- -
- 100%
- +
К сожалению, годы «реформ» обернулись в России не только потерей исторического времени. Они увенчались действительным, уже не понарошку, созданием новых основ вассальной, периферийной экономики, призванной обслуживать развитой сектор мирового хозяйства. А для вассального типа экономики обременителен развитый производственный и научно-технический потенциал, который был создан в советские годы. Поэтому в одной части он уничтожен, а в другой полностью изношен. Множество приватизированных предприятий, как и огромное количество боевых кораблей ВМФ, проданы на металлолом. А многие первоклассные научные центры, конструкторские бюро закрыты или влачат жалкое существование, а кадры их разбрелись по всему божьему свету. Наши авиазаводы мастерят отдельные детали, что попроще, для аэробусов европейского консорциума. И этот позор подаётся как интеграция наших потенциалов. Наука и образование в России влачат жалкое существование. Нынешний правящий класс и не посягает на самостоятельную роль в мировой экономике. Он готов довольствоваться смиренной ролью младшего партнёра транснациональных корпораций.
Группа, близкая по взглядам Абалкину и Рыжкову, к которой я принадлежал, реформирование экономики связывала с ведущей преобразующей ролью государства, сохранением преобладающей доли госсектора, контролем за сырьевыми секторами и высокотехнологичными отраслями оборонки».
С.С.Дзарасов: «На самом деле в капиталистическом мире либерализм пережил глубочайший кризис и немало лиха натворил. В мировой экономической науке рыночный фундаментализм давно уже не святое причастие, а лишь одна из конкурирующих экономических доктрин. Недаром трёхтомный труд, посвящённый жизни и деятельности Джона Кейнса, называется „Спаситель“. Спасителем нередко величают и президента Рузвельта. Если либерализм всегда был так хорош, как сейчас его у нас изображают, почему во время кризиса 20 – 30-х годов пришлось спасать экономику от его чрезмерных „благодеяний“? А всё дело в том, что устаревшие представления и политическая практика либерализма в XX веке поспособствовали величайшим несчастьям и страданиям народов: две мировые войны, раскол мира на две системы, фашизм и Великая депрессия… В условиях кризиса „старого“ капитализма предложенная русской революцией альтернатива стала казаться многим спасительной. […] Из руин Великой депрессии администрация Рузвельта с завистью смотрела на советские успехи. Перед лицом больных проблем XX века традиционный либерализм с его ставкой на механизм рыночной саморегуляции потерпел крах. Поэтому Рузвельт предложил сперва ограниченную, а потом более широкую систему мер государственного регулирования экономики. Мысливший устаревшими категориями, точь-в-точь как сейчас у нас, правящий класс, американский большой бизнес негодовал: „Рузвельт насаждает в Америке коммунизм?!“ Уолл-стрит и Белый дом оказались на ножах. Но, с опорой на широкую поддержку бедствующего населения, Рузвельт, можно сказать, перехватил инициативу у социализма и коммунизма и в перспективе нанёс им поражение в борьбе Систем».
Высказывание из Доклада Р.И.Хасбулатова на Чрезвычайной сессии Верховного Совета России, созванной в связи с государственным переворотом (ГКЧП), 21 августа 1991 года: «Мы должны разъяснить народу, что реформы, проводимые Верховным Советом, Президентом направлены на достижение главной задачи – улучшение его материального и культурного положения… Мы никогда и ни при каких обстоятельствах не можем допустить ухудшения условий жизни людей. Что это за „реформы“, которые не ведут к позитивному результату, кому они нужны? – вот что следует нам помнить, принимая важнейшие законодательные решения и жёстко контролируя Правительство в решении этой стратегической задачи…»
В середине января 1992 года в официальном заявлении Хасбулатов предложил Ельцину уволить практически недееспособное правительство Бурбулиса-Гайдара, однако в это время большинство депутатов не поддержало его, и Хасбулатов отказался тогда от требования отставки правительства.
