Я дочь дракона, только тсс!

Глава 7. Город и невероятное везение

Стало немного светлее, и я разглядела возвышающееся в центре города светлое здание с башнями. Местная ратуша или академия? Красные черепичные крыши остальных домов едва виднелись среди зеленых крон деревьев. Очень много деревьев. Похоже, здесь не обычный средневековый город с узкими улочками и запахом нечистот, выливаемых прямо на голову незадачливым прохожим.

Мы приземлились на зеленой прогалине, откуда сквозь редколесье уже виднелись ближайшие домики. Соскользнув на землю, я прижалась к шее мамы-дракона и шепнула:

– Спасибо. Я дальше сама. Возвращайся в горы, я боюсь за тебя.

Мама-дракон дыхнула на меня горячим воздухом, который тут же согрел меня и приободрил. Тихое курлыканье, взмах крыльев, и вот она уже исчезла за кронами высоких деревьев. Поглядев ей вслед, я ощутила грусть. Она единственное близкое мне живое существо в этом мире.

Но что поделать, не буду же я вечно прятаться под маминой юб…, то есть под маминым чешуйчатым крылом. Развернувшись, бодро зашагала в сторону города по едва заметной тропке.

На самой кромке леса я спряталась за деревом в кустах и немного понаблюдала за ближайшими домами. Стояла утренняя благостная тишина. Никого не было видно на широких улицах. Тихие трели ночных птиц лишь подчеркивали тишину. И я уже было шагнула на свет, как где-то сбоку послышалось бормотание.

Сердце подскочило к самому горлу. Я инстинктивно сжалась, стараясь стать незаметней и затихла. Бормотание стало ближе.

– Я уж покажу этой лисе, покажу! Будь она неладна. Обхитрила, выслужилась перед кирной Валенрией, – злобно ворчал старческий женский голос.

– Да что ты скажешь, что покажешь? Кирна тебя и слушать не станет. У нее и без тебя забот хватает. Сегодня юные крины прилетают, – увещевал ее другой голос. – Не до тебя ей.

Я поняла, что это те самые крестьянки, которых мы только что видели в лесу. Перевела дух и снова прислушалась.

– … послала с утра за дровами? А Патра должна была их вчера принести, – завелась первая по новой. – Ой, неможется ей, бедняжке! – передразнила она кого-то тонким голоском и закашлялась.

– Полно, полно тебе, Видара! – успокаивала ее вторая. Я поняла, что это служанки. – Крины прибудут, разместятся. Праздник устроят. После праздника и подойдешь к кирне Валенрие. Ужо тогда она тебя выслушает.

Они уже прошаркали мимо меня, старые, но крепко сбитые, в цветастых платьях и длинных темных кафтанах. На головах у них намотаны темные полотнища, украшенные вышивкой и закрепленные шнурком.

Я подождала, пока женщины скрылись за поворотом и легкими бесшумными шагами последовала за ними. Возле первого же дома начиналась мощеная мостовая. Причем замощена была лишь середина улицы, шириной с метра три, а по краям, у деревянных заборов и палисадников, росла трава.

Камни были мокры от утренней росы. Моя импровизированная обувь ступала по мостовой мягко и тихо. Я, воровато оглядываясь, дошла до следующего поворота, когда вдруг нос к носу столкнулась с теми самыми служанками, которые остановились для отдыха.

Они оторопели. Одна выронила охапку дров. Другая, охнув, согнулась в полупоклоне:

– Крина, простите, мы не ждали вас так скоро! – и она толкнула локтем свою товарку. Та, спохватилась и тоже поклонилась.

Я стараясь не выдать непонимания, как можно более спокойно и величественно кивнула. На самом деле, я не знала, как принято приветствовать в этом мире. Но, кажется, мое молчание было воспринято как должное.

– Сейчас мы проводим вас и покажем, где разместить вашего дракона, – сказала первая, более бойкая из служанок. Она снова согнулась в полупоклоне и засеменила за угол, откуда я только что пришла.

– А… где дракон? – растерянно спросила она, осматривая улицу, и даже заглянула мне за спину, словно подозревала, что я припрятала дракона за своей юбкой.

– Отправила пастись в лес, – махнула я беззаботно.

– Так это ваш дракон пролетел над нами в лесу, – понимающе протянула одна, – Мы еще испугались, думали: нападение.

– Ох, ох, юная крина может остаться без дракона, – запричитала вторая, качая головой. – Дикие драконы могут увести вашего ездового.

