Ведьма под соусом
- -
- 100%
- +
В этот раз на тему эльфийского посольства никто не перескакивал. Девчонки слушали внимательно, чтобы выпалить в итоге:
– Ну ничего ж себе!
– Угу, – буркнула я. – Мы с Жориком еле ноги унесли.
– И как отреагировал объект?
Я пересказала, как нас настигли у салона.
– Ты уверена, что он гнался за вами в экипаже? – с подозрением уточнила Танка.
Уверенности как раз не было. Однако других адекватных объяснений не существовало, верить в экипаж было проще, чем искать другой вариант.
– Он точно человек? – спросила уже Клисса.
– Точно, – тут я не сомневалась. – Но артефакт у него странный.
– Странный артефакт, способность находить то, что не видят другие, – принялась перечислять Яся, – охота на какого-то зверя…
– А ещё куча золота и никаких возражений, когда Мила назвала «милордом», – добавила Танка, оправдывая звание начинающего детектива.
Мы дружно задумались.
– Что если Виерлен всё-таки маг? – предположила Клисса. – Просто законспирированный?
Я хотела отрицательно качнуть головой, но не смогла. Вдруг подруга права?
– Как бы там ни было, а с холмом нужно разобраться, – сказала Танка.
Яся резко погрустнела…
– Может, дождёмся Мориса? – произнесла она.
Мы все встрепенулись.
– Что значит «дождёмся»? – не поняла я. – Верховный куда-то уехал?
– Какое-то серьёзное магическое происшествие в дальней провинции, – объяснила рыженькая. – Умчался сегодня днём вместе с тремя отрядами.
Кому как, а мне эта новость не понравилась!
Нам показали защищённый мощным кругом холм, верховный маг королевства экстренно уехал на какое-то происшествие, а ещё в столице эльфы, которых нужно беречь во избежание международных скандалов, и Виерлен с непонятным артефактом.
Мысли проступили на лице, и это было заметно. Некоторое время все молчали, а потом Клисса сказала:
– Девочки, предлагаю не паниковать раньше времени.
– Возможно, это просто совпадение, – кивнула Танка. – Совпадения случаются чаще, чем что-то ещё.
А Яся вздёрнула подбородок и напомнила:
– Вообще-то, мы ведьмы, а ведьмы – это сила!
Сразу стало легче. Да, всё правильно. Ведьмы – это сила, а злые ведьмы – и вовсе армия. Повода злиться у нас, к счастью, пока не было, но… если кто-то что-то против нас задумал, то ему конец.
Я улыбнулась, подруги тоже. Напряжённость сменилась сдержанным, но азартом, и Танка спросила:
– Когда пойдём исследовать холм?
Сошлись на том, что раньше чем послезавтра никто из нас не может. Причём идти на разведку утром смысла не имело, ведь там древний ведьмовской символ, а в те времена ведьмы предпочитали ночь. То есть ночь и сейчас лучше, но мы же цивилизованные, подстраиваемся как можем.
– Отлично. Вдруг и Морис к этому времени вернётся, – сказала Яся.
– А ты уверена, что нам стоит ему говорить? – отозвалась Танка.
Кстати, новый хороший вопрос.
* * *Возвращение в салон мадам Фокс было более эпичным, чем отъезд – меня привезли в экипаже с гербами. При этом девять из десяти чемоданов остались во дворце – я планировала встретиться с эльфийками ещё несколько раз.
И всё отлично, а экипаж удивительно комфортный, но попытка выйти из него едва не закончилась крутым падением. От удара головой о тротуар спас сопровождавший слуга.
Дальше – больше. Стоило подняться в комнату, в нос ударил неприятный запах. Такой, что через пару минут съеденные пирожные попросились обратно.
Сначала подумалось о недовольных моим поведением коллегах, подбросивших нечто пахучее, потом подозрение пало на Жорика. Но наш в целом культурный хорёк и сам пребывал в шоке, по мордочке было видно, что кучку-заначку в каком-нибудь укромном уголке он не оставлял.
Я принялась искать, а когда нашла, закралось нехорошее подозрение… Просто случилось то, чего не могло произойти.
Уезжая из Академии, каждая ведьмочка увозит с собой саквояж, плотно набитый разными снадобьями. Мы с подругами готовили всё лично, поэтому в качестве снадобий сомневаться не приходилось. Тем не менее состав в одном из пузырьков протух.
