- -
- 100%
- +
Это и есть наиважнейшее событие последних часов. А остальные можно не описывать. Мелкие, неинтересные. И времени нет, оно дорого, послезавтра у меня вступительный экзамен по математике в авиационный техникум.
И все-таки, гложет меня мысль, как это так, любишь одну, а болтаешь и провожаешь до дома другую. Разве так бывает? И почему это так?
***
О, завтра экзамен, завтра письменная математика. О, как я волнуюсь. Но спокойствие. 15 минут самовнушения и все будет о-кей. Пойду, устрою сеанс. И ты спокоен.
Сегодня я провел еще один эксперимент. Люблю психологию. Он мне не нов. Он испытан. Он эффективен. Самовнушение.
Вот что меня к нему подтолкнуло. Я не мог решить одну интересную задачу. Минут 20 сидел. И все впустую. И вдруг меня осенило, а что, если внушить себе, что ты гений? А гении такие задачки щелкают. Решено-сделано. Пошел по отработанной схеме: сначала внушил, что правая рука у меня тяжелая и теплая, как вата, наполненная водой, потом, что левая рука тяжелее правой, потом «разлил» тепло и тяжесть по ногам, по телу. покачался на качелях, полежал на волнах. И внушил себе, что я гений- математик, попросту тихо и мысленно повторяя слова «Я-гений, я-гений, я-гений». И так много раз с передышками. Продолжая «покачиваться» на волнах теплого моря.
Потом встал, отдохнувший и свеженький, хотя я не спал. Но уже чувствовал, что во мне что-то изменилось. Посидел 5 минут. И задача была решена. Решение было довольно оригинальное. А главное легко и приятно решать. всю задачу насквозь видишь.
А завтра все-таки экзамен.
***
Три дня пролетело, а хорошо подготовиться к следующему экзамену так и не собрался. Завтра экзамен – устная математика. А душа болит, на сердце камень. Почему-то кажется, что не сдам. А Вовка сдал оба. Но ему повезло на устном. А мне повезет ли? У него 4 и 3. А у меня не знаю. Завтра. Все выяснится завтра.
***
Все. Все страхи позади. И я сейчас спокоен. Все позади, и волнения, и огорчения, и радости – все.
И в техникум я, наверное, поступил. Вернее, точно поступил. Наверняка поступил. А сдал я так.
Математика письменно – 3. А как раз математику – то я и надеялся на «хорошо» сдать. А «срезался» я на задаче, нет, не на алгебраической, я их щелкаю, как чай пью, на геометрической.
Вот она. Дано: ABCD – трапеция. AB=BC, AC=6 см. Угол BFC=120 градусов. Найти площадь трапеции.
И не решил. Исписал пол-листа, целую страничку, а получился парадокс. А учитель наш (экзаменатор) перед экзаменом сказал: «Если видите, трудная задача, чувствуете, что вам ее не решить, плюньте на нее, не теряйте на нее время, лучше ее не решать, а решить за это время остальное все. И четверка вам обеспечена».
Я так и сделал. Все остальное решил хорошо. Но все равно тройку поставили. Обидно. Зря и, послушался учителя. надо было добить задачку. Ну да ладно. По устной математике это четверка твердая.
Перед устным экзаменом я дрожал. Но сдал на 4. «Почему, – спросите, – на отлично, не на 5»?
Очень просто. не мог он допустить, чтобы абитуриент, написавший письменный экзамен на три, устный сдал на пять. Все я ему рассказал, все порешал, все объяснил. «Ну ладно, -говорит, – отлично». Ну, думаю сейчас пятерку поставил. Заулыбался я, расслабился. А он берет ручку и говорит: «Скажи-ка мне сколько будет 5 разделить на ноль»? Вопрос детского садика, вопрос первоклассника, и я не знаю, что со мной случилось. Ляпнул: «5». «Ой, – говорю тут же, -что- вы, что вы, и тут же поправился». Но слов не воробей. Вылетит не поймаешь. Еще диалог и поставил он мне 4, а не 5.
И наконец, русский я тоже сдал на 4. Чего я боялся больше всего, так это диктанта по русскому языку. Я и в школе – то редко их, диктанты, на четверки писал, чаще двойки да тройки. А тут техникум, это тебе не какая-то там школа. А все – таки на 4 написал.
Ну и вот, теперь все позади.