– Не беспокойся, – положила я руку на плечо служанки и успокаивающе заглянула ей в глаза, – мой дракон не сбежит, – я сделала ударение на слове «мой». – Скажите, как вас зовут?

– Видара, – снова полупоклон.

– Фаргуда, – полупоклон от второй.

– Видара, Фаргуда, покажите, милые мои, где мне можно будет отдохнуть? —приветливо улыбнулась я им.

От такого обращения служанки буквально растаяли. Я прямо ощутила, как они начали считать меня своей. Своей криной.

– Сейчас, крина. Мы покажем вам лучшую комнату, – заговорщицки прошептала Фаргуда, оживившись и заблестев глазами.

– А где же ваш багаж? Улетел вместе с драконом? – ахнула и запричитала Видара, всплеснув руками.

Тут я замялась. Действительно, как объяснить, что крина прилетела даже без сменной одежды? Ограбили? А как и где? Я боялась проколоться на мелочах.

– Так вы та самая крина, которую не пускали родители? Вы сбежали? – и Фаргуда в смеси восхищения и любопытства прижала руку ко рту.

Я кивнула, печально опустив глаза долу. Внутренне же я ликовала, возблагодарив госпожу Фортуну.

– Ох, крина Равенсия, – Фаргуда прижала руки к груди, и сочувственно добавила: – Мы скажем кирне Валенрии, она ужо что-нибудь придумает. Идемте скорей!

Закинув вязанки дров снова на спины, они бодро зашагали, указывая мне дорогу. А я шла и думала, как бы не запутаться в этих кирнах и кринах.

Глава 8. Постоялый двор. Новая встреча с принцем

Постепенно одноэтажные домики с простенькими заборчиками сменились на двух-трехэтажные особняки с коваными оградами, богатыми садами. На улицах все чаще стали попадаться люди, спешащие по своим делам. Некоторые несли корзины, другие ведра или катили тележки с деревянными бочонками.

Вскоре мы подошли к каменному зданию с вычурно украшенной завитками вывеской «Король драконов». Постоялый двор. Двухэтажный основной корпус с двумя одноэтажными крыльями. Курдонёр перед входом огорожен высокой кованой оградой с широченными воротами.

Фаргуда кряхтя скинула охапку дров со спины перед оградой, отряхнулась и сказала Видаре:

– Кликни Перта, пусть отнесет на кухню. Я провожу крину Равенсию.

В курдонёре, куда мы зашли, уже стоял понурый черный дракон, обвитый блестящей упряжью. Его глаза потухли, чешуя уже не блестела, а кожа крыльев одрябла. Я всей кожей почувствовала его отчаяние и апатию.

– Это должно быть крина Вистария с провинции Крестри, – шепнула Фаргуда, неодобрительно поджав губы. – Она уже не в первый раз появляется тут. Все надеется охмурить принца Флэйма. Ой, – спохватилась она и смутилась, – простите, крина Равенсия, лишнее болтаю.

– Нет, нет, все в порядке, – успокоила я ее. Словоохотливость Фаргуды мне только на руку. Делая паузы, словно мне было трудно об этом говорить, я смущенно пробормотала: – Мои родители… такие строгие… понимаешь? Не хотели, чтобы я… летела на этот праздник. Я ничего толком не знаю, – и с надеждой подняла глаза на служанку: – Ты мне все расскажешь?

– Конечно, – обрадовалась Фаргуда, семеня рядом. Добрая женщина была счастлива оказаться кому-то полезной.

– Так что хочет крина Вистария? – имя принца показалось мне странно знакомым.

В это время я проходила рядом с драконом. Внезапно он взглянул мне прямо в глаза. Тут же острая боль пронзила меня словно выстрел. Вся тоска, что чувствовал дракон, обрушилась на меня лавиной. Я пошатнулась и ухватилась за плечо служанки.

– Что? Что с вами, крина? – встревожилась Фаргуда, остановившись и вглядываясь в мое лицо.

– Ничего, – немного придя в себя, ответила я севшим голосом, – просто немного устала.

– Ой, да что же это я! Вы, небось, всю ночь летели без продыху. Сейчас, сейчас я вас отведу в комнаты, – нараспев проговорила служанка и распахнула двери гостиницы.

А за дверями оказался тот самый охотник, Флэйм. Я на секунду застыла в иррациональном страхе, пока не вспомнила, что он не может меня узнать, ведь тогда я была в обличии дракона. Но Флэйм успел увидеть тень испуга в моих глазах. По его лицу скользнуло что-то вроде ленивого любопытства, а на красивых чуть пухлых губах промелькнула насмешливая улыбка.

