе с тем туманный мир, унылый, тусклый, населенный тенями. Там нет ничего реального. Тени мертвых влачат там самое жалкое существование, напоминающее кошмарный сон. Более поздние поэты рисовали царство мертвых более четко – как место, где нечестивцы подвергаются наказанию, а добродетельных людей ожидает вознаграждение. У римского поэта Вергилия эта идея выражена в таких подробных деталях, каких нет ни у одного грека. Все мучения злодеев и радости праведников описаны у него с большой убедительностью. Вергилий, кроме того, – единственный поэт, ясно излагающий географию этого места. Дорога в него ведет к месту слияния Ахеронта, реки горестей, и Кокита, реки стенаний. Старик перевозчик по имени Харон перевозит души мертвых на противоположный берег, где стоят адамантовые ворота Тартара (Вергилий предпочитает это название). Харон берет в свою лодку души только тех, в рот которым была заранее вложена плата за перевоз и которые были погребены должным образом.
Перед воротами Тартара на страже стоит Кербер, трехголовый пес с хвостами в виде змей, который впускает все души, но не выпускает ни одной. По прибытии в подземное царство душа предстает перед тремя судьями: Радамантом, Миносом и Эаком, которые выносят приговор и посылают грешников на вечные муки, а праведников – на благословенные Елисейские поля.
Помимо Ахеронта и Кокита в Тартаре текут еще три реки, отделяющие подземный мир от верхнего, солнечного: Флегетон, огненная река; Стикс, река, название которой входит в слова клятвы, которой клянутся боги; и Лета, река забвения.
Где-то посередине огромной области находится дворец Плутона, но кроме того, что в нем множество дверей и он всегда заполнен многочисленными гостями, о нем ничего не известно. Вокруг него простираются обширные пустыни, унылые и холодные, и луга из асфоделей, удивительных бледных, похожих на призраки цветов. Больше о дворце Плутона поэты ничего не сообщают, предпочитая не задерживаться в этом мрачном и унылом жилище.
Эринии (Фурии) помещены Вергилием в подземный мир, где они наказывают злодеев. Греческие же поэты мыслили их как преследовательниц грешников на земле. Они неумолимы, но справедливы. Как говорил Гераклит, «если со своего пути сойдет само Солнце, Эринии набросятся и на него». Обычно считается, что Эриний было три: Тисифона, Мегера и Алекто.
Морфей (Сон) и его брат Танат (Танатос – Смерть) также обитают в подземном мире. Оттуда и поднимаются к людям сны. Правдивые сны через роговые ворота, а ложные – через ворота из слоновой кости.
Второстепенные боги земли
Землю греки называли всеобщей матерью, но в действительности – она божество. Как божество, она никогда не отделялась от собственно Земли и вместе с тем персонифицировалась. Богиня плодородия Деметра (Церера), дочь Крона и Реи, и бог вина, виноградарства и виноделия Дионис, известный также под именем Вакх, – основные божества мира Земли, играющие очень важную роль в греческой и римской мифологии. Их истории будут изложены в следующей главе. Прочие известные божества большого значения практически не имели.
Пан был главным из них. Он – сын Гермеса; гомеровские гимны в его честь называют Пана шумливым и веселым божеством. Отчасти он – животное с козлиными рогами и копытами вместо ступней. Бог пастухов овечьих и козьих стад, а также веселый участник танцев лесных нимф. Его прибежище – все дикие, запущенные места, леса и горы, но больше всего он любит место своего рождения, Аркадию. Он – превосходный музыкант. Из своей тростниковой свирели он в состоянии извлекать мелодии, подобные трелям соловья. Он всегда влюблен в ту или иную нимфу, но его любовь всегда отвергают из-за его безобразного лица.
Звуки, которые по ночам слышат в лесной чаще дрожащие от страха путники, как считают, издает он. Отсюда легко установить происхождение выражения «панический страх».
Силен иногда считается сыном Пана, а иногда его братом, сыном Гермеса. Он – веселый старый толстяк, который обычно разъезжает на осле, потому что слишком пьян, чтобы ходить пешком. Его связывают как с Вакхом, так и с Паном. Силен опекал и обучал Вакха, когда бог виноградарства был еще молодым и, как показывает его непрерывное пьянство, перестав быть учителем, стал достойным последователем Вакха.
Наряду с этими действующими на земле богами большой известностью пользуются братья Кастор и Полидевк (Поллукс), которые в большинстве мифов проводят одну половину времени на земле, а другую – на небе.
Они – сыновья Леды; их обычно считают божествами, особо покровительствующими мореходам. Они -
Покровители быстрых судов,Когда бури, ветра штормовыеБушуют над яростным морем.Они известны и как мощные помощники и спасители в бою. Их особенно почитают в Риме, где они рассматривались как
Великие близнецы,Пред кем все дорийцы склонились.Но рассказы о них довольно противоречивы. Иногда богом считается только Полидевк, а Кастор предполагается смертным, получившим свое «половинное» бессмертие только вследствие братской любви Полидевка.
