НИКА. ПОСЛЕДНИЙ ВЗГЛЯД – (рассказ)

НИКА. ПОСЛЕДНИЙ ВЗГЛЯД – (рассказ)

1. Маленькая жизнь

В тот день Елена вернулась домой позднее обычного.

За окном уже начинал сгущаться вечер, и в окнах соседних домов одно за другим зажигались электрические огни. Тбилиси медленно уходил в сумерки, а вместе с ним затихал шум улицы: где-то далеко ещё сигналили автомобили, во дворе переговаривались женщины, дети носились между лавочками, и чей-то старый магнитофон упрямо продолжал выводить знакомую мелодию.

Елена открыла дверь, поставила сумку на тумбочку и устало прислонилась к стене.

— Мамочка пришла! — тут же раздался из комнаты звонкий голос.

Через секунду маленькая Софийка уже обхватила её за ноги.

— Ну что ты, моя хорошая… Дай маме хотя бы раздеться.

— А ты мне что-нибудь принесла?

— Конечно.

— Что?

— Сначала поцелуй.

Девочка послушно поднялась на цыпочки и поцеловала мать.

— Теперь говори.

Елена рассмеялась.

— Ничего.

— Ма-а-ам!

— Шучу. В холодильнике кое-что есть. Посмотри сама.

Софийка убежала на кухню, но почти сразу вернулась.

— Мамочка!

— Что?

— Там опять Ника воду разлила!

Елена замерла.

— Опять?

— Да!

— И много?

— Очень много.

Елена сняла пальто.

— Ну, значит, будем убирать.

— А Ника поможет?

— Конечно. Она же у нас хозяйка.

Софийка засмеялась.

Именно так в их маленькой квартире уже несколько месяцев жила Ника.

Хотя, если говорить честно, никто из них поначалу и представить не мог, что всё получится именно так.

Всё началось с рынка.

Елена сама потом удивлялась, как легко можно изменить привычный порядок жизни одним-единственным необдуманным решением.

В тот день они с Софийкой шли по рынку, когда девочка вдруг остановилась.

— Мамочка! Смотри!

Елена посмотрела туда, куда показывала дочь.

В небольшой картонной коробке сидели несколько маленьких утят. Они были совсем крошечными, жёлтыми, пушистыми и совершенно одинаковыми. Одни сонно жались друг к другу, другие что-то пищали, третьи пытались выбраться наружу, смешно перебирая маленькими лапками.

Но один утёнок почему-то сразу привлёк внимание Софийки. Он сидел немного в стороне от остальных. И смотрел. Прямо на неё.

— Мам, а можно?

— Нет.

— Почему?

— Потому что нельзя.

— А почему нельзя?

— Потому что мы живём в квартире.

— А он будет маленьким.

— Сейчас — маленький.

Софийка присела перед коробкой.

— Мамочка, посмотри, какой он хороший…

Елена посмотрела на утёнка.

Тот действительно был необыкновенно забавным. Маленькая головка, чёрные бусинки глаз, короткий клюв и смешные лапки, которые никак не хотели слушаться своего хозяина.

— Он же вырастет, София.

— А я тоже вырасту.

— Ты человек.

— Ну и что?

Елена не выдержала и улыбнулась.

— И куда мы его поселим?

Девочка задумалась. Очень серьёзно.

— В ванной.

— В ванной?

— Да.

— А спать он где будет?

— Со мной.

— Даже не мечтай.

— Тогда в ванной.

Елена хотела уйти.

Но в этот момент утёнок вдруг поднял голову и снова посмотрел на Софийку. Девочка протянула палец через край коробки. Утёнок приблизился и осторожно коснулся клювом её пальца.

Софийка ахнула.

— Мамочка…

В этом «мамочка» было столько надежды, что Елена поняла: проиграла.

— Хорошо.

— Правда?!

— Только пока маленький.

Софийка от радости чуть не запрыгнула матери на руки.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо!

— Но ухаживать будешь сама.

— Буду!

— Кормить сама.

— Буду!

— Убирать за ним сама.

Девочка на секунду задумалась.

— А ты мне поможешь?

— Конечно.

Так Ника появилась в их доме.

Имя придумала Софийка.

Когда они возвращались с рынка, утёнок сидел в небольшой коробке, которую Елена держала на коленях, а девочка всё время заглядывала внутрь.

— Как мы её назовём?

— Не знаю.

— Я знаю.

— И как?

— Ника.

— Почему Ника?