Еще больше меня удивила реакция Фаргуды. Она склонилась в молчаливом глубоком поклоне и не шевелилась.

– Ваше высочество, – нежный голосок отвлек внимание Флэйма от меня, и я увидела яркую блондинку, изящно опершуюся о резные перила. Она смотрела прямо на Флэйма, и теперь не оставалось никаких сомнений – это и есть принц.

Флэйм с ленцой повернулся в сторону девушки:

– Крина Вистария, – протянул он, – весьма польщен, что вы даже загнали дракона до полусмерти ради моего удовольствия видеть вас. Но, право, оно того не стоило.

Несмотря на явную издевку, Вистария очень спокойно восприняла слова принца. Или решила, что это комплимент? Скромно опустив голубые глаза, опушенные темными ресницами, она присела в реверансе, изящно подхватив пальчиками пышные юбки светло-серого платья.

– Для меня большая честь, что именно меня выбрали для поступления на факультет, – манерно вымолвила она. Потом скользнула глазами по мне и добавила: – Полагаю, конкуренция в этом году очень слабая.

Эх, да твоей самоуверенностью, деточка, можно борщ заправлять! А уж ради яда, источаемого нежными девичьими устами, передрались бы все фармацевтические компании. В терапевтических дозах этот яд вылечит любой ревматизм.

Но самое главное, что уловила в реплике Вистарии, так это то, что она решила, что я тоже поступаю на факультет вместе с нею. Интересно, почему при виде меня ни у кого не возникает вопросов, откуда эта незнакомая девушка, и что она здесь делает? Опять невероятное везение?

– Зависит от цели поступления, – вернула я ей колкость, – мне лично интересны знания, а не удачное замужество.

– В самом деле? – вдруг заинтересовался принц, – Мечтаете препарировать драконов?

Я чуть не поперхнулась. Хорошо, что годы жизни с моей мамой научили меня не выдавать эмоций.

К счастью, от необходимости отвечать меня спасла невысокая полная женщина, ярким и шумным электровеником вылетевшая из внутренних дверей и мигом наполнившая суетой весь холл гостиницы. В одной руке она несла стопки белоснежных полотенец, а другой размахивала, раздавая указания двум неотступно следовавшим за ней служанкам.

– Быстрей, скоро прибудут остальные крины, – неустанно подгоняла она их. Потом увидела нашу живописную группу, расплылась в любезной улыбке и жеманно поправила кружевную оторочку на рукаве розового платья.

– Принц Флэйм, – восхитительным грудным голосом проворковала она.

– Кирна Валенрия, – любезно приветствовал ее маг.

– Ваша посылка ждет в моем кабинете, – как-то изогнув шею и глядя искоса на принца, лукаво вымолвила Валенрия.

– Благодарю, кирна, вы как всегда делаете мне большое одолжение, – благосклонно кивнул ей Флэйм. – Крина Вистария, – попрощался он с девушкой, и затем повернулся ко мне: – Увы, не имею чести знать ваше имя…

– Крина Равенсия, – чуть севшим голосом ответила я, и, надо же как-то соблюдать местные обычаи, присела в реверансе.

–О, дочь кира Равенса, – протянул принц, – ну что же… Рад, что вы оказались благоразумны и приехали на отбор. Иначе у вашего отца могли быть неприятности.

Любезная улыбка, которую я с таким трудом натянула на лицо, тут же сползла. Во что я вляпалась? Принц слегка приподнял бровь и добавил вполголоса, насмешливо улыбаясь:

– Я действительно рад…

– Извините, что вмешиваюсь, – пропела кирна Валенрия, – но мне тут шепнули, что крина Равенсия сбежала из дома. Ох, бедная девушка. Даже вещей не взяла, – и добавила, всплеснув руками, – Как же ты будешь участвовать в конкурсе?

И кирна Валенрия переглянулась с криной Вистарией. Принц поджал губы и сухо сказал:

– По правилам, девушки, поступающие на факультет, должны продемонстрировать магию только при помощи своих собственных артефактов и зелий. Боюсь, если до вечера вы не найдете способ получить ваши заготовки из дома, нам придется снять вас с конкурса.

И принц, так же сухо кивнув всем, широко зашагал к дальнему входу. Крина Вистария, сочувственно улыбаясь, манерно сказала:

– Ох, как мне жаль, крина Равенсия. Вы ведь так подготовились, даже одно из условий поступления – платье из драконити – выполнили. Ну, как сумели уж, – снисходительно добавила она и плавным движением огладила переливающуюся ткань своего пышного платья.

