Сказки Вильгельма Гауфа и Оскара Уайльда
- -
- 100%
- +
Тем временем обед в доме градоправителя подходил к концу, и повар намекнул, что впереди его светлость ещё ждёт нечто невероятное.
И вот наконец внесли спелые, красивые диковинные фрукты. Все присутствующие не смогли сдержать восхищения.
– На вид они просто чудесные! – сказал градоправитель повару. – Если они такие же и на вкус, тебя ждёт награда!
После этих слов градоправитель раздал всем детям фрукты, следя, чтобы всем досталось поровну, и все приступили к еде.
Тут все присутствующие взглянули на градоправителя и охнули: его голову украшали огромные ослиные уши, а длинный толстый нос едва не утыкался в стол. Но так изменился не только правитель: и дети, и приближённые были украшены огромными носами и ослиными ушами, различавшимися только длиной – в зависимости от того, кто сколько фруктов успел съесть.
Мук купил одежду, в которой обычно ходят лекари, сделал себе длинную бороду, взял корзину с исцеляющими плодами и отправился к градоправителю, сказав, что он прибыл из далёкой страны и хочет попробовать вылечить эту странную болезнь.
Мальчик дал младшей дочери градоправителя съесть целебный фрукт, и к ней тут же вернулся нормальный облик. К новому целителю тут же выстроилась очередь.
Тут к нему подошёл градоправитель и увёл в свою комнату.
– Проси всё что хочешь, лекарь, – сказал он. – Всё, на что ты укажешь в этом городе, станет твоим. Только вылечи меня от этой позорной болезни.
Мук внутренне обрадовался: он уже увидел, что его башмаки стоят в углу, а рядом с ними и волшебный посох. Он сделал вид, будто размышляет над предложением градоправителя, прохаживаясь по комнате. Как только он приблизился к своим башмакам, он тут же надел их и схватил волшебный посох. После этого он стряхнул накладную бороду, снял с головы остроконечный колпак – и удивлённый градоправитель узнал своего бывшего скорохода.
– Что ж, бесчестный правитель! – крикнул Маленький Мук. – Пришло время тебе и твоим слугам заплатить за всё. Пусть твой недуг служит тебе и твоим приближённым карой за твою злобу, зависть и ложь!
И тут Мук дважды подпрыгнул и исчез, пока градоправитель не опомнился и не приказал схватить его.
Вот так и получилось, что Маленький Мук живёт здесь в уединении, поскольку жизненный опыт сделал его более осторожным в новых знакомствах и вере к людям.
Этими словами отец закончил рассказ Маленького Мука. Услышанное произвело на меня огромное впечатление, и я искренне попросил прощения за то, что недостойно вёл себя по отношению к этому удивительному человеку с такой непростой судьбой.
Карлик Нос
Давным-давно в славной Германии, в одном из больших городов жил бедный сапожник. Он и его жена были людьми небогатыми, но честными и справедливыми. С утра до вечера он проводил время на улице, латая прохудившуюся обувку горожан. Закажи кто-нибудь ему новые башмаки, он мог бы их сделать, правда, ему было бы не на что купить материалы, поскольку всё, что он зарабатывал, уходило на пропитание. Жена же его зарабатывала тем, что продавала фрукты и ягоды, собранные в небольшом саду, за которым она тщательно ухаживала.
Горожане всегда с удовольствием покупали у неё спелые фрукты, так как она всегда прекрасно выглядела и к тому же была очень вежливой и обходительной с покупателями.
У этой дружной пары был сын, мальчик двенадцати лет, красивый, статный и высокий. Звали его Якоб. Обычно он целыми днями находился при матери на городском рынке, помогая покупателям донести товары до дома, за что и получал то немного денег, то что-нибудь съестное, ведь горожанам нравилось, что такой красивый, статный юноша им помогает, и потому они не скупились.
Как-то раз сидел он как всегда с матерью на городском рынке. На прилавке у них стояло несколько корзинок со спелыми фруктами и ягодами. Как обычно, около них толпился народ, выбирая фрукты, чему немало способствовал Якоб, умело зазывавший покупателей. Да и люди знали, что здесь они смогут купить отборный товар, причём не очень дорого, так что недостатка в покупателях у Ханны – так звали мать мальчика – не было.
Но вот на рынке появилась какая-то неприятная на вид старуха, одетая в лохмотья. У неё было противное, злое лицо, острый крючковатый нос и маленькие красные глазки. В руках у старухи была суковатая палка, но она, видно, не сильно помогала ей при ходьбе, потому что старуху шатало из стороны в сторону, она прихрамывала и спотыкалась на каждом шагу. Со стороны выглядело так, будто она вот-вот свалится.
Ханна во все глаза смотрела на старуху: за всё время, что она торговала на рынке, ей не доводилось видеть такого зрелища.
А старуха тем временем дошаркала до её прилавка и остановилась перед ним.
– Не ты ли будешь Ханна, торговка фруктами? – визгливо осведомилась старуха.
