Преисподняя «Омикрон-4»

Глава 5. К точке не возврата

Я осмотрел группу, затем кивнул и вновь повернулся к Костолому.

– Ты как? – поинтересовался здоровяк.

– Обкололи меня химией, надели сверху консервную банку. Проблема решена. А тебя-то они как убедили спуститься в это дерьмо?

– Позже расскажу, – он легонько хлопнул меня по плечу. – Погоди, это на тебе что, экзоскелет?

– А-а-э, нет. Просто высокотехнологичный протез.

Здоровяк усмехнулся.

– Ладно. Ну что, идем вооружаться?

– Да. Пора бы.

Опыт и навыки бывшего наемника я уважал более чем, поэтому даже не возражал, когда тот сам предоставил Лебедеву список необходимого вооружения. Быстро пробежав по нему глазами и не особо разбираясь, удовлетворенно кивнул.

– Раз наш противник – гигантские черви, а в том, что это именно они, я даже не сомневаюсь… значит, нужно оружие с мощной поражающей способностью, способное наносить значительные серьезные повреждения, и при этом быть относительно компактным.

Лебедев быстро организовал доставку всего указанного. И сейчас, бывший наемник собирался вооружать группу.

– Автомат штурмовой, он же АШ-12, – произнес Костолом, обращаясь к силовикам. – Вряд ли кто-то из вас им пользовался ранее, хотя изначально он создавался именно для этой структуры. Не совсем подходит для тех операций, в которых вам довелось побывать. Эта штука двенадцатого калибра будет рвать и ломать все на своем пути. А что не порвет, продавит. Против червей самое то. Конечно, те частично защищены хитиновыми пластинами, поэтому слабые места нужно выцеливать.

– Черви? – с улыбкой переспросил один из офицеров. – И какие они?

– Когда с хрустом затолкает тебя в пасть своими жвалами, высосет из тебя всю жидкость, тогда и узнаешь, – невозмутимо ответил здоровяк. – Они прячутся в ямах, проходах, темных местах. Обожают устраивать засады, обладают безграничным терпением. Такую тварь, несмотря на крупные размеры, не всегда просто заметить – может часами лежать на одном месте, никак себя не выдавая. Еще вопросы?

Улыбки разом пропали.

Хотя существование описанных тварей и не укладывалось в их представлении, но шутить с этим никто не собирался. Офицеры штурмовой группы были серьезными и опытными бойцами, пусть и готовились противостоять вооруженным людям, а не каким-то там фантастическим тварям. Тем более, каждый из них знал, что внизу пропала полноценная штурмовая группа, а до этого были нападения на разведчиков.

– Помимо червей, могут быть крысы, – тут уже добавил я. – Вполне возможно, что все они сгорели, но даже если и нет, это тоже опасные и ловкие противники. Увидите что-то похожее на уродливую смесь крысы и собаки, стреляйте, не раздумывая. Иначе оглянуться не успеете, а вас уже начнут рвать на части.

– Еще могут встречаться пауки, – продолжил Костолом. – Приблизительные размеры – корова. Одна из таких тварей раскидала прекрасно вооруженную группу, убила одного из моих друзей. Кислотой кожу на лице сожгло до самых костей за секунды. И еще, лишь раз мы видели слизня-реаниматора.

– Кого? – один из офицеров едва не поперхнулся.

– Слизень-реаниматор, – терпеливо пояснил я. – Тварь, похожая на обычного, но очень крупного слизняка. Почти невосприимчива к любым физическим воздействиям. Если в поле ее обитания есть свежий труп, то тварь поднимет его на ноги.

Разумеется, нам не поверили, но приняли информацию к сведению. И это хорошо.

– Что-то еще? – спросил один из офицеров, в звании капитана.

– Ну и на сладкое – бронированные сколопендры. Гигантские твари, длиной до двадцати метров, одетые в прочнейший хитиновый панцирь. Слабое место: только морда и брюхо. Помнится, удалось завалить такую, лишь в упор расстреляв ее из ДШК.

– Да ну, бред! – махнул рукой другой капитан. – Калибр ДШК двенадцать и семь миллиметров, он броню БТР шьет. Какие к черту сколопендры?

