Его вторая семья
- -
- 100%
- +
Прошла к мастеру, который уже взял деньги у моего мужа. Выхватила связку новых ключей у Дениса из-под носа.
– Пойдемте, рассчитаемся.
– Соня, ты что такое говоришь, – вслед мне ахнула Наталья Сергеевна. – Денис, всё же было хорошо? Мы сейчас у дома Полю встретили.
Полю.
С ума они все посходили.
Вместе с мастером вышли в холл. Отдала деньги и следом за ним шагнула на крыльцо.
Полина торчит за воротами.
Кружит черным вороном, готовая когти выпустить, как в песне, ждет, что я сдамся.
Успела и с родителями мужа пошептаться, гадина.
Не выдержала и показала ей неприличный жест.
Пусть проваливает.
– Сонь, – за спиной позвала свекровь. – Заходи сюда. Мы с папой в шоке.
– А у нас в семье все то в шоке, то рыдают, – вернулась в холл и повесила на плечо сумочку. – А потом выясняется, что у моего ребенка есть брат, которого я не рожала. Вот я и думаю. Порыдать мне или в шок впасть? Ладно, мне пора. Завтрак отменяется.
– Соня, ты как со мной разговариваешь? – поразилась Наталья Сергеевна. – Лично я тебе что плохого сделала?
– Например, про вторую семью вашего сына молчали, – наклонилась, чтобы обуться.
– Ты сама не понимаешь, что несешь, – процедила она.
Она стоит надо мной. Затылком чувствую ее взгляд.
Но ее винить не могу, между мной и сыном – они Дениса выбрали, и это их право.
Только и у меня теперь есть право – не общаться с ними.
Меня очень обидели.
– Ты зря так категорично настроена, Соня, – высказала мне свекровь. – Семья – это компромиссы. Всё ведь можно решить. Давай, деточка. Расскажи мне, как ты узнала? Ну? Про Полю, – понизила она голос до интимного шепота. – Скандал был? Бедная ты моя. Мы с тобой сейчас чаю нальем. И тихонечко посидим. Посплетничаем.
– Мне пора.
– Отложи дела, будь любезна, – ледяным тоном потребовала Наталья Сергеевна.
– Соня, – грохнул голос свекра. Андрей Валерьевич тяжелым шагом появился из гостиной. – Так дело не пойдет. Я к внуку приехал. Ты знаешь, что у нас занятия и пропускать нельзя. Куда Макара спрятала?
– Я его не прятала.
– Будем к словам придираться? Внук мой, спрашиваю, где? Устроили тут черт знает что. А Денис, как всегда, тебе потакает. Про ребенка совсем не думают, эгоисты оба.
Беспомощно покачала головой.
Вдвоем на меня набросились, будто это я семью рушу.
– Денис, – от отчаяния обратилась к мужу, который с телефоном, прижатым к уху, показался в проходе. – Денис, мне ехать надо. Скажи им.
– Вот это неуважение…– пробормотала свекровь.
Дэн за руку вытянул меня на крыльцо, сунул ключи от машины.
– Иди, я сейчас.
Дверь за ними закрылись, я сбежала вниз по ступенькам.
Коршуны.
Чего они от меня хотят, что я улыбаться им в глаза буду? Ради чего, чтобы картинка «счастливой семьи» не потускнела?
Покосилась за ворота – Полина убралась.
Потопталась у машины, дожидаясь Дэна. И, когда муж вышел ко мне на улицу – шагнула навстречу.
– Мне надо дом закрыть. Твои родители собираются выходить?
– Сонь, оставь их, – выдохнул Денис. – Дай им переварить.
– Пусть переваривают в другом месте, – уперлась. Поймала напряженный взгляд мужа. – Что? Ты ведь сказал, что все нам с Макаром оставляешь. Могу я сама решать, кого приглашать домой?
– Давай, вешай на моих родителей всех собак, – Денис распахнул дверь авто. – Макар в садике? Садись, сгоняем за ним и вернемся. Или ты и моих родителей общения с внуком хочешь лишить?
