- -
- 100%
- +
Я тихонько хихикнул, а ведь говорил Ияне, что не хочу быть великим и привлекать к себе внимания. А тут вдруг такое желание. Я опустил взгляд ниже, рассматривая полукруглые двери. Кто знает, может, когда-нибудь я тоже буду так жить.
– Та красавица и есть Владычица? – поинтересовался Нозель, и я, повернув голову к зарослям кустарников, заметил сидящую на корточках ауроранку. На вид она казалась довольно молодой, едва ли старше моей мамы. Но я знаю, что аурораны, как и эфиры, могут выглядеть так молодо даже в преклонные вёсны.
– Я точно не знаю, но, наверное, да. – отвечаю, чувствуя, как начинаю нервничать. Озёрной Владычице ничто не стоит утопить нас в своём же озере.
Ждать нам приходится недолго, девушка довольно быстро замечает нас, хмурится, встаёт и складывает руки на груди. Теперь я могу разглядеть её получше. Белые прямые волосы едва касаются плеч, голубые глаза едва ли не ярче самого неба, довольно открытое и простое платье в сиреневых оттенках. На открытых плечах кое-где виднеется белая чешуя. Вот так посмотришь и не скажешь, что она владеет целым замком и землями вокруг него.
Краем глаза я замечаю, как Азар нервно сглатывает. Нозель же во все глаза рассматривает незнакомку, и я не вижу в его глазах ничего похожего на тревогу, только жгучий интерес. Вокруг этериана, как всегда, летают голубые бабочки, и я замечаю, что Владычица смотрит на них, явно гадая, почему эти создания не улетают.
– Что вас привело сюда, дети? – наконец спрашивает она.
Я замираю. Как же её голос похож на голос сестрицы, только более взрослый.
– Пришли лицезреть Ваше Прекраснейштво! – выдаёт Нозель самым серьёзным тоном. – Хотели увидеть, кому принадлежат сии расчудесные земли, особенно то чудесное озеро… Ай!
Я ощутимо толкаю друга в бок локтем, чтобы тот даже не думал упоминать своё пристрастие к воде. Владычица внимательно обвела нас взглядом, после чего направилась в нашу сторону степенным шагом, заложив руки за спину.
– Посмотрели? – спросила она, подойдя к нам почти вплотную.
– Да… – Азар слегка склоняет голову в знак уважения, я поспешно делаю то же самое. – А можно зайти внутрь замка?
Я едва сдерживаюсь, чтобы не отвесить другу подзатыльник. Нужно как можно скорее убираться отсюда, а не в замок напрашиваться! Ох и влетит же мне от маменьки с папенькой…
– Почему бы и нет, – легко соглашается Владычица, но заметив мой недоверчивый взгляд хмурится.
– Если вам не люб наш друг, мы можем оставить его здесь.
Предложение Нозеля почти выбивает землю из-под моих ног. Ах вот как, значит! Значит, он готов оставить меня одного в этом непонятном месте? Хорошо, что Азар не такой. Он-то точно не согласится бросить меня ради…
– Да, постоит, подождёт нас, – вдруг произносит Азар, даже не смотря в мою сторону.
Я сжимаю пальцы в кулаки, чувствуя, как внутри меня появляется сильное желание оттащить их к озеру и столкнуть в него, чтобы немного пришли в себя. Однако я тут же отбрасываю эту мысль. Если Азар взбодрится и, придя в себя, выплывет, то Нозель, наоборот, будет только рад такому повороту событий. Придётся потом нырять и вытаскивать его.
Кажется, все мои чувства в этот момент отразились на моём лице, потому что Владычица вдруг нагнулась ко мне и, потрепав по голове, произнесла:
– Ну-ну, мальчик мой, твои друзья наверняка просто пошутили. Не нужно продумывать план мести. Я впущу вас, всех троих.
– И не выпустите? – спрашиваю я, слегка отстраняясь.