Так вот как называется эта трава. Видимо, дорогая и труднодоступная. Вглядевшись мельком в платье Вистарии, я увидела знакомые нити, вплетенные узорами в виде розочек по всей поверхности ткани.

Так вот как они поняли, что я из конкурсанток.

– Не сравнить с вашим, крина Вистария, – покивала я, словно признавая ее превосходство. Дождалась удовлетворенной улыбки и добавила: – К счастью, моих запасов хватило на все платье.

Попала в точку. Вистария вспыхнула, замешкалась, не зная, что сказать, но тут кирна Валенрия подхватила меня под локоток и проворковала:

– Ах, девочки такие девочки! Успеете еще наговориться о платьях. Давай, крина Равенсия, отведу тебя в твою комнату.

Я поправила сумочку на плече, улыбаясь, кивнула на прощание Вистарие (ох, чувствую, нажила я смертельного врага), и пошла следом за кирной Валенрией. И только мельком успела заметить многозначительный взгляд, который дама кинула девушке. Едва поняв, что я уловила их переглядывания, кирна Валенрия приняла самый невинный вид и гостеприимно распахнула передо мной дверь, приглашая войти в темный коридор.

Глава 9. Завтрак

Комната, в которую привела меня кирна Валенрия, никак не претендовала на звание лучшей, даже на самый непритязательный вкус. Темная, с маленьким окошком, выходящим на заставленный бочками и ящиками грязный задний двор. Узкая кушетка возле одной стены, стыдливо прячущаяся за тонкой серой занавеской в маленький цветочек. В углу возле двери стоял высокий деревянный шкаф с чуть покосившимися дверками и антресолями. Небольшой прямоугольный стол без скатерки, табурет и протертый коврик завершали скудную обстановку.

– Располагайся, Равенсия, – кирна Валенрия обвела рукой комнатку, и улыбаясь сочувственно и качая головой добавила: – Мы не ожидали, что ты прибудешь. Все хорошие комнаты заняты. Слухи твердили, что кир Равенс не отпускает свою дочь. Мы, конечно, надеялись. Но сегодня уже последний день, а заявки на комнату для тебя так и не поступало.

Я молчала. Понимала ли кирна, что у меня нечем заплатить за комнату? Или они отправят счет отцу Равенсии? Вот это будет для него сюрприз.

– Бедная девочка, – снова покачала головой кирна Валенрия, – должно быть много натерпелась, коли сбежать решила?

И с затаенным любопытством уставилась на меня голубыми глазами. Вызывает меня на откровенность? Хочет новые материалы для сплетен?

– Нет, что вы, – благовоспитанно ответила я, опустив глаза, – у меня были свои причины, чтобы сбежать.

Взгляд кирны загорелся в предчувствии новых подробностей.

– Ох ты ж, моя девочка, неужто любовь? Неужто один из великих киров Охотников так приглянулся, коли пошла против воли отца? – затараторила она, прижав руки к груди в благоговейном жесте.

– Да нет же, – раздосадованно вскинула я руки, отворачиваясь от настырной кирны, а потом спохватилась и доверительно заглянула ей в глаза: – Я вправду хочу учиться.

– Ну-ну… – многозначительно произнесла кирна Валенрия, странно на меня посматривая. – Хорошо, отдыхай, завтрак подадим в комнату через полчаса. И, кстати, комната до завтра твоя. Стоимость, включая питание, два стафа.

И она удалилась, бросив еще один задумчивый взгляд на меня. Я устало опустилась на кушетку. День еще только начался, а уже я пережила четыре новых знакомства, три из которых оказались пренеприятными.

Обычно я никогда не умела отстаивать свое мнение, спорить, изворачиваться. И сейчас мои силы были на исходе. Как хорошо, что завтракать буду в одиночестве.

Мысли о завтраке напомнили мне, что денег-то у меня нет. Попросить в долг? Отработать? Я тут же воочию увидела злорадную улыбку Вистарии, услышала, как притворно сочувственно кудахчет кирна Валенрия. Нет, такого точно допускать нельзя. Крина я или нет?

Взгляд упал на мою сумочку, которую я положила на серое покрывало рядом с собой. У меня же есть еще моток пряжи. Возможно, его удастся продать. Решено. После завтрака иду искать местный рынок, чтобы прицениться. Хм, два стафа – это много или мало?