Волшебные приключения лягушки Катюшки
- -
- 100%
- +
– Готово! – Кузьма Иванович повесил записку на ручку двери и сразу же вернулся к принцессе, – только вот не пойму, ваше высочество, о какой карете речь идет?
– Знаете, Кузьма Иванович, вы меня, пожалуйста, не называйте больше «ваше высочество», вы ведь мне как родной получается.
Катюшке уже порядком надоело, что пожилой человек так к ней обращается, да и какая она принцесса, уж скорее пленница, а пленников «вашими высочествами» не называют.
– Хорошо, ваше высочество, а как мне вас называть?
– Просто, как всех, по имени. Меня Катюшка зовут, а вас я буду называть дядя Кузя, хорошо?
– Как вам будет угодно, ваше высочество Катюшка, – улыбнулся Кузьма Иванович.
– Вот так лучше, только, ваше высочество, нужно совсем убрать.
– Хорошо, Катюша, так откуда мы возьмем карету и как мы сможем до нее добраться, так чтоб черный туман не узнал? – спросил дворецкий, укладывая на кровати одеяла так, что со стороны казалось, что на мягких перинах спит Катюшка, ведь спящую принцессу точно никто не станет тревожить.
– А сейчас узнаете, дядя Кузя, только слова волшебные скажу.
Катюшка открыла одно из высоких цветных окон, встала на середину комнаты и стала вспоминать заклинание:
– Как же там, в сказке правильно было, только бы не ошибиться, и у нас точно все получится… Вспомнила! Сивка-бурка, вещий каурка, встань передо мной, как лист перед травой!
Как только Катюшка договорила, вокруг поднялся ветер, в окно налетела зеленая листва с неведомых волшебных деревьев, в воздухе закружилась стайка маленьких голубых бабочек, затем послышался стук копыт, по мраморному полу Катюшкиных покоев, звонкое ржание и, наконец, в золотом сиянии появился красивый рябой конь, с длинной, заплетенной в косу гривой и золотым хвостом, перевязанным синей ленточкой.
– Вот и наша карета, – сказала Катюшка, поглаживая толстую бархатистую шею, – правда самой кареты нет, придется ехать верхом. Ты ведь не против, Сивка-бурка?
– Нет, принцесса Катюшка, – ответил конь так громко, что даже окна звенели, – я легко отнесу вас обоих, куда скажете.
– Спасибо тебе, Сивка-бурка, только не говори так громко, а то еще услышит нас черный туман, тогда всем нам плохо будет.
– Не бойтесь, принцесса, ваша мама так заколдовала ваши покои, что здесь можно из пушки палить и никто этого не услышит, забирайтесь ко мне на спину, да держитесь крепче, я уж вас доставлю куда нужно.
– А куда нам нужно, Катюша? – Спросил Кузьма Иванович, с трудом залезая на коня и поднимая свою принцессу.
– А нужно нам к маме, на заколдованную полянку, в цветущую избушку.
– Будет исполнено! – прогремел Сивка-бурка – Только глядите, я вас хотя гривой и перевяжу, а вы все же держитесь крепко, скачу я быстро, лечу высоко, в два прыжка уж у избушки будем, да вот только однажды ветер окаянный со мной спорить задумал кто быстрее, и проиграл, теперь вот злится и все норовит седоков моих сбить.
И тут распустилась грива золотая сама собой, обвила Катюшку с дядей Кузей крепко-накрепко, что аж пошевелиться нельзя было, ухватились они за гриву, и Сивка-бурка выскочил в открытое окно. Замелькали перед глазами седоков дома беленые, леса зеленые, болота топкие, да реки глубокие, тут первый прыжок закончился, прыгнул Сивка-бурка во второй раз, да в облако пушистое угодил. А ветер уж тут как тут, облако несет, кружит, не дает Сивке-бурке выбраться, руками своим холодными, невидимыми за гриву цепляется, норовит седоков сбросить. Испугалась Катюшка, заплакала:
– Ветер, миленький, не губи, пусти нас к матушке, не для того мы от Кощея сбежали, чтоб упасть и разбиться.
– От Кощея говорите, а кто ваша матушка? – завыл ветер.
– Я принцесса волшебного королевства Катюшка, а мама моя фея из цветущей избушки.
– А не врешь? – снова прогудел ветер.
– Не врет, батюшка ветер, – вмешался Кузьма Иванович, – принцесса и есть.
– А зачем от Кощея сбежала, плохо тебе разве под его доглядом?