Вот просто взял и испортился. А пробка приподнялась, начала пропускать запах…
Пришлось спешно рыться в саквояже в поисках нейтрализатора, а потом рисковать, смешивая протухшее с нейтрализатором в цветочной вазе, потому что другой тары я не нашла. Когда из вазы повалил густой дым, стало по-настоящему страшно, но я сумела справиться с зельем. После чего смыла уже безвредную жижу в унитаз.
Подозрение усилилось, однако я решила отложить пессимизм на потом. Запихнула Жорика в его корзинку, взяла полотенце и отправилась в душ. Ну а там…
Лёд. Вот просто лёд из крана, и это при том, что дом мадам Фокс находится в хорошем районе и перебоев с водой тут никогда не было. Как я не завизжала на весь квартал – тайна, покрытая инеем, зато подозрение расправило плечи и встало в полный рост.
Увы, речь явно шла о побочке. О плате за бездействие, которая настигла гораздо раньше, чем полагается. Более того, это не по правилам – чтобы началась побочка, нужно фактически забросить затею, отказаться от своих обязательств, а я-то не забрасывала! Я не занималась охмурением один-единственный день!
Ощущение несправедливости было колоссальным, просто убийственным. Я заснула расстроенная, а проснулась с больной головой. Чувствовала себя так, что в пору утопиться в котле, но пришлось натянуть платье, привести себя в приличный вид и спуститься на кухню.
Там под странное переглядывание коллег я сжевала обычную овсянку, запила её кружкой крепкого чая и поползла дальше – в выделенный мне для приёма клиентов кабинет.
И вот иду я, никого не трогаю… Заворачиваю в общий холл, а там…
– Уважаемая, вы не поняли! – прорычал некто… Высокий, плечистый, с гривой платиновых волос и в целом очень знакомый. Он стоял вполоборота ко мне, грозно нависая над мадам Фокс. Этакая пышущая эмоциями скала.
– Нет, это вы не поняли, – ответила наша хозяйка спокойно. – Мила – ценный специалист, у неё очень плотный график. Если хотите пообщаться с ней в рабочее время, записывайтесь на приём. Иначе никак.
На последних словах в спокойном тоне мелькнули нотки ликования, ведь мадам знала, что Виер далеко не беден. Только окон в сегодняшнем расписании всё равно не было. А ещё не было возможности остаться незамеченной – мой путь лежал как раз мимо этих двоих.
Пришлось покашлять, потом поздороваться.
– Мила! – тут же прорычал Виер.
И чего так злится? Да ещё с утра пораньше?
– Господин Виерлен, я уже объяснила, – ровно напомнила хозяйка.
Учитывая побочку, мне, вероятно, следовало задержаться. Постоять рядом, построить глазки или даже назначить свидание, но эта же побочка испортила настроение настолько, что я решила не рисковать.
– Хорошего дня, – сказала вежливо и продолжила путь. К коридору и, собственно, кабинету.
Моё дефиле сопровождалось одобрительным взглядом мадам и мужским шипением. Первое, кстати, хорошо. За это могут и премию дать.
У двери уже отиралась немолодая мисс, которой я обещала убрать морщины на целых три месяца. Она сразу вбежала в кабинет, сдёрнула шляпку и улеглась на кушетку. Я же натянула халат, подошла к столу с заготовками, а едва взяла миску для смешивания первого состава, испытала чувство дежавю.
Просто дверь, как и вчера, приоткрылась, и в кабинет просочилась довольная хозяйка. Правда, в этот раз Фокс желала вывести в коридор не меня…
Наклонившись к клиентке, она что-то зашептала, после чего обе вышли, причём стремительно. Спустя ещё секунду, в кабинет вошёл Виерлен.
Он закрыл дверь, мазнул взглядом по высокому, заставленному ведьмовскими средствами стеллажу, по рабочему столу и процедил:
– Ведьма!
Какое интересное начало. И о чём, учитывая этот «дружелюбный» тон, со мною собираются говорить?
Глава 6
Я уставилась хмуро, Виер ответил тем же. Буквально пригвоздил взглядом – точнее, будь на моём месте обычная девушка, она бы точно пригвоздилась, а я – нет. У нас, у ведьм, психика более устойчивая. Мы все бесстрашные. А ещё спокойные. До какого-то момента. Пока не доведут.
Виер явно рассчитывал, что я струшу, но я держалась. В итоге именно он сделал глубокий вдох, призывая себя к спокойствию, и произнёс:
– Как поживаешь, Мила?