Временно критика правительства с его стороны несколько ослабла, но перед началом шестого съезда народных депутатов он вновь усилил нажим. В день открытия седьмого съезда 9 декабря 1992 г. Хасбулатов выступил с программной речью, содержавшей резкую критику экономического курса правительства, что оказало большое влияние на настроение депутатов и их решение отклонить выдвинутую Ельциным на пост премьера кандидатуру Егора Гайдара. VII Съезд оценил как неудовлетворительную работу правительства по осуществлению экономической реформы.
21 сентября 1993 года Ельцин подписал указ о поэтапной конституционной реформе и распустил съезд народных депутатов и Верховный Совет, назначив на 12 декабря 1993 года выборы в новый, не предусмотренный Конституцией, орган власти – Федеральное Собрание. Хасбулатов созвал заседание президиума Верховного Совета и, ссылаясь на статью 121.6 Конституции, которая предусматривает немедленное прекращение полномочий президента в случае, если он использует свои полномочия для роспуска законно избранных органов власти, констатировал прекращение полномочий президента Ельцина и переход их к вице-президенту Руцкому.
22 сентября Верховный Совет на основании заключения Конституционного суда принял постановление о прекращении полномочий президента Ельцина с 20 часов 00 минут 21 сентября 1993 года после подписания указа №1400, и о переходе их к вице-президенту Руцкому. Верховный Совет принял также постановление о созыве 23 сентября X (Чрезвычайного) Съезда народных депутатов.
23 сентября открылся Х внеочередной (чрезвычайный) Съезд народных депутатов Российской Федерации с повесткой дня «О политическом положении в Российской Федерации в связи с совершённым государственным переворотом». Были утверждены постановления Верховного Совета о прекращении президентских полномочий Ельцина с момента издания им указа №1400 и переходе их, согласно Конституции, к вице-президенту Руцкому, а действия Ельцина квалифицированы как государственный переворот. Съезд постановил провести одновременные досрочные выборы президента и народных депутатов не позднее марта 1994 года. Верховному Совету было поручено в месячный срок подготовить соответствующие нормативные акты, обеспечивающие проведение данных выборов. Спустя несколько дней здание Верховного Совета РФ, где Хасбулатов продолжал вести заседания, было блокировано подразделениями армии и МВД.
24 сентября народный депутат РФ Евгений Кожокин выступил парламентёром между Хасбулатовым и Администрацией Президента РФ. Предложения Бориса Ельцина о гарантиях безопасности и беспрепятственного выезда за границу, которые парламентёр по поручению Сергея Степашина доставил Хасбулатову лично, были им отвергнуты, более того Хасбулатов возразил, что ни в каких гарантиях не нуждается и сам может предоставить гарантии безопасности Ельцину, если тот откажется от реализации своего указа о роспуске Съезда и парламента.
А.В.Коржаков: «Вечером Барсукову позвонил Филатов (за несколько дней до штурма парламентского дворца 3 – 4 октября 1993 г.):
– Михаил, можно к тебе подойти? Пришёл Бурбулис, у него срочная информация. Надо, чтобы ты быстренько её оценил. Уж больно серьёзное дело.
Барсуков согласился их принять. Филатов выглядел растерянным. Цвет лица сравнялся с цветом его седых волос. Бурбулис же держался спокойно, но постоянно прерывал рассказ своими многозначительными «М-мм…", «Аа-а…". Трудно было уловить смысл сообщения. Филатов не выдержал и сам сформулировал суть:
– Есть человек, готовый нам помочь. Он разработал сверхсекретное оружие, поражающее толпу.
Тут вступил в разговор Бурбулис:
– Михаил Иванович! Один инженер, кандидат наук, по специальности физик-механик, создал аппарат, позволяющий управлять толпой при помощи высокочастотного излучения. Живёт учёный в Подмосковье. […]
Между собой офицеры окрестили устройство гиперболоидом инженера Гарина. «Гиперболоид» воздействовал лазерным лучом на сетчатку глаза через зрачок. После «обработки» люди ослепли бы и навсегда выработали иммунитет к митингам. […]
Странно, что таким последовательным демократам и гуманистам, какими считали себя Филатов и Бурбулис, пришла в голову мысль о столь бесчеловечной форме расправы над своими согражданами».