– Конечно, плохо, – ответила ветру Катюшка, – а кому с ним хорошо? Спасать от него королевство нужно, только беды от него, да от его тумана черного.
– И то правда, а ты справишься? Что-то ты больно мала-то, для героя – избавителя, тебе ли с Кощеем тягаться? – просвистел ветер, играя с облаком.
– А кому ж еще! Я же принцесса, да и в книжках все про него читала, знаю, что смерть он свою в яйце держит.
– Про то все знают, вон и конь твой знает, и я знаю, да только счастья нам это не принесло, и людям избавления не дало, кругом туман черный шпионит, всех кто около дуба того появляется он ловит, да Кощею в шахты тащит. Вот и сын мой, ветерок, туда же попал…
– И мой жеребенок в шахтах у Кощея томится, даже щуренка морского туман поймал, когда он к берегу подплыл. А сейчас вся надежда только на фею из цветущей избушки, кроме нее никто не знает, как Кощея одолеть, – сказал Сивка-бурка, повесив голову.
– Ладно, – снова провыл ветер, – помогу я вам, в этом облаке до цветущей избушки догоню, так вас никакой черный туман увидеть не сможет, а на заколдованной полянке туман не стелется, там уж вас Сивка-бурка на землю опустит.
– Спасибо тебе, друг, – сказал волшебный конь, – может, еще раз посоревнуемся, когда Катюшка Кощея победит?
– Да не за что, вот только самой ей Кощея не одолеть, уж больно силен он. Ну да мы с тобой поможем.
Вскоре друзья были уже над заколдованной полянкой, они отпустили облако и все дружно спустились на землю.
– Так вот почему эту избушку называют цветущей! – воскликнула восхищенная Катюшка, когда увидела жилище своей матери. Стены его были сплетены из разноцветных вьюнков, которые приветливо кивали головками цветов и забавно хлопали глазами, ставни из красных роз шелестели зелеными лепестками, отгоняя пчел от окна с занавесками из васильков, крыша, устланная крупными белыми ромашками, была увенчана огромным оранжевым гладиолусом, из каждого цветка которого поочередно вылетало маленькое облачко желтого дыма, на которое тут же налетало множество цветных бабочек. Катюшка, конечно же, поняла, что это была пыльца, которой мама подкармливала насекомых.
– Интересно, – тихонько заговорил Кузьма Иванович, – а хозяйка дома? Ваше величество! – позвал он, как только мог громко, – Это мы, ваша дочь – ее высочество принцесса Катюшка и я, ваш дворецкий Кузьма Иванович, вы дома? Ваше королевское величество!
– Кузьма Иванович, ну я же просила, – раздался со всех сторон сразу голос Катюшкиной мамы, вот только невозможно было понять, откуда, и где она сама, – не называйте меня вашим величеством.
– Простите, ваше величество, это больше не повторится, – пробурчал, опустив голову. – Можно нам войти, принцесса с утра ничего не ела, ей бы покушать…
А Катюшка все оглядывалась по сторонам и пыталась увидеть маму, вот только никак у нее это не получалось.
– Ну, где же ты, мамочка? – прошептала маленькая принцесса со слезами на глазах, – нам так нужна твоя помощь.
– Входите, – снова раздался голос отовсюду, – и ты ветер, и ты волшебный конь, проходите, в моей избушке всем места хватит.
Глава третья
в которой Катюшка получает ответственное задание
Войдя в избушку, Катюшка надеялась увидеть там маму в кресле у камина, с книжкой и чашечкой чая, но вместо этого принцесса увидела огромную залитую солнечным светом комнату, в которой было множество раненых птиц и животных. Посреди комнаты расположилось небольшое озеро, размером с круглый кухонный стол, в нем плавала золотая рыбка в короне и красной мантии, а на берегу лежала лягушачья шкура и горстка белых перьев. На стенах светились картины, составленные из светлячков разного оттенка и яркости, а на полу, вместо ковра, расстелился широкий луг с множеством целебных трав и ярких цветов. Но куда бы Катюшка ни смотрела, она не могла увидеть маму.
– Мама, мамочка, ну где же ты? – заплакала Катюшка. – Куда ты пропала?
– Я здесь, – вновь со всех сторон раздался голос, – и я никуда не пропадала.
