Идеальная жена боевого мага

– Я ждала чуть позже, но так рада тебя видеть. Ты даже не представляешь. – Ложь получилась не слишком реалистичной.

– Ар-риадна, – тихо, уже без крика, процедил он.

Потом отодвинул меня и вошёл в зверинец. Оставлять сильнейшего боевого мага наедине с монстром пустоши было никак нельзя, и я заторопилась за ним.

У клетки мы очутились вместе и, пользуясь отсутствием свидетелей, я попросила:

– Грей, не ори, пожалуйста.

Пауза. Герцог Нортеймский оценил зрелище и, повернувшись ко мне, повторил:

– Ариадна Тарс-Марай, ты что творишь?

Ну вот. Как говорится, приплыли. То есть за этими новостями он даже фамилию мою новую забыл?

– Да ничего не творю, – ответила спокойно. – Животное в полумёртвом состоянии.

– Это не животное, Ари. Это кровожадный, опаснейший убийца!

– Мм-м… А что тогда этот убийца делал в городе? – задала важный вопрос я.

Злиться Грей не перестал, но посмотрел хмуро. Тут возникло нехорошее подозрение. Мне точно не понравится его ответ.

– Что сайгирс делал в городе? – повторила я.

Морвель отошёл от клетки и сказал о другом:

– Ты могла пострадать, понимаешь? Ари, ты, конечно, худшее, что может случиться с любым мужчиной, и я не против стать вдовцом, но я не хочу объясняться потом с твоими родственниками. – Пауза и уже менее вопиющее: – Мои люди мне тоже дороги, а ты приволокла монстра, и теперь всем им угрожает опасность.

– Да какая тут опасность? – фыркнула я.

Клетка была надёжной, а сайгирс норовил издохнуть. Но Грея ситуация всё равно не устраивала:

– Добью его пока не поздно.

– Себя добей, – не сдержалась я.

Мы замерли, схлестнувшись взглядами. Я испепеляла, а он пронзал холодом и категорически не желал понимать мою позицию. Невыносимый мужчина.

Когда молчание стало почти неприличным, я спросила в третий раз:

– Что сайгирс делал в городе?

– Как понимаю, он вырвался из загона.

Если это объяснение, то я – королева драконов.

– Какого именно загона? – увы, я тоже начала закипать.

Грей шумно вздохнул и попробовал отступить, но я вцепилась в отвороты его куртки и не пустила. Я желала знать. Немедленно!

– Ари… – очередной шумный, усталый вздох.

Он держался так, словно забыл, насколько настойчивой я могу быть. А ведь капкан захлопнулся – я не отстану.

Новый виток войны взглядов, новая долгая пауза, и Грей сдался.

– Есть в городе одно место. Там держат выловленных в пустоши сайгирсов, а потом используют для собачьих боёв. Я не одобряю, но герцогство в упадке, людям нужны развлечения. Сайгирсы гораздо сильнее любого бойцового пса, поэтому их выставляют против стаи.

В этот миг я поняла, что сейчас всех поубиваю. И герцога, и тех мордоворотов с палками, которые за сайгирсом гнались!

Обед прошёл в тяжёлом, испепеляющем молчании. Здесь и сейчас я могла посрамить любого монстра Мёртвой пустоши, а Грей… Неожиданно, но Морвель страдал.

Он ел и косился на меня. Смотрел осторожно, украдкой, прекрасно понимая, насколько я сейчас опасна. Я не великая защитница животных, и никогда ею не была, но то, что случилось, переходило любые границы. Держать себя в руках было очень тяжело.

Но я решила так: без Грея эту ситуацию всё равно не решить, поэтому выгрызать герцогский мозг буду позже. Более того, я даже вспомнила про житейскую мудрость, которая гласит – прежде, чем требовать от мужчины что-либо, как следует его покорми.

Кормила в данном случае не я, но я хотя бы не мешала. То есть мешала, но не слишком. Дождавшись, когда «муж» отодвинет тарелку, я ослепительно улыбнулась и спросила:

– Ну и что будем делать?

Грей застонал.

Запихнув поглубже свою жажду убийства, я принялась объяснять, что не намерена держать монстра в зверинце вечно. Я предлагала подлечить животину и отвезти к границе с Мёртвой землёй.