4 октября 1993 года после расстрела из танков Дома Советов, где находился Верховный Совет и проходил X (чрезвычайный) съезд народных депутатов, Р.Хасбулатов и А.Руцкой были задержаны. Бывший начальник службы безопасности Ельцина Александр Коржаков впоследствии вспоминал, что у него была задача «кокнуть» Руцкого и Хасбулатова, однако на глазах толпы депутатов сделать это не удалось. Хасбулатов, как и ряд его соратников, был помещён в следственный изолятор Лефортово города Москвы. Ему было предъявлено обвинение в организации массовых беспорядков (ст.79 УК РСФСР). В докладе комиссии Госдумы по дополнительному изучению и анализу событий 21 сентября – 5 октября 1993 года, со ссылкой на бывшего члена президентского совета Алексея Казанника (который на следующий день после штурма Белого дома был назначен Ельциным на пост Генерального прокурора), утверждается, что Ельцин и его окружение предлагали Казаннику судить Хасбулатова и других лиц, выступивших против разгона Съезда и Верховного Совета, по ст. 102 УК РСФСР (Умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах), которая предусматривала смертную казнь. Казанник в ответ сказал Ельцину, что нет юридических оснований для применения данной статьи. 25 февраля 1994 года Хасбулатов и Руцкой освобождены из-под стражи по амнистии Государственной Думы. Ельцин требовал не допустить проведения амнистии, значительную роль в её немедленной реализации сыграл генпрокурор РФ Алексей Казанник, вскоре уволенный со своего поста.
Как установила комиссия Госдумы: Председатель Верховного Совета Российской Федерации Хасбулатов Р.И. был задержан и взят под стражу без предусмотренного законом специального решения об этом сессии Верховного Совета Российской Федерации, на основании незаконного приказа Ельцина.
После Указа Ельцина о прекращении деятельности народных депутатов, изданного 21 сентября 1993 года, было Заключение Конституционного суда, что этот Указ служит основанием для отрешения Президента РФ от должности. Верховный Совет и Х Чрезвычайный Съезд народных депутатов отрешил Президента Б.Н.Ельцина от должности на законных основаниях, квалифицировав его действия как антиконституционный переворот. Далее, 24 сентября 1993 г. Х Съезд народных депутатов принял Постановление о досрочных выборах народных депутатов РФ и Президента РФ не позднее марта 1994 года. Тем не менее сторонники Ельцина пошли на штурм парламентского дворца с 3-го на 4-е октября 1993 г., используя подразделения Министерства внутренних дел и Армии, и захватили его. Антиконституционный переворот в России с силовым односторонним захватом власти свершился. Президентская сторона вышла из берегов, и в стране начался криминальный олигархический потоп.
Ельцин нарушил клятву, которую он дал при избрании президентом, что он будет соблюдать Конституцию Российской Федерации, то есть стал клятвопреступником. Дальнейшее правление Ельцина после законного отрешения его от должности с конца сентября 1993 г. и принятые им решения являются нелегитимными.
План штурма Верховного Совета разрабатывался окружением Бориса Ельцина под диктовку ЦРУ и ближайшего окружения президента США Клинтона. Об этом корреспонденту «ЭГ» () рассказал Иона Андронов, бывший защитник «Белого дома», депутат разогнанного Верховного Совета, в то время председатель Комитета по международным делам. Он – тот самый человек, который вёл переговоры с представителями американского посольства в ночь перед бойней, пытаясь предотвратить расправу над парламентом. Экспресс газета
Иона Андронов: «План штурма Белого дома обсуждался с участием американцев. После того я получил документальные доказательства».
По официальным данным 3 – 4 октября 1993 года во время штурма парламентского дворца погибло 150 человек, по неофициальным данным число жертв доходило до полутора тысяч. Известно, что многие отцы и матери остались безутешны, одни хоронили своих сыновей и дочерей, а у других родные, ушедшие на защиту Парламента, были объявлены пропавшими без вести.