Софийка пожала плечами.

— Потому что ей подходит.

И спорить с этим было невозможно.

Сначала Ника действительно была маленькой. Настолько маленькой, что могла спокойно устроиться на ладони Софийки.

В ванной для неё поставили коробку, затем небольшую пластиковую ёмкость с водой, кормушку и старое мягкое полотенце.

Софийка была счастлива. Она разговаривала с Никой часами. Рассказывала ей, как прошёл день. Рассказывала про детский сад. Про воспитательницу. Про девочку, которая её обидела. Про то, что скоро она пойдёт в школу. Ника слушала. По крайней мере, Софийке казалось именно так.

— Ты будешь со мной, когда я пойду в школу? — однажды спросила она.

Ника подняла голову.

— Будешь?

Утёнок тихо пискнул.

— Я так и знала.

Елена услышала этот разговор из комнаты и улыбнулась.

Тогда она ещё не знала, насколько странным образом эта детская фраза однажды отзовётся в её памяти.

Дни шли. Ника росла. Сначала она помещалась в коробке. Потом коробка стала ей мала. Потом понадобилось искать другое место.

И вскоре ванная комната уже перестала напоминать обычную ванную. Там появились миски, полотенца, тазик с водой, корм и всякие приспособления, которые Елена покупала, сама не понимая, как дошла до такой жизни.

— Елена, ты вообще понимаешь, что происходит? — однажды спросила её соседка Тамара, заглянувшая в квартиру.

— Что?

— У тебя в ванной утка.

Елена посмотрела на Нику.

— Утка.

— А у нормальных людей что?

— Наверное, стиральная машина.

Тамара рассмеялась.

— Ты совсем сошла с ума.

Елена тоже рассмеялась.

Но Ника тем временем важно прошла мимо них, будто разговор вообще не имел к ней никакого отношения.

Она уже привыкла к людям. К голосам. К запахам квартиры. К шагам Елены. К смеху Софийки. К их присутствию. И, кажется, больше всего — к тому, что они всегда были рядом.

Особенно Софийка.

Если девочка садилась на пол, Ника тут же направлялась к ней. Если Софийка переходила из комнаты в комнату, Ника шла следом. Если девочка ложилась на диван, утка устраивалась рядом.

Иногда Софийка гладила её по голове. Ника закрывала глаза.

— Тебе нравится?

Ника молчала.

— Я знаю, что нравится.

Елена наблюдала за ними и постепенно замечала то, чего раньше не замечала вовсе.

Ника не просто привыкла к ним. Она привязалась. По-настоящему.

Однажды вечером Елена сидела на кухне и перебирала какие-то бумаги. Софийка смотрела мультфильм. Вдруг в дверях появилась Ника. Она постояла немного, посмотрела на Елену, затем подошла ближе.

Елена протянула руку.

— Иди сюда.

Ника приблизилась. А потом произошло то, от чего Елена невольно замерла. Утка положила голову ей на колени. Просто положила. Как маленькое домашнее животное, которое пришло за лаской. Елена погладила её по голове.

— Ну что ты, Ника?

Утка не двигалась. Только тихо дышала.

Елена посмотрела на неё и вдруг почувствовала странное, почти забытое человеческое тепло. Она провела ладонью по её мягкой шее.

— Ты ведь нас любишь?

Ника подняла глаза.

Елена улыбнулась.

— Конечно любишь.

Из комнаты донёсся голос Софийки:

— Мамочка! Ника опять у тебя?

— Да.

— Она тебя тоже любит!

Елена ничего не ответила. Она только продолжала гладить утку. За окном медленно темнел город.

А в маленькой квартире на пятом этаже происходила совершенно незаметная для всего мира вещь: три существа — женщина, маленькая девочка и утка — постепенно становились друг для друга семьёй.

Тогда никто из них ещё не знал, что однажды им придётся расстаться. И что перед этим расставанием будет один взгляд. Последний. Взгляд, который Елена запомнит на всю жизнь.

2. Она будет жить с нами

Время обладает странным свойством.

Оно умеет менять всё вокруг нас так незаметно, что мы замечаем перемены только тогда, когда однажды вдруг останавливаемся и понимаем: вчерашнего мира уже нет.

Так произошло и с Никой.

Ещё совсем недавно Софийка могла поднять её на руки и, смеясь, бегать с ней по комнате. Теперь поднять Нику становилось всё труднее.

Она росла быстро. Слишком быстро.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.