– Лучше всех, – немного слукавила я.
Серые глаза сощурились, в них сверкнуло нечто пугающее и странное. Но после нового глубокого вдоха взгляд стал самым обыкновенным.
– Жаль, что не могу сказать того же, – хмуро сообщил объект.
Снова посмотрел по сторонам, а заметив стул, снял и отбросил на него камзол.
После камзола настала очередь рубашки, но её мужчина снимал медленно. И чем дольше он воевал с пуговицами, тем выше поднимались мои брови. Что происходит? По какому поводу стриптиз?
Когда тонкий шёлк улетел на тот же стул, брови поднялись ещё выше, а глаза округлились. Виер выглядел ну очень помятым. Вернее, подранным.
– Это ещё не всё, – буркнул объект.
Расстёгнутый ремень, пуговица штанов, и я не выдержала:
– Подожди!
– Нет уж, – рыкнул мужчина.
В общем, ноги мне тоже показали. А вместе с ними и симпатичные шёлковые трусы.
Вот уж не думала, что мужчины носят шёлк. Точнее, до этого момента я о мужском белье вообще не задумывалась. Впрочем, эти довольно узкие и интригующие шорты меркли на фоне множественных царапин и укусов.
– Что с тобой произошло? – выдохнула я.
Виерлен раскинул руки, позволяя пронаблюдать себя во всей красе, а потом сложил эти руки на груди и объяснил:
– За вчерашний день меня покусали три щенка, два кота, одна крыса, хомяк, и даже канарейка клюнула. Канарейка, Мила! – пауза и продолжение: – Объясни своим приятельницам, подругам, знакомым или кто они там тебе, что от меня лучше держаться подальше! – Последнее – это опять был рык.
Тут вспомнились коллеги – у одной действительно жила в комнате канарейка, а другая обожала щенков, её дядя содержал псарню. Котов любили абсолютно все, и только крысе с хомяком объяснения пока не было.
Виерлен злился, и очень, рядом с ним однозначно не стоило улыбаться, а я не смогла.
– Это не смешно! – прорычал многократно покусанный.
Всё. Хохот! Я даже на стул присела, а потом согнулась пополам, не в силах сдержать эмоции.
– Мила, они решили пойти твоим путём! – негодовал Виерлен. – После каждого нападения ко мне подходили знакомиться! Извинялись! Требовали возможности загладить свою вину! Требовали, понимаешь?
Я упала на стол и продолжила угорать.
– Половина незамужних девушек этого квартала! – блондин снова шипел. – Я уже на улицу выйти боюсь! Уже не знаю, откуда прилетит. Особенно после канарейки!
Понимаю, что неприлично, но я аж захрюкала, воображая эту картину. Ещё в памяти возник холм, и попытка заманить меня туда… Тогда всё было так загадочно и даже пугающе, а тут…
– Мила! Я тебя придушу!
Угроза была несерьёзной, с места Виер не сдвинулся. Впрочем, пожелай он меня убить, у него бы получилось – я была беззащитна в своём смехе и успокоиться не могла.
Лишь спустя несколько минут, смахнула слёзы и, совладав с голосом, сказала:
– Сочувствую.
Искренность мою не оценили.
– Ты не сочувствуй, а лечи! – рявкнул мужчина. – И объясни своим… кто они там тебе!
С этими словами он плюхнулся на кушетку. Та оказалась коротковата для столь длинного тела, ещё и скрипнула жалобно, но что делать? Не выгонять же болезного.
Размазав по лицу остатки слёз, я взяла со стеллажа склянку с самым сильным заживляющим составом.
– Одного не понимаю, – буркнул Виер. – Как им удалось натравить на меня всех этих тварей?
Уж что, а это было элементарно.
– Зелье, конечно. Есть состав, который позволяет сделать кратковременное внушение животному.
– Так ты им ещё и зелье давала? – Виер аж подпрыгнул.
Но я отрицательно качнула головой.
– Не давала. Но я не единственная ведьма в городе.
Блондин осознал, поморщился и успокоился. Правда, добавил:
– Дурной пример заразителен.
– Угу.
Я подхватила из корзинки ватный тампон, обмакнула его в состав и приложила к первой, самой длинной и глубокой царапине, расположенной на предплечье. Предупредила постфактум:
– Будет немного больно. – Врала. Там действие – огонь!
Виер снова поморщился, но не взвыл, хотя именно этого я и ждала.
