Котелок с прозой. Сборник мамских рассказов

Группа анонимных именинников

– Здравствуйте, меня зовут Елена, мне сегодня тридцать восемь и я анонимный именинник.

– Ой как здорово! – Захлопала от восторга девица лет двадцати, с розовыми прядями в блондинистой шевелюре – А до стольки разве живут? Знаете, я себе уже в тридцать киллера закажу или яду крысиного куплю.

– Крысиный не помогает, – меланхолично заметила дама неопределенного возраста, сидевшая следом за «тактичной» блондинкой. Она напоминала персонажа жутко старого фильма и была такая же монохромная, как кинопленка с Чарли Чаплином, и, ко всему прочему, постоянно вертела в руках тонкий длинный мундштук.

– А что помогает? – Заинтересовался толстый лысеющий субъект в нелепом пиджаке горчичного цвета, с воротником стоечкой и тремя рядами огромных пуговиц.

– Думаю, стоит последовать примеру Ромео и Джульетты, – вновь подала свой скрипучий голос монохромная дама, – они отравились стрихнином. Ни вкуса, ни цвета, ни запаха, ни боли. Да, определённо, я бы выбрала стрихнин.

– Очень рада, что у вас так скоро нашлась тема для разговора, но давайте придерживаться традиций клуба. – Улыбнувшись, сказала Катюша.

Она была ведущей сегодняшнего мероприятия, и по совместительству моей давней подругой. Шатенка приятной наружности и лёгкой округлости, приблизительно моих лет, но никогда не озвучивавшая настоящую цифру. Ходят слухи, что у неё даже в паспорте значится неверная дата.

Катюша продолжила:

– Только что мы познакомились с Еленой, и я предлагаю ей поаплодировать и задать пару-тройку вопросов, если у вас таковые имеются.

По кабинету раздались не стройные жидкие аплодисменты и быстро затихли. Людей в этот раз было немного, точнее пять, если считать меня и не считать Катюшу. Мы расположились вокруг чайного столика, сервированного на шесть персон, в следующем порядке: Катюша сидела как бы в углу, между двух окон, обеспечивая себе самый идеальный угол обзора, ей одинаково были видны и её рабочее место с документами, и шкаф с её личными вещами, и дверь, и вешалка с верхней одеждой собравшихся. По правую руку от неё развалилась та самая блондо-розовая девица в блестящей мини юбке, широком черном свитере и безумных малиновых колкотках. Следом монохромная дама, в длинном, в пол, чёрном костюме с юбкой-годе и торчащим из под пиджака белым накрахмаленым воротничком. Волосы, выкрашенные в чёрный были подстрижены под каре и уложены тщательнейшим образом. А вот тонкий длинный мундштук был чёрный, расписанный белыми лилиями. Слева от Катюши сидела я, достаточно стройная и миниатюрная, для своего сорок восьмого размера, особь женского пола, в красном платье футляре, с минимумом макияжа и украшений. Затем какая-то нелепая куча тряпья, сразу напоминающая дементора, из приключений Гарри Поттера, только холодом от неё не веет. Но, к счастью, запаха спиртного, или чего похуже, от кучи тоже не наблюдалось. Сразу за ней, ближе всех к двери, восседал лысеющий толстячок в нелепом пиджаке, он все время забавно пыхтел и теребил в руках ручку от портфеля, который почему-то боялся поставить на пол.

– А скажите, – бинго! Первый вопрос и снова девица в поясе вместо юбки. – Почему вы пришли сюда, вам что, день рожденья не с кем отмечать?

– А вам? – Опередив мой вопрос, спросил толстый.

– Вообще-то я у неё спрашивала! – Фыркнула девица и у ставилась на меня так, как будто я сейчас вытащу кролика из своей чашки чая.

– Знаете, – я, как учила Катюша, с деловым видом задрала нос, при этом пытаясь не переиграть, дабы не оскорбить вкругусидящих надменностью и презрением, но и не уронить чувства собственного достоинства, – мне всегда есть с кем провести как праздники, так и будни, но, приходя сюда, я могу расширить круг друзей и придать нелюбимому празднику новую яркую окраску.

Текст я заучила на пятёрку, жаль рассказала на три, значит в среднем четыре балла, что уже неплохо.