– Не делай из меня злодейку, – на её лице вдруг расцветает улыбка. – Я вовсе не такая, как обо мне говорят.
– Очень надеюсь, – бурчу я больше для вида, чувствуя, как захлестнувший меня страх отступает. Всё-таки у неё чересчур добрые глаза.
– Понимаешь, мальчик мой, мне приходится для вида внушать страх, – в её голубых глазах мелькает грусть, и я окончательно расслабляюсь. Она не станет нас топить. – Это ради безопасности тех, кто обрёл дом под крышей моего замка. Я не считаю их своими слугами, хоть они таковыми и являются. Они моя семья.
– Назовите меня тоже своим мальчиком, – вдруг просящим голосом выдаёт Азар, и я, не удержавшись, начинаю смеяться.
Внутри замок оказался очень красивым. Массивные белые колонны устремлялись к потолку, пол был из неизвестного бледно-серого камня. Огромные окна занимали почти все стены, отделанные тем же материалом. Азар, как и я, с восхищением оглядывался вокруг. Нозель стоял у одной из колонн, рассматривая небольшие золотистые узоры.
– Почему всё снаружи такое тёмное, а тут светлое? – спустя некоторое время спрашиваю я.
– Чтобы никто из посторонних лишний раз не тревожил меня и мою семью, – отвечает Владычица, слегка склонив голову. – Здесь живут те, кто по какой-то причине был вынужден бежать из родных мест.
– Это так благородно, – Нозель отрывается от созерцания узоров и подходит к нам. – Могу я узнать ваше имя?
– Оно ничем не примечательно, – ауроранка пожала плечами и слегка закусила губу. – Можете называть меня как угодно: Владычица Озера, Озёрная Владычица, просто Владычица или, как ещё говорят, Живущая на суше. Мне всё равно.
– Но ведь когда обращаются по имени, всяко приятнее, – продолжает настаивать Нозель. – Моё мнение о вас не поменяется из-за имени.
– Ракушка, – поколебавшись отвечает Владычица. – Это и именем назвать можно с натяжкой…
– А мне нравится! – тут же говорю я. – Оригинальное.
– Совершенно не важно, почему вас так назвали, но, – Нозель выдерживает небольшую паузу, после чего продолжает. – Вам оно очень идёт, ведь вы так же прекрасны, как ракушки. Как-то в детстве мне выдалась возможность побыть продолжительное время возле большой воды, помню, я тогда собрал очень много чудесных ракушек…
– Мальчик мой, ты немного перебарщиваешь, – Владычица мягко перебивает его и благодарно улыбается. – Спасибо вам всем за вашу поддержку, но всё же называйте меня, используя мой титул. С моим именем связаны довольно плохие воспоминания…
– Тогда возьмите себе новое имя! – неожиданно предлагает Азар. – Например, Озёрница или Озёрушка.
– Последнее звучит слишком… мило, – Владычица наклоняется снова, но на этот раз её рука касается волос Азара. – Я возьму первое.
– Ура!
Я, улыбаясь, смотрю на Азара, который радуется, словно ребёнок. Хотя, по сути, мы и есть дети. Уголки губ Нозеля тоже приподнимаются, но, в отличие от меня и тем более Азара, он ведёт себя более сдержано.
Мы, сами того не подозревая, нашли в Озёрной Владычице приятную собеседницу и, можно сказать, даже друга. Свой возраст она, в отличие от имени, раскрывать отказалась, лишь сказав, что старше наших родителей, независимо от того, сколько им вёсен.
Мы провели в Обители много времени, но никто из жителей замка так и не вышел к нам. Ауроранка сказала, что попросила свою «семью» не показываться, когда видят чужаков, чтобы её не раскрыли. Я задумался: обычно Владыки берут себе сильных слуг, а у Владычицы таких, вероятно, нет. В этом замке всё не так: не они её защищают, а она их.
Уходя, мы пообещали скоро вернуться и навестить её, а ещё поклялись Древом Жизни, что никому не расскажем, какая она на самом деле добрая.