Вдруг, над озером закружился вихрь из больших и маленьких цветов, в нем были розы, роняющие в танце свои лепестки, как сказочная принцесса платочек с высокой башни; были белые ромашки, машущие всеми лепестками сразу, отчего они становились похожи на морских медуз; были паровозики из веток сирени, которые держали колесики из голубых васильков; были фиолетовые ирисы, которые плыли, словно лебеди, в волнах из анютиных глазок, и вся эта красота проплывала мимо Катюшки и ее друзей, когда вихрь вдруг стал расти и расти… и наконец, рассыпался вокруг цветочным дождем с чудесным ароматом. И, казалось бы, ничего не изменилось вокруг, только около круглого озера вдруг начал расти небывалой красоты цветок, похожий на фиолетовый ирис с золотой окантовкой. Когда цветок занимал уже половину избушки, он опустил нижние лепестки, и на них появилась золотая лестница, ведущая в самую середину цветка, и там, на высоком цветочном троне сидела королева-фея, Катюшкина мама.
– Мамочка! – Катюшка вбежала вверх по золотой лестнице и обняла королеву фей. – Мамуля, я так соскучилась, я боялась, что не увижу тебя, что тебя тоже Кощей схватил, и Катюшка горько заплакала. Она уже пожалела, что к ней пришел этот глупый гном, со своим глупым волшебством. – Это я виновата, – плакала она, уткнувшись носом в мамино плечо, – если бы не мое глупое желание…
– Не плачь, родная, ты ни в чем не виновата и твое желание не было таким уж глупым, – королева поцеловала Катюшку в глазки, и слезы моментально исчезли, – ведь твоя мама фея, и как любая, даже самая простая мать, я в первую очередь защитила своих детей. Конечно, все исправить мне не удалось, но…
– Но мамочка, я ведь не загадывала Кощея.
– Я знаю, и ни в чем не виню тебя, во всем виноват случай.
– Какой? – спросила Катюшка, снова собираясь заплакать.
– А вот какой, перестали люди в чудеса верить, и вокруг нас стали все чудесные существа исчезать и феи, и эльфы, и гномы. Тогда они стали объединяться, чтобы поддерживать в людях веру и совет фей принял решение, что каждому человеку, который в нас верит, нужно по одному волшебству подарить, а доставляют этот подарок сами волшебные существа. Но вот беда: собрались вместе все волшебные существа и добрые и злые, и хотя злые должны были стать добрее, чтобы не исчезнуть совсем, они так и не научились не пакостить людям. Гном, который попал к тебе, доченька, был как раз самым настоящим вредным гномом, он раньше людям в полях пакостил – паразитов разных напускал на посевы и болезни всякие на фрукты и овощи, вот и тебе, в волшебство подаренное, паразита запустил. Хорошо еще, что я помочь успела, заколдовала я твою, Катюша, комнату, Кирюшин лес и свою полянку, да вот беда – не по силам мне Кощея победить, не могу я вред никому причинить.
– А кто же его победит, мамочка?
– Вы и победите, Катюшка, вместе с твоими новыми друзьями: ветром, волшебным конем и Кузьмой Ивановичем. Только гляди, сначала тебе нужно брата освободить, затем ветерка и жеребенка Сивки-бурки, а там уже и за Кощея браться можно.
– Но мамочка, я же не знаю, где Кирилла искать, его Кощей где-то прячет.
– А вот и нет, ты же сама говорила, что брат твой лесовичком будет, вот по-твоему и вышло. А я уж так наколдовала, что где бы Кирилл ни находился, лишь только час один проходит, лес его обратно к себе забирает и прячет хорошенько, а заклятие мое только ты снять и можешь.
Тут уж и остальные в разговор вмешались, до сих-то пор они молча стояли, чтоб Катюшка с мамой поговорить могла, а теперь то куда без них? Они ж главные помощники.
– Ну а мы чем поможем? – прогудел ветер.
– Ты, ветер, и ты, конь волшебный Сивка-бурка Кощея отвлечете, разнесете по всем сторонам света вещи Катюшкины, как только пропажа ее обнаружится. А что бы времени у нее больше было, вот тебе Сивка-бурка попугай, птица заморская, будет он по Катюшкиным покоям скакать, да на разные голоса говорить, за принцессу и друга нашего дворецкого. Ты его в замок отнеси, да вещей Катюшкиных и украшений побольше набери, чтобы и тебе и ветру на большое расстояние хватило. А ты, ветер, нагони тучи черные и держи их над замком, доколе из окна попугай не вылетит, а чуть он только покажется – разбегайтесь вы в разные стороны, да смотрите, все по лесам да по долам разбрасывайте, а платье шелка зеленого, жемчугами вышитое, бросьте в синее море, в самую его середину. А уж как управитесь, ко мне возвратитесь.
