Остерегайтесь уголковых кошек
- -
- 100%
- +
Свет был очень тусклым, но его хватало, чтобы увидеть серого кота, тело которого обвивалось вокруг ноги Марка, согревало, но было ясно, что если кот напряжется то, сломает ногу в два счета. Кот передними лапами мял бедро Марка, выпуская когти и мурча от удовольствия. В комнате стоял адский холод – форточка была раскрыта настежь. Кот был полностью увлечен своим делом и жмурил глаза, иногда нюхая воздух. Марк медленно потянулся за пистолетом. Будто почувствовав это, кот посмотрел на Марка змеиными глазами, его тело напряглось, и Марк почувствовал, что скоро его ноге придет конец, немедля более, он поднял пистолет и выстрелил в голову коту. Освободившись от длинного мягкого тела, он свернул его клубком и впихнул в форточку, захлопнув ее. Марка замутило, он отбросил куски черепа кота с матраса и почувствовал, что паника начинает охватывать его.
За окном раздался злой кошачий ор. Из прихожей послышался скрип и шарканье. Когда дверь приоткрылась, Марк уже целился в темноту.
– Не надо стрелять, это я, Артем, – из темноты высунулась голова мутанта. – Я знал, что они почуют свежую кровь, – сказал Артем, – потому и остался в прихожей, – его лицо исказила гримаса, видимо, это была улыбка. Марк покосился на окно. Кто мог его открыть? Вряд ли кот сам это смог сделать.
– Знаете, Артем, меня мучают сомнения, – сказал Марк.
– Всех мучают, – безразлично сказал Артем и плавно вошел в комнату.
– Это ты открыл форточку? – Марк внимательно наблюдал за Артемом.
– Нет, но я видел, как он открывает ее, – сказал Артем, – я хотел посмотреть, как кот отнесется к тебе. Знаешь, чем мы питались тут? – Артем выждал паузу. Марк не сразу понял, к чему такая перемена темы, но от чего-то он не задумался об этом раньше. Ведь поставки еды на станцию были регулярными – каждый месяц, а здесь полгода никто ничего не привозил. Марк уснул в непонятном месте, где творится какая-то чертовщина, с незакрытой дверью, о чем он только думал! «Столько людей погибли…» – пронеслись его же слова в памяти.
– Чем? – спросил Марк после некоторого молчания, уже пытаясь придумать, как сбежать.
– Некоторые травку кушали, электричество есть же, вот они и выращивали цветочки свои, их теперь не осталось. Трава медленно растёт, а кушать каждый день охота. Были у нас и те, кто человечину полюбил.… – Артем посмотрел на Марка, его глаза светились в темноте, – но их больше нет, не волнуйтесь. Ну а теперь обо мне, да что там – о большей части нашей: такие, как я, питаются уголковыми кошками. Моня и Григорий доедают медведя. Но не всех медведей здесь есть можно, многие заразились чем-то и переносят яд в своем теле. Грише и Моне повезло, но, когда медведь закончится, они присоединятся к нам. И станут такими же. Ибо медведи, как я сказал, не очень у нас тут.
– Да, я смотрю и другая еда не фонтан, – заметил Марк. Артем искоса бросил на него взгляд.
– Вы расист, Марк. Но я не обижаюсь, – сказал Артем, – тем более, что у вас тоже выбор теперь не велик. Нам нужны ловцы. Большая часть наших уже погибла. А тебя кошки полюбят, ты – настоящий кошатник.
Марк нахмурился, страх быть съеденным каннибалами отошел на задний план. Что такое ловец и что он должен делать – не имело значения, потому что в одном предложении за этим словом стояла фраза «многие из ловцов погибли».
– Спасибо за честь, но это – без меня, скоро… – Марк не закончил говорить, как его прервал Артем.
– Спасатели не приедут. Ни через три, ни через пять дней. Я думаю, что тебе нужно было это еще пару часов назад рассказать, но Григорий был против этого. Я, знаешь ли, честнее и благороднее, чем он.
– По этой причине ты оставил меня на съедение этой нечисти из окна? – усмехнулся Марк.
– Ай, Марк, нет, – цыкнул Артем. – Во-первых, этот вид кошек не так опасен, но чувствителен к ловцам.