Если бы я тогда только знал, что первое обещание мы не сможем выполнить…
О том, что нас не было в поселении, казалось, прознали абсолютно все. Несмотря, на то, что праздник, устроенный Старостой, закончился сравнительно недавно, наше отсутствие быстро заметили, и уже успели сбегать в лес на поиски.
Я хмуро глянул на темное небо, на котором уже начали появляться первые звезды. Да, мы очень сильно задержались. Нозель, в отличие от меня и Азара, выглядел спокойным и даже весёлым. Ещё бы, ведь пока мы шли вдоль озера, этериан нам все уши прожужжал о том, что попросил Озёрницу устроить ему самое незабываемое погружение в воду.
Когда тебя в воду толкают руки красавицы и ты видишь её прекрасное лицо перед тем, как пойти на дно, это ли не наивысшее счастье? – говорил наш друг.
В пути мы несколько раз ссорились и мирились. Я всё ещё не понимаю Нозеля: почему его тянет к воде, к смерти? Даже если в прошлом было что-то ужасное, сейчас всё хорошо. Живи и наслаждайся жизнью. Его близкие наверняка хотели ему лучшего. Жизнь – самое ценное, что у нас есть. Мы все придём к праотцам, наши души встретятся в Древе Жизни, но в своё время. Не нужно торопить события.
Едва мы сделали несколько шагов по направлению к моему дому, как к нам подбежали несколько незнакомых мне этерианов, на вид немногим старше Аи.
– Немедленно иди к сестре и успокой её! – кричит один из них, хватая меня за одежду, и я не вовремя с раздражением вспоминаю, что одет во всё белое. Интересно, что подумала Владычица, когда увидела нас? Странная троица в белоснежных одеждах?
– Она из-за тебя слёзы льёт! – добавляет второй, и до меня наконец доходит смысл сказанных ими слов.
– Где она? – вскрикиваю я, вырываясь из хватки первого парня. – Что случилось? Мы просто гуляли.
– Просто гуляли?! – громко и нервно смеётся второй. – Где же? Мы весь лес облазили, твои родители даже на поле заглянули.
– А мои? – внезапно спрашивает Азар.
– Наверное, тоже, – задумчиво отвечает третий этериан, стоящий дальше. – Больше всех беспокоятся из-за исчезновения внука Страросты.
– А мою пропажу никто бы и спустя пять дней не заметил, – Нозель подошел ближе ко мне и положил руку на моё плечо. – Успокойся Акура, тебя трясёт.
– Я… Где моя сестра?! – запинаюсь.
– На крыльце вашего дома.
Едва услышав это, срываюсь с места. Я так и не понял, кто мне ответил, но сейчас это и не важно. Я стал причиной слёз сестрицы, никогда себя за такое не прощу… Она всегда так заботится обо мне, переживает, а я повёл себя эгоистично, совершенно не заботясь о её чувствах. Нужно было тогда, на празднике, подойти к сестрице и предупредить. Кажется, Азар что-то крикнул мне, а Нозель побежал следом, но я не оборачиваюсь. Едва заметив свой дом, кричу изо всех сил:
– АЯ, ПРОСТИ!
Сестрица вздрагивает, подымает заплаканные глаза, поднимается и бежит ко мне навстречу.
– Братишка, родненький, я так боялась, что ты в болоте утонул или заблудился в лесу, как тогда, – на одном дыхании говорит сестрица, подбегая ко мне и обнимая. – Как хорошо, что ты в порядке… Ты же в порядке? – она отстраняется от меня и оглядывает со всех сторон.
– Да, всё хорошо, – киваю. – Со мной были Азар и Нозель. Мы ходили к озеру и встретили Озёрную Владычицу…
– Кого? – в глазах сестры мелькает страх. – Что она вам сделала?
– Ничего, она… – я резко замолкаю, понимая, что не могу рассказать сестрице всей правды. Владычица просила никому не говорить о том какая она на самом деле. – В общем, она просто посмотрела на нас, сказала, чтобы мы не подходили к её замку, и ушла.
