- -
- 100%
- +
От Автора
Дорогие ребята!
Многим из вас и вашим мамам и папам понравилась добрая и приключенческая сказка про смелую лягушку Ушку и ее новых друзей. Тот аквариум до сих пор освещает желтым теплым светом ваши предсонные вечерние посиделки со сказками.
И вот сегодня у нас новые приключения смелой лягушки Ушки и ее новых друзей.
А вот и они, герои нашей сегодняшней сказки.
Алле гоп!!!
Друзья, прошу на сцену!
Вот они – персонажи нашей новой сказки
И, конечно, наш главный герой – лягушка Ушка.
Лягушка с золотыми шпорами и сердцем размером с аквариум. Герой, спасатель, гроза Египетских пирамид и мумий. Умеет прыгать, падать, вставать и говорить «Я справлюсь» даже когда кожа покрывается корочкой. Обожает свою скалу, Ринца и чувство, что все дома.
А это ее лучший друг Ринц — весёлый забияка, лягушонок с озорными глазами и талантом попадать в неприятности. Похищен, но не сломлен. В банке сидел грустно, но верил: «Ушка придёт». И она пришла. Дружба — его суперсила.
Цихлида Шлехта — бывшая злодейка, а ныне главный страж порядка и первая ворчунья аквариума. Грозилась охранять Египетские пирамиды и мумию Ушки, но в глубине души волновалась так, что плавники дрожали. Обожает командовать и делать вид, что ей всё равно.
Креветтина — древняя креветка-ведунья с усиками, увешанными амулетами. Варит зелья, знает обряды, пугает детей свитками с мумиями. Мудрая, скрипучая и очень уставшая от того, что все вокруг то превращаются, то спасаются.
Лина — старая белая улитка, знающая, «кто древнее меня». Немногословна, но если говорит — лучше слушать. Именно она подсказала путь к Креветтине.
А вот и Ручик — рак с большими клешнями и большим чувством собственной важности. Мастер боевых приёмов («Клешня-молния!»), которые иногда попадают не туда. Добрый, шумный, всегда готов помочь — хотя бы морально.
Дин — сомик с длинными усами и трагическим взглядом. Обожает страшные истории, которые все уже выучили наизусть. Плачет в три ручья, но идёт на помощь. Немного драматург, немного паникёр.
Шикки — маленькая гуппи с радужным хвостиком и талантом путаться в водорослях. Танцует «Весёлый водоворот», даже когда грустно. Оптимизм в чистом виде — с писком.
Пираньи (Терция и компания) — бывшие злодеи, ныне спасатели. Носят воду в ракушках, гордятся новой ролью и очень стараются не показывать, что им это нравится. Перевоспитались — и сами этому удивляются.
Древний тритон — легенда аквариума. Спал в самой тёмной пещере, проснулся на Великий Совет, высунул голову — и снова ушёл. Уважаем за загадочность.
Кот Барсик — ленивый, пушистый, полосатый. Сначала принял Ушку за игрушку, потом — за свою квакушку. Спал, делал вид, что ни при чём, а в решающий момент прыгнул с подоконника и прикрыл героев. Герой поневоле. Обожает сметану и тишину.
Паук Ткач — мрачный, худой, серьёзный. Живёт под шкафом, плетёт карты квартиры и сети для воробьёв. Не любит гостей, но помогает своим. Даёт нить-маячок и приветы через паутину. Сарказм — его второй язык.
Квака — троюродная сестра Ушки, толстенькая, важная и очень деловая. Живёт под кустом смородины и считает себя королевой сада. Помогает, но по правилу: «Обмен должен быть честным». Червяков не даёт. Принципиально.
Ёж Пых — ворчливый, колючий, добрый. Живёт под старой яблоней, знает все лазейки и клады. Помогает, но обязательно поворчит. «Я вообще не волновался» — его девиз.
Воробьиная стая во главе с Чириком — дерзкие, шумные, наглые. Решили, что Ушка — «вкусная букашка». Запутались в паутине Ткача, были пристыжены Барсиком и улетели думать о поведении. Не злодеи, просто хулиганы.