Кстати, как это я забыл об этом написать. Ведь в авиационный техникум я поступал не один. Одному как-то не хотелось. И я еще в школе, в восьмом классе стал уговаривать своих друзей – одноклассников поступать в этот авиационный техникум. Почему именно в авиационный? Потому что он лучший, он секретный, на нем даже вывески нет, что это авиационный техникум, а может потому, что мама в нем училась и успешно всего год назад закончила. Не знаю, но друзей я стал уговаривать, пропагандировать. К каким только ухищрениям не прибегал. Доказывал преимущества техникума перед школой и так далее и тому подобное. Последним моим аргументом было:
– Да ладно, парни, – попытка не пытка. Попробуем, не получится, вернемся в школу в 9-й класс. Сработало. Дело сделано. Два месяца уговаривал.
Нас было 4 человека, подавших документы в авиационный. 4 парня. Это Сашка Чешик, Владька и Серьга. Результаты таковы. Ах, да, забыл, мы ведь на разные факультеты поступали. Санька с Владиком на металлообработку (обработка металлов резанием), а я на «производство авиационного электрооборудования». Сколько мне мама не твердила: «Иди на металлообработку»! Но я настоял на своем. Почему-то ненавижу металл, какая-то неприязнь к нему. А электрооборудование самолетов это сложнее, это интереснее, это, что мне надо, это мне по душе.
Я сдал всех раньше. Мне надо было на собеседование к 9 часам 8 августа. Но я неправильно прочитал и приехал к 12 часам. Понял – было поздно. Как раз из приемной комиссии выходил директор техникума, он с нами, абитуриентами собрание проводил. Я подошел. Так мол и так, опоздал, как быть.
– Жди, – был короткий ответ.
И он ушел.
А я так и не понял. Чего жди? То ли конца собеседования других групп, а потом подойти, то ли ждать списков зачисленных, что более вероятно. Посидим, подождем. У Чешика и Владика собеседование завтра.
А Тамарку я не видел уже с неделю. Скучаю. Надо же как бывает, посмотреть на человека и приятно. А так соскучился по ее глазам, очаровательным и прекрасным. Эти глаза я запомню на всю жизнь. Ведь они мне и сказали, что я их люблю. Один только взгляд ее и все ясно – я влюбился. Это было полгода назад. А я все равно перед сном и вообще весь день, все дни, все ночи вижу их.
***
Вот уже два месяца я не читаю книг. Цель – выработать свое видение и понимание мира, не навязанное авторитетами, никем, свое. Правильно ли это? Разве может, что – нибудь вырасти на почве, не удобренной другими умными мыслями и образами?
Хотя, растут же в пустыне перекати – поле и кактусы.
Только дерево, глубоко пустившее корни, не гнется на ветру. Мой характер, мое сознание – это мои корни. И чем они глубже, тем лучше понятна тебе сущность жизни. А пока тащит меня по ветру не по дороге, даже не по тропинке, а сквозь джунгли мысли стихийно, и не чувствуется в этом движении воля моя, сила моя.
И я невольно задумываюсь, почему слаб мой характер, и от этого слабы и несовершенны мои стихи. Скудны образы и темы моих стихов.
Может это от однообразия моей жизни? Очень уж однообразна моя жизнь. Учеба, учеба, еда, сон, учеба, учеба, еда, сон. Не изменить ли это? Вот с понедельника и займусь.
***
Ну вот все позади. Теперь я студент, хотя вернее и честнее будет «учащийся техникума». Но «студент» приятнее. Давно я не писал дневник. Долго не держал я перо. Признаюсь четно, как – то непривычно писать, даже почерк другой. Да и когда писать?
Только позавчера вернулся из колхоза. Обросший и кудрявый. Не зря друзья и подруги сразу дали мне кличку Пушкин. А я не обижаюсь. Пушкин, так Пушкин. У нас у всех кликухи.
Колхоз – не колхоз, а все-таки приятно пожить впервые в жизни САМОСТОЯТЕЛЬНО. Вдали от этих надоедливых «Сашенька», «Золотце», «поешь то», «Поешь это», «Не голоден ли». Не хватало еще, чтоб дылду такого по головке гладили.
И первый раз в жизни я побывал. Познал ценность самостоятельной жизни, как бы заглянул к себе в душу. Заглянул и ужаснулся. Не ахти какая у тебя добрая душа. Да чего там добрая? Злая! Только тут я заметил этот порок моей души. Чего раньше не замечал. Как это ни странно, как это не компрометирует меня, но это так. А обнаружил я вот что. В группе, на курсе много новых знакомств. Одногруппники, однокурсники – мы все в колхозе перезнакомились, сдружились. Но я заметил, что при знакомстве я вижу в новом знакомом прежде всего НЕДОСТАТКИ. Почему? откуда это у меня, такого добродушного и улыбчивого?