Загудел ветер, заржал конь волшебный, копытами застучал:
– До встречи, принцесса Катюшка! – крикнули они разом и вихрем вылетели из избушки.
– А ты Катюша, – продолжала королева фея, – вместе с Кузьмой Ивановичем, в лес Кирюшин пойдешь, найдешь брата, да сюда его приведешь. Только смотри, как из лесу выйдите, сразу время считайте, на пятьдесят девятой минуте, поцелуй его в закрытые глаза и спадет мое колдовство, иначе он обратно вернется, и спрячет его лес еще дальше.
– А как же мы, ваше величество, до лесу-то дойдем, – спросил Кузьма Иванович, – ведь кругом туман кощеев лежит, он же окаянный, как принцессу почует, так враз схватит.
– Туман, Кузьма, это слуга Кощеев, и делает он только то, что прикажут, а покуда нет приказа Катюшку ловить, он за ней не кинется, да и после будет только одежки ее хватать по всему волшебному королевству.
– Но, мамочка, ведь один раз, в замке, туман чуть не поймал меня! А тогда ведь приказа не было…
– Был приказ, ваше высочество, приказ ловить всех, кто про маменьку вашу вслух скажет.
– Дядя Кузя, – обиделась Катюшка, – ведь мы же договаривались, что вы называете меня Катюшей, а вы опять…
– Ну, не обижайся, дочка, ведь в волшебном королевстве ты для всех принцесса, а значит, Кузьма к тебе правильно обращается.
– Не хочу больше быть принцессой, домой хочу! – снова заплакала Катюшка и бросила корону. – Мам, а могу я загадать еще одно желание? Ведь у меня должна быть волшебная палочка.
– Могла бы, но волшебство злого гнома очень сильное, и оно позволит вернуться только тебе, если ты не спасешь всю волшебную страну.
– Но как же я ее спасу, мамочка, ведь как только узнают, что я пропала, меня сразу туман схватит!
– Не переживай, не схватит, мы его обманем.
– Да как же его обманешь? – засомневался дворецкий, – ведь у него нюх не хуже собачьего, он и видит все и слышит…
– Все, да не все! Сперва он вещи Катюшкины хватать будет, потом в толпе ее выглядывать да выслушивать будет, а уж пока догадается, в чем хитрость наша, вы уж и назад воротитесь. А сейчас поспешите, до леса путь не близкий.
– А как мы до лесу дорогу найдем? – спросил Кузьма Иванович.
– А дорогу вам светлячки мои покажут.
Королева фей хлопнула в ладоши, и несколько самых ярких светлячков слетев со стены, засияли перед лестницей.
– Не переживай, мамочка, мы скоро вернемся, вместе с Кириллом вернемся! – Катюшка поцеловала маму в щеку и побежала к выходу. – Сказки всегда хорошо кончаются – кричала она на бегу
– Подожди, дочка, задержись на минутку, я вас переодену, чтобы туман черный не узнал. Улыбнулась королева, она очень гордилась тем, что у нее такая умная и смелая дочь, которая всем сердцем верит в сказки и в то, что добро непременно победит.
Катюшка обернулась и снова увидела озеро с золотой рыбкой в центре полянки, мамы уже не было видно. Вдруг, рыбка стала бить хвостом по воде и во все стороны полетели сияющие брызги, они закружились, словно маленький смерч и, танцуя, стали приближаться к нашим героям, через минуту Катюшка и дядя Кузя уже кружились вместе с переливающимися разными цветами, каплями и чем-то еще, что кружилось и плыло рядом. Катюшка пыталась понять, что это такое, и когда рядом с ней появился какой-то зеленый лоскуток, она протянула руку, чтобы поймать его и… это оказалась лягушачья шкура, которая лежала на берегу озера рядом с горсткой белых перьев, которые достались Кузьме Ивановичу. Постепенно вихрь рассеялся и опустил на землю двоих, но уже не Катюшку и дядю Кузю, а зеленую лягушку в золотой короне и аиста в черно-белом фраке.
– Теперь вас даже сам Кощей не узнает, не то, что черный туман. – раздался отовсюду голос королевы фей.
– Я что – лягушка? – квакнула Катюшка – Но почему, мама?
– Не просто лягушка, а лягушка-царевна, как в твоем желании, ты разве забыла?
– Но это же Кирилл сказал, а не я! – заплакала принцесса лягушачьими глазами.