Состав сработал отлично. Полоса сразу начала бледнеть, затягиваться, но когда на месте царапины образовался тончайший шрам, который должен исчезнуть через пару дней, я заметила нетипичный эффект.
Буквально на долю секунды, но под кожей Виера пробежала этакая серебристая змейка. Крошечная, почти неразличимая. Но она точно была!
Недоумённо моргнув, я опять обмакнула тампон в состав и приложила к другой ране. В этот раз смотрела внимательнее, и змейка не заставила себя ждать.
И всё бы ничего, но прежде я с подобными проявлениями не сталкивалась. Более того, даже не слышала!
– Что у тебя под кожей? – спросила хмуро.
Виер посмотрел невинно:
– В каком смысле?
– Ты вообще кто?
Странный вопрос, согласна, но… В общем, возникло подозрение, и вопрос слетел с языка раньше, чем успела подумать.
– Эту тему мы с тобой уже обсуждали, – мужские губы дрогнули в улыбке.
– Я не про профессию, – ответила холодно. – Я про магическую и расовую принадлежность. Ты кто?
Визави опять-таки не смутился. Плавно сел на кушетке, выдернул пузырёк с заживителем из моих пальцев, тампон тоже забрал.
– Я – это я.
Милый ответ. Получается, мыслю в правильном направлении?
Стало неуютно. Нет, я не против представителей других рас, но в нашем королевстве таковых, считай, не водится. Ну и второе – если не человек, то кто? На орка, тролля, вампира или тем более гнома он явно не похож.
Ни на кого не похож. По виду – настоящий человек. Я бы предположила, что он под личиной, но у Виера нет никаких амулетов. Уж я-то видела! Да и сейчас наблюдаю, разве что в трусах этот амулет спрятал?
Или… удерживает личину собственными силами? Но это высшее искусство…
Тут мне стало ещё напряжённее – просто поняла, что такой «человечный» Виер больше всего похож на эльфа. Сходство приблизительное, но есть.
А следом вспомнилось, что «богатый гость» прибыл в тот же день, что и делегация ушастых. Так, может, он шпион? Осведомитель лорда Лэрила, например?
Но вслух я спросила о другом. Озвучила ещё одно, опять-таки неприятное, подозрение:
– А животное, на которое ты охотишься, на скольких ногах ходит? На четырёх или на двух?
Меня смерили пристальным взглядом и ухмыльнулись.
– Не те вопросы задаёшь, ведьмочка.
Да неужели!
– То есть на двух? – не пожелала отстать я.
Виер не ответил. Молча занялся собственными ранами. На фоне остальных увечий синяки от укусов Жорика выглядели очень мощно. По ним тампон тоже прошёлся, но от укусов колдовского зверя средство не помогло.
Я же стояла и думала о том, что отсутствие Мориса сейчас очень некстати. В смысле оно и раньше не нравилось, а теперь так вообще.
Но что делать? Куда бежать, куда податься?
А потом произошло сразу несколько вещей…
За окном резко потемнело, сверкнула молния. Сильный порыв ветра распахнул створки окна, а вдалеке громыхнуло так, что содрогнулся дом.
Новый порыв ветра, и внезапный дождь – три капли, а через миг – настоящая стена, да ещё с градом. Перепугалась я сильно, но это не всё…
За спиной прозвучал тихий «бах», и я развернулась – по стеллажу стекало содержимое одной из склянок. За первой без видимых причин взорвалась вторая. Потом третья. И четвёртая, и…
– Хватит! – воскликнула я.
Взрывы прекратились, и это было настолько показательно, что я едва не завыла. Побочка, чтоб её. А самое ужасное – взрывались только ценные зелья. Дезинфицирующий состав и прочая мишура остались стоять.
Виер, скорее всего, не человек! Мутный тип и, возможно, даже преступник! Но я не могу лишиться своих зелий. Они же мне как родные!
– Есть предложение, – разворачиваясь, сказала я.
Блондин наблюдал за происходящим с большим интересом.
– Чтобы на тебя перестали охотиться, нужно сообщить всем, что ты занят. Мол, уже вступил в романтические отношения.
– Вступил? Своеобразное слово, – хмыкнул остряк недобитый.
Стало немного обидно. Согласна, что наш роман – та ещё штука, но Виер мог бы и промолчать.
– Не придирайся. Ты прекрасно меня понял.
– Я-то, может, и понял, но…
Возразить я не позволила. Шагнула навстречу и сообщила:
– Отметим сделку поцелуем!