– А ты слышал, как они на меня накинулись?
– Слышал, – заверил Денис. – Они извинятся, если хочешь. Соня, все не в себе. Не ты одна. Прости их.
Отвернулась и закусила губу.
Чтоб тебя, Денис.
Ни одной нашей встречи теперь не проходит, чтобы без нервов.
А с его отцом у нас всегда были напряженные отношения, он нашей свадьбы не хотел, боялся, что Дэн загубит себе карьеру.
И даже условие поставил тогда, что если Денис женится – он ему больше не сын.
Я об этом потом узнала, Денис не рассказывал, но свекр гнев на милость сменил, когда родился Макар.
– Ладно, – помедлила. Протянула ему ключи от дома. – Закроешь потом сам. И вещи свои забери, не забудь. А Макар только после больницы. Не надо ему тренироваться. Я его не привезу.
Денис стоит напротив, ключи не берет. Смотрим друг на друга, и теплый весенний ветер ласкает лицо.
Хочется глаза закрыть, а потом – раз, и мне все это просто приснилось.
Вздохнула.
И вздрогнула, когда Денис за пальто притянул меня к себе, к моим губам наклонился.
– Что ты делаешь, – дернулась. – Отпусти. Денис, выпусти!
От моего крика муж чертыхнулся и разжал руки.
Ладошкой вытерла губы, которых он успел коснуться. Молча развернулась и двинулась к воротам.
– Я теперь прокаженный для тебя, да? – крикнул Дэн мне в спину.
– С Полиной целуйся! – не вытерпела.
Шандарахнула дверью ворот.
Ускорила шаг.
На ходу вызвала такси.
И перечитала сообщение от Родиона.
В полицию вызывают с адвокатом…
Набрала его номер.
– Это Софья Соколова, – представилась. – Машину мою нашли? Не поняла, там, правда, кого-то сбили?
– Увы.
– А что с тем человеком? Он в больнице? Вы же не думаете, что это я наехала?
– Сейчас сможешь подъехать? – не ответил на поток моих вопросов Родион.
– Да…
Сбросила вызов и остановилась. Пока ждала такси, заглянула в поворот, что ведет к дому Полины.
Как же все-таки дико.
Соседняя улица.
И ведь Денису это не кажется странным.
Почти до выезда добрела, когда навстречу вырулило такси. В салоне посмотрела на часы и прикрыла глаза.
Утро только началось, а чувство будто вагоны разгружала.
И впереди еще столько дел.
Нужно всё успеть, пока Макар в саду.
Посмотрела в окно, на дорогу. И нахмурилась, когда в хвосту заметила машину Дэна.
Едет следом, и даже не скрывается.
Водитель подъехал к отделению, остановился. Дэн припарковался за нами.
Вышла из машины и сощурилась на солнце.
– Следишь за мной? – бросила.
– Подумал, что мы не все выяснили, – муж запер машину и приблизился. – Хотел тебя догнать. Почему на такси и почему в полицию?
– Надо.
Денис мрачно усмехнулся. И с удивлением посмотрел поверх моей головы.
Повернулась на вход, где как раз хлопнула дверь. На крылечке показался Родион.
– Привет, – махнул он мне рукой, будто приятельнице. И добавил, не обращая внимания на Дениса. – Заходи, Сонь, я жду тебя.
Глава 19
ПОЛИНА
Соня уехала расстроенная. По ней видно что не в себе. Такой подруга даже перед экзаменами не была – во время учебы один из преподавателей приставал к ней, а получив отказ намекнул что завалит, и диплома ей не видать. Сонька тогда не спала практически, энергетики пила и зубрила билеты. Плакалась мне, как же всё это несправедливо, и я жалела её.
И сейчас жалость тоже пронзила. Но лишь на миг. Вот разведутся Соня с Денисом, переедет она куда-нибудь в пригород или в другой город – и я оставлю её в покое. Когда дело в любви – жалости места нет.