– А ты согласилась, поэтому ты теперь лягушка-царевна. К великому моему сожалению, злой гном наколдовал так, что я не могу тебе помогать выходя за рамки твоего желания, иначе я бы просто его отменила, и все было бы по старому… А теперь летите, вам нужно торопиться!
– Но на чем мы полетим, ваше королевское величество? – прощелкал клювом аист дядя Кузя – Ведь мы же не умеем летать…
– Напротив, – снова отозвался голос, – очень доже умеете, вы только взмахните крыльями.
– Ваше величество должно быть шутит, – учтиво поклонился Кузьма Иванович, чтобы королева фей не видела его улыбки, но так как нос его стал теперь самым настоящим длинным клювом, а наклонялся дворецкий все ниже и ниже, на последнем слове он попросту клюнул себя за колено. Вот только из-за плохого зрения Кузьма Иванович не смог разглядеть, что произошло, и страшно испугался. – Ой! Что это? Неужели черный туман и сюда добрался, скорее, ваше высочество, мы должны бежать!
И аист дядя Кузя смешно запрыгал на своих длинных ногах, пытаясь догнать лягушку Катюшу и унести ее как можно дальше от страшного врага, неизвестно, каким образом пробравшегося в волшебную избушку.
– Дядя Кузя, – заквакала как можно громче Катюшка, прыгая вокруг него, – что вы делаете, остановитесь, нет здесь никакого тумана!
– Как это нет? – снова панически застучал клювом аист-дворецкий, – когда он только что ухватил меня за колено. Торопитесь, принцесса, я вас унесу в Кирюшин лес, и не пытайтесь от меня ускакать!
– Да никто вас не хватал! – снова отскочила от него Катюшка, уронив корону, – это вы себя сами клюнули!
– То есть, как это я себя клюнул? У меня что же, по вашему, клюв имеется, я что же вам курица какая-нибудь? Или ворона? А ну скачите сюда! – Дядя Кузя топнул лапой и упер крылья в бока, при этом он еще и растопырил перья от возмущения. Это выглядело настолько потешно, что королева фей не удержалась и с громким смехом снова появилась в избушке.
– Ваше величество, – снова поклонился дворецкий, – прошу, вразумите Вашу дочь, она совершенно не думает об опасности, ей бы только шутки шутить, да над старым дворецким смеяться.
– Простите ее, Кузьма Иванович, – улыбнулась королева, – и меня простите. Нет, вы, конечно же, не похожи ни на курицу, ни на ворону, вы птица более благородная, но все-таки птица, посмотрите на свое отражение в озере.
Дворецкий медленно подошел к круглому озеру, обиженно повесив хвостик, но свое отражение ему показалось совершенно таким, каким и должно быть, вероятно, и королева решила подшутить над ним, Кузьма Иванович тяжело вздохнул и продолжил всматриваться в воду.
– Ой, простите, – быстро проговорила королева фей, – я чуть не забыла! – и она быстро наколдовала старому подслеповатому дворецкому маленькие круглые очки.
Тут то отражение в круглом озере начало меняться и если бы не фрак и галстук бабочка, без которых Кузьма Иванович ходил разве что перед сном по своим покоям, он ни за что бы не признал в этом всколоченном длинноногом пернатом дворецкого из замка волшебного королевства. Он смотрел на свое отражение и не мог поверить своим глазам… Так вот о каких крыльях говорила королева фей. Аист, в конец расстроившись рухнул а землю, неуклюже растопырив длинные ноги и обхватив крыльями голову.
– Ваше величество, а я такой надолго?
– Нет, Кузьма Иванович, как только Катюшка победит Кощея, все вернется на свое место, и ваши крылья и перья займут свои места в волшебной кладовой круглого озера. А сейчас не время расстраиваться. Вам пора тренироваться летать, Другого способа быстро добраться до Кирюшиного леса у вас нет.
– Ну не расстраивайтесь, дядя Кузя, – проквакала Катюшка, шлепая пузом по мелким сиреневым цветочкам, которые тут же прятались в бутоны, – из вас получился очень даже красивый аист, и очки вам очень идут, а главное, я всегда смогу отличить вас от других аистов и не бояться, что вы меня съедите, ведь другие аисты едят лягушек, а вы нет, я знаю, вы кашу любите, гречневую и молоко, ведь правда?
– Правда, – щелкнул клювом аист-дядя Кузя, – я бы и сейчас не отказался от чашечки молока с печеньем, и вы, принцесса, тоже ничего не ели.