Сорока — не появляется, но именно она утащила золотую пуговицу. Внесла огромный вклад в сюжет и осталась в легендах как «та самая птица».
Дима — мальчик, хозяин аквариума. Добрый, спокойный, умеет говорить «друзей не дарят». Наблюдает за Ушкой и радуется, когда она возвращается.
Маленькая сестрёнка Димы — та, что хотела «свою лягушку» и плакала ручьями. Любит бантики, животных и справедливость. Именно из-за неё в аквариуме появился Ринц — в самом начале.
Гоша — двоюродный брат Димы, шестилетний хвастунишка. Сначала забрал Ринца, потом обменял на пуговицу, а в финале стал знаменитостью двора — и больше не трогает чужих питомцев. Перевоспитался через сокровище и наклейку с динозавром.
Маша — подружка Гоши, умная и добрая. Сказала: «Ему плохо в банке». Подарила Гоше наклейку за хороший поступок. Голос совести всей истории.
Попугай Кеша — болтливый, всё видит, но всё перевирает. Живёт в клетке. Потенциальный источник сплетен.
Хомяк Хома — запасливый и деловой, знает все ходы и норы. Помогает только за взятку (семечки, зёрнышки). Прагматик.
Вот такая компания у нас с тобой, дорогой мой маленький читатель!
Каждый — со своим характером, слабостями и очарованием. И все они, даже ворчуны и бывшие злодеи, в итоге оказываются на одной стороне — стороне дружбы.
Итак, Алле-гоп!
Занавес открывается, наши дорогие маленькие друзья!
Поехали!
Глава 1. «Тоска по Ринцу и роковая гостья»
В аквариуме у Димы было светло, тепло и уютно. Лампы над стеклянной крышкой горели мягким золотистым светом, будто маленькое солнце решило поселиться прямо в квартире. Вода была прозрачная, как утренний воздух в саду, и в ней медленно покачивались зелёные водоросли — длинные, волнистые, похожие на шёлковые ленты. Между корягами и камнями сновали рыбки, рак Ручик важно расхаживал по дну, а сомик Дин дремал под большой раковиной, выставив наружу одни лишь длинные усы.
Но самым красивым местом в аквариуме была высокая скала, поросшая папоротником. С вершины этой скалы открывался вид на всю квартиру — и именно там любила сидеть лягушка по имени Ушка.
Она была необыкновенной лягушкой. Во-первых, у неё были золотые шпоры на задних лапках — награда за настоящий подвиг, о котором в аквариуме слагали легенды. Во-вторых, у неё были большие, добрые глаза, в которых светились ум и отвага. А в-третьих, у неё было самое верное сердце во всём аквариуме — и именно это сердце сейчас тихонько ныло от тоски.
Ушка сидела на вершине скалы и смотрела сквозь стекло на дверь комнаты. Она ждала. Ждала, хотя знала, что ждать бесполезно.
— Ушка, ну сколько можно грустить? — пропела маленькая гуппи Шикки, подплывая к скале. Её хвостик переливался всеми цветами радуги, а глазки были яркие, как две бусинки. — Смотри, какой я танец придумала! Называется «Весёлый водоворот»! Хочешь, научу?
Шикки закружилась в воде, завертелась волчком, взметнула фонтанчик пузырьков и... запуталась в водорослях.
— Ой! — пискнула она. — Ну ничего, это часть танца! Художественная!
Ушка слабо улыбнулась, но глаз от двери не отвела.
— Эх, — вздохнул рак Ручик, выбираясь из-за камня. Он был важный, солидный, с большими клешнями, которыми очень гордился. — Ушка, друг мой, хочешь, я покажу тебе новый боевой приём? Называется «Клешня-молния»! Смотри!
Ручик замахнулся, щёлкнул клешнёй — и случайно ухватил за хвост сомика Дина, который как раз проплывал мимо.
— Ай! — взвизгнул Дин, вырываясь. — Ручик! Ты что, с ума сошёл?!