– Так вы здесь завсегдатай? – презрительно дёрнула носом монохромная дама и потянулась за чаем.

– Я бы так не сказала, хотя я здесь уже во второй раз.

А если уж не кривить душой, то даже не в третий. Я хожу сюда уже пятый год с завидной регулярностью. При этом не только в свой день рождения, как вышло на этот раз, а в любой день, когда у меня есть свободное время, а у Катюши необходимость в моем присутствии.

Если честно, то сегодня я ужасно сопротивлялась. Я буквально нюхом чувствовала, что друзья-приятели готовят мне сюрприз, и мой внутренний ребёнок как раз искал возможность непременно выяснить, в чем же он заключается, когда позвонила Катюша. Говорит, что именно сегодня, в числе присутствующих будет один реально анонимный именинник, присланный дирекцией её конторы, для проверки результативности Катюшиной работы. И именно в этот день ей не хватает ещё хотя бы одного человечка, а я, будучи сегодня абсолютно свободной от исполнения трудовых обязанностей, и являясь не просто человеком, а человечищем, просто обязана ей помочь. И вот я здесь! А как тут отказать?

– И как вам обстановочка? – монохромная дама выпустила несколько колечек ароматизированного шоколадом дыма и презрительно обвела взглядом присутствующих.

– В целом неплохо, но лично мне не хватает красок.

– А по мне, так их здесь слишком много. Вы курите?

– Нет, я во всем стараюсь вести здоровый образ жизни.

– Напрасно. – Резюмировала дама и явно потеряла ко мне интерес.

– Кто не курит и не пьёт, тот здоровеньким помрёт. – Хохотнул толстый, загружая в чашку очередной кубик сахара. Интересно, он ждёт пока тот перестанет растворяться и начнёт просто чуть мокнуть от соседей ещё по сахарнице, а теперь и по кружке?

– А я вот тоже за ЗОЖ, – проверещала жертва гидроперита нетрадиционной ориентации, – а ещё за Гринпис и веганов.

– И мы за пис! – снова хохотнул дядька, в очередной раз протягивая руки к сахарнице.

– За мир, это хорошо! – Катюша снова захлопала, подбадривая всех на аплодисменты, которые на этот раз, были ещё более жидким. – Кто следующий? Может быть вы, как единственный мужчина в нашем коллективе?

– А что я? Меня сюда пригласили!

– Конечно, у нас же заседание клуба, – ещё раз мило улыбнулась Катюша, хотя, как мне кажется, уже начала скрежетать зубами и тихо ненавидеть всех собравшихся, – и в нашем клубе каждый рассказывает о себе и о том, почему он не любит свой день рождения.

– Ой, а можно я, можно? – Девица видимо вспомнила недалёкие школьные годы и, вытягивая руку над головой, принялась с нетерпением прыгать на стуле.

– Куда это поперёк батьки! Слышала, начальница мне слово дала, а ты своей очереди жди!

– Тогда что вы резину тянете! Вот вас как зовут?

– А меня не зовут, я сам прихожу! – Снова захохотал дядька и покрепче обнял свой портфель.

– Никогда не встречала мужчину с таким родом занятий. – монохромная дама криво ухмыльнулась в мундштук и придвинула сахарницу поближе к себе. – А что, хорошо платят?

– Ты за языком то следи, а то я тебе…

Дядька аж подпрыгнул на своём стуле, явно намереваясь пригрозить ей кулаком с высоты своего небольшого роста. Вот только не успел.

– Вот сразу видно – настоящий мужчина! Поднялся при разговоре с дамами. – Катюша подошла к возможному нарушителю дисциплины, и подбадривающе похлопала его по плечу. – И так, вас зовут…

– Афанасий Валерьяныч я…

– Афонька значит. – Констатировала монохромная дама.

– Ну почему же Афонька? – снова вмешалась Катюшка, не давая открыть рот закипающему от гнева «настоящему мужчине» – Афанасий это очень красивое имя. Греческое, если я не ошибаюсь? И означает оно бессмертный. Но сегодня мы не станем застрять внимания на именах, для этого можно собраться в другой день.

– Нет уж, спасибо. – фыркнула девица.

– А сейчас продолжим. Афанасий Валерьянович, сколько вам лет, чем вы занимаетесь и почему решили провести свой день рождения в нашей компании?