Это, действительно, порок и немалый!
Кстати, я заметил, что погода очень сильно влияет на меня и на мою психику. Очень пасмурно – подавляет, хочется одиночества, но, что самое удивительное, появляется желание писать, писать и писать.
Вот пример. Сегодня пасмурно, выпал первый снег. Результат: вялость, апатичность и грусть. Но самое странное, не хочется говорить, а наоборот, сидеть, молчать и размышлять. (Надо понаблюдать за связью своего настроения и природы. так это интересно»)
А если вернуться к пороку моей души, обнаруженному мной недавно. Что это за удивительное свойство такое, видеть в себе и окружающих только недостатки и внешность. И как избавиться от этого порока? Никак от него не могу избавиться. Хотя вижу, что глупо это, понимаешь, что глупо, но ничего не могу с собой поделать. Странная психология, не правда ли?
***
Почему.
Почему я излишне сдержан, скромен, застенчив? Почему я люблю одиночество и иногда просто избегаю людей? Почему я развил в себе чувство неполноценности, из-за чего излишне скромен на людях? Как изменить свой характер? Ведь из-за излишней скромности и застенчивости я не поступил в комсомол в школе. Постеснялся. Не пошел к Саньке на день рождения, хотя был приглашен? Почему? И наконец, самое главное «Почему». Почему я страдаю так из-за своей скромности?
***
Три дня учебы в техникуме миновали. Да, впечатлений уйма. Даже не знаю, хватит ли времени, все описать. Это, во-первых. А во-вторых, нет у меня просто-напросто самого обыкновенного времени, времени которого у меня еще 1,5 месяца назад было так много, что не знал, куда его девать. А теперь?
Бог ты мой, куда оно делось? Вот средний распорядок этих трех дней.
Встаю в 7. Завтрак и все такое прочее. Минут без двадцати восемь иду на остановку. Примерно в половине девятого – в областном центре, через 5 минут в кабинете. И начинается учеба. 4 урока по полтора часа каждый. И только в 5 часов вечера дома. А там, глядишь и поесть по – хорошему не успел, уже седьмой час. Садишься учишь уроки. 9 часов вечера. Уже устал. С непривычки быть может. Не хочется смотреть на книги. А утром все сначала.
Первые дни страшно было, как это такой поток информации переварить. Но сейчас уж привык. Тут держись только. один раз не выучишь, и пошло, и поехало, а там, глядишь, и приказ «такого – то учащегося техникума отчислить, как не сдавшего академическую задолженность». И подпись директор Козьминых. Я уже прочитал один такой приказ. Ничего втянемся.
А время идет. Люблю все подсчитывать и планировать. Я тут подсчитал, что при таких темпах моя 96 страничная тетрадь закончится уже к февралю.
А время идет. «Все течет, все изменяется, – любил говаривать Гераклит. Я с ним согласен. (Смешно. Я соглашаюсь с философом. С таким авторитетом. Да как я смею). Особенно мне по душе аксиома: «Все изменяется». Трудно не соглашаться с такими истинами.
Я сам вижу это. Я сам за это время изменился. Изменились некоторые мои взгляды на некоторые вещи за этот месяц. Я не знаю, может это только результат долгой разлуки, но мне кажется (слава богу если кажется), что я немного идеализировал свою любовь. Да и любовь ли это была. Я уже сомневаюсь. Может я свое увлечение этой девочкой из параллельного класса идеализировал? Все идеализировал. Ее, наши отношения, растолковывая по-своему каждый ее взгляд, поступок. Ведь недаром говориться, что так легко поверить в желаемое. А может это все – таки любовь? И ее намеки были мне так ясны, что я ничего не мог спутать, и что иначе истолковывать иначе не было нужды.
А, черт! Как все-таки избавиться от этих сомнений, как их разрешить.
Но есть еще объяснение. если я в душе поэт, от природы поэт, рожден поэтом, то все ясно. Ведь все поэты…
А в чем все-таки сущность жизни? Что в ней главное? Любовь? учеба? Работа?
***
«Техникум – не школа, где сидят на уроке и плюют в потолок. Хочешь быть человеком, учись», – это сказала нам сегодня нам уроке математичка. Согласен с ней. Это созвучно моим мыслям об учебе.