Объект красиво заломил бровь.
Удивился и точно не поверил, но у меня там ценные зелья лопаются, побочка прямо-таки озверела. Значит, нужны решительные действия! Такие, чтобы у скрепляющего спор колдовства не осталось сомнений в моей добросовестности.
Я выполняю условия спора как могу!
Второй шаг, мои пальцы ловко зарылись в гриву светлых волос и сжали эти волосы, фиксируя голову. Наклон, мужские губы… и тут вышла небольшая заминка. Просто, невзирая на весь свой опыт охмурения, я никогда не целовалась. До этого момента я умудрялась ограничиваться улыбками, а сейчас…
Секунда страха, и я прижалась губами к его рту, впечатывая губы в губы. Получилось неплохо и не так ужасно, как думалось. Единственное – мне не очень понравился лёгкий магический разряд, который между нами пробежал.
– Ну вот и всё, – отстраняясь, сказала я. Волосы, правда, не отпустила, продолжила фиксировать.
– Что «всё»? – Глаза Виера слегка потемнели.
– Сделка, – объяснила я. – Мы договорились, и с этого момента…
Я осеклась, потому что на талию скользнула мужская рука, и движение получилось несколько странным. Недобрым и насмешливым одновременно.
Потом прозвучало:
– Это не сделка, Мила. Это издевательство. Настоящие сделки заключаются не так.
Воображение резко оживилось и нарисовало та-акую картинку, что щёки вспыхнули, румянец стремительно перетёк на шею.
Виер, глядя на это, замер, а через миг рассмеялся. Даже не так – он заржал!
Это было настолько неправильно, что я попробовала вырваться, а мужчина не пустил – наоборот, он притянул ближе, прижимая к собственному, не очень одетому телу.
– Пусти, – тихо потребовала я.
А в ответ…
– Я имел в виду условия. В сделке должны быть условия, взаимные обязательства, а ты их не озвучила. Так что это, повторюсь, не сделка. Но мы договорились. Вернее, договоримся, если поцелуешь меня ещё раз.
Я хотела сказать «нет». Более того, заявить, что договорённость отменяется. Не надо мне такого. Я с такими придурками раньше не общалась и теперь не собираюсь!
Но…
«Бах», и я по звону стекла определила, что это был пузырёк с чудо-сывороткой, которая готовится три месяца. Три месяца! У меня оставалось ещё пять таких пузырьков, но, учитывая расход и востребованность в работе…
– Поцелую, и ты отпустишь, – сообщила я.
Сказала, и тут же поспешила выполнить условие – снова прижалась ртом, впечатывая губы в губы. Понимала, что настоящий поцелуй немного не такой, там нужны какие-то движения, но что с неопытной ведьмы взять? Для нашего дела и так сойдёт.
Я целовала. Честно и без дураков! А рот Виерлена неожиданно приоткрылся, и я ахнула. Просто ощущение влажности и скользнувшего по моим губам языка было слишком необычным. Что он творит? Хам!
Я дёрнулась, но меня снова не пустили. Прижали крепче прежнего, и то, что произошло дальше, сильно выбило из колеи. Виер обхватил мои губы своими, принялся посасывать их, дразнить, ещё и язык его совсем уж распоясался…
Жорик в кабинете отсутствовал. А достать из кармана «крапивное» обжигающее зелье рука почему-то не поднялась.
Точнее, знаю почему. Я растерялась, всё происходило крайне неожиданно. Настолько, что я даже кусаться не стала – позволила блондину сделать своё неприличное дело и всё.
Зато когда его руки таки разжались, меня унесло на противоположный конец кабинета, и уже оттуда, с безопасного расстояния, я собралась высказать всё, что по поводу такого поведения думаю! Даже рот открыла, но меня опередили:
– Только не говори, что это был твой первый поцелуй, – простонал Виерлен.
И столько страдания в голосе, что я почувствовала себя ущербной. Резко нахохлилась и решила отпираться до последнего, но мне снова не позволили сказать.
– Точно первый, – сокрушённо заключил блондин. – Как я сразу не понял?
Стало ещё обиднее.
– Я предупреждала, что ноль, – напомнила, складывая руки на груди.
– Но не настолько же! – воскликнул этот… этот… в общем, понятно кто.
Я указала на стул, где были сброшены его вещи, и на дверь. Для самых тупых пояснила:
– Иди отсюда. Заживляющий состав, так и быть, дарю. Он тебе ещё пригодится. Для лечения новых ран.