Нежелание Валерьяныча отвечать на вопросы и отвлекаться от угощения бросалось в глаза, как комар камикадзе на лобовое стекло движущегося автомобиля, но он себя пересилил.

– Значит начнём с начала. Я Афанасий Валерьянович, мне сорок шесть лет, тружусь я этим, трудовиком в общем.

– Так вы учитель? – уточнила Катюша. – Это же просто замечательно! Лично мне кажется, что вкладывать любую науку в головы подрастающего поколения это великое дело!

– Особенно если это уроки труда. – Монохромная дама скептически улыбнулась и продолжила: – И чему, интересно, вы можете научить? Пить пиво и рисовать карты?

– Ой! – вдруг встрепенулась молчавшая некоторое время молодуха. – Я тут вот что подумала, если вы Валерьянович, значит вы детдомовский?

– Это почему это? – Возмутился Афанасий.

– Ну как, вам же отчество в честь валерьянки дали? Я слышала, что в детдомах так делают.

– Слушай, а ты откуда такая умная? Из спец школы небось? В честь валерьянки… Отца у меня звали Валерьян Тимофеевич, был не последний человек в городе, между прочим.

– Ой, ну простите, – пропищала девица, – ну я же не знала…

– И как после этого верить что яблоко от яблони… – проскрипела монохромная дама и снова выпустила стайку дымных колечек.

– Это на что это вы намекаете?

– Да в сущности ни на что. Так каким ветром вас сюда занесло, любезный?

– А вас?

Афанасий аж побагровел от закипающего гнева. Интересно, как он такой вспыльчивый с детьми работает? Ещё чуть-чуть и будет извержение.

Катюшка молчала, было заметно, как она мысленно считает до десяти, втайне надеясь на мою помощь. Ну а куда мне деваться? Я же здесь для дружеской поддержки. Попробую пошутить.

– А у нас в квартире газ, а у вас?

Куча тряпья на соседнем стуле дернулась и хрюкнула. Видимо мистер или миссис Икс спит. А монохромная дама посмотрела на меня с нескрываемой неприязнью, выпустила очередное колечко дыма и демонстративно отвернулась. Не удивлюсь, если она возглавляет партию британских феминисток в странах бывшего СССР.

– Нет, серьёзно, Афанасий Валерьянович, лично мне очень интересно для чего мужчина, с таким огромным грузом трудовой и образовательной ответственности, посещает подобного рода мероприятия.

Ну вот, теперь краснота щёк Валерьяныча имеет совершенно иные причины. И заметила это не я одна.

– Ой, – заверещала наша Барби из Задрипинска, – как вы мило стесняетесь! Ну просто няшка-стесняшка! А можно я вас сфоткаю!

– Себя сфотай!

– Ой, а можно? Селфи вдвоём! Это же так здорово!

Прости, Катюша, но моя попытка погорела стараниями глупой блондинки. Хотя… Кажется, наш мачо взял себя в рукачо и сейчас мы услышим его душераздирающую историю.

– Фото потом. А сейчас, ладно, скажу. Я ведь не собирался сюда идти, меня друг позвал. Жениться он решил… Только не на ком пока. Я его уже и знакомил, и в люди выводил, а тут он сам… Пошли, говорит, Валерьяныч, на заседание, там с девчонками и познакомимся. Коньячок, говорит, возьми, колбаски, сальца… И сам вот не пришёл. А я что… Я думаю, ладно, не зря же коньячок брал, может с кем за знакомство и выпью…

– Ой как здорово! – (все те же на манеже) – А я тоже сюда сначала знакомиться пришла. А чё? Я уже совершеннолетняяя, кстати, меня Кармен зовут. Но это в жизни, а по паспорту Екатерина Васильевна Лубовая. Вот только про возраст говорить не буду, вы знаете, для меня возраст это прям больная тема! Ну, почти как вес. Вот вы сколько весите? Хотя, в ваши годы вам этого знать уже и ненужно. А мне за весом следить нужно. Вот сегодня утром встала на весы – сорок восемь килограмм триста пятьдесят два грамма, а вчера граммов было триста тридцать семь. А это значит чё? А это значит сегодня я без ужина, и так толстая. Представляете, на пять грамм больше, чем вчера утром!