Денис рванул за Соней, и я окончательно освободилась от пут сентиментальной глупости. Как же всё это бесит! Снова он за ней мчится, за эгоисткой чертовой. Соньку только Макар интересует, а каково моему Матвею?
А плевать ей.
И на Дениса тоже плевать. Иначе бы боролась за него. Я бы ни за что мужа другой не отдала, даже если бы поймала его в процессе измены. Зубами бы вырвала своё у соперницы, уничтожила бы! А Соня… да дура она, дурой была и дурой останется.
– Поля? – открыла мне моя будущая свекровь. – Привет, милая. Что-то случилось?
– Здравствуйте, – расцеловалась я с Натальей Сергеевной. – Я с Соней разговаривала, хотела всё ей объяснить, но не вышло. Увидела что они с Денисом уехали, а вы остались, и решила зайти.
Посмотрела на женщину с улыбкой, а она продолжила меня на крыльце держать. Будто я продавец пылесосов.
– Наверное, это не очень хорошая идея. Соня вернется, и если увидит тебя здесь – не обрадуется, – Наталья Сергеевна стерла подушечками пальцев слезы. – Нам с ней ссориться никак нельзя, прости, милая.
– Здравствуй, Полина. Проходи, – Андрей Валерьевич хлопнул жену по плечу, она посторонилась и я прошла в Сонькин дом. – Нечего этой истеричке потакать. Денис скакал перед ней как дрессированный пёс, и вот что вышло, – донеслось до меня его шипение.
А я прошла на кухню и села за стол, краем уха слушая как Андрей Валерьевич поучает Наталью Сергеевну. И правильно, клуша она. И нашим и вашим хочет угодить, а в итоге недовольны остаются все. Нужно уметь делать выбор, дорогая будущая свекровь!
– Соня сильно злилась? – тихо спросила, когда родители Дениса вернулись в комнату. – Ох, я так надеялась что она поймёт. Мы с Денисом планировали подготовить её к новости. Я знала, конечно, что подругами мы не останемся, Соня прощать не умеет, но уверена была что она не станет запрещать общаться братьям.
– Истерика у нее бабская. Пройдет скоро, подожди. Ей нужно как обычно найти виновных, вытрепать всем нервы, а потом голова на место встанет. Наташ, налей нам кофе, – кивнул Андрей Валерьевич жене, и та тут же подскочила. – Сонька должна понимать что рано или поздно нас всех не станет, и у Макара останется только Матвей. Братья будут общаться, будь уверена.
Я неуверенно кивнула, опустила взгляд на руки и постаралась не моргать – мне нужны слезы. И, бинго, они собрались в пересохших глазах!
– Ты-то хоть не истери! – рыкнул Андрей Валерьевич. – Ты же не такая дура как Сонька, выбрал же сынок жену, тьфу. Соберись, Полина! Ты ревёшь, жена ревёт, ну что за бабы.
– А как же не плакать, Андрюша! Соня нам с Макаром не разрешит видеться, вот увидишь! Отнимет нашего мальчика, и он нас забудет, – Наталья Сергеевна поставила перед нами по чашке кофе. – И как мне после этого жить? Она даже слушать нас не захотела, а на Дениса как смотрела, ты видел? Как на врага!
Бесит, бесит, бесит… Соня то, Соня сё, Макар – любимый внучок. А я? А Матвей?
Я громко всхлипнула, и тут же зажала рот ладонью.
– Простите, – прошептала. – Просто я не ожидала что всё закрутится именно так. Правда. Думала, Соня злость только на мне сорвёт. Но не на вас, не на Матвее и… не на Макаре.
Свёкры переглянулись и молча уставились на меня. Тишина тяжелая. Я ойкнула, и пробормотала:
– Простите, это не моё дело…
– Да хватит уже извиняться! – рявкнул Андрей Валерьевич. – Что там с Макаром? Что ты знаешь? Соня ему что-то сделала? Отвечай, Полина!