– Этот вид мне чуть ногу не сломал! – разозлился Марк. Артем закатил глаза, он прошелся по комнате, тусклый свет от лампочки создавал длинные тени, Марк посмотрел на тень Артема и сначала не поверил, подумав, что это искажение. Он потер глаза, ведь спросонок всякое мерещится, но ужаснувшись, понял, что это не так. Тень Артема, и без того страшная из-за формы его огромной головы, имела еще одни уши и длинный хвост, который плавно менял свое положение, помахивая то вправо, то влево. Марк нервно выдохнул.
– Ну не сломал же, – Артем говорил небрежно, будто знал Марка много лет, – слушай, Марк, я тебе сейчас расскажу всю историю, как было и даже как будет. А ты отрицай, злись, впадай в депрессию, но прими все, как есть. Готов слушать?
Марк оторвал глаза от тени Артема и посмотрел на свою – без признаков кошачьих ушей и хвоста, немного успокоился. Он выдохнул и сел на матрас, закинув на него ноги в сапогах.
Когда Марк не мог справиться с волнением, он всегда занимал максимально удобную позицию, так он шел от обратного – расслабленное тело даёт сигнал мозгу – опасности нет, а это помогает собраться с мыслями и рассуждать логически.
– Излагай, – сказал Марк. Артем окинул глазами-точками его позицию, но ничего не сказал.
– Все началось как бы хорошо. С Зелеными был мир, они курировали места добычи и помогали нашей компании.
– Что-то уже неправдоподобно, – перебил Марк.
– Слушай и не перебивай. Потом наш любимый Добченко нашел месторождение где-то в этом районе, по его данным месторождение было настолько большим, что слюнки-то его потекли. Он стал опасаться, что Зеленые добро не дадут, ибо итак хватает нефти, но нефть – это деньги, а денег мало не бывает. Он стал строить здесь станции в тайне от Зеленых, нарушил договор. Зеленые, в свою очередь, готовили проект закрытия нефтедобычи, ибо появилась возможность энергию по-другому получать. Но это означало, что Добченко останется с носом – большим и толстым. Он разорвал договор и подослал своих людей устроить пожар в лабораториях Зеленых, чтобы уничтожить инновацию и сохранить свой бизнес. Только вот он ничего этим не добился, знание было не в лабораториях, а в голове удальца одного, который шпионом у нас тут куковал. Хороший парень… был, – Артем замолчал.
– Так… трогательно, – безразлично сказал Марк, – только если при добыче будет переизбыток нефти, цена на нее упадет. А в общем, история не плохая, спасибо.
– Да, так вот, – Артем продолжил, игнорируя замечание Марка, – Зеленые прознали про новые станции, про лаборатории и ответили ударом на удар. Только вот бомбили они не все станции, а лишь новые, еще не работающие. Добченко и в этом выгоду усмотрел, он сам взорвал старые станции, которые были застрахованы на неплохие деньги, но требовали ремонта, и прикрылся Зелеными. Теперь правительство их за счет казны, я так полагаю, восстанавливает, вас посылает проверить, что тут у нас. Так ведь?
– Ну да, я по правительственной программе работаю. Действительно, первым делом идет оценка состояния станций, – сказал Марк.
– Вот, – протянул Артем. – Ну, а мы – счастливчики. Бомба Зеленых угодила в склад с топливом, и нам ничего не оставалось, как начать добычу и переработку прямо на месте, иначе бы мы замерзли. Но только вместо нефти и газа мы тут кое-что поинтереснее нашли.
– Кошек? – спросил Марк.
– Нет, зеленую жижу, мы ее назвали А.Д.123, – сказал бывший электрик.
– Очень оригинально, – сказал Марк, – а как расшифровывается?
– Артур Добченко, ну и цифры какие-то должны были быть – усмехнулся Артем, – жижа оказалась так себе. Точнее, она, конечно, очень энергоемкая, но токсичная, как тварь. Мы накачали две бочки всего. Те, кто в этом участвовал, – умерли. Те, кто перетащил бочки в цех переработки, – умерли. Их тела покрылись язвами, их даже вскрывать побоялись, так и лежат в пакетах. Что самое интересное – не гниют.
– Ну, при – 40ºC никто не сгниет, ибо замерзнет, а вы что их … – начал было Марк.
– Они здесь, в подвале, в прихожей есть ход. Там медикаменты и тела в отдельной комнатке, – сказал Артем. Марк вскочил, посмотрел в сторону входа, выдохнул. Взяв себя в руки, он вновь вернулся в прежнюю позу. Картинка этого мира расширялась и все меньше радовала.
– Ну, зашибись. А если они живые в анабиоз впали, потому и не гниют? – озадачился Марк.