– Велев, отставить! – подал голос Лебедев, а затем вновь махнул рукой Костолому. – Продолжай!

Офицер нахмурился, но больше не проронил ни слова.

– От этих лучше держаться подальше. Вроде все. Теперь еще несколько слов о вооружении. Гранаты берем только термические – высока вероятность обвала. Там и так сработала система уничтожения, поэтому, что ждет нас внизу – одному дьяволу известно. В качестве дополнительного оружия у каждого будет пистолет-пулемет СР-2. Ножи – по усмотрению, но я бы взял два.

Я слегка улыбнулся. Кажется, когда в прошлый раз группу снаряжал Швед, он предлагал все то же самое. Вот что значит – рекомендация.

Все получили точно такие же износостойкие комбинезоны, как у меня, а Костолом и офицеры все-таки накинули сверху легкие бронежилеты второго класса защиты. Также в экипировку каждого вошли легкие тактические шлемы, защита локтя и голени, тактические перчатки, берцы с металлическим рантом. Отобрали специальные фонари, одни с креплением на ствол АШ-12, второй на шлем. Каждый взял по семь магазинов к штурмовому автомату, по четыре термических гранаты, пистолеты-пулеметы с тремя магазинами к каждому. У каждого в прицел был интегрирован ПНВ, от тепловизоров отказались.

Когда дошло дело до противогазов, то выяснилось, что на базе уже успели провести анализ поднимающегося из шахты дыма – горела резина и какие-то переработки нефти. Содержание отравляющих веществ было существенным, но маски с замкнутым циклом дыхания не требовались. Обошлись навороченными немецкими противогазами, которые нашлись на складе Синдиката.

Наконец, группа закончила снаряжаться и собралась у спуска в воздуховод.

– Ну что, готовы? – вперед вышел подполковник Лебедев.

Неудивительно, что он вызвался идти в составе второй группы. Дело принципа.

– Так точно! – отозвались офицеры. Мы с Костоломом только кивнули головами.

– Все помнят, зачем мы спускаемся вон туда? – подполковник развернулся и указал рукой на спуск в шахту. – Чтобы забрать оттуда наших товарищей, живых или мертвых. По возможности, устранить угрозу. Старшим группы будет Костолом, либо Максим. Выполнять их приказы как мои. Думаю, никто не станет возражать, если нас поведут люди, уже столкнувшиеся с фауной расположенного под нами подземного объекта? Возражений нет? Отлично, выдвигаемся.

– Надеть противогазы! – скомандовал Костолом, бросив взгляд на все еще поднимающийся из шахты желтоватый дымок.

Группа послушно надела маски, подошла к входу.

Первым спустился бывший наемник, за ним поочередно офицеры «ЦСН». Лебедев хоть и представил нам своих людей, но почему-то ни одна фамилия не задержалась в моей памяти. Впрочем, это совсем меня не волновало.

Я спустился последним. Движения в экзоскелете были неловкими, поэтому за время спуска, я попеременно бился то локтями, то коленями. Впрочем, ни мне, ни протезу это никак не навредило.

Уже знакомый мне туннель был заполнен дымом – видимость была слабой, но мощный фонарь разрезал тьму и дымку, обеспечивая видимость в десяток метров. Пол по-прежнему был залит черной жижей, но в маске хотя бы запах не чувствовался.

– Командуй, – повторил Лебедев, посветив фонарем по сторонам. Из-за противогаза его голос был слегка искажен.

– Налево! – бывший наемник включил фонарь, закрепленный на ствольной коробке, и первым двинулся в темноту туннеля. Остальные послушно растянулись следом. Я шел предпоследним.

Довольно быстро мы поравнялись с когда-то вырезанной Гидросом решеткой. Здесь все осталось по-прежнему, лишь лежащий у решетки скелет неизвестного бедолаги то ли крысы растащили, то ли еще кто-то помог. Здесь дыма было больше, но в основном он концентрировался по своду туннеля, почти не мешая обзору.

Без каких-либо проблем добрались до первого коллектора. Здесь обнаружилось, что группы разведчиков зачем-то вскрыли проход в ранее неизвестную нам зону. В прошлый раз наша группа ушла вперед, не став проверять примыкающие секции. Тогда направление оказалось верным.