– Точно? – Ая слегка хмурится.
– Почему не веришь брату, леди? – я с облегчением выдыхаю, услышав голос Нозеля. – Сама же видишь, он цел и невредим.
– Больше не ходи туда! – Ая строго смотрит на меня, но в её голосе явно звучит мольба.
– Хорошо, сестрица… – я порывисто обнимаю её, утыкаясь лицом в одежду.
Глава 7: Помощь от дяди
Прошло несколько дней. Я по-прежнему не могу выходить на улицу. Азар тоже, но точно я не знаю. Возможно, его уже выпустили, но запретили приходить ко мне.
Когда мы вернулись из Озёрной Обители, родители долго разговаривали со мной. Сначала повышали голос, потом возмущались, а затем устало объясняли, почему я не могу уходить далеко от поселения, даже если со мной друзья.
На мои вопросы, когда кончится моё наказание и я смогу покинуть эти стены, родители отвечают неоднозначно, а сестрица вовсе прячет взгляд, грустно вздыхая. Я начинаю думать о том, что в выборе наказания для меня поучаствовал дедушка. Мама быстро отходчивая. Она не умеет долго злиться, а скорее испытывает лёгкое негодование. Отец, конечно, рассердился, но на следующий день, вероятно, разрешил бы мне выйти. Но раз я всё ещё в комнате, значит, дело в Старосте. Хорошо, если только он вмешался, а не бабушка, которая ещё строже.
Я вздохнул и собирался отойти от окна, как вдруг услышал стук камешка о стекло. Я подошёл, встал на цыпочки и увидел дядю, брата мамы. Он весело помахал мне, а его губы изогнулись в предвкушающей улыбке. От дяди ничего хорошего не ждёшь. Он, как ребёнок, постоянно попадал в непонятные и опасные ситуации. Лез туда, где не следовало, не обращал внимания на правила.
Дядя – пример того, каким быть не нужно. Но я, хотя и не одобрял его поведение, не испытывал неприязни, как мой отец. Мне интересно за ним наблюдать, да и мы родственники, это главное. Какая разница, какие у кого особенности или недостатки.
– Племянничек! – тихонько зовёт дядя. – Открой окно.
Я слушаюсь его, открываю и с любопытством смотрю в его красные глаза. Мой взгляд невольно скользит к его лбу, где виден ромбовидный шрам, полученный ещё в детстве.
– Сможешь вылезти и спрыгнуть? – настойчиво спрашивает дядя.
– Похититель просит жертву прыгнуть ему в руки? – я приподнимаю бровь, сохраняя серьёзное выражение лица. – Ты ведь можешь перемещаться в пространстве. Просто переместись в мою комнату.
– Э, нет, так не интересно, – усмехается он. – Да и не всё же мне делать. Давай прыгай, не боись, поймаю.
Я оценивающе оглядел его. Дядя, как всегда, был одет в оранжевую рофту2 и коричневую накидку, длинной почти до щиколоток. Волнистые волосы едва касаются плеч, правая сторона рыжая, а левая имеет соломенный оттенок. Телосложение у него очень стройное, можно даже сказать худощавое, что очень хорошо ему идёт.
– Ты чего присматриваешься? – обиженно спрашивает дядя. – Думаешь, я тебя не поймаю?
– Именно, – улыбаюсь я и слегка отклоняюсь назад в комнату. – Знаешь, мне ведь влетит, когда родители узнают…
– Разве тебе не надоело сидеть взаперти? – резонно спрашивает дядя. – Не хочешь встретиться с друзьями?
– Ты уже знаешь про Нозеля?
– Да, славный малый.
– Что он тебе сказал? – с интересом спрашиваю я, вновь высовываясь из окна.
– Вы месье довольно интересный, честь имею с вами говорить, – процитировал дядя и смешно закатил глаза. – Твой друг выражается весьма необычно. Похоже, он превзойдет меня в странности для этого поселения.