Рыкнул. Потом фыркнул и почти расслабился. По-кошачьи плавно поднялся с кушетки и действительно отправился к стулу. Натянул штаны, а застегнуть рубашку не потрудился. Уже на пороге обернулся и бросил властно:
– Сегодня в семь возле этого салона. И только попробуй не прийти!
Очень знакомая фраза, вот уж не думала, что она ко мне вернётся. Кулаки сразу сжались, однако я предпочла промолчать. Виер открыл дверь, и в коридоре кто-то пискнул.
Следом прозвучало:
– Девушки, доброе утро. Безмерно рад вас видеть. На всякий случай сообщаю: я занят. Вступил в романтические отношения с одной ведьмой. – И уже злобно: – Поэтому держите свой зверинец при себе!
Снаружи что-то упало, будто кто-то свалился в обморок. Я ринулась было посмотреть, но белобрысый громко захлопнул дверь.
После такого выглядывать наружу было как-то глупо, и я осталась. Повернулась к несчастному стеллажу, и… склянка с дезинфицирующим составом всё-таки лопнула. Только я не расстроилась – уже знала, как поступлю.
Теперь оставалось лишь собраться с силами, выбрать время и подготовить список аргументов. Да, я собралась использовать экстренный вариант – обратиться к Поганке Болотной и попросить аннулировать спор.
Просто другого пути нет. Я не могу, не хочу и не буду охмурять этого хама!
Глубокий вдох – в этот раз мой, – я вспомнила, куда запихнула ритуальные свечи и восстановила в памяти карту городского парка. Только идти в парк не пришлось…
Свет плавно померк, словно над домом мадам Фокс опять появилась грозовая туча. Кабинет начал заполняться пурпурным туманом, а мне захотелось взвыть. Это было очередное «невозможно», вернее почти невозможно – ведь Хранительницы не приходят в мир живых сами по себе, для них подобное появление слишком затратно. Для перехода им нужна энергия вызывающего… Но главное – в случае именно призыва ведьмочку отделяет от Хранительницы защитный круг, а у меня…
По коже побежал мороз, волосы на загривке приподнялись, взгляд метнулся к распахнутому окну – прыгать невысоко, только первый этаж плюс цоколь! Но шансов уйти не было, себе дороже. Если сбегу, спор точно не аннулируют, потом ещё найдут способ настучать по голове.
Пришлось остаться. Замереть, изгоняя из головы все крамольные мысли о том, что Хранительницы – существа предельно вредные и опасные. Что у великих ведьм, живших много веков назад, местами протекает крыша, и… Так. Всё. Стоп.
Я храбрая и сильная! Я выдержу эту встречу, невзирая на отсутствие защиты!
А если не выдержу… будет уже без разницы. Упокоюсь с миром, и всё.
Глава 7
Поганка Болотная, она же Погания Болотье, явилась в знакомом образе строгой пожилой леди. Худая до невозможности, в платье позапрошлого века, в широкополой шляпе и с дамской тростью в руке.
Леди, как и полагается духу, была полупрозрачной и для начала окинула меня долгим пристальным взглядом. Потом я услышала:
– Даже не мечтай, Мила.
– Не мечтать о чём?
Догадка… она появилась сразу, но верить не хотелось. Я буквально ногтями вцепилась в надежду на то, что мы с Хранительницей говорим о разных вещах.
Может, она про погоду? Или про моду на новую изогнутую форму мётел? Про пирожные с имбирём, которые в последнее время ну очень популярны? Да про что угодно, кроме…
– Нет, – легко подсмотрев мои мысли, улыбнулась Погания. – Ты всё правильно поняла.
Пауза. Мой ужас, и весёлый оскал призрачной леди.
– Виерлен тиль Хорст нам нужен, поэтому аннулировать мы ничего не будем. Понимаю, что задача непростая, но ты справишься. Очаруй его! Охмури! Укради сердце и запутай мысли! Чтобы только на тебя и смотрел!
На сей раз я не сдержалась и завыла. Ы-ы-ы! За что мне это? Почему я?
– Ой, только драматизма не надо, – не оценила страдания ведьма. – Драматизм лишь мешает. Подумай лучше о том, насколько Виерлен привлекательный.
– Да сдалась мне его привлекательность!
– Это тоже зря. Когда мужчина привлекательный, очаровывать его приятнее.