Костолом тщательно осветил проход, заглянул внутрь, но развернулся и двинулся в прежнем направлении.

– Так, стоп! – внезапно Лебедев решительно остановил группу.

– В чем дело?

– Нам налево, тот самый сектор, где и происходили нападения.

– Уверен?

– Конечно, уверен. Я хорошо запомнил карту продвижения разведывательных групп. Ее составляли в спешке, но она соответствует действительности.

– А на кой черт вообще было резать решетки еще куда-то, если здесь открытый путь? – спросил я, оценив обстановку. – Я сомневаюсь, что вы добрались до гермоворот.

Некоторое время были слышны лишь характерный шум работы противогазов.

Костолом уже было решил, что вопрос останется без ответа, но Лебедев все-таки ответил.

– Там внизу завал. Какая-то котельная обвалилась. Пробиться не удалось.

– Дренажная установка, – поправил я. – Там была дренажная установка.

– И где-то там мы потеряли Гидроса… – пробурчал здоровяк.

Что ж, может, и так. Помнится, там было довольно большое, частично затопленное помещение. От сотрясающих комплекс взрывов вполне могло и обвалиться пару уровней.

– Ладно, идем туда, – согласился Костолом.

Проход миновали без проблем – тут пол был залит густой грязью, в которой виднелись многочисленные следы. Похоже, здесь прошла не одна группа разведчиков. Сколько же дней разведчики бродили по этим туннелям?!

– Там впереди обходной коллектор, – снова вмешался подполковник. – В одной точке сходятся сразу четыре разных прохода. Два с запада, один с юга и последний – с северо-востока. Нам направо.

Я недовольно обернулся к Лебедеву, но промолчал. Понятно, что здесь целый подземный лабиринт, но проблемы стоит решать по мере их поступления. Доберемся до коллектора, посмотрим… Лишние разговоры тут ни к чему – эхо никто не отменял.

Длинный и абсолютно пустой коридор все еще был сильно задымлен, поэтому приходилось двигаться, пригнувшись. Неудивительно, что всего через десять минут почти у всей группы затекли мышцы и заныла спина. У меня дела обстояли лучше – экзоскелет взял на себя почти всю нагрузку, а потому я почти ничего не чувствовал.

– Так, перекур пару минут, – отчетливо произнес Костолом, когда группа миновала какой-то тамбур, с обеих сторон задраенный ржавыми решетками. У одной из них я остановился и прислушался – откуда-то снизу раздавался слабый шипящий звук. Что это? Разрыв каких-то труб или звук биологического происхождения?!

Вообще, для меня было странным осознать тот факт, что при экстренном уничтожении всех подземных объектов, черви выжили. Возможно, сработали не все взрывные устройства, а может, были и участки, где вообще не было предусмотрено самоуничтожение. Да и старик Картавин мог напутать с управлением. Если так, то нам вполне могут попасться не только черви, но и те же сколопендры и даже пауки. Живучие крысы тем более.

Если внизу что-то еще горело, то это означало, что системы закачки воздуха все еще работают, иначе пламя в считаные часы выжгло бы весь кислород. Но откуда столько дыма? Чему там гореть-то? Да весь этот комплекс почти полностью состоит из туннелей и бункеров…

– Макс?

Я не сразу услышал, что Костолом уже второй раз обращается ко мне по имени.

– Макс?

– Да? – я резко повернул голову и почувствовал, как шейный сервопривод натужно взвыл.

– Что там? – здоровяк ткнул стволом АШ-12 в одну из решеток, у которой я замер в неестественной позе.

– Ничего. Задумался.

– Идем, – бывший наемник еще раз окинул меня взглядом, затем развернулся и скрылся в дыму. Благо из-за маски противогаза, разглядеть выражение его лица было непросто.

До обходного коллектора добрались минут через восемь. Здесь Лебедев еще раз напомнил, что нам нужен правый туннель. Остальные туннели, по его словам, были разведаны примерно процентов на шестьдесят. Одна из групп даже нашла какую-то ржавую гермодверь, которую, впрочем, вскрыть не удалось.