– Тебя, дядь, никто не превзойдёт, не беспокойся, – смеюсь я, и, не давая себе времени на размышления, забираюсь на подоконник. – Смотри, если я упаду…
– Твой отец превратит меня в пепел, а матери запретит меня даже оплакать, знаю-знаю, – серьёзно произносит дядя. – К слову, почему всё дядя да дядя? Я ведь просил называть меня по имени, Акура!
– Ладно, – я встаю на самый край подоконника. – Лови меня, Хельмут!
Дядя широко улыбнулся и расправил руки. Я оглядываюсь на дверь в свою комнату, надеюсь родители не сильно разозлятся. Прыжок, и вот я уже в его объятиях. Тот сразу же ставит меня на землю.
– Идём, племянничек, нас ждут великие свершения!
– Звучит немного пугающе, – я подымаю голову, чтобы посмотреть на своё окно. – Давай договоримся, что объяснять всё родителям будешь ты.
– Ну ты же добровольно пошёл со мной, – заявляет Хельмут, хитро подмигивая. – Я просто предложил… Э, Акура, не смотри так на меня! Мурашки по телу. Понимаешь, твой отец меня очень сильно недолюбливает, и если я начну что-то объяснять, то меня просто не будут слушать. А ты, – он тыкает в меня указательным пальцем. – Его сын. Он не только выслушает тебя, но и оставит в живых!
Я ничего не ответил, только пожал плечами. Дядя был прав: отец, вероятно, сразу воспользуется своей способностью, посчитав родственника виновным во всем. Следуя за Хельмутом, я немного расслабился. Дядя сказал, что друзья соскучились и ждут встречи. Не стоит приходить к ним с кислым лицом. Я старался не думать о наказании за побег…
Мы быстро добрались до дома Азара, который был ближе, чем жилище Нозеля. Я уже собирался постучать, когда услышал женский голос позади. Обернувшись, я увидел маму своего друга, Эленвир. Она поправила выбившиеся пряди волос и направилась к нам.
– Мне так нравятся её волосы, – доверительно шепнул мне дядя. – Насыщенные чёрные, а к низу переходят в такой красивый зелёный оттенок…
– Тебя послушать, так ты завидуешь, – я указал Хельмоту на его волосы. – Твои тоже волнистые и цвет необычный!
– Но не зелёные, – притворно вздохнул дядя.
Он резко замолчал едва Элленвир подошла к нам.
– Давно не виделись Акура, как твоё самочувствие?
– Ни на что не жалуюсь, – я с удивлением посмотрел в её карие глаза. – А что вам говорил Азар?
– Что ты неважно себя чувствуешь, родители не разрешают выходить из дома надолго, и мой сын пригласил тебя к нам в гости, – Элленвир с интересом посмотрела на Хельмута. – Похоже, твоего дядю тоже.
– Я присматриваю за племянничком, – Хельмут широко улыбнулся. – Если вдруг поплохеет, отведу домой.
– Хорошо, – Элленвир открыла дверь. – Проходите.
Как только мы переступили порог, меня окутал насыщенный цветочный аромат. Цветы были везде: на подоконниках, в горшках на полу, на мебели. Я замер, любуясь этой красотой, но дядя, схватив меня за руку, потянул вглубь дома. Элленвир осталась позади, пробормотав, что ей нужно сменить воду в одном из горшков.
– Не совершай мою ошибку, племянничек, – сказал Хельмут, едва мы зашли в другую комнату. – Я тоже долго не мог насмотреться, в итоге надышался и всю дорогу до твоего дома чихал.
– Почему Азар так сказал? – недоумевающе спросил я. – Его мама уверенна, что я…
– А ты как хотел? – перебил меня Хельмут, приподняв бровь. – Мы должны были сказать, что ты наказан и я помог тебе сбежать? Аха-ха-ха. Да Элленвир, услышав это, сразу бы побежала к моей сестре, а та, естественно, рассказала бы Вальдриму… Ну, а дальше, думаю, ты понимаешь, что было бы.