– Да какая я теперь принцесса? Я теперь самая настоящая лягушка, могу и комаров поесть с мухами.
– Вот этого, я думаю, делать не стоит, – засмеялась королева фей, – прошу к столу.
Друзья, как могли, сели за стол и наконец хорошенько позавтракали сладкой кашей и вкуснейшим молоком с овсяным печеньем. Потом дядя Кузя целый час учился пользоваться своими огромными крыльями и приземляться на длинные тонкие ноги, и наконец в полдень аист дядя Кузя посадил на свою длинную шею лягушку Катюшку, зажал тонким клювом ручки плетеной корзинки с провизией и, попрощавшись с королевой фей, взмыл в небо.
– Мама, у нас все получится, – крикнула Катюшка, когда аист сделал круг над волшебной избушкой, – мы спасем Кирилла и вернемся!
– Обязательно получится! – ответила королева фей и трижды хлопнула в ладоши. В тот же миг, со всех сторон слетелись разноцветные птицы, тут были и белые голубки, и ярко-красные какаду, и белобокие сороки, и такие же длинноногие аисты, как дядя Кузя, только без фраков и галстуков-бабочек. Впереди них собралась стайка волшебных светлячков, сияющих всеми цветами радуги. Вскоре наши друзья уже совсем потерялись в огромном облаке птиц и насекомых, и даже если кто-то видел, как они вылетели из волшебной избушки, сейчас никто бы не сказал, где именно и куда они летят. Пернатая гвардия сопровождала принцессу и храброго дворецкого до опушки Кирюшиного леса, на протяжении всего пути несколько птиц постоянно отделялись от стаи и улетали в сторону, чтобы запутать возможного преследователя. Вот и здесь в лес за светлячками свернули три сороки, один пеликан, стайка крикливых воробьев и аист дядя Кузя с корзинкой в клюве и лягушкой Катюшей на шее. Вскоре и эти птицы разлетелись кто куда, а наши друзья приземлились на берегу искрящейся серебром, прозрачной, как слеза, речки.
Глава четвертая
в которой приключения только начинаются
– Ну, слезай, лягушка-Царевна, – сказал аист дядя Кузя, устало садясь на траву, – сейчас мы с тобой перекусим и полетим дальше. Знать бы еще куда…
– Дядя Кузя, а можно я сперва искупаюсь, а то у меня аж перепонки ссохлись от жары.
– А почему бы и нет, освежиться не помешает, да и речка, гляди, какая чистая.
– Ура!!! – радостно закричала Катюшка и полезла по шее дяди Кузи вверх, прям на голову, а оттуда на его длинный твердый клюв. – Дядя Кузя, вы только головой не вертите, я сейчас, как с трамплина, прям в речку прыгну. И ничего не говорите, иначе я упаду!
Кузьме Ивановичу ничего не оставалось, кроме как наблюдать, как лягушка Катюшка обхватила его клюв зелеными лапками, сгруппировалась и, резко оттолкнувшись, взмыла вверх, затем она кувыркнулась в воздухе и, расправив лапки в стороны, как заправская ныряльщица вошла в мерцающую на солнце воду.
– Да… – вздохнул пернатый дворецкий, – кабы не лягушачья шкура, ни за что бы не пустил. Где это видано, чтобы принцессы в холодную речку скакали? А здоровье как? О нем заботиться нужно, беречь, а тут… Катюша, – крикнул он вдогонку уплывающей все дальше от берега принцессе, – только не долго, пожалуйста, нам спешить надобно!
И, тяжело поднявшись, Кузьма Иванович стал разбирать корзину с припасами. Он достал аккуратно сложенную белую кружевную скатерку, узелок с хлебом и козьим сыром, бутылку свежего молока и горшочек с горячей картошечкой.
– Принцесса Катюшка, плывите кушать. – проклацал клювом аист-дворецкий, наливая молоко в красивую фарфоровую кружку. Надо заметить, орудовать большими крыльями с торчащими перьями было не очень удобно, поэтому большая часть молока пролилась на землю. – Ваша матушка будет беспокоиться, если вы не пообедаете.
– Плыву! – громко отозвалась Катюшка, – Я надеюсь, что на обед мне не придется есть мух и стрекоз, я только что одну чуть не проглотила, фи!
– Это потому, что на вас лягушачья кожа, вот вас и тянет на лягушачьи лакомства, по инерции.
– А на вас, дядя Кузя, перья аиста, а они, как известно, едят бедных, беспомощных лягушек.