– Ну… она забрала его из дома, я это имела в виду, – добавила в голос неуверенной дрожи, чтобы мне точно не поверили.
И мне не поверили.
– А еще? Говори уже! Это наш внук, мы должны знать!
Внук. Я еле сдержала едкий смех. Лицемеры. С Матвеем по скайпу общались, приезжали трижды в год, и пели мне что любят Макара и Мота одинаково. Что-то незаметна эта их равноценная любовь, только про Сонькиного щенка все разговоры.
– Полина!
– Понимаете… может, я не так поняла… не может, а скорее всего я не так поняла, но… – я тяжело вздохнула и будто бы решилась. – Мне пришлось зайти к Денису, Соня с Макаром еще жили здесь. У сына самочувствие ужасное было, и я прибежала. Вы не подумайте, я дождалась что Соня из дома уехала и только после этого вошла в этот дом. С Матвеем. Макар тоже был здесь. Денис оставил нас на пару минут, и…
Я снова замялась, вздохнула, Наталья Сергеевна сжала мою ладонь а Андрей Валерьевич нахмурился.
– Продолжай.
– Макар испуганным выглядел, даже забитым. Я подумала что наверное он меня испугался – чужая тётя в его доме, это понятно что для ребенка может быть страшно. Начала разговаривать с ним, про то что у меня сын чуть старше его есть, про племянника, которого сестра в детском доме взяла. Про деток стала рассказывать, в общем. Чтобы Макарушка перестал быть таким зажатым. А тут Соня вернулась неожиданно, и жуткий крик подняла.
– При Макаре?
– Вряд ли она специально, – сжалась я. – Но да, при Макаре и Матвее. Подняла мальчишку на руки, стала прорываться мимо Дениса, на меня нападала. Мальчишка трясся у неё на руках, бедный. Денис пытался объяснять Соне что это неправильно, но она как бешеная была. Я думала, она пацанёнка до припадка доведёт. А потом было самое ужасное… ой, лучше не буду рассказывать, не моё это дело.
– Говори! Полина, начала так говори!
– Кажется, Соня внушает Макару что мы с Мотом – зло, – расплакалась я. – Она слышала как я про племянника говорила. Ну, про детдом. Разоралась что мы в её дом пришли, на детей ей плевать было, убежала наверх. А затем я с Денисом поговорила, и… кажется, Полина внушает Макару что я его в детдом хочу сдать, что я плохая, Матвей плохой, Денис, наверное, тоже плохой, одна она хорошая.
Андрей Валерьевич сжал ладони в кулаки, да так сильно что кости захрустели. Кулаки у него как кувалды, выглядит всё это пугающе.
– Но, возможно, всё не так, – воскликнула я. – Или Соня просто сгоряча всё это устроила. Мало ли. Денис пытается умаслить её, но пока безрезультатно. И так это обидно, знаете. Макару плохо, Матвейке тоже плохо: новая страна, папа рядом но всё равно редко. Матвей ведь думал что они будут чаще видеться, ждал встречи с братом, готовился. Вот, думаю, а придет ли хоть кто-нибудь на День Рождения нашего с Денисом малыша?
Губы мои задрожали и я снова расплакалась, только уже не навзрыд, а тихо, почти молча. Андрей Валерьевич пылает гневом, в глазах его жены слезы и сочувствие ко мне.
– Вот же Соня дрянь! Я знал что нельзя сыну на ней жениться. А ты, дура, защищала её: ах, мальчик любит девочку, девочка хорошая, пусть женятся, – выплюнул Андрей Валерьевич свою злость жене. – Хорошая девочка, да? Сына стращает, нас с Денисом мучает, брата против брата настраивает! Мерзавка неблагодарная! Денис её из грязи вытащил, мы к ней со всей душой! Так, Полина, – перевел он взгляд на меня. – Не смей мне рыдать, поняла? Ты адекватной была в отличие от остальных баб в этой семье. Матвея я обижать не позволю, на праздник к нему придут все. И спасибо что про Макара рассказала, я этого так не оставлю.