– А у вас неплохие познания в математике, – монохромная снова нацепила язвительную улыбочку, – хорошая пара для нашего трудовика.

Попытка создать конфликтную ситуацию, что называется налицо. Может это и есть тот страшный ревизор, из-за которого я в свой день рожденья попала на столь весёлое мероприятие? Ведь если спровоцировать скандал, который Катюшке не удастся «замять», то сборы общества анонимных именинников можно смело прекращать, а Катюшу сокращать. Нет, нужно помочь.

– А вы, – обратилась я к барышне все больше напоминающей классического вампира, – мне кажется сейчас как раз ваша очередь представиться и рассказать нам о себе.

– А почему это Я должна вам что-то рассказывать? – дама скривила рот в такой-же бесцветной ухмылке, как и весь её образ, и выпустила кольцо дыма мне в лицо.

– Ну, хотя-бы потому, что вы сюда пришли…

– Да-да! – поддержала меня Кармен. – Вы же знаете, что, по концепции встречи, после представления первого участника мы должны продолжать беседу сами.

– Надо же, концепция. Неужели вам знакомо это слово. – улыбка вампирши расплылась ещё шире, и я всерьёз ожидала появления клыков.

И видимо не только я. Куча тряпья снова зашевелилась, и, казалось, была готова к бегству. Все-таки очень интересно, кто, или что под ней скрывается? Может быть, тот самый страшный проверяющий? Или это все-таки вампира змеиной наружности. Признаюсь честно, она это тот самый редкий случай, когда чем больше ты видишь и слышишь человека, тем более он тебе неприятен. Но! Нужно продолжать беседу, ведь Катюше по регламенту и, как верно заметила Кармен, по концепции встречи, положено молчать вплоть до возникновения форс-мажора.

– Возможно вы удивитесь ещё больше, узнав что наша молодёжь может оказаться достаточно более образованной и начитанной, нежели вам представляется. Они просто иначе выглядят, впрочем, как и вы.

– Вы хотите сказать, что я выгляжу также нелепо, как это разноцветное недоразумение в резинке от трусов надетой поверх чулок?

– А мне нравится как выглядит наша Кармен. – заступился за девушку Афанасий. – Её внешний вид это способ самовыражения, у нас сейчас так вся молодёжь ходит! Да и незачем ей в её молодые годы старческие лохмотья носить!

Куча тряпья снова заерзала, и, кажется, кашлянула, а Кармен залилась румянцем и, изображая крайнюю степень смущения, прошептала «Спасибо».

– Ну вы прям рыцарь в сверкающих доспехах. – усмехнулась монохромная язва. – Коня только что-то не видать, не иначе сбежала скотина от такого хозяина.

– Ой, а у вас правда лошадка есть? – снова подпрыгнула Кармен. – А покатаете? Пожалуйста! Я очень-очень лошадей люблю, только мне их заводить некуда, мы в квартире живём.

Мне стало жалко девчонку. И как только в её годы можно быть настолько наивной?

– Я думаю, Катерина Васильевна, – вмешалась Катюшка, – что наша гостья высказалась образно. Кстати, я прошу прощения, но не услышала как вас зовут.

– Вероятно это потому что я не представлялась. – ухмыляющаяся мумия уставилась на Катюшу и демонстративно стряхнула пепел в чашку Валерьяныча. – Но если вы настаиваете, я исправлю это упущение.

– Это было бы замечательно. – Улыбнулась ей в ответ Катюша и подала Афанасию чистую чашечку.

Куча тряпья снова зашевелилась и приосанилась, если такое вообше можно сказать о бесформенном тюке. Вампирша заскрежетала:

– Моё имя знакомо всем. Бригида Огинская, последняя из представительниц великого княжеского рода. Последний вздох великой истории!

– Ха! А здесь вы видимо ищете себе пару для его продолжения! – Хохотнул Валерьяныч – Присматриваете жертву, чтобы потом отловить в тёмном переулке и потащить под венец.

– А разве в вашем возрасте ещё замуж выходят? – Как обычно поразила своей детской непосредственностью Кармен. – вам же наверное уже лет сорок?

– Ей наверное уже триста сорок и сейчас она выпьет нашу кровь. – Снова рассмеялся Афанасий.

– Боюсь, вашей кровью я бы отравилась.