— Прости, прости! — засуетился Ручик. — Это не входило в план! Это была... э-э... внезапная часть представления!
Дин сердито фыркнул, поправил усы и поплыл обратно под раковину. Но через минуту высунулся и сказал:
— А хотите, я расскажу страшную историю? Про то, как в аквариуме завёлся призрак сома-привидения?
— Не хочу, — тихо сказала Ушка.
— А я хочу! — пискнула Шикки, уже выпутавшись из водорослей. — Расскажи!
— Ну слушайте, — таинственно начал Дин, понизив голос. — Говорят, в старой-старой пещере за скалой живёт призрак сома, который...
— Дин, — перебила его Ушка, — это ты сам придумал. Ты рассказываешь эту историю каждый раз, когда хочешь напугать пираний.
— Ну и что? — обиделся Дин. — Зато я стараюсь тебя развеселить!
Ушка вздохнула. Она знала, что все они стараются. Все её любят — и Ручик, и Дин, и Шикки, и даже старая ворчунья Шлехта, которая когда-то была злодейкой, а теперь стала главной блюстительницей порядка. Все хотят, чтобы Ушка снова стала весёлой и беззаботной, как раньше. Но разве можно быть весёлой, когда сердце тоскует по другу?
Ринц. Весёлый забияка Ринц с зелёными лапками и озорными глазами. Он остался в магазине, где когда-то жила Ушка. Там было светло, тепло и счастливо, там они вместе плавали и пели песни по-лягушачьему. А потом маленький мальчик Дима с папой купили Ушку и принесли в новый аквариум. И с тех пор Ушка не видела Ринца.
— Может, он уже забыл меня, — прошептала Ушка.
— Кто тебя забудет? — фыркнул Ручик. — Ты же герой с золотыми шпорами! Да о тебе легенды ходят!
— Легенды ходят, а Ринца нет, — тихо ответила Ушка и снова посмотрела на дверь.
Дверь оставалась закрытой.
А за стеклом, в комнате, шла обычная жизнь. Дима сидел на диване и читал книгу про пиратов. Его младшая сестрёнка рисовала на полу цветными мелками домик для кукол. Мама гремела посудой на кухне, а папа что-то чинил в коридоре. Всё было спокойно и хорошо.
И тут в дверь позвонили.
Дима оторвался от книги, сестрёнка подняла голову, мама выглянула из кухни. А Ушка прильнула к стеклу, потому что звонок в дверь означал гостей, а гости — это всегда интересно.
На пороге стоял мальчик лет шести-семи. У него были оттопыренные уши, вихрастые волосы и очень гордый вид. Это был Гоша — двоюродный брат Димы, известный на всю родню как великий хвастунишка. Он влетел в комнату, как маленький ураган, и сразу затараторил:
— Димка! Привет! А у меня новый самокат! А у меня наклейки с динозаврами! А у меня в кармане настоящий компас! А у меня...
— Привет, Гоша, — улыбнулся Дима. — Проходи.
Гоша важно прошагал в комнату, огляделся и вдруг замер. Его взгляд упал на аквариум.
— Ух ты-ы-ы! — выдохнул он, подбегая к стеклу. — Какая лягушка! Большая! С шпорами! Настоящая принцесса-лягушка!
Ушка насторожилась. Ей не очень понравилось, как этот мальчик смотрит на неё — как на новую игрушку.
— Это Ушка, — сказал Дима. — Она герой. У неё золотые шпоры. Её весь аквариум любит.
— Ух ты! — Гоша прижался носом к стеклу. — А она говорящая?
— Все лягушки квакают, — засмеялся Дима. — Но по-своему, по-лягушачьему.
— А я хочу такую же! — заявил Гоша. — Отдай мне её! Я подарю её Маше! У неё завтра день рождения! Она будет визжать от радости!
Ушка замерла. Подарить? Её? Этому мальчишке? Для какой-то Маши?
— Нет, Гоша, — твёрдо сказал Дима. — Ушку я не отдам. Она мой друг. Друзей не дарят.