– Хм, может быть, кстати, тогда хорошо, что не вскрыли, – одобрил Артем.
Марк все больше думал о вездеходе в нескольких километрах от станции. Мысль идти в ночь к месту, где он его оставил, уже не казалась такой непривлекательной.
– Ну и к твоему меткому замечанию про цены. Все вот думают, что экономика – такая вещь простая… Математика – и все. Но знаешь, в наше время, когда полмира исчезло, нет понятия переизбыток, у нас вечный дефицит, но только до тех пор, пока кто-то там наверху не скажет «хватит»… – сказал Артем.
– Кошки, – напомнил Марк.
– Да, кошки, – вспомнил Артем, – кошки стали появляться, как только А.Д. 123 выкопали. Те, кто копал, – первая группа смертников, что-то об аде выкрикивали и призывали бежать, а потом, когда их тела стали разбухать, они вдруг замяукали. Ну, мы подумали газ какой-то нехороший с жижей-то вышел. Нарядились в спецкостюмы, перетащили бочки в цех переработки. И все повторилось. В третьей группе смертников был я. Но я, знаешь, правило одно имею – опасайся неведомой фигни.
– Хорошее правило, но, видимо, не помогло, – вставил в полголоса Марк.
Артем проигнорировал и продолжил: я держался поближе к выходу и подальше от этой гадости. Мы залили переработанный А.Д.123 в топливные баки полгода назад, и эта дрянь горит до сих пор, – Артем показал на свет.
– Впечатляет. Но это, как бы так сказать, невозможно, – сказал Марк.
– Марк, ты на меня глянь и скажи, что в этом мире может быть невозможно? – Артем приблизился к Марку так, что тот отвернулся от него.
– Ладно, допустим, что ты говоришь правду. Что было дальше?
– А дальше – самое интересное, – сказал было Артем, послышался скрип двери и в комнате появились Моня и Григорий.
3. УДОЧКА
Опять ты заглотил крючок,
Ну что ж ты, словно дурачок?
Не можешь ты понять никак:
Кто рыбка здесь, а кто – рыбак?
Довольно смешить уточек,
Сматываем удочки!
– Доброго времени суток, – оскалился Моня. Марк переглянулся с Артемом.
– Который час? – спросил Марк.
– Время есть, – появилось из-за угла существо, похожее на Артема, но немного меньше ростом и с более выраженной мутацией: голова была покрыта шерстью, а пальцы на руках слабо походили на человеческие. Марк вздрогнул, хотя думал, что после Артема ему все нипочем. – Все никак не привыкните к такому внешнему виду?
– Да, – признался Марк. – Но не обижайтесь. За нами приедут, и все наладится, вас вылечат… как-нибудь, – на эти слова Артем скривил морду и моргнул. Только сейчас Марк понял, что до этого он ни разу не видел, как Артем моргает. На улице стало светать, и комната озарилась холодным светом, сделав жителей станции будто объемнее. Свет выделил их из пространства и наложил вторым слоем на картинку происходящего. Все выжидающе смотрели на Марка.
– Ах, да, еда, – Марк понял, что и сам проголодался. Он полез в сумку и вытащил оттуда… что-то мягкое и теплое, это был котёнок. Он заглянул внутрь и понял, что сумка набита котятами, завидев свет, они стали пищать.
– Оооо, – протянул Григорий, – новый вид – не к добру это.
– Сумочная кошка, – проговорил Моня. – Хотя я бы сказал – подвид, все-таки есть что-то схожее со шкафной.
– Что за бред! – вскричал Марк.
– Добро пожаловать в наш мир! – сказал Артем и поклонился.
– Все хватит, – Марк с гневом посмотрел на Григория и всех остальных. Жители – мрачно и беспристрастно смотрели на него. Котята из сумки пищали, будто проснулись. Казалось, их становится все больше, толкаясь и извиваясь, как клубок змей, они заставляли рюкзак дергаться, будто и он ожил. Когда Марк встал, его живот свело, он понял, что со стрессом так и не удалось справиться. В голове шумело, и он проклинал тот день, когда ушел работать в спасатели.
Устроиться на эту работу Марк был вынужден – это была самая высокооплачиваемая вакансия, его жена была беременна, государство не помогало.
Ранее Марк по примеру всего поколения по материнской линии работал в медицине. Он любил свою лабораторию, любил науку и ненавидел день, когда ему пришлось бросить это занятие.