Он, точнее она, оправится и убежит. Всё. Вопрос будет закрыт, а конфликт, связанный с этой конкретной сукой, исчерпан. Касательно остальных монстров – я предлагала решать отдельно. Скорее всего мягко, потому что других вариантов, учитывая ситуацию в герцогстве, нет.

Но прямо сейчас в полный рост стояла проблема кормления издыхающего сайгирса. Монстры не переносят обычную пищу, едят ту специфическую живность, которую можно поймать только в Мёртвой земле.

Те неприятного вида мужчины что-то придумали, и я хотела знать что именно.

– Ты можешь отправить к ним кого-нибудь из слуг? За едой для сайгирса?

Морвель застонал снова.

Но горячий сытный обед сделал своё дело – Грей согласился. Он даже вызвал слугу и дал распоряжение, а потом явился другой слуга и, наклонившись практически к уху герцога, что-то шепнул.

Грей поднялся, и мужчины отошли в сторону, а итогом этих перешёптываний стал озвученный мне вердикт:

– Ари, никто из моих людей не готов ухаживать за этой тварью, и я их понимаю.

Я не удивилась и даже фыркнула:

– Что ж, мне не сложно. Буду заниматься монстром сама.

Настроение Морвеля тут же испортилось:

– Нет.

– Я вообще-то боевая магичка.

– Я знаю, какая ты магичка, – ожидаемо огрызнулся он. – Мне-то не рассказывай. Повторюсь, я не против овдоветь, но позже и каким-нибудь менее кровавым способом. – Пауза и продолжение: – Я найму одного из работников того питомника.

Во мне снова начал подниматься протест. Невольно представив себя на месте той зверюги, я поняла, что работник – последний, кого хочется видеть.

Я даже зашипела, вот только крыть было нечем. Увы, Грей не менее упрям, чем я.

– Хорошо, – процедила сквозь зубы, – но работник будет под моим контролем.

Эта идея Грею опять-таки не понравилась, и…

– Проконтролируй, пожалуйста, что-нибудь другое, Ариадна. Например, предстоящий большой приём по случаю моего возвращения и нашей свадьбы. А ещё нужно устроить народные гуляния – можно не по всему герцогству, а хотя бы в подчинённых лично мне землях. Горожан ты уже поразила, давай теперь исправим это первое впечатление? Пусть у них появится хотя бы иллюзия твоей нормальности?

Как жаль, что слуги уже утащили большой серебряный поднос. С каким бы удовольствием я огрела Морвеля этим подносом по голове.

Но…

Вход, выдох. Спокойствие, Ари. Спокойствие!

Грей, невзирая на всё своё мужланство, говорит правильные вещи. Герцог не может тихо обвенчаться в какой-нибудь часовне и притвориться, будто так и надо. Подданные не поймут.

– Повторять брачные клятвы будем? – глянув исподлобья, вопросила я.

– Надо бы, – пробормотал он и покосился на мои губы.

Взгляд был мимолётным, но я заметила. Лично мне целоваться повторно тоже не хотелось. С кем угодно, только не с ним.

– Хорошо, – резюмировала я. – Значит без клятв. Помощников мне выдашь?

– Бери кого хочешь, Ариадна.

Такая покладистость была неожиданной, однако удивляться я не стала. Уточнила сроки и даже расслабилась – Грей, разумеется, гад, но не конченый. Со сроками приёма он не торопил.

Зато попросил быть ласковой с местной аристократией:

– Сама понимаешь, в условиях дефицита денег, товаров и нашей обособленностью от мира, с аристократией лучше дружить.

Я посерьёзнела и кивнула. А ещё вспомнила про важное:

– Можешь убрать торговцев от портальной арки? Они гвозди в неё заколачивают.

Грей заметно скис.

– Могу, но какой в этом смысл?

Вопрос был как бы риторическим. Учитывая сложности с ремонтом, вроде и никакого. Только речь шла о работе великого артефактора, к тому же… Впрочем, говорить про второе я не стала. Какая разница? Арка, даже если она не работает, всё равно важный стратегический объект.

– Просто убери. И вызови кого-нибудь, чтобы ликвидировал дырки от гвоздей.

Муж посмотрел хмуро, а я добавила:

– И можно мне посмотреть на главную арку?

Теперь в его взгляде мелькнуло подозрение, причём направленное в правильное русло.