Леда – жена спартанского царя Тиндарея, согласно традиционной версии родившая двух смертных детей от него (Кастор и Клитемнестра, жена Агамемнона) и двух бессмертных (Полидевк и Елена{8}, виновница падения Трои) от Зевса, явившегося к ней в виде лебедя. Тем не менее сводных братьев Кастора и Полидевка часто называют сыновьями Зевса. Их греческое имя, под которым они наиболее известны, – Диоскуры, что означает «отроки Зевса». Вместе с тем их также называют «сыновьями Тиндарея», Тиндаридами.
Обычно считается, что они жили в эпоху, предшествующую Троянской войне, в одно время с Тесеем, Ясоном и Аталантой. Они принимали участие в охоте на калидонского вепря и в походе аргонавтов за золотым руном; кроме того, известно, что они спасли Елену, похищенную Тесеем. Во всех мифах они не играют значительной роли, за исключением рассказа о смерти Кастора, когда Полидевк доказал свою братскую любовь и преданность.
Однажды, уж неизвестно, по какой причине, братья вторглись во владения хозяев крупных стад скота, Идаса и Ликкея. Там, как сообщает Пиндар, Идас, рассердившись из-за кражи его быков, убил Кастора. Другие же авторы говорят, что причиной ссоры были дочери царя этой страны Левкиппа. Полидевк заколол Ликкея, а Зевс поразил Идаса своим перуном. Кастор был мертв, и безутешный Полидевк умолял отца позволить ему тоже умереть. Зевс, сжалившись, разрешил ему поделить жизнь пополам с братом и
Жизни свою половину проводить под землею,А половину другую – в чертогах небесных.Согласно этой версии, братья больше уже никогда не покидали друг друга. Один день они проводили в Аиде, а другой на Олимпе, всегда появляясь вместе.
Позднегреческий автор Лукиан дает иную версию, согласно которой для обитания им предоставлены и земля и небо, но когда Полидевк отправляется на небо, Кастор должен пребывать на земле, так что они никогда не встречают друг друга. В маленькой сатире Лукиана Аполлон спрашивает Гермеса:
– А скажи, почему мы никогда не видим Кастора и Полидевка одновременно?
– Видишь ли, – отвечает Гермес, – они так привязаны друг к другу, что, когда судьба приказала одному из них умереть, а бессмертным был только один из них, они решили разделить бессмертие между собой.
– Не слишком мудро, Гермес. А чем они, кстати, могут заниматься? Я предсказываю будущее, Асклепий излечивает болезни, ты – хороший вестник, а эти двое все время так и бездельничают?
– Нет, конечно. Они состоят на службе у Посейдона. Их дело выручать корабли из беды.
– А, теперь ты хоть что-то сказал. Я рад, что они нашли себе такое хорошее занятие.
Им посвящены две звезды: Близнецы. Их часто изображают скачущими на великолепных белых конях, но Гомер отличает Кастора за его умение обращаться с конями. Он характеризует братьев следующим образом:
Кастор, коней укротитель, и Полидевк, знаменитый кулачный боец.Силены{9} – полулюди-полулошади. Они передвигаются на двух, а не на четырех ногах, но часто имеют копыта вместо ступней, иногда лошадиные уши и всегда – лошадиные хвосты. Специальных мифов о них не существует, но их часто можно видеть на греческих вазах.
Сатиры, как и Пан, – полулюди-полукозлы, живут в диких местах.
В противоположность этим богам, имеющим нечеловеческие черты и качества и физически безобразным, богини лесов отличаются прелестными женскими формами. Это – Дриады, иногда известные как Гамадриады; жизнь каждой Гамадриады зависит от жизни ее дерева.{10}
Эол, владыка ветров, также живет на земле, на острове Этолия. Собственно говоря, он только повелитель ветров, так сказать, вице-король богов. Главные четыре ветра – это Борей, северный ветер (Аквилон у римлян); Зефир, западный ветер (Фавоний); Нот, южный ветер (Аустер); Эвр, восточный ветер (по-латыни он – тоже Эвр).
Известны также некие обитавшие на земле существа, не имевшие ни полной человеческой, ни полностью божественной природы. Назовем главных из них.
Кентавры – это наполовину люди, наполовину кони. По большей части они были дикими существами, скорее напоминавшими своим поведением животных, чем людей. Правда, один из них, Хирон, был общеизвестен своей добротой и мудростью.
Горгоны также относились к обитателям земли. Их было три; две из них были бессмертны. По виду они напоминали крылатых драконов; их взгляд обращал людей в камень. Их отцом был Форкис, сын неба (Урана) и земли (Геи){11}.