– А моей? – Вытаращила перепуганные глаза Кармен.

– А от вашей, боюсь можно заразиться неимоверной глупостью.

– Лишь бы не вашим снобизмом. – Не сдержалась я, в то время как куча тряпья снова подала признаки жизни, но не издала ни единого звука.

– Так всё-таки, – в очередной раз вмешалась Катюшка, явно опасаясь скандала, – с какой целью вы нас сегодня посетили?

– Я надеялась найти здесь единомышленников, но вижу что зря. Видимо права была моя прабабка, когда говорила, что высший свет выходит в свет, а не погружается в кабацкую тьму.

– Ой, как здорово! А чё это значит? Наверное чё-то очень крутое и княжеское! Высший свет, это наверное про камни на короне? А почему вы пришли без короны? Ваши единомышленники обязательно бы вас увидели и пришли!

– Ха! Санитары бы за ней пришли! – снова рассмеялся Афанасий Валерьяныч, и чуть не выронив свой портфель, подтянул его к подбородку. Видимо там был ну очень дорогой коньяк.

– А вы, товарищ трудовик, не скрывайте от них свой адрес, если он у вас конечно есть, чтобы бедным медработникам не приходилось искать вас у всех случайных знакомых.

Честно сказать, постоянные попытки княжны устроить скандал мне уже порядком надоели. Пожалуй, стоит попытаться её игнорировать.

– Екатерина Васильевна, а вы чем занимаетесь, где учитесь?

– Лучше просто Кармен, мне так привычнее.

– Ну хорошо, Кармен, вы студентка?

– Ты. Лучше, конечно на «ты», а то я себя сразу старой чувствую. – Девица встала, заняла позу «отличница у доски», и продолжила :

– Сейчас я учусь на флориста. Ну, это по вечерам, а днем я учусь на повара-кондитера, потому чё так мама захотела. А я хочу на дизайнера, но это потом, когда денег накоплю. А я накоплю, вот пойду флористом работать и накоплю!

– Флорист, это здорово! – похвалил девушку трудовик. – У меня соседка флористом работает, она такие крутые композиции и венки из цветов делает! Может на венке даже герб изобразить. Слишь, княгиня, я те обязательно закажу!

– Ой, как здорово! – умилилась Кармен – Я так рада, чё вы уже подружились! Знаете, я через неделю закончу учёбу и непременно сделаю вам общий венок.

Куча тряпья закрыла лицо руками. И как ей только это удалось? Катюшка спрятала улыбку в чашку уже давно остывшего кофе, а я чуть не до крови прикусила губу. Оказывается иногда очень сложно не рассмеяться вслух.

– Интересно, – почти прошипела последняя княгиня, – когда вас создавал господь, он случайно вложил вам обезьяний мозг или намеренно!

– Я с этой Дракулой в одну домовину не лягу! – неожиданно высоко заверещал Валерьяныч и отбежал к окну. – Я ещё жить хочу!

Куча свалилась со стула и принялась хохотать в голос. Кармен удивлённо хлопала распахнутыми, как форточки по весне, глазами и явно не понимала сути возмущения и странной реакции кучи.

– Простите, я, наверное чё-то не то сказала… Елена, а кем вы работаете? – попыталась она сменить тему.

– Давайте, для начала узнаем, что за субъект прячется в костюме бельевой корзины, вывернутой наизнанку.

Я смело подала кучке руку, в то время как Афанасий, боязливо озираясь, притянул поближе к груди свою драгоценную ношу и пробубнил:

– Действительно. А то ещё окажется, что казачок то засланный.

– Откуда? – резко выпрямилась в стуле княгиня. Не иначе ждала очередного раскулачивания.

– Вы неправильно говорите, я знаю, я эту тему трижды с учителем повторяла, «застланный» от слова «застелить», хотя он скорее не застланный, а увешанный, но все равно, «т» нужно обязательно произносить. – объяснила нам Кармен прописную истину. – А чё вы все на меня так смотрите, я чё, разве не права?

– Конечно вы правы. – В очередной раз вмешалась Катюша, подставляя куче стул. – Впрочем, как и все вы правы в том, что нашему гостю пора бы уже представиться. И так, как вас зовут, чем вы занимаетесь, и почему вы сегодня с нами?

– Да так… – проблеяла куча тряпья, вполне себе даже мужским голосом.