Из обращения к воинам Российской армии Президиума Верховного Совета РФ, 21 сентября 1993 г.: «Дорогие воины! Силы, заинтересованные в гибели России, нанесли смертельный удар по народовластию. Разгон законно избранных органов власти, введение прямого президентского правления преследуют позорную цель – ликвидировать Советы, представительные органы власти, единственную преграду на пути втягивания народа в дикий мафиозный рынок. Это обернётся для большинства населения окончательной, беспросветной нищетой, обвальным ростом преступности, массовой безработицей, превращением нашей некогда великой страны в сырьевой колониальный придаток Запада».
Р.И.Хасбулатов, из доклада на X Чрезвычайном Съезде народных депутатов РФ, 23 сентября 1993 г.:
«Каковы же действительные цели переворота?
Во-первых, это стремление уйти от ответственности за крах своей политики, развал страны, за резкое ухудшение жизни народа. Это попытка переложить ответственность с себя на представительную власть и таким образом сохранить агонизирующий режим.
Во-вторых, цель переворота – спасти свою социальную опору, очень узенькую, то есть тех, кто награбил баснословные богатства, строит себе дворцы, имеет по нескольку дорогих лимузинов, отдыхает на Канарских островах, купается в роскоши при невиданном обнищании 90 процентов населения.
В-третьих, одна из целей – бросить людей в «дикий» рынок на произвол судьбы, лишив их всякой социальной защиты.
В-четвёртых, правящий режим желает, предавая национальные интересы, иметь вердикт Запада на своё существование. В этих целях, собственно, осуществляются экономические реформы, всё в большей степени подчиняющие экономику страны сырьевым корпорациям международных финансовых, промышленных групп.
Эти цели осуществлялись неуклонно с момента прихода ельцинистов к власти. Мы хорошо помним этапы авантюрных действий на этом пути. Это и шоковая терапия, которая имела, скорее всего, политические цели – создать хотя небольшую, но тем не менее важную социальную опору из спекулятивно-мафиозных элементов. Это и декабрьская попытка введения чрезвычайного положения в стране, и печально знаменитый ОПУС () в марте 1993 года. Далее, психологический террор накануне, в ходе и после проведения референдума 25 апреля, завершившийся «кровавым Первомаем». Это, наконец, и пресловутая августовская «артподготовка», и нынешнее сентябрьское наступление. Провалы этих авантюр ничему не научили горе-политиков и горе-реформаторов. […] особый порядок управления страной
Последние действия бывшего Президента – попытка с помощью чрезвычайных мер сломить сопротивление здоровых экономических сил. Правительственные радикалы давно готовы к массовой безработице, к дальнейшему обнищанию народа, но мы уже познали многие экономические беды, хотя, очевидно, уготованы новые сюрпризы, которых страна ещё не знала.
Хаос в стране усиливает проводимая Правительством приватизация. Порочными оказались сам её механизм, формы и порядок акционирования, предоставление поистине безграничных возможностей для незаконного обогащения и спекуляции.
По-прежнему теневой капитал отмывается через операции с ваучерами, по-прежнему множатся и процветают весьма сомнительные инвестиционные фонды, наживающиеся на интересах простых вкладчиков. Стоимость ваучера, наконец-то поднявшаяся до номинальной величины, является на самом деле до смешного малой. Ведь получается, что за всю свою жизнь человек получил право на долю общего государственного богатства чуть большую, чем один килограмм колбасы, или 10 долларов. И даже если увеличить стоимость чека в 10 или 20 раз, конечный результат из-за галопирующей инфляции будет тем же, точнее, ничтожным. Это, конечно, гигантский обман практически всего населения нашей страны.
Серьёзные структурные изменения под видом приватизации происходят в промышленности, причём структурные изменения негативного характера. Крупные объединения теряют наиболее современное технологичное производство, нарушаются интересы крупных коллективов, подрывается вера людей в справедливость и власть как таковую.