***
–Все – таки, люблю я или нет? Любовь это или увлечение? Снова и снова приходит, как всегда, некстати, эта нелепая мысль. Как узнать?
Вот тут я недавно прочитал книжку. Фантастика. Мой любимый жанр. Айзек Азимов «Конец вечности». И попались мне интересный диалог.
Харлан и Нойс объясняются в любви, тоже первой, хотя им больше 20.
Нойс Харлану:
– Ты так мучался и страдал, а ведь в любви так все просто. Надо только спросить девушку. (И уже о себе). Ведь так приятно любить и быть любимой. Зачем де так страдать?
Он ей что – то невнятное.
Она:
– Глупенький ты мой. Конечно, надо понравиться девушке. Но почему бы не ответить на любовь, если сердце свободно?
И восклицает удивленно, не понимая страдания своего парня:
– И что может быть проще?
Вот как надо рассуждать. Бери пример, Сашок! А твои сомненья есть плоды твоих нерешительных, слишком острожных шагов, которые ты сделал ей навстречу. Припомни, ведь у тебя не было ни одного опрометчивого шага, поступка. Все было обдуманно. Каждый шаг, слово. О боже, целых полгода я ее мучил своей нерешительностью, излишней боязливостью, наслаждаясь тем, что уже сделано в этой области, обменом взглядами. А под лежачий камень вода не течет. А воды хочется. Хочется испить водицы. Хотя, глубок, Сашок, колодец и слишком чиста в нем вода.
Нет, надо выбрать путь, как подсказывает своему парню девушка из книги Айзека Азимова, путь простой. Мне надо изменить, сломать свой нерешительный характер и вперед к победной цели. побольше безумных поступков, открытых к диалогу взглядов. Побольше. Побольше. Все. Решил. Напишу ей письмо. Письмо, суть которого ДА – НЕТ. И убью двух зайцев. Первое – сломаю свой стеснительный характер. И второй, наступит эра наших новых отношений. О, я почти уверен, что, если напишу, суть ее ответа будет: «ДА».
***
Времени не хватает, нет его. Почему? Вот уже 10 часов вечера, а не выучено ни одного урока. А все по стечению обстоятельств, которые управляют и моей жизнью, и в силу моей мягкой бесхарактерности и судьбой. Сегодня Роман (Колька Романченко, наш худрук), оставил нас на репетицию. Два часа мучил. Приезжаю домой в 7 часов. Нужно пожрать. Включил телевизор и попал на театр миниатюр «О, Маргарита»! А сколько юмора, колкости и смеха. Смеялся, чуть живот не надорвал. И про уроки забыл. Слабая воля у меня. Не управляю собой. Хотя уроков – то мало на сегодня. Всего лишь пересказ по немцу, да математика. Но до часу – то придется посидеть. Удивляетесь? А нам, студентам, не привыкать.
Да, еще одна интересная история для дневника. Вы, наверно, ахнете. По секрету сообщаю своему дневнику: «Я, кажется, влюбился». Не прошло и полгода с тех моих записей, моего признания самому себе и своему дневнику, моего признания в любви. И что теперь? Не верить этим записям? Как я могу не верить себе? Это было! Но смотрю я с высоты сегодняшних прожитых мной месяцев и кажется мне, что то, что было со мной это лишь игра фантазии. И Тамарка, как я недавно убедился, просто вздорная девчонка. Не больше.
Конечно, приятно первое пробуждение инстинкта называть любовью. Приятно. Но приятно это для Сашки- школяра, Сашки – восьмиклассника, а не для Сашки – студента.
Да, она была любовью. Это мое увлечение Тамаркой, было первой любовью. Но ведь мы с ней даже ни одного свидания не назначили, ни разу не поцеловались. Вот какая любовь. Платоническая.
Но и следующая тоже в своем роде будет первой.
***
Все еще под впечатлением своего нового стихотворения. (см. в конце тетради.) Думаю, еще немного поработать над ним, и будет оно складнее. Сегодня целых два часа сидел над ним. Вот глупец. А завтра две контрольные, физика и математика. Готовиться бы надо, а я стихи пишу. Но не мог не писать. Я его посвятил Л. (Лысенко Людке) и ее безумно- прелестно- большим глазам, и бездонным, в которых я утонул и влюбился в них.
