4 истории от Четверки из Трясины

Артур возвращался домой почти вечером. За ним уныло поскрипывал велосипед Люка. Ему всё-таки досталось от Сущего Кошмара за «недостаточно собранный вид». Туман над Трясиной рассеивался, и у горожан появилась надежда на погожий октябрьский денёк.

– Мне не по себе от этого всего, – выскочила вдруг откуда-то сбоку Роза на лиловом велосипеде, – а я, когда нервничаю, хочу есть. Может, в кафешку?

– Я за! – ответила Виола, которая догнала их уже возле перехода. – Ну как, мальчики?

Артур и Люк переглянулись и синхронно кивнули. Хотелось развеять тоску, а не сидеть дома, да и большая пауза после обеда давала о себе знать.

В местном кафетерии подавали разноцветные шарики мороженого, колу и холодный чай, а три раза в неделю ещё и пирожные. Глаза у Розы сверкнули, когда она увидела на прилавке лебедя из безе на песочном тесте.

Ребята устроились на высоких стульях за одним из бежевых столиков. Здесь висели гирлянды вместо ламп, а барная стойка притворялась горой мороженого. Панорамные окна позволяли разглядывать редких прохожих или, наоборот, прохожим пялиться на посетителей. Артур рассказал ребятам о свете в мансардном окошке и продемонстрировал фото. Разговор сам собой свернул на исчезновение миссис Ларс.

– Меня уфас как напуфали эти фледы борьбы, – пробормотала с набитым ртом Роза.

Она так наслаждалась сладким, что голос у неё был радостный, а глаза сияли.

– Но это звучит так расплывчато, – отказалась бояться Виола. – Люк, а что там было? Тебе папа не рассказывал?

Мальчик ответить не успел: тренькнул колокольчик на входной двери, и в кафе вошла та, кого тут совсем не ожидали увидеть. Артур, Виола, Роза и Люк синхронно отвернулись, чтобы скрыть удивление. Это была сама старушка Белые Букли! Не иначе как исчезновение миссис Ларс заставило её покинуть дом.

Голос недавней затворницы скрипел и сипел.

– Всю ночь! Всю ночь кто-то шастал у моего дома! А я уже немолода, милочка! – обратилась старушка к девушке за прилавком. – Это точно не ко мне!

Виола прыснула, Роза возвела глаза к потолку, чтобы не засмеяться. Артур и Люк так и застыли. Все смолкли, только Белые Букли визгливо болтала, пока варили кофе. На выходе самая старая жительница Трясины вдруг повернулась к Розе и сказала тихо, будто осенний лист прошелестел:

– А веснушки вам очень к лицу, зря вы так, – и вышла.

Роза выпучила глаза:

– Как она узнала?!

– Узнала что? – хором спросили Виола, Артур и Люк.

Девочка порылась в сумке и, слегка краснея, вытащила синий тюбик.

– «Лучшее средство от веснушек и неразделённой любви», – прочитала вслух Виола. – Эти маркетологи совсем с ума сошли! При чём тут любовь?! И как это понять?

Артур подумал с облегчением, что мальчиком быть проще. Вот стали бы его нервировать чёрные брови при светлых волосах – и тогда что? Красить? Да ну это всё!

В сумке завибрировал телефон.

Сообщение в чате класса. Не в основном, а в том, где не было учителей:

«Подожгли садовый домик миссис Ларс. Не ходите на улицу по одному».

Тут уже даже безе не спасло Розу от ужаса. Все четверо пялились в свои телефоны, перечитывая сообщение, будто от этого оно могло исчезнуть. Даже Виоле изменил её привычный боевой дух. Артур и Люк проводили девочек по домам, доехали до общей развилки, остановились.

– Тебе бы каретку подтянуть, – сказал Артур, глядя на велосипед одноклассника. – Хочешь, покажу как?

– Давай! А то все смеются, папа вечно на работе, я сам пробовал-пробовал…

– Окей, – кивнул Артур. – После ужина, если отпустят до комендантского часа, заскочу.

Люк Правый Хук заскрипел в сторону дома. Артур тоже поехал к себе, пытаясь прикинуть, знает ли о поджоге мама и как она отреагирует на этот раз. Нет, конечно, в Трясине ещё никого не поджигали, просто мама была повёрнута на вопросах безопасности, а папа предпочитал с ней не спорить.

Когда три года назад в окрестностях появились страшные осы, Артур и его родители за всё лето ни разу не выехали на пикник. Позапрошлой зимой лёд был тонкий, как говорили в новостях, и они так и не достали коньки из шкафа. Год назад в местное водохранилище попали ядовитые отходы, отчего у многих жителей Трясины пошла сыпь. А мама месяц сама привозила из соседнего города бутилированную воду, лишь бы не подвергнуть риску сына и мужа.