— Ну и жадный! — надулся Гоша. — А у меня дома есть целых два аквариума! И в одном даже живёт тритон! Настоящий!
— А у меня Ушка, — спокойно ответил Дима. — И я её никому не отдам.
Гоша ещё немного пообижался, но потом отвлёкся на самокат и наклейки. Весь день он носился по квартире, хвастался, шумел и мешал всем. Ушка с тревогой наблюдала за ним из аквариума и думала: «Ну и гость. Хорошо, что он уйдёт вечером».
Но Гоша не ушёл.
— Можно я переночую? — попросил он. — Ну пожа-а-алуйста! Мы с Димкой в одной комнате! Я на полу!
Родители переглянулись и разрешили. А Ушка почувствовала, как что-то холодное шевельнулось в её сердце. Она не знала, что именно, но ей было неспокойно.
Ночью в комнате стало тихо. Дима спал на диване, Гоша — на надувном матрасе на полу. Аквариум светился в темноте мягким голубым светом, и в этом свете Ушка не спала. Она сидела на скале и думала о Ринце.
И тут она услышала шорох.
Тихий-тихий. Осторожный-осторожный.
Ушка повернула голову и увидела, как Гоша крадётся к аквариуму. В руке у него был маленький сачок — такой, которым ловят рыбок. Мальчик бесшумно отодвинул стеклянную крышку и заглянул внутрь.
— Где тут лягушка? — прошептал он. — Эй, лягушка! Иди сюда!
Ушка отпрянула в тень. Она не собиралась попадаться.
Гоша поводил сачком в воде — раз, другой, третий. Но Ушка была быстрее. Она пряталась за камнями, уворачивалась от сачка, ныряла в водоросли. Гоша пыхтел, злился, но поймать её не мог.
— Ну и ладно! — прошептал он наконец. — Не очень-то и хотелось!
Он уже собирался закрыть крышку, но тут его взгляд упал на маленькую пещерку за скалой. Из неё выглядывал кто-то зелёный. Кто-то с озорными глазами и весёлым любопытным носом.
Ринц.
Он не прятался. Он никогда не прятался. Он же был забияка — ему было интересно, что это за мальчик с сачком и что он делает в их аквариуме.
Гоша не поверил своей удаче.
— Вот ты где! — обрадовался он.
Сачок взметнулся в воде — и через секунду Ринц уже бился в маленьком полотняном мешочке, испуганно квакая.
— Тихо, тихо! — прошипел Гоша. — Не пиши! Я тебя Маше подарю! Она обрадуется! А у меня будет самый лучший подарок!
Он закрыл крышку аквариума, схватил мешочек и на цыпочках выскользнул из комнаты.
Ушка видела всё. Она видела, как сачок схватил Ринца. Она видела, как Гоша унёс его. Она слышала, как Ринц испуганно квакал — по-лягушачьему, но она-то понимала каждое слово: «Ушка! Помоги! Ушка!»
И тогда Ушка бросилась к пещерке Ринца. Пусто. Только камешек на дне и клочок бумаги, придавленный ракушкой.
Ушка развернула бумажку — она была мокрая, но слова ещё читались. Кривые, неровные буквы, написанные торопливой детской рукой:
«Не ищите. Теперь он мой».
Ушка замерла. Внутри у неё что-то оборвалось. Потом сжалось. Потом вспыхнуло.
Она подняла голову, и в её больших добрых глазах загорелся огонь. Не злой. Не мстительный. А такой, какой бывает у настоящего героя, когда обижают его друга.
К утру весь аквариум знал о случившемся. Ручик грозно щёлкал клешнями и требовал «немедленно наказать похитителя». Дин плакал в три ручья и причитал: «Я же говорил, что надо было рассказывать страшные истории! Может, тогда бы он испугался!» Шикки металась по аквариуму и повторяла: «Что делать? Что делать? Что делать?» Старая Шлехта хмурилась и ворчала: «Безобразие. Поймать бы этого мальчишку и... эх, если бы я могла выйти из воды».
А Ушка сидела на вершине своей скалы, смотрела на клочок бумаги и молчала. Все ждали, что она скажет.