– Ты не артефактор – Ари, – зачем-то напомнили мне. – У тебя другая и, увы, очень посредственная магия.

Мм-м… А без шпилек нельзя?

Этот его тон, эта убеждённость в моей никчёмной, были отличным поводом забыть про родовое клеймо и махнуть рукой на все арки вместе взятые. Но, во-первых, мне было чуточку интересно. Во-вторых, рано или поздно мы с Греем разбежимся, а я не хочу тащиться полтора месяца по непойми каким дорогам, чтобы добраться до цивилизации. А телепортационный кристалл, с помощью которого мы перенеслись в Нортейм, был всего один.

– Я в курсе. И что?

Грей сначала оскалился, а потом выдохнул:

– Хорошо. Только дальше без фокусов. Мне вот так, – он провёл большим пальцем над головой, – хватило истории с сайгирсом. Я требую, чтобы это была первая и последняя неприятность.

– Я вышла замуж не для того, чтобы мотать тебе нервы, – поколебавшись, примирительно напомнила я.

Герцог кивнул. Он махнул рукой ожидавшему в дальнем конце обеденного зала слуге и, едва тот подошёл, распорядился насчёт арки.

Слуга почтительно поклонился, а я, отложив салфетку, отправилась на осмотр достопримечательности. Ну и что там? Ну и как? Найду ещё одно клеймо или нет?

В отличие от городской, арка, расположенная на территории замка, масштабами не поражала. Через ту, первую, могло пройти осадное орудие, а в эту даже всадник протиснется с трудом.

Впрочем, логично. Замок герцога – прежде всего крепость, и уровень безопасности должен быть высоким. Чем меньше арка, тем меньше вероятность, что через неё проникнет какой-нибудь перегруженный оружием враг.

Арка находилась на первом этаже, в отдельном зале. Причём в зал выходили ещё и бойницы – на случай появления незваных гостей.

Сколько народа могло разместиться в соседних помещениях я не знала, но уровень паранойи предков Морвеля мне понравился. Лучше перебдеть и показаться негостеприимным, чем пустить кого попало через портал.

Удовлетворённо осмотрев зал, я направилась к арке. Скрытая от непогоды, она сохранилась гораздо лучше, чем арка на площади. Жаль от силовых волн, которые сбили настройки, стены не уберегли.

Я увидела всё те же вырезанные в камне узоры – бороздки, узлы, спайки, разрывы и переходы. С большим удивлением почувствовала лёгкое колебание магического фона и конечно вздохнула, обнаружив то самое клеймо.

Символ был не просто знаком – он являлся моей… ну, в определённом смысле, болью. Кейр Марай – так звали предка, который, если верить историческим хроникам, творил настоящие чудеса.

Хроники утверждали, будто Кейр был гением и одним из лучших артефакторов за всю историю империи. Только я досточтимого предка всё-таки не любила. Обиженно поджимала губы с тех самых пор, как во мне наконец смогли определить талант.

До десяти лет я была убеждена, что ущербная и никакого таланта вообще не существует. Во мне не проявлялось жгучего интереса или склонностей к какому-либо делу – а талант, как правило, обнаруживается через них.

Например человек едва ли не с пелёнок любит ловить рыбу. А потом выясняется, что ему достаточно обратиться к своей уникальной особенности, влить незначительную крупицу магической силы, и через несколько минут вокруг его крючка соберутся все обитающие в водоёме осетры.

Со мной не происходило ничего. Попытки увлечь каким-либо делом всегда заканчивались провалом, я оставалась равнодушна. Всё изменилось в тот день, когда отчим, скрепя зубами, позволил забраться в сундук с вещами отца.

Этот сундук доставили из родового замка, который, после долгих разбирательств, вопреки принятому правилу, перешёл к двоюродному дяде. Нас с матерью лишили большой части имущества, отчим был предельно недоволен, рычал на всех, и особенно на меня.

Ведь родись я парнем, то земли Тарс-Мараев отошли бы мне. А так – остались лишь те, что были назначены отцом в качестве приданого.

Впрочем, не важно. Не о землях речь.

Мне позволили заглянуть в сундук, и я моментально влюбилась в одну безделушку. Невзрачная игрушка – деревянный человечек, сломанный лет сто назад.