Группа двинулась вправо

Здесь стоял слабый запах гари, но забугорные противогазы справлялись, отсеивая опасные продукты горения. Свод туннеля стал выше, поэтому наконец-то удалось подняться во весь рост.

Я давно уже отметил, что влажность и сырость, к которым уже успел привыкнуть за время пребывания под землей, здесь отсутствовали. Стены были сухие, а кое-где, на горизонтальных поверхностях лежала густая пыль.

Куда вел этот туннель, никто из нас не знал, даже сам Лебедев. Я вообще полагал, что тот туннель, которым спускалась наша группа еще во время поисков «Гаммы-3» был тут единственным. Это были те же технические туннели, но вели куда-то еще.

Снова попалась вырезанная ржавая решетка. Рядом лежал раскрошившийся абразивный диск, смятая упаковка от шоколадного батончика. Похоже, пока один резал решетку, другой поглощал углеводы.

– Долго еще?

– Минут десять, не больше, – чуть подумав, ответил Лебедев.

Наконец, впереди показалось лестница, ведущая вниз. Целых две секции. Сверху была видна ограда, сразу за которой был виден отвесный сток. Из проема в стене тонкой струйкой стекала вода.

Внизу площадка, короткий тамбур и расходящийся в разные стороны широкий коридор. Тамбур перекрывала решетка, которую проходящие здесь группы успешно разрезали пополам.

– Вот мы и на месте, – выдохнул подполковник. – Далее начинается четвертый сектор. Идем в левый туннель, где-то там и должны лежать тела разведчиков. Группа Болотова ушла в том же направлении.

– Они доложили о том, что нашли тела?

– Нет. К тому моменту связь уже почти не работала. Словно что-то глушило ее прямо отсюда.

– Хорошо. Двигаемся, – Костолом поднял ствол и двинулся вниз по лестнице. Он успел сделать всего несколько шагов, как откуда-то снизу раздался отчетливый чавкающий звук и почти сразу же короткий возглас, отдаленно напоминающий человеческий. Причем этот звук перекрыл собой тот, что исходил от стекающей из проема воды. А затем раздался громкий металлический лязг, словно на бетон упал что-то крупное и с характерным звуком запрыгало по поверхности.

Костолом тут же вскинул руку вверх, второй направил ствол на темный пролом. Но группа недаром состояла из наиболее подготовленных – не прошло и трех секунд, как все бойцы сами, без команды, рассредоточились, заняв подвернувшиеся под руки укрытия. В сторону прохода смотрела дюжина стволов, готовая изрешетить все, что не похожее на человека, решит вдруг выглянуть наружу.

Сам бывший наемник продолжал медленно спускаться вниз, стараясь не издавать ни звука. За несколько ступеней до площадки здоровяк потушил фонарь, затем быстрым и легким движением опустил на глаза прибор ночного видения.

Я двинулся следом, но под ногами затрещали камешки – все-таки подошва у меня была немного другой, да и экзоскелет хоть и слабо, но издавал шум. А ведь черви обладали поразительным слухом.

Я с досадой глянул под ноги, остановился.

– Проклятый дым, – позади меня послышался голос одного из офицеров.

Костолом практически скрылся за решеткой, шустро махнув стволом штурмового автомата по сторонам. Секунд десять было тихо.

Затем слева вспыхнул свет, попрыгал по стенам, затем вернулся к входу. Секунда и показался сам Костолом. Махнув рукой, он сразу же разрядил обстановку.

– Что там? – поинтересовался Лебедев, едва они поравнялись.

– Не знаю. Пусто, – коротко ответил тот, затем вернулся обратно в туннель. – Идем дальше. Всем быть начеку.

Каждый понимал, просто так, во тьме подземного туннеля, где пропали несколько человек, ничего хлюпать не будет.

Метров через десять обнаружилась приоткрытая ржавая решетка вентиляции. Она довольно прочно висела на нижних петлях, и почему-то была вымазана влажной грязью. Возможно, именно она и была источником того металлического звука… Кто-то или что-то воспользовалось этой шахтой, чтобы покинуть уровень.