Отчаянная попытка сделать решительный шаг в навязывании стране не оправдавшей себя экономической политики происходит как раз в тот момент, когда конструктивные идеи завоевали огромное число сторонников в обществе и могли бы способствовать формированию разумной экономической политики на базе согласия.
Мы должны сделать сейчас всё, чтобы эти идеи согласия, экономического согласия, не были затоптаны. Вы помните, что ещё по решению седьмого Съезда народных депутатов Правительство, Верховный Совет и его Президиум приняли решение о формировании «Круглого стола». В него были включены как раз все представители экономического крыла Правительства, представители общественно-политических партий, движений, профсоюзы, депутаты. Была выработана единая общенациональная Декларация экономического согласия по экономической реформе. К сожалению, на второй же день, Президент сделал всё для того, чтобы эта согласованная и подписанная Декларация осталась на бумаге. В развитие именно этих идей было созвано Всероссийское экономическое совещание, где были хорошо отработаны положения «Круглого стола».
Кроме того, готовилось Всероссийское совещание вместе с Правительством и подписано было соответствующее постановление. Но в день открытия этого Всероссийского совещания Президент запретил участвовать Правительству в его работе. Вот вам пример «делового» подхода.
В конечном счёте, у нас уже есть положительная экономическая программа. Мы должны сделать всё, чтобы создать экономические условия для проведения в жизнь, для разработки и принятия новых мер по корректировке программы приватизации. И, конечно, на базе этой экономической программы можно сформировать Правительство национального согласия. Без этого немыслимы не то что реформы, но и нормализация управления страной, её экономикой.
О социальной политике.
Крах президентской и правительственной политики в наибольшей степени выразился в самой близкой для каждого человека социальной сфере.
Вспомним все обещания Ельцина. Сначала говорилось о каком-то известном только ему рецепте преобразований без повышения цен. Затем, когда страна была ввергнута в пучину ценового беспредела, делались заверения, что это продлится не более полугода. Потом народ призывали потерпеть ещё полгода-год. В последнее время Ельцин вообще отказался от каких-либо обещаний подобного рода. Это и понятно, поскольку они уже никем не воспринимались и не воспринимаются.
Что же мы имеем в реальности? За неполные два года исполнительная власть довела народ до полной нищеты. От гарантированных Государством социальных стандартов мы пришли к их катастрофическому падению. Цены на продукты питания, потребительские товары выросли в сотни, даже в тысячи раз. Товары длительного пользования стали для большинства практически недоступными.
Типичная картина на улицах российских городов и посёлков сегодня – это скорбные фигуры нищих, стариков, детей, бездомных, опустившихся людей. И всё это на фоне вызывающей роскоши грабителей народа, новых «хозяев жизни», дельцов преступного мира, наживающихся на разворовывании, с благословения чубайсов, народного достояния.
Это губительно для общества, страны, никогда прежде не имевшей вот такого размера социального расслоения. Это есть прямое следствие проводимой ельцинистами политики. И антинародный переворот – это не что иное, как её логическое завершение и попытка закрепить такую линию, уйти от неминуемой ответственности.
Диктатуру хотят установить для того, чтобы иметь в своих руках силовые рычаги воздействия, надеть узду на трудящихся, миллионы которых вследствие такой политики в ближайшее время, конечно же, окажутся безработными».
Александр Гамов, журналист, 28 сентября 1993 г.:«Вы не жалеете о том, что не подчинились Указу Президента ()?» 1400
Р.И.Хасбулатов:«Я не имел морального права поступить иначе».
Прочитал несколько статей, книг и интервью Р.И.Хасбулатова, приведу некоторые выдержки из них: «Мне, как учёному-экономисту, который более 30 лет занимается исследованием международных экономических отношений, теории капиталистической системы, взаимодействия государства с корпорациями и убеждённому стороннику либеральных экономических концепций, было исключительно тяжело видеть, как совершенно неграмотные экономически люди, возведённые во власть лихой волей президента Ельцина, не знающие при этом ни социалистической, ни капиталистической экономики, громогласно объявив себя «демократами», называли свою разрушительную деятельность «либеральными реформами».