– Спасибо, Полечка, – всхлипнула Наталья Сергеевна, погладила меня по щеке, забрала опустевшие чашки и пошла мыть их.
– Вы простите что я вас расстроила. Сама на нервах. И не злитесь так на Соню, просто характер у неё такой. Да и я могла всё понять не так, – я поднялась со стула. – Пойду я. Не хочу Соню расстраивать, а то она вам истерику устроит за то что меня впустили. Мы с Матвеем ждем всю семью на праздник.
Я наклонилась, поцеловала будущего свёкра, затем приобняла свекровь и покинула этот дом, испытывая облегчение.
Глава 20
ДЕНИС
Зашел в кабинет следом за Соней.
– Тебя не приглашали, Денис.
– Да пофиг, – отодвинул для нее стул. – Садись. В чем дело?
Посмотрела на Родиона.
Бывший одноклассник расслабленной походкой обошел стол. Уселся на свое место и поворошил бумаги, лежащие на столе.
– Разговор у меня с Соней, не с тобой, – сказал он.
Он сидит, а я стою. И при этом Самсонов умудряется смотреть на меня сверху вниз.
– Соня – моя жена, – напомнил.
– А я слышал, что уже ненадолго, – выдал вдруг он.
Чего, блин?
Покосился на жену.
Соня покраснела. Сжимает сумку, стоящую на коленях, и кусает полные губы.
Я жду объяснений.
– Денис, выйди, пожалуйста, – бросила жена. – Мне надо поговорить с Родионом.
– Так говорите, я же не мешаю, – сложил руки на спинке ее стула и посмотрел на одноклассника.
Черта с два меня из этого кабинета выставят.
Я свою жену с этим козлом не оставлю.
Когда эти двое вообще познакомиться успели?
Ответ я получил почти сразу – Родион развернул по столу бумагу. Заявление Сони об угоне машины.
– У тебя мерс угнали? – наклонился к заявлению. – Вчера? – поразился. – А чего ты молчишь?
– Денис, ты сказал, не будешь мешать? – жена дернула плечом, сбрасывая мою ладонь. – Вот и стой молча.
Поймал насмешливый взгляд Родиона и сунул сжатые кулаки в карманы куртки.
Раньше жена не позволяла себе при посторонних так со мной разговаривать. Наш брак на взаимном уважении строится, если и бывают ссоры – о них никто, кроме нас с Соней, не знает.
А тут какой-то левый Родион сидит и слушает.
Еще и намекает мне, что в курсе наших с женой проблем.
Я это так не оставлю.
Взял другой стул и развернул его спинкой, оседлал.
Не к той женщине Самсонов полез, не к той.
Родион с серьезной миной вещает, что на Сониной тачке сбили пешехода. А я сижу и обтекаю.
Если бы сейчас за ней не поехал – ничего бы не знал.
– Почему ты мне не сказала? – набросился на жену.
– Дэн, давай потом, – она отмахнулась и с напряжением уставилась в разложенные перед ней бумаги. – Ничего не понимаю. Почему вы думаете, что это сделала я?
– Соня была со мной, – тут же отреагировал. Не позволю, чтобы мою женщину обвиняли черт знает в чем.
– Я не говорю, что это ты, Соня, – мягко поправил ее Самсонов. – Но я думаю, что ты могла кому-то оставить ключи. Кому-то знакомому одолжить. Видишь заключение? Машину не вскрывали. Ее ключами открыли.
– Конечно, ее не вскрывали, – жена потерла пальцами виски. – Ключи были в зажигании. Я торопилась и там их оставила.