Катастрофа, которая поставила все человечество на колени и уничтожила большую часть населения, произошла внезапно. Существовало множество версий, но правду не знал никто. В один день появилось нечто и стерло с лица Земли большую часть живого. Оставшиеся в живых укрылись на севере – среди снега и вечных льдов. Все теплые части материков ушли под воду, и лишь ледяные глыбы полюсов остались на плаву.
Артур Добченко, обладатель станций для переработки полезных ископаемых на севере и нищий в былые времена, стал практически правителем оставшихся в живых. Все зависело от него, поскольку только он владел технологиями и оборудованием для добычи полезных ископаемых.
Марк не хотел ни понимать, что происходит, ни слушать дальше «сказку», которую рассказывал Артем. Внутри образовалась черная дыра тревоги, и стены его спокойствия стали рушиться, падая внутрь нее.
– Вы как на иголках, Марк, напуганы? – спросил Григорий.
– Нет, мне просто нужно… – жители станции вопросительно посмотрели на Марка, – в туалет… рассказ походу нескончаемый… как у вас тут это делают? – все переглянулись, Моня захихикал.
– По-маленькому, надеюсь? Это мы… в бутылочку. Моня дай свою, ты у нас самый аккуратный, – сказал Григорий, Моня перестал хихикать и нахмурился, как ребенок, которого родители просят отдать любимую игрушку. Но бутылочкой он все же поделился, проинструктировав об аккуратности действий и ее ценности, равной весу золота.
Пока Марк делал свои дела, он отвернулся. Под окном рядом с уже бледно-красными, занесёнными снегом останками подоконной земельной кошки и длинной шкуры скалолазки сидела другая и пялилась на него осатанелыми глазами. Марк перевел взгляд, посмотрел вдаль. «Неужели это правда, неужели это не сон?» – думал он.
– А им не холодно? – решил отвлечься от увиденного Марк. Никто не ответил, Марк повернулся к жителям станции. Только сейчас он заметил, что еще один мутант, который появился утром, имеет женские очертания, но он не смутился.
– И что с этим делать? – он показал сосуд с желтым наполнением.
– Можешь выпить – хихикнул Артем, – но мы выливаем на улицу, под окно, так подоконницы меньше заводятся.
– Там уже сидит ваш редкий вид, смотрит, как сатана на меня, – сказал Марк, выглядывая в окно.
– Тогда не надо! А то бутылочку мою съест, – вскричал Моня и ринулся спасать бутылочку. Марк смущенно отдал бутылку Моне, тот что-то ворча себе под нос, понес бутылку на улицу.
– Продолжим разговор? – начал было Марк, ему стало немного лучше, но давление все равно чувствовалось. Стоявшие перед ним буквально излучали тяжесть существования, будто Марк был в морге и ощущал что-то неживое, неправильное.
Все молчали, Артем, по всей видимости, ушел в свои мысли, он дернул головой, и раздвоенная губа поднялась, обнажив зубы. В полутьме можно лучше различить, каким Артем был раньше. На его щеках проступали ямочки, голова была большая, но по широкой грудной клетке было видно, что он довольно много занимался спортом, пропорции тела были практически идеальными, но это было в прошлом.
– Погоди, – сказал Григорий, обернувшись. – Моня копошился в темном коридоре. Молчание затянулось.
Марк, не зная, что делать, опять посмотрел в окно, где-то там был его дом, теплые объятия его беременной жены и возможность нормально поспать, он глубоко вздохнул. Есть захотелось еще больше.
Приятные мысли о доме ножом резал писк котят. Гнев вспыхнул в нем, как огонь на облитых керосином дровах. Марк посмотрел с ненавистью на рюкзак с котятами, выглядывающими из сумки. Жители станции наблюдали за ним, не двигаясь, будто роботы, которым отдали приказ стоять смирно.
– Это невыносимо, – его брови нахмурились, голубые глаза загорелись, будто огонь, – это невыносимо! Заткнитесь!! – Марк пнул рюкзак, тот перевернулся, и котята с еще более пронзительным писком вывалились из него на пол. Марк схватил нескольких и швырнул в стену, котята ударились и разлетелись по полу, некоторые разбились насмерть.
Резко схватив сумку, он выбежал в коридор, присутствующие расступились. Марк толкнул Моню, грубо задев его плечом. Выбежав на крыльцо, он перевернул сумку и гневно вытряхнул котят в снег. Тут же с писком послышалось шипение – котята исчезали на глазах, попав на свет.