Грайи, сестры Горгон, три седовласые женщины, имевшие только один глаз на троих. Жили на дальнем берегу Океана.
Сирены жили на острове посреди моря. Своим пением они заманивали мореходов на верную смерть. На что они походили, неизвестно, потому что тот, кто их видел, назад не возвращался{12}.
Гораздо более важными силами, правда не привязанными к какому-либо месту обитания ни на земле, ни на небесах, были Судьбы (Мойры по-гречески, Парки по-латыни). Согласно Гесиоду, они при рождении человека определяли меру добра и меру зла, которые ему предстоит испытать на жизненном пути. Их было три: Клото («прядущая нить жизни»), Лахесис («дающая жребий»), назначающая жребий человеку, и Атропос («неотвратимая»), державшая в руках «жуткие ножницы» и перерезавшая нить жизни.
Римские боги
В Риме двенадцать великих олимпийцев превратились в римлян. Влияние греческого искусства и литературы там настолько было велико, что древние римские божества приобрели черты сходства с соответствующими греческими богами, а затем полностью с ними слились. Большинство из них, правда, имели римские имена: это Юпитер (Зевс), Юнона (Гера), Нептун (Посейдон), Веста (Гестия), Марс (Арес), Минерва (Афина), Венера (Афродита), Меркурий (Гермес), Диана (Артемида), Вулкан или Мулькибер (Гефест), Церера (Деметра).
Двое из них сохранили свои греческие имена: Аполлон и Плутон; причем второй из них никогда не назывался в Риме Аидом. Бог вина, виноградарства и виноделия Вакх (но никогда Дионис!) имел также и латинское имя: Либер.
Принять греческий пантеон богов римлянам было довольно легко, поскольку их собственные боги не были достаточно персонифицированы. Римляне обладали глубоким религиозным чувством, но не слишком большим воображением. Они никогда бы не сумели создать образы олимпийцев – каждого с живыми, четко выраженными чертами. Своих богов, прежде чем тем пришлось уступить место греческим, они представляли себе довольно туманно, едва ли более ярко, чем просто «тех, кто находится наверху». Их называли общим, собирательным именем: Нумины (Numina), что по-латыни означает Силы или Воли, быть может, Воли-Силы.
Пока греческие литература и искусство не проложили себе путь в Италию, римляне не испытывали нужды в красивых, поэтичных богах. Они были людьми практики и не очень беспокоились «о музах в венках из фиалок» или «лиричном Аполлоне, что сладкие мелодии извлекает из лиры своей» и т. п. Они хотели поклоняться прагматичным богам. Так, важной Силой в их глазах был «тот, кто охраняет колыбель». Еще одной такой Силой был «тот, кто распоряжается детской пищей». Мифы о них никогда не слагались. По большей части никто даже не знал, какого они пола – мужского или женского. С ними были связаны простые акты повседневной жизни; эти боги придавали им определенное достоинство, чего нельзя было сказать о греческих богах, за исключением Деметры и Диониса.
Наиболее известными и почитаемыми из них были Лары и Пенаты. Каждая римская семья имела своего лара, духа предка, и несколько пенатов, хранителей очага и стражей домашнего хозяйства. Это были собственные боги семьи, принадлежащие только ей, ее самая важная часть, защитники и покровители дома. Им никогда не возносили молений в храмах; это делали только дома, где во время каждой трапезы им предлагалась некоторая толика пищи. Были также и общественные лары и пенаты, выполнявшие по отношению к городу те же функции, что и личные – к семье.
Существовало также множество Воль-Сил, связанных с ведением домашнего хозяйства: например, Термина, страж границ; Приап, бог-податель плодородия; Палее, покровительница домашнего скота; Сильван, помощник пахарей и дровосеков. Их перечень довольно обширен. Все, что было важно для ведения хозяйства, находилось в ведении некоей благодетельной силы, которой никогда не придавалась какая-либо определенная форма.
Сатурн был одной из этих Воль-Сил – покровителей сеятелей и посевов, а его супруга One выступала в качестве помощницы сборщиков урожая. В более позднюю эпоху Сатурна стали отождествлять с греческим Кроном и считать отцом Юпитера, греческого Зевса. Таким образом, ему были приданы личностные свойства; о нем был сложен ряд мифов. В память о «золотом веке», когда он правил в Италии, каждый год зимой в Риме устраивался праздник – Сатурналии. Его идея состояла в том, что на время празднеств на землю возвращается «золотой век». В это время запрещалось объявлять войну; рабы и хозяева совершали трапезу за одним столом; наказания откладывались; все дарили друг другу подарки. В человеческом мозгу таким образом поддерживалась мысль о равенстве людей, о том времени, когда все находились на одном и том же общественном уровне.