Я кивнул. Сказать, что мне нездоровится, было проще всего. Мы не могли остаться снаружи… Лучше, чтобы меня никто не видел. Поэтому Азар предложил привести меня к себе домой.
– И где же Азар? – спросил я, заметив, как дядя скучающе зевает.
– За Нозелем пошёл, – ответил Хельмут. – Ты же с ним тоже встретиться хочешь?
– Конечно! – Я немного помялся после чего сказал: – Спасибо, что устраиваешь всё это.
– Люблю быть в центре событий, – пожал он плечами. – Да и ты же мой племянник, как я могу оставаться в стороне?
Когда Азар и Нозель вошли в комнату, я бросился к ним со слезами на глазах. Казалось, мы не виделись вечность. За время, проведенное дома, я осознал, как сильно дорожу ими, как скучаю и не представляю свою жизнь без Азара с его заразительным смехом, жаждой приключений и нежеланием меня с кем-то делить… Без Нозеля с его загадочной речью, восхищением женщинами и постоянным стремлением кануть в воду, от куда я буду вытаскивать его, сколько хватит сил.
– Исхудал, совсем бледный стал, – притворно начал вздыхать Азар, когда мы закончили обниматься. – Что с тобой родные делают… Мои даже не заметили, что меня долго не было, они, понимаешь ли, привыкли. Так, ради приличия, запретили денёк из дома выходить.
– Да, ты редкий гость в собственном доме, – рассмеялся я. – Нозель, а тебе говорил, что-нибудь Староста или нет?
– Ну-у, – этериан слегка поморщился. – Сказал он мне, чтоб не смел тебя я уводить и всякому плохому там учить.
– В смысле, мы все в этом виноваты! – возмущённо воскликнул я. – Это было нашим общим решением… – Я немного запнулся, вспомнив, что не хотел идти, но друзья уговорили. По сути выходит, что я и впрямь жертва, а они виновники.
Я мотнул головой, отгоняя эти мысли. Мы друзья, и в нашей дружбе не должно быть ни правых, ни виноватых.
– Да, вот только старик так не считает.
Я с недоумением уставился на Нозеля, впервые он заговорил так… по-обычному.
– Я даже позабыл о том, что хочу попросить прекрасную Владычицу толкнуть меня в воду! – тем временем продолжал мой друг. – Мне захотелось походить по этой земле подольше, дабы убедить Старосту, что вина не только на мне и, что я вовсе не опасен для его величественного внука.
Я не выдержал и рассмеялся. Видеть Нозеля настолько раздражённым – это, конечно, просто невероятно. Выходит, его задели слова дедушки, надо исправлять.
– Он вовсе не считает тебя виновным, – сказал я, как только просмеялся, а Нозель удостоил меня недовольным взглядом. – Если бы считал, то меня бы не наказали, понимаешь? Мои родители не стали бы держать меня так долго дома, если бы не влияние дедушки. Поэтому в его глазах мы все виновны. Он сказал тебе это, скорее всего, от безысходности, ты ведь не из нашей деревни, он не может тебя наказать. У тебя нет родителей или каких-то родственников, которые… – я осёкся, поняв, что только что сказал. Это насколько нужно быть дураком, чтобы напомнить другу о том, что он совершенно один. – Нозель, прости. – поспешно сказал я.
Тот лишь пожал плечами, но я явно увидел в его глазах появившуюся горечь.
– Так, не будем о грустном! – дядя похлопал Нозеля по спине, после чего доверительно прошептал: – Давайте я вам лучше тайну раскрою? Только чур, никому, ни слова!
– Что за тайна? – мгновенно оживился Азар.
– Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать…
Мы дружно шли вслед за Хельмутом уже порядочно долгое время. Шли в полной тишине, не зная, о чем говорить. После того, как дядя предложил поделиться своей тайной, я не думал, что она окажется такой серьёзной… Он сказал, что нам нужно пойти в лес, и там он всё расскажет, что, собственно, и сделал. Хельмут вот уже несколько дней встречается с человеческой девушкой. Нет, конечно, наше поселение дружит с людьми, иногда мы делимся знаниями, изредка встречаемся, но… никогда, и никто не думал заводить отношения между расами. Это звучало абсурдно, но видеть и знать, что вот твой собственный дядя влюбился в человека – ещё абсурднее.
И дело вовсе не в том, что кто-то был категорически против. Такие отношения просто не могут быть счастливыми. Начнём с того, что люди живут значительно меньше нас. Возлюбленная Хельмута успеет состариться и умереть, в то время как дядя останется таким же молодым и полным сил.
Закончим тем, что у нас с людьми разные взгляды на жизнь, разная вера и в принципе очень много отличий. Невозможно полностью принять то, что в корни отличается от того, к чему привык. По крайней мере я так считаю. Возможно, конечно, я и мал для этого, но… Я уж поумнее человеческих детей. Могу понять, что лучше каждому из нас жить на своей территории и не смешивать кровь. Например, если они надумают соединить свои жизни вовек, то, где будет жить дядя? В людском поселении? Он там быстро станет изгоем, а если наоборот, то его эсе будет чувствовать себя чужой у нас.
Я хотел было сказать об этом дяде, как Хельмут резко остановился и обернулся к нам с широкой улыбкой.
– А вот и она, моя Варенька.
– Сомневаюсь, что детям уместно меня так называть, – звонко засмеялась темноволосая девушка, выходя из-за дерева. – Можете обращаться ко мне Варвара или просто Варя.
Я посмотрел на Нозеля, ожидая, что тот сейчас выдаст кучу комплиментов, но в глазах друга была настолько жгучая ненависть, что я невольно сделал шаг назад. Почему он так смотрит на неё? Они же явно не знакомы, а даже если бы и были, то что должна была сделать хрупкая девушка, чтобы заслужить такой взгляд?
Азар, тоже заметивший настроение Нозеля, легонько толкнул его в бок локтем. Тот медленно повернул голову, что-то сказал Азару, после чего отошёл к ближайшему дереву и, прислонившись к нему спиной, отвернулся.
– Вижу, малышня мне не рада, – грустно вздохнула девушка.
– Я рад с вами познакомиться! – воскликнул я и уже спокойнее добавил: – Только я не малыш, никто из нас… Хельмут, ты что наговорил ей?
Дядя развёл руками, мол, я не причём, Варенька сама так решила. Девушка тем временем мило улыбнулась и подошла к нам ближе.
– Извини, – в её зелёных глазах появилось раскаяние. – Просто Хельмут сказал, что тебе примерно тринадцать вёсен по-нашему.
– Возможно, но я лучше развит, чем человеческие дети, – буркнул я.
– Да-а, – протянула Варвара. – И выглядишь старше, я бы тебе вёсен пятнадцать дала. Так значит, ты внук вашего Старосты? А они?.. – она вопросительно посмотрела на Азара и Нозеля.
– Мои друзья, – уклончиво ответил я. – Остальное вам ни к чему знать.
Увидев, как погрустнела Варвара, я внутренне упрекнул себя. Зачем было отвечать так резко? Кто меня за язык тянул? Дядя познакомил нас с ней, а у неё теперь останется только горький осадок. Я понимал это и злился не только на себя, но и на Нозеля, который первым проявил враждебность. Но я ничего не мог с собой поделать. Не хотел отвечать на её вопросы. Она милая, красивая, хрупкая, но внутри меня росло плохое предчувствие. Каждая клетка моего тела кричала, что ей нельзя доверять.
– Спасибо, что исполнил мою просьбу, – Варвара повернулась к Хельмуту. – Я так хотела увидеть твоего племянника, а ты ещё и его друзей привёл.