– Любопытно, – пробормотал Костолом, едва его взгляд наткнулся на приоткрытый проем. – Широкая. Даже человек пролезет без проблем.

Здоровяк сунул туда ствол автомата, но шахта почти сразу уходила влево, намертво перекрывая обзор. Прислушался – ничего.

Я вернул решетку на место, аккуратно зафиксировал ее так, чтобы случайно не грохнулась обратно – задвижка имелась.

– Порядок, двигаемся дальше. Чувствую, мы тут не одни!

До самого конца туннель ничем особым не выделялся, разве только кое-где попадались какие-то истлевшие тряпки, рваная обувь, различный мусор. В самом конце коридора оказалась шахта-градирня, с закрытым верхом. Она поднималась вверх метров на десять и оканчивалась бетонным колпаком. Под ним располагалась конструкция, похожая на кран, но похожая лишь условно – оттуда свисали тонкие ржавые тросы с крюками. Для чего эта конструкция могла применяться в этом месте – осталось загадкой…

Глава 6. В западне

После шахты мы свернули налево, прошли еще метров тридцать и уткнулись в небольшой переходной коридор, соединяющийся с довольно широким помещением. Здесь все было сильно задымлено, а сразу справа, из открытой крышки воздуховода поднимался столб горячего дыма. Да и температура здесь была явно выше, чем в самом туннеле. Видимо, где-то снизу и был источник пожара. Оттуда же раздавался какой-то неестественный рев, как в мартеновской печи из-за движения потока воздуха.

Само помещение было темным. Как и на остальных участках, освещение здесь было не предусмотрено. И хотя лучи наших фонарей пробивались сквозь темноту, из-за дыма осмотреть его целиком с ходу не получилось.

Я указал Лебедеву на крышку. Временами откуда-то из глубины даже пробивались отблески света. Тот подошел ближе, но ничего предпринимать не стал.

Костолом пытался разглядеть, куда идти дальше, но из-за скопившегося густого дыма это было практически невозможно. Группа разбрелась по помещению, но в принципе, каждый участник группы видел другого.

– Куда теперь? – спросил Костолом. Он заметил, что выходов всего два, один был перекрыт незапертой решеткой, а второй, с противоположной входу стороны, уходил куда-то вправо. Туда же тянулись и многочисленные пучки проводов. Еще, слева от входа в помещение обнаружилась вертикальная лестница, ведущая куда-то вверх. В потолке была квадратная ниша, из которой свисали какие-то шланги, обрывки старого изолирующего материала. Наверняка там и собралась большая часть дыма.

Что-то тихо шипело, но ничего подозрительного никто из нас не услышал.

Взглянув на подполковника, я понял, что тот в растерянности. Видимо, эта часть сектора в его памяти оказалась пробелом.

– Мы пришли, – вдруг произнес он и взволнованно осмотрелся. – Вроде.

В правом углу было едва различимо какое-то нагромождение металлических деталей, собранное в неестественную механическую конструкцию с большим баком. А рядом с ней лежали сломанные складные носилки. Кажется, подобные используются в тех случаях, если нужно срочно эвакуировать пострадавшего с места аварии или происшествия. Я указал на них стволом, привлек внимание Лебедева.

– У группы Болотова были носилки… – глухим голосом, делая какие-то странные паузы, произнес офицер.

При этих словах я на мгновение замер, а Костолом резко обернулся к подполковнику, затем поискал глазами остальных – лучи фонарей были хорошо видны, вот только посчитать он не успел.

И вроде бы еще ничего не произошло, а на уровне подсознания я уже почувствовал – что-то не так.

Справа что-то громко треснуло. В дыму, среди деталей странного агрегата мне показалось какое-то неясное очертание, непохожее ни на что. А затем раздался дикий, нечеловеческий крик.

Один из фонарей хаотично заметался из стороны в сторону, упал на пол. С секунду он лежал на полу, освещая стену, затем стремительно отлетел в сторону. Все остальные лучи собрались в одном месте, но там ничего не было.

Я и Костолом одновременно вскинули стволы штурмовых автоматов, но стрелять пока было не во что. Краем глаза я отметил, что справа и слева показались бойцы Лебедева.