О, эти очи! Они все передо мной! Такие вопрошающие и удивленные. Но только чуть-чуть, и оттого еще прекраснее. Мы, наши глаза, познакомились во время дежурства моего. И теперь каждый день здороваемся и прощаемся одними лишь взглядами. Какое это блаженство, смотреть в ее глаза и какую-то долю секунды ласкать их свои приветливым взглядом.
Я помню тот миг, когда первый раз окунулся в них, утонул, захлебнулся безмерным счастьем. И дрогнуло сердце, и душа наполнилось блаженством.
А теперь от хорошей новости к плохой. У меня стало одним другом меньше. Но это не беда. У меня сейчас в техникуме много новых знакомых и на два друга стало больше. Вот так – одним меньше, но двум больше.
Мне его жалко. И он потом пожалеет о том, что наше сотрудничество в области писательства, литературы и стихосложения прекратилось. Он писал стихи, но исключительно под Есенина и под Маяковского с этакой северной романтикой. Взял где-то книжку Есенина, начитался, влюбился, наверно, и давай строчить.
Его первые стихи я прочитал перед колхозом. Похвалил. Он принял это, как должное и зазнался. Это сейчас, а первое время, когда я приехал из колхоза, он забегал ко мне и мы спорили. Потом мне стало некогда, навалилась учеба, недели две не виделись. Он, наверно, чуял, что стоит на ступеньку выше своих Вовки и Серьги (его близкие друзья, мои враги). Они простые парни, ничем не увлекаются. Он чувствовал, ему среди них нет равных.
А забыл, у кого он этому всему научился. Забыл, кто его учил мыслить, спорить, любить стихи, литературу. Забыл, кто его вытаскивал из того тупого равнодушия и безделья, которым обросли его друзья и он сам. Забыл, кто его научил читать сначала фантастику, затем философию. И он наверно решил, что перерос своего учителя. И, если это правда, если он действительно противником достойным меня, я буду очень рад, что днём мыслящим, думающим человеком на земле стало больше, а если нет, то пусть пеняет на себя и переходит к самовоспитанию, что очень нелегко. По себе знаю. И если получится у него без мое помощи стать моим соперником в литературе, то это хорошо. Будем спорить. В споре рождается истина.
Он видимо обиделся. Я раскритиковал его очередные опусы. Разгромил и уничтожил его, назвав слабым подражателем. Может другие и не видят в этом слове ничего плохого, а для меня это самое обидное. Подражатель. Злое слово.
Я дал ему совет, с месяц не читать никаких поэтов, и через месяц посмотреть, какие стихи, какого стиля пойдут из-под пера. Если есенинского, то ты не поэт, а подражатель. Зачем повторять то, что уже написано. Я его хотел убедить, увлечь перспективой, чтоб он писал оригинально. Но поймет ли он моих советов, не обидится ли?
Потерял я друга, единомышленника.
***
Хочу написать смелые размышления о жизни, «о взрослой» жизни, неизвестной мне пока. Описать ее сначала в моем детском представлении, а затем в таком виде, в каком она есть, с чем сталкивается каждый человек, погружающийся в нее. Особенно оттенить, то отвращение, которое испытывает чистая юность от серой, грязной и нечистоплотной «взрослой» жизни. Подчеркнуть некоторые «противности» как- то вино, курение, мат, в общем, какой-то неожиданный примитив, животность какую-то, неодухотворенность.
***
Что-то разонравилось мне вести дневник. Чушь какая-то, мелочь, не то, не то. Разве так ведут дневники? Мой дневник – какой – то сброд отрывочных мыслей, пародия на размышление, это в конце концов узость, нелепость, наив.
Хорошее вот такое дело, а прошлой записью испортил. Записывая свои первые впечатления об одной девчонке, как мальчишка записал «влюбился, утонул, захлебнулся». А можно бы целый рассказ написать об этом новом для меня чувстве. А я не написал. Значит, не умею. Значит, надо учиться писать. А как? Просто описывая свои внутренние переживания или описывая жизнь вокруг, встречи, разговоры, дела, обстоятельства. Что важнее внутренний мир мой или мое окружение, люди, с которыми я контактирую?
Да, тут надо как-то двигаться вперед. Жизнь достойна того, чтобы ее красиво описывать. Да и надо знать жизнь, знать то, что описываешь.
А я не знаю многого, но я стремлюсь познать, мир, его сущность, смысл всего сущего, смысл жизни, смысл бытия человеческого.