– Ой! – Уже привычно начала Кармен. – А там, кажется, мальчик.

– Да уж ясно, что не девочка! – Хохотнул Афанасий и чуть ослабил железную хватку. Если бы его портфель был живым существом, то непременно бы вздохнул с облегчением.

– Определённо. – Княгиня, с самым деловым видом из своего арсенала, выпустила колечко табачного дыма. – Ни одна представительница прекрасного пола никогда бы не позволила натянуть на себя такую гадость.

– То есть, вы хотите сказать, что для мужчины это привычное дело! – Снова приступил к контратаке Валерьяныч. И кто бы знал, как они мне надоели!

– А давайте не будем выяснять кто и что хотел сказать. – Я налила куче чашку фруктового чая и зачем-то подала льняную салфетку. – Ведь мы же ждём рассказа от нашего гостя.

– Блин, так глупо получилось… – Куча почесал голову (увенчанную, как оказалось, коконом из цветастых трусов), рукой пестрящей ползунками, футболками и многочисленными носками. – Яаа… Понимаете, я просто в карты проиграл…

– И чё? – Кармен подошла поближе и принялась перебирать вещи, висящие у кучи на спине. – Блин, я такие шорты себе полгода искала, моего размера не было, а тут он! Подари, а?

– Да я бы подарил, но костюм не мой…

– Так ты ещё и вор! – вскричал Валерьяныч, снова вдавливая портфель в грудную клетку.

– Нет, что вы! Костюм мы в костюмерной взяли! В общем… Давайте знакомиться.

Куча снял кокон из трусов с примесью, как оказалось при ближайшем рассмотрении, полосатых галстуков, и оказался очень милым юношей, ровесником нашей Кармен.

– Меня зовут Антон Крохин, мне двадцать три года и я студент театрального института.

– Ой, как здорово!

– Да, очень. Особенно здорово оказалось сегодня. Мы с приятелями с факультета собрались в дурака на желания поиграть, ну я и проиграл в честь дня рожденья. А Фаня, ну Сашка картавый, он и загадал мне провести час в вашей компании, в костюме монстра из шкафа, при этом не вызывая подозрения. Ну, как будто всё так и должно быть. Мы просто сейчас как раз тему похожую проходим…

– Ой, как здорово! А вы уже и в спектаклях играете? Знаете, я просто обожаю театр!

– Особенно вешалку! – как всегда выпуская колечки дыма, проскрипела княгиня.

– Почему? – Не поняла Кармен.

– Потому, что дальше входа вы все равно не заходили.

– А вы вот зря на неё все время нападаете, – заступился за девушку Антон, – на мой взгляд, она очень милая и симпатичная.

– Ещё бы! – почему-то каркающе выпалила Бригида. – В чулках и поясе вам любая будет симпатична.

– Ну не скажите, вас бы я в таком виде узреть не захотел. – Рассмеялся Валерьяныч. – Если только в фильме ужасов. Антох, ты как думаешь, вампирша в таком прикиде для кино пойдёт? Хах,«Притон в Трансильвании»!

– Я думаю, что Елена хочет рассказать нам о своей работе, не правда ли, Елена?

– Спасибо, Катерина. Да, ведь именно этот вопрос интересовал Кармен. Что ж, я работаю менеджером по продажам в турагентстве «Ласточка». Кстати, сейчас у нас стартует новая акция для студентов, мы предоставляем тридцати пяти процентную скидку на недельный тур в Милан при предъявлении студенческого билета и справки с места учёбы.

– А для учителей у вас ничего не предоставляется?

– Боюсь что пока нет, но мы обязательно поднимем этот вопрос с руководством. Но есть замечательные варианты для молодожёнов, так что если вы, или ваш друг, вдруг решите жениться – милости просим! Мы непременно выберем вам что-нибудь исключительное.

Валерьяныч улыбнулся Кармен и опустил портфель на колени, а вот княгиня… Бригида, почесывая нос мундштуком, бросала на трудовика весьма интересные взгляды.

Странно, но в этот момент мне показалось, что они с Валерьянычем весьма неплохая пара. Я даже представила себе, как они вдвоём, после окончания мероприятия, сидят в парке на лавочке и попивают коньячок, из так ревностно оберегаемого все это время портфеля.