– Или покрываешь кого-то, – предположил Родион. – Сонь, не злись. Я тебя не допрашиваю. Просто хочу разобраться. Ты могла кому-то одолжить машину, – сказав это, Родион метнул взгляд на меня. – Этот «кто-то», – выделил голосом Самсонов. – Сбил человека. А ты, чтобы защитить его, прилетела сюда писать заявление об угоне.
О-фи-геть.
Он еще и на меня намекает.
На койку больничную захотел, ведь я сейчас не сдержусь.
Одноклассник достал прозрачный пакет и положил перед Соней.
– Тебе знакома эта вещь?
– Так, всё, – поднялся и рывком потянул Соню. – Не разговаривай с ним больше без адвоката.
– Дэн, выйди! – Соня отбросила мою руку. Пальчиками придвинула по столу пакет и нахмурилась. – Так…нет, у меня такого не было.
Машинально посмотрел туда, на вещицу под целлофаном.
И остолбенел.
Очень знакомо.
Мало того, эту вещь я же сам и дарил.
Вот только не Соне.
Вышел из кабинета.
Набрал номер Полины.
– Увидеться надо вечером, – сказал сухо, когда она сняла трубку. – Вопрос к тебе есть. Дома будь в восемь.
Сбросил вызов и прислонился к стене.
Соня, Соня.
То, что она свои проблемы от меня скрыла – это удар под дых.
Да, я в последнее время паршивый муж и у нас разлад, но не всегда же так было.
Было открытие Сониного ресторана два года назад. И счастливое лицо жены. Ключи от входа, которые я ей вручил.
Тогда мы закатили такой праздник, что потом ремонтировали потолок, пробки от шампанского стреляли только так.
Пять лет вместе, и впереди еще вечность, безусловное счастье и любовь.
Тогда я и узнал, что у меня есть другой сын.
Два года назад
– Открытие ресторана, деревянная свадьба – это мощно, ребятки, – сказал Даня и поднял бокал. – Давайте еще столько же. И чтобы на десятилетие были уже с двумя детьми.
– Юбилей у нас с Дэном послезавтра. А дети…Мы с одним-то с ума сходим, – засмеялась Соня. – Представьте, вчера, – жена наклонилась к столу. – Дэн пока тренировался. Макар решил побить его грушу. Так у него теперь все ручки в синяках.
– Спортсмен растет, – одобрил Даня.
– Папа-дурак вырос, – Соня ласково потрепала меня по волосам. – Я второго боксера в семье не переживу. Про взросление Макара со страхом думаю. Пусть только попробует потом выйти на ринг. Если его побьют – у меня будет приступ. Никогда не выпущу его на бои.
– Мама-львица, – подтвердил. Поцеловал жену и достал сотовый из пиджака, бросил взгляд на незнакомый номер. – Алло. Алло, ничего не слышно, – гаркнул в трубку, перекрикивая музыку. – Да, кто это? – повторил, прижимая сотовый к уху. Вдоль стены пробрался по залу.
– Это Полина, – прошелестело на том конце.
– Да-да. Какая Полина? – не понял.
– С которой ты переспал перед собственной свадьбой.
В ушах что-то грохнуло. Это напоминание, как хук слева, что прилетел мне спустя годы.
А я, реально, забыл.
Бред какой-то.
– Полина? – переспросил и остановился в холле. – Слушаю, чего тебе?
– Поздравить вас с Соней хотела.
– Приятно. Всё?
– Не спросишь, с чем? – голос на том конце звучит так близко, словно она рядом стоит. Слышу, как у нее дыхание срывается. И всхлипы. – Ладно, Денис. Я сейчас отключусь. И пришлю тебе кое-что. Там фотографии, справка. Сроки. Всё такое.
Она бросила трубку, я тупо уставился на смолкнувший телефон.
Какие, к черту, справки?
Заболела и ей жить осталось два дня? Напоминает, что мы когда-то переспали и хочет попросить денег на операцию?
Первая мысль такого успешного, счастливого человека, как я – всё можно решить деньгами.
Черт меня дернул, и я открыл файлы, которые она мне прислала.