Я сначала не поняла зачем отец её хранил, а потом обратила внимание на клеймо – это была реликвия, память о знаменитом предке. Выпустить из рук человечка с треснувшей головой и оторванными ногами я уже не могла.

Я пристала к плотнику, заставив вытачить для игрушки новые ноги. Раздобыла очень хорошие краски и идеальный лак. А когда привела человечка в порядок, ощутила странный отклик, который шёл от этого предмета. Действуя инстинктивно, я обратилась внутрь себя и влила крупицу магии. Через несколько минут человечек затанцевал.

Тут то и выяснилось, что игрушка не простая. Каким-то образом мне удалось наладить связь с творением Кейра и починить.

После этого мама сияла, ведь все решили, что мой талант лежит в области артефакторики. Но нет, на другие предметы умение не распространялось. Мне приносили очень много артефактов – не откликнулся ни один.

Дальнейшие разбирательства привели к выводу – мой талант касался лишь изделий, созданных Кейром. При том, что подобных вещиц в мире почти не осталось, пользы от умения было ноль.

Я даже развить его не могла, потому что для развития нужна практика! Тот факт, что прямо сейчас я стояла напротив сложнейшего магического «механизма» был ни чем иным как иронией.

Задача нереальная. Невозможная во всех смыслах.

Но времени-то у меня много? Так почему бы нет?

Я провела пальцами по прохладной каменной поверхности и, повернувшись к слуге, велела:

– Будьте добры, доставьте сюда диван.

Мужчина очень удивился, но герцогине не перечат.

– Ещё нужен толстый ковёр и подушки, – добавила я.

В округлившихся глазах легко читался вопрос «зачем?», однако пояснять я не стала. Вообще не собиралась обсуждать свою задумку с кем-либо. Талант в зачаточном состоянии, арка огромная, а в повреждениях не смогли разобраться даже профессионалы. Так зачем баламутить людей?

Ну и самое, пожалуй, главное – я понятия не имела что делать. Мой опыт ремонта изделий Кейра был старым, интуитивным и единичным. Он не внушал доверия от слова «совсем».

Слуга хотел выполнить распоряжение позже, но я отрицательно качнула головой и добавила:

– Несите сейчас.

Мужчина склонился в поклоне и вышел. Я же опять повернулась к арке и принялась щупать камень. Мне не чудилось – отклик действительно был.

Сразу вспомнился ликбез Грея о том, почему в Нортейме такие сложности с порталами. Эта, главная арка, являлась чудом уже на том основании, что находилась в столь нестабильной с точки зрения магии местности.

Как Кейру Мараю удалось соединить арку с другими, а потом ещё заставить всю сеть работать, я вообще не представляла.

Ну и ладно. Если получится, то выясню. А если нет, то нет.

Прикрыв глаза, я перешла на магическое зрение, чтобы увидеть распределённые по арке потоки. Меня ждал закономерный, но всё же неприятный сюрприз. Невидимые простому глазу силовые линии, которые должны соответствовать бороздкам на камне, пребывали в хаосе.

Этакий клубок разноцветной пряжи, с которой порезвился злой, невоспитанный кот.

Ещё я увидела разрывы, и больше всего их было внизу, у основания арки. Ещё заметила нити, уходившие глубоко под землю – это были каналы для подпитки из природных источников. Той самой, ради которой основания подобных арок погружают на невообразимую глубину.

Первая попытка обратиться именно к таланту ничего не дала. Вторая – тоже. Только ощущение отклика стало более ярким. Оно перешло в этакий сосредоточенный на кончиках пальцев зуд.

А потом меня отвлекли.

Сначала возникло чёткое ощущение, что за мной наблюдают. Распахнув глаза, я огляделась, но зал был пуст.

Подозрение пало на узкие бойницы, которыми были испещрены все стены – если кто-то и смотрел, то оттуда, из соседствующих с залом помещений.

Только напрячься или осмыслить этот момент я не успела – в телепортационный зал ворвался слуга. За ним семенила уже знакомая мне женщина – Дара. Она выглядела бледной и перепуганной до острого желания завизжать.

– Что случилось? – хмуро спросила я.

– Та тварь, сайгирс… – Служанка судорожно махнула рукой. – Она, кажется, подыхает.

Отлепившись от камня, я приподняла юбки и, не раздумывая, поспешила в зверинец.

Зачем помирает? Как помирает? Почему?