Марк был в гневе и шоке, не веря своим глазам – котята и вправду исчезали. Когда все паразиты были уничтожены, Марк почувствовал, что его чёрные усы и борода покрылись инеем и потяжелели, голову схватили ледяные тиски, а между лопаток побежала ящерка с очень, очень холодными лапами. Ему настойчиво показалось, что продолжать удивляться и быть шокированным лучше в тепле. Он вернулся в дом и наткнулся на Моню, который застыл с облитым мочой плечом и весьма недовольным видом.
– Простите, Моня, я как-то не рассчитал, извини, – стараясь не соприкасаться с Моней, он попытался пройти в комнату, но тот загородил проход.
– Это первая фаза, она длится неделю, потом привыкните, – сказал недовольный Моня и прошёл мимо, обтершись облитым плечом о Марка. Марк поморщился и выругался про себя.
Он вернулся в комнату, прошёл мимо Артема, следящего за ним ужасными точками зрачков, подошёл к окну и присел над разбившимися и покалеченными котятами. Гнев сменили стыд и жалость. Котята пищали, жалобно и болезненно. Марк аккуратно собрал оставшихся котят и поднес к окну на свет.
Марк повернулся, в комнате вновь повисла гробовая тишина. Молчали долго, но никто из жителей станции не хотел говорить.
– Артем? – начал Марк не в силах более удерживать груз молчания.
– Да? – поднял брови Артем, провожая зрачками второе существо, которое направилось в подвал.
За окнами начиналась метель, ветер завыл. Григорий, Моня и Артем настороженно посмотрели в окно, переглянулись. Марк не обратил внимания на это, он смотрел в пол, на капли крови от котят, которые походили на ртуть.
– История. Договаривай, – очнулся Марк, – я устал, мне надо поспать.
– В смысле договаривай? – Григорий строго посмотрел на Артема.
– Да, – вскрикнул Артем и развел руки в стороны, – я ему все рассказал.
– Не все, – заметил Марк.
– Нам нужны ловцы. Ты подходишь, вот и сказочке конец! – сказал Артем.
– Я не собираюсь никого ловить. Говорите, откуда это дерьмо берется!? – процедил сквозь зубы Марк.
– Берутся из мест, описанных в брошюре, в основном, но потихоньку и в других местах появляются, как сейчас в твоей сумке, – спокойно ответил Артем.
– Почему ты сказал, что спасатели не приедут? – спросил Марк.
Из подвала послышались шаги.
– Ты, Тема, идиот! Зачем ты все это говоришь? – вскричал Григорий.
– За тем, чтобы он знал, что шансов нет! Это честно.
– Почему он сказал, что спасатели не приедут? – Марк вытащил пистолет и приставил к виску Григория. Тот замер.
– Знаешь, Марк, я не боюсь твоего пистолета. Хочешь знать все? Ладно: мы отправляли сигналы бедствия все полгода во все центры – никто не приехал. От всех ответ был один, – сказал Григорий.
– Какой? – спросил Марк. Уверенность в спасении пошатнулась, и вибрация страха нарастающей волной цунами понеслась из глубины сердца по всему телу.
– Отвечали не центры, отвечали они, – Григорий показал в окно. Марк перевел взгляд с пальца Григория в окно – с обратной стороны карабкалась серая мягкая змея с кошачьей головой, огромными зелеными глазами, заглянув в окно, кошка замяукала. Марк опустил пистолет, в голове зашумело, ноги стали ватными, но он справился с помутнением.
– Открой окно, я снесу ему голову, – сказал Марк и прицелился.
– Не трать патроны, – сказало второе существо. – Мы и без тебя можем убить его.
Руки Марка опустились сами, голова закружилась, он сел на матрас. Ручка окна бешено завращалась, форточка открылась. Артем молниеносно сделал выпад и воткнул в голову кота нож. Затащил внутрь тело и захлопнул форточку.
– Держи, любовь моя, это тебе на шапку, – Артем кинул под ноги второму существу тело убитой нечисти.
Марк пришел в себя, посмотрел на второе существо внимательнее, он убедился, что перед ним женщина. Спрашивать ему уже ничего не хотелось, он устал. Решение покинуть жителей, оставив их на собственное попечение, было утверждено.