Вот ведь в чём заключалась содержательная часть моей критики в 1991 – 1993 гг., которую идеологи той эпохи ложно объявили «попытками реставрации». Стоило мне, вначале намёками, а затем прямо поставить вопрос о непрофессионализме ельцинской «команды реформаторов» – и немедленно началась травля Председателя Верховного Совета. Тотчас же была забыта моя достаточно опасная работа по защите Ельцина от нападок союзной пропаганды в 1990 – 1991 гг., роль, которую я играл при подавлении ГКЧП, и многое другое. […]
Вот эта совершенно нелепая, неразумная деятельность, проводимая правительством Ельцина, вызывающая у всех, кто имел профессиональное представление о реальностях рынка, механизмах действия капиталистической хозяйственной системы, глубокую печаль и внёсшая полный хаос, называлась «курсом реформ», или «либеральными реформами». И малейшая их критика вызывала злобное отторжение со стороны многочисленных сторонников этого «курса», занявших господствующие позиции в СМИ.
Социально-экономический итог. Результатом стало формирование крупного монополистического капитала с выраженными чертами паразитарно-криминального свойства, который изначально, на генетическом уровне, не был способен действовать на рыночной базе (в условиях механизма конкуренции, в соответствии с законами спроса и предложения). Он мог функционировать лишь исключительно в симбиозе с Властью, посредством незаконных, часто мошеннических операций, облекаемых в форму «законных». Эта сторона деятельности придала ему врождённый криминальный аспект, соответственно, неполноценный, ущербный (в том числе и подобострастное отношение к Власти). Всё это отразилось и на становлении всей экономической системы общества. […]
Критики Путина не обращают внимания на то, что в России не было никаких либеральных реформ. Если иметь в виду экономические преобразования, осуществлявшиеся с осени 1991 года, они свелись к следующим мероприятиям:
а) Произвольно, с нарушением действующей Конституции и принятых Верховным Советом России нормативных актов, было отменено регулирование и контроль над ценами. И это – в условиях полной, монопольной государственной собственности. Результат был вполне очевидным – рубль обесценился. Практически всё население стало нищим в течение нескольких дней, все сбережения превратились в нули;
б) Принятый Верховным Советом Закон о приватизации, причём согласованный с Президентом и Правительством, в котором предусматривались: поэтапный её характер, именные счета для каждого гражданина, механизм контроля – всё это было произвольно искажено и доведено до абсурда. Требования Парламента строго соблюдать этот и другие Законы – попросту игнорировались. […]
Отмечу и одно интересное обстоятельство – когда я указывал на грубейшие ошибки ельцинского правительства в проведении реформ и заблуждения иностранных экспертов при этом правительстве – мало кто из западных экономистов, в том числе и влиятельных, захотел разобраться в природе этой моей критики. Прошло некоторое время (после расстрела и насильственного свержения Парламента), как молчавшие ранее многие западные экономисты, политологи и т. д. дружно, как заведённые, стали критиковать Ельцина и его правительство за «плохие реформы», прибегая точно к такой же аргументации, которую я приводил, только ранее. […]
Замалчивалось самое важное, что присутствует в западных системах: …жёсткий судебно-правоохранительный контроль над мошенническими операциями в финансово-экономической сфере. Более того, чтобы развязать руки в намерениях бесконтрольной деятельности (под видом реформаторства), были устранены все контрольные механизмы в финансово-экономической сфере России. […]
Парламент имел основательный политический опыт за полтора года работы в сложнейших условиях; многие из депутатов были очень способными людьми, с яркими лидерскими чертами, хорошо образованными, причём, большинство – сравнительно молодыми, мало связанными с партийной бюрократией. Они требовали от правительства грамотной, квалифицированной работы. А замечая в правительстве людей сереньких, робких, совершенно не готовых к серьёзной и ответственной государственной работе, при этом далеко не очень подготовленных интеллектуально и организационно, жёстко критиковали их. У Парламента не было других мотивов недовольства правительством, кроме вопроса его профессионализма и качества работы, хотя сказок на эту тему сочинено не мало. […]