Фотографии маленького мальчика.
Сначала решил, что это мои детские снимки – вылитый я в пять лет.
А потом присмотрелся. К современной одежде, к незнакомой обстановке, к живописному храму на фоне.
Это Барселона, я был там много раз.
Только не в детстве.
Вчитался в подпись:
«У твоего сына послезавтра день рождения. Поздравляю»
Чего?
Ах-ха-ха.
Тупая шутка.
Дурацкий стеб.
Идиотская Полина – об этом думал, пока изучал справки. И потел.
Нет, не может быть, невероятно, нереально.
Чушь.
Наверное.
Ведь если правда, то это не хук слева, а полный нокаут.
Да конец это, баста, гвоздь в крышку гроба, черный смокинг на похоронах моей счастливой семьи.
Я не знал и не хочу знать, у меня есть сын – Макар.
Не нужен мне никакой чужой ребенок.
Пусть вместе с Полиной к черту идут.
Костяшки в кровь сбились об стену от одной лишь мысли, что все это всерьез.
С того момента у меня не жизнь началась – ад.
В котором помогали деньги.
Регулярные переводы в Испанию.
«Не звони сюда больше. Фотки не присылай. И жене моей звонить не смей. Помогать я вам буду. Но не вздумай маячить на горизонте» – сказал я тогда Полине.
И, спустя пару месяцев, начал приходить в себя.
Соня про ту мою ошибку не узнала и не узнает.
Никогда.
С тем ребенком я знакомиться не буду, он чужой для меня, для нас.
Я так думал.
А потом кое-что случилось.
Глава 21
Я еще раз рассказала Родиону все события вечера.
Страх есть, но смазанный. Предательство мужа, подруги, волнение за Макара, неясное будущее, еще и угон машины и сбитый человек…
Не знаю, это признак стабильной психики или наоборот, но всей душой я боюсь лишь за Макара. Всё остальное идёт лишь невесёлым фоном.
– Родион, скажи, что мне сейчас делать? – спросила, закончив рассказ и ответив на его вопросы. – Мне нужно написать заявление, или дать официальное объяснение? Я обвиняемая? Подозреваемая?
– Ты ничего не будешь подписывать, Соня. Я разберусь со всем, – мрачно произнес Денис. – Сейчас мы оба уйдём отсюда. Никаких действий без адвоката. И вообще, тебя эта ситуация с угоном машины не коснется. Клянусь, я во всем разберусь.
Я кивнула, но смотреть продолжила на Родиона.
– Денис прав. Без адвоката никаких шагов не предпринимай. Сейчас ведётся расследование, официальные обвинения тебе не предъявлены, но запомни: Соня, если тебя вызовут на допрос не ко мне – сразу звони адвокату. Без него ничего не подписывай. Никаких «с моих слов записано верно» в официальных бумагах, поняла?
– Поняла.
– Возможно, всё обойдётся, – решил Родион меня приободрить, на что я лишь улыбнулась.
Всё обойдётся – это в последнее время не про меня.
– Мы можем идти?
– Соня может идти. Тебя же вообще никто не звал, – хмыкнул Родион.
Денис набычился еще сильнее. Кивнул, и потянул меня на выход. Я не стала сопротивляться, незачем.
– И давно вы на «ты» перешли? – рыкнул муж, когда мы вышли на крыльцо.
Ревнует. Бесится. А я в ауте. Возможно, я должна испытывать хоть мизерное, но удовлетворение от подобной реакции. Но чувствую я лишь удивление: эта ревность максимально неуместна, право на неё Денис потерял.
– Я не хочу ссориться.
– Сонь, ты решила мне отомстить? Но… мент, серьёзно?
– А ты серьезно сейчас? – я пригладила распушившиеся из-за ветра волосы. – Дэн, если ты думаешь что все мои мысли крутятся только вокруг тебя – ты искренне ошибаешься. Я не собираюсь делать тебе больно, мстить. Я просто буду жить дальше.