– В общем, мы пытались, мы отправлять сигналы бедствия… – вернулся к разговору Григорий, – но что-то не выходило, помехи жуткие были, а сообщения все будто кто-то переписывал за нас, бред получался, пишешь про помощь, а смотришь в отправленных, там какие-то «Мяу, мяу, привезите нам колокольчиков». У кого-то все коверкалось, смысла в сообщениях не было. Однако приходили ответы типа: Вы зачем сюда приперлись? Кто вас просил? Или мат благой и подписи везде – Ваш Мяу. Ну и потом уже началась пляска с электрами, все оборудование мы уничтожили. Думаете, включите телефон и у вас по-другому будет? – поднял брови Григорий.
– Но есть одно «но», – добавил Артем, – у нас все-таки остался один телефон, ибо он от сети. Когда мы пришли сюда, здесь был маленький перевалочный пункт, где-то под снегом идет труба с кабелем, пока эта зараза не распространилась, телефоном пользовался один лишь Зеленый, только он о нем знал, а когда его ели, он выкрикнул нам во спасение про телефон.
– Ели? Кто? Кошки? – спросил Марк и его замутило.
– Нет, люди, говорю же, каннибалы у нас были, – сказал Артем. Марк стиснул пистолет и припомнил, сколько патронов осталось.
– Но не долго, мы их потом уголковым отдали на съедение, мы же – цивилизованные люди! – Артем почесал зад, потом – за ухом и сел на пол.
– В общем, телефон – в зоне, где мы охотимся на уголковых. Нам нужно спешить, – сказал Григорий и схватился за бок.
– Спешите! – сказал Марк, не в силах больше снимать лапшу с ушей, которую ему вешали жители станции, – а я, пожалуй, пошел. Если хотите, можете проследовать до вездехода со мной.
– Ну уж нет! – сказала второе существо. – Ты – спасатель! Изволь спасть! – говорить ей было очень сложно, строение ее рта изменилось слишком сильно и было уже далеко от человеческого.
– Я вижу в этом единственный выход, господа тонущие. Мне хватило этих котиков, уголковых я теперь остерегаюсь и вас, уж извините! – Марк встал.
– Ты не понимаешь! У нас почти получилось! Ловец набрал номер, там ответил нормальный человек, но он подумал, что это шутка, не поверил! Мы потеряли большую часть ловцов! – завопил Моня.
– Ээээ, погодите. Ловцы – это, как я понял, кошатники, те, кого эта нечисть может переносить, не убивая, пару секунд, так? – Марк оглядел жителей, они закивали, – телефон находится в зоне, где одни уголковые, самый опасный вид, как написано у вас тут, – Марк не сразу отыскал брошюру, чтобы тыкнуть в нее пальцем, – и вы хотите отправить меня туда, чтобы я их собой накормил?
– Нет, чтоб вы позвонили, – поправило Марка второе существо.
– Не легче ли до вездехода дойти, починить и уехать? Там есть какая-то еда и надувной прицеп на 10 человек, он для трупов, но, я думаю, вы не привередливые.
В подвале что-то глухо бухнуло. Марк вспомнил про комнату с погибшими и не гниющими работниками станции. Сердце забилось, как колеса у поезда, он вскочил и стал быстро одеваться.
– Вы испугались? – спросило существо.
– Нет, про… сто, – запнулся Марк. Он ощутил, что под полом кто-то застонал. Он выпалил матом триаду и поспешил на свежий воздух.
– Стой! – вцепилось в него второе существо, но Марк откинул ее рукой и выбежал из дома, подпер дверь какой-то палкой. В мгновение ока он надел лыжи и сориентировался. Тонкий писк послышался под ногами – внизу восьмерки нарезал мелкий рыжий кот.
– Да пошел ты! – Марк пнул кота лыжной палкой, тот отлетел, приземлился на лапы и зашипел вслед убегающему Марку.
4. ВЕЗДЕ ХОД
Не нужны мне ваши рамки,
Знал бы прикуп, был бы в дамках.
Но вы – тоже хитрый народ,
Везде у вас найдется ход.
Марк бежал в белой пустыне, поглядывая на магнитный компас в браслете, который прокручивался, но все же показывал на сервер. С каждым шагом ему становилось все легче и легче. Страх и паника отступали и спустя минут десять он оглянулся. Позади была белая пустота с бледными тенями домов станции.
– Это ж надо такую бредятину придумать, – сказал Марк, – ну, сами виноваты, я пытался их спасти, они не захотели. Оставаться там – это бред, я правильно поступаю, правильно… как обычно, – Марк перевел дыхание и вновь оглянулся.