– Вы угадали, сударыня, это я. Желаете купить что-нибудь? – учтиво ответила жена сапожника.
– Посмотрим, посмотрим, а вдруг я найду у тебя то, что мне нужно! – ответила странная покупательница, наклонившись к корзинам и начиная в них рыться, выкидывая прекрасные спелые фрукты на землю.
Жена сапожника с ужасом смотрела на то, как старуха портит её фрукты, но тем не менее сказать ничего не решилась – ведь покупатель должен знать, хороший ли товар он приобретает.
Помимо того, она почему-то ужасно боялась эту старуху, роющуюся в корзинах и приговаривающую: «Никуда не годится, дрянь, а не фрукты, не сравнить с тем, что было полвека назад».
Услышав это, Якоб разозлился.
– Эй, бабка! – с раздражением воскликнул он. – Ты залезла в корзину с отборными яблоками своими грязными кривыми пальцами, обнюхала всё своим гадким длинным носом, так что теперь вряд ли кто их у нас купит, да напоследок ещё и говоришь, что наш товар никуда не годится! Да знаешь ли ты, что слуги самого градоправителя покупают у нас фрукты и только нахваливают их!
Старуха обернулась на эти дерзкие слова, ухмыльнулась и проскрипела:
– Малыш, так тебе понравился мой прекрасный длинный нос? Так я тебя уважу – будет и у тебя такой, даже длиннее, всем на зависть.
Сказав эти слова, старуха наклонилась к следующей корзине и стала в ней рыться, тряся головой. Вывалив ещё с полкорзины фруктов на землю, она опять пробормотала себе под нос: «Нет, никуда не годится, не фрукты, а недоразумение».
– Что ты трясёшь своей противной головой? – опять крикнул Якоб. – Смотри, как бы она не отвалилась, ведь шея у тебя тоньше гусиной! Что ты потом будешь делать без головы?
– Ах, так ты не любишь слишком тонкие шеи? – опять усмехнулась старуха. – Что ж, пусть у тебя не будет шеи вообще, голова твоя будет расти прямо из плеч, чтоб ненароком ей не отвалиться!
– Ну, довольно говорить гадости моему сыну! – сказала, придя в себя, Ханна. – Если вы ничего покупать не будете, так отойдите в сторонку, а то из-за вас у меня никто ничего не купит!
– Что ж, будь по-твоему, – проговорила старуха, искоса взглянув на жену сапожника. – Я куплю у тебя эту корзину с фруктами. Но я стара и немощна, кроме того, ноги плохо слушаются меня, так что я не в силах донести до своего дома целую корзину фруктов. Пусть этот острый на язык мальчик поможет мне донести корзину до самого моего дома. А я уж его отблагодарю, можешь мне поверить!
Якоб чуть не заплакал от страха – ему совсем не хотелось нести к старухе домой корзину, тем более после всего, что он ей наговорил, но делать было нечего: Ханна сказала ему сходить, так как считала недопустимым, что старая больная женщина сама потащит целую корзину фруктов до дома. Поэтому Якобу пришлось взвалить корзину себе на плечи и отправиться вслед за старухой.
Так как шла старуха медленно, то и дело спотыкаясь и останавливаясь передохнуть, им потребовался добрый час времени, чтобы пройти почти через весь город и оказаться в каких-то трущобах.
Перед дверью ветхой хибары старуха остановилась, достала из кармана какую-то загнутую железную палочку, провернула её в двери, и та неожиданно распахнулась. Якоб со старухой вошли внутрь, и тут мальчик чуть не упал от удивления. Внутреннее убранство дома поражало роскошью, повсюду были мрамор, золото и драгоценные камни, вся мебель была изготовлена из красного дерева, и даже пол был зеркальным и так начищен, что Якоб даже поскользнулся на нём и едва не упал.
Через несколько минут они оказались в большой комнате, которая походила на кухню, поскольку повсюду были расставлены приборы и кухонная утварь. Но на этом сходство с кухней заканчивалось: в комнате стояла мебель из драгоценных пород дерева, мягкие диваны, покрытые роскошными коврами – всё это больше напоминало парадный зал дворца, нежели кухню.
– Присядь, малыш, отдохни, – добрым голосом сказала старуха, так что Якоб даже удивился такой перемене её настроения. – Ты, наверное, устал, ведь пришлось тащить тяжёлую корзину от самого рынка.
– Да что вы, тётушка, я вовсе не устал, – сказал Якоб. – Корзина была не такой уж и тяжёлой, а идти нам пришлось не так далеко.
– Какой скромный малыш! – умилилась старуха, искоса поглядывая на Якоба. – Я обещала твоей матери отблагодарить тебя, только вот чем? Пожалуй, приготовлю-ка я одно блюдо, которое ты уж точно запомнишь навсегда!
С этими словами старуха дунула в свой золотой свисток, и на его пронзительный звук снова появились морские свинки, одетые как люди, только теперь у них были ещё повязаны фартуки, как у настоящих поваров, а за пояс были заткнуты кухонные ножи.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.