Провожу очередной психологический эксперимент. (Как я их люблю!). вот уже два месяца, как приехал из колхоза, не прочитал ни одного поэта, ни одного писателя. Не хочу загромождать свой ум готовыми формами мышления. Не хочу, что я каждый раз делаю, не хочу усложнять все на свете. Усложнять жизнь. Бывает так все на объясняешь, что сам запутаешься. И истина, она всегда проста, ясна, не скрыта.
Вчера начал читать Толстого. Вот это гений! Вот это феномен. Все у него к месту, стиль письма чистый, гладкий, философии отшлифована до мгновенного узнавания и принятия к себе в душу, в самое сердце слова западают. Вот как надо писать, а ты, Сашок, дневник да дневник. А какие мысли у Толстого? Какой дар, какой талант. Или трудолюбие? А как звучит: «Легко зачать мысль, а как ее выродить»? Гениально!
Специально взял его биографию, толстый такой там, чтобы специально проследить, как он развивался, как жил, о чем думал в юности.
Хоть и сказано, что гениями не рождаются, но мне, кажется, это так сказано, для успокоения всех остальных, не гениев, для красного словца сказано. Вполне возможно, что она несправедлива к некоторым великим личностям.
Сам не знаю, но почему –то тянет меня к ним, гениям. Хочу у них поучиться. Буду изучать их биографии.
Жаль, я не гений еще, жаль.
1968 год
***
Не получилось изменить что-то в моей жизни. Велика сила инерции. Так и живу.
***
Сложна внутренняя жизнь человека, сложна и многообразна. В каких только формах не проявляет себя человек. Иногда смотришь и удивляешься: «Странно, а я не замечал этого в нем. А может уже это было у него внутри, он психически такой, а внешне другой».
Так и я. Открою порой что-то новое в себе, в своем разговоре, поведении и удивляюсь, и удивляюсь, радуюсь, что изменился и что-то новое появилось во мне. И так легко становится. Чувствуешь: растешь, духовно растешь, Сашок!
А ведь я уже внутри себя, в мыслях своих не такой, что был вчера, как-то все шире и шире представляешь себе жизнь. Все проще делать некоторые поступки, легче, не напрягаясь, могу говорить, обсуждать разные темы, если собеседник, а если нет, просто сижу и думаю. Люблю поразмышлять, философствовать. И это вредит моей учебе. Не могу просто сидеть на уроке вот так три часа и не думать о чем- то своем. И это тоже мой недостаток. А может просто мне этот предмет не интересен? Но этого не может быть, ведь я сам выбрал и этот авиационный техникум, и эту специальность.
Почем так? Все-таки причина есть, и надо искать ее в себе. Я знаю себя, я уже познал часть себя, потому что я много размышлял о себе, своей жизни. И постепенно, может быть инстинктивно, я додумался наконец, в чем причина всех причин, всех моих недостатков в этом отношении. Это безволие. Бесхарактерность.
У меня нет такой силы воли, как у Павки Корчагина. Надо менять себя, свою психику. Вырабатывать силу воли. Надо сознательно менять и формировать свой характер.
***
Вот и доказательство твоей двойственности. Только что ты убеждал себя, что хорошо бы ко всем чертям бросить техникум и укатить на стройку, на море, как Колька, куда-нибудь, куда угодно, лишь бы не видеть своего отчима, не слышать его многочасовых ночных бормотаний и нравоучений, укатить, обретя свободу, и там познавать и изучать жизнь, бороться с нею один на один. Вот где необходима сила, вот где я стану человеком.
Но уже через несколько времени ты садишься за стол и начинаешь чертить чертеж. Предатель. Зачем же ты мечтал? Зачем? Получается мечта минутная слабость? Или это зарождающаяся сила? Почему для одних это слабость, а других сила, мощь, крылья? Почему недостаток одного является достоинством другого?
***
Изменю? А удастся ли мне изменить себя в таких жизненных условиях, а? Я только сейчас почувствовал в какой трагичной ситуации находится душа человека, вынужденного жить в противных его душе условиях. Она, душа, хочет жить не так, как сложились обстоятельства, она хочет по-другому делать все: дела, поступки. Все по-другому. Но человек раб тех социальных условий, в которых живет, характеров людей, окружающих его. Раб. Так и я.
Вообще, в последнее время я впал в меланхолию. А это такое состояние души, когда человек твердо знает и ожидает наступления одних только неблагоприятных для ожидания его души событий. Остро чувствует их неизбежность, и свое бессилие перед их фатальностью.