Наконец она поднялась.
— Я иду за ним, — сказала она.
В аквариуме стало тихо.
— Как? — спросил Ручик. — Ты же лягушка. Ты не можешь выйти на сушу.
— Я что-нибудь придумаю, — ответила Ушка. — Я не оставлю Ринца. Он мой друг. А друзей не бросают.
Она посмотрела на дверь, за которой скрылся Гоша с мешочком.
— Держись, Ринц, — прошептала она. — Я уже иду.
И в этот момент мудрая старая улитка Лина, которая всё это время молчала в своём углу, медленно подняла голову и сказала:
— Я знаю, кто может тебе помочь. Но это будет опасно. Очень опасно.
Ушка повернулась к ней.
— Я не боюсь, — сказала она. — Говори.
Глава 2. «Совет, креветка-ведунья и зелье превращения»
Утро в тот день выдалось серое и хмурое. За окном низкие облака цеплялись за крыши соседних домов, будто хотели спрятаться от собственной тяжести, а мелкий дождь барабанил по стеклу так настойчиво, словно кто-то невидимый стучал в дверь и просил: «Пустите меня, я ненадолго». В комнате Димы стало сумрачно и тихо. Свет в аквариуме казался теперь особенно ярким — единственный островок тепла в этом сером утре.
Вода в аквариуме тоже словно притихла. Рыбки не носились, как обычно, водоросли не покачивались в весёлом танце, и даже пузырьки воздуха поднимались медленно, лениво, будто им тоже было грустно. Весь аквариум ждал. Весь аквариум смотрел на Ушку.
А Ушка сидела на вершине скалы, и в её глазах горел тот самый огонь, который зажёгся ночью. Она не плакала. Она не паниковала. Она думала.
— Слушайте все! — сказала она громко, и её голос разнёсся по всему аквариуму, от тёмного грота до дальнего угла с ракушками. — Собираем Великий Совет! Немедленно!
И аквариум пришёл в движение.
Первым приполз рак Ручик — важный, солидный, с высоко поднятыми клешнями. За ним, шурша плавниками, приплыл сомик Дин, который всю ночь не сомкнул глаз и потому выглядел особенно встревоженным. Гуппи Шикки примчалась первой — она уже успела трижды запутаться в водорослях и один раз испугаться собственного отражения в стекле. Из-под коряги выбралась старая Шлехта — бывшая злодейка, а ныне главная блюстительница порядка. Она плыла медленно, важно, и все расступались перед ней. Следом подтянулись пираньи — теперь они служили Шлехте охраной и очень этим гордились. Приползли улитки, приплыли маленькие рыбки, приковыляли креветки. Даже древний тритон, который обычно спал в самой тёмной пещере и просыпался только по большим праздникам, высунул голову и прислушался.
Когда все собрались, Ушка рассказала о том, что случилось ночью. О сачке. О мешочке. О Ринце. О записке.
— «Не ищите. Теперь он мой», — прочитала она вслух.
По аквариуму прокатился вздох.
— Безобразие! — рявкнул Ручик и так щёлкнул клешнёй, что Шикки от испуга перевернулась вверх хвостом. — Я требую немедленного разбирательства! Мы найдём этого мальчишку и...
— И что? — перебила его Шлехта. — Что ты сделаешь? Щёлкнешь клешнёй у него перед носом? Он же в сто раз больше тебя.
Ручик смутился и опустил клешни.
— Я просто хотел помочь, — пробурчал он.
— Помочь можно только одним способом, — тихо сказала Ушка. — Кто-то должен выйти на сушу и найти Ринца.
Наступила тишина. Такая глубокая, что стало слышно, как где-то на кухне капает вода из крана.
— На сушу? — переспросил Дин. — Ты с ума сошла? Мы же рыбы! Мы не можем выйти на сушу!
— Я не рыба, — ответила Ушка. — Я лягушка.
— Ты лягушка, которая живёт в воде, — заметила Шлехта. — Это большая разница. На суше ты высохнешь быстрее, чем я успею сказать «безобразие».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.