Сопряжение. Код CGH

9 Между точками света

Выезд с парковки был похож на игру в нарды: справа и слева неожиданно загорались фары, и Ясон проезжал вперед на несколько пунктов, а потом пропускал ход. Наконец он вырулил на эстакаду объездной магистрали, которая проходила по краю старой городской застройки. Справа внизу сиял Инсбрук, слева сгустком тьмы возвышался Карвендель. Машины неслись по многополосной эстакаде, и Ясон упрямо выжимал педаль газа, пока дрожащая стрелка наконец не достигла отметки в двести километров в час.

Над магистралью склонялись длинные и узкие фонари, и уровень освещенности плавно менялся от яркого света в полутень и обратно, снова и снова, шестьдесят метров между точками света. На самой грани восприятия шелестело радио, случайно включенное на пустой частоте.

Впереди дорога раздваивалась: большая часть машин неслась прямо, в малоэтажный пригород; Ясон же повернул направо, где эстакада изящной дугой пересекала реку Инн. Отсюда были видны набережная, и исторический центр, и розовое зарево Миллионной, и безыскусная геометрия заводов промзоны, подсвеченных прожекторами.

Спустившись с эстакады, Ясон заехал за ужином в ресторанчик в подвале здания пятнадцатого века, уродливого, но представлявшего безусловную историческую ценность. Пока молодая семейная пара владельцев переругивалась на итальянском и упаковывала заказ в хрустящие термопакеты, Ясон стоял под узким навесом и курил, наблюдая, как усиливается дождь. За углом справа кто-то рылся в мусорных баках. Пахло кошачьей мочой.

Задребезжало стекло.

Он обернулся и увидел, как ему машет темноволосая хозяйка, стучавшая в окно. Чтобы дотянуться до стекла, ей пришлось почти лечь на широкий подоконник, и в вырезе блузки стало видно полукружья груди почти до сосков. Она сползла по подоконнику вниз, еще раз приглашающе махнула Ясону и улыбнулась.

Упокоив сигарету в нагло-белой урне, он зашел внутрь, чтобы оплатить заказ, а потом бежал до машины сквозь ливень.

Через полчаса он наконец добрался домой. Горячий душ после промозглого вечера оказал излишне расслабляющий эффект. Ясон натянул штаны, но от халата избавляться не стал, откупорил бутылку вина и собирался вскрыть упаковку с едой, когда раздался звонок видеофона входной двери.

На экране Амбер коснулась волос, лежавших идеальной волной, и посмотрела в камеру. Ясон совершенно забыл о ее коротком сообщении с вопросом, не стоит ли завести визу ему домой, на которое он ответил: «Да», пока курил на парковке. Он поздоровался и пустил ее в дом. Чертыхнувшись, рванул в спальню. Убеждая лифт задержаться подольше, скинул халат и переоделся в джинсы и белый джемпер. Когда в квартиру осторожно постучали, он сообразил, что стоит босиком, но после короткого внутреннего диалога решил пренебречь поиском обуви в пользу того, чтобы дама не ждала под дверью.

– Добрый вечер, Амбер! – сказал он, впуская ее в квартиру.

– Добрый вечер, Ясон. Прошу прощения, что так поздно: по дороге из консульства попала в пробку.

– Не переживайте, до рейса у меня еще больше суток.

От нее пахло дождем и хризантемами или, может быть, опавшими кленовыми листьями. Амбер открыла сумочку и вынула небольшой пластиковый прямоугольник с фотографией Ясона:

– Вот ваша виза. Ее потребуется предъявить при прохождении паспортного контроля вместе с личным идентификатором, проблем быть не должно.

– Благодарю. – Коснувшись мягкой кожи сиреневых перчаток, он взял карточку из ее рук. – Предложить вам чего-нибудь выпить?

– Нет, спасибо, мне нужно идти. С визой Ксавьера ничего не выходит: ее снова отклонили. – Амбер смотрела в пол, и Ясон почувствовал неловкость из-за того, что она видит его босые ступни. – Теперь вам придется ехать в Сан-Паулу в одиночестве, а по индексу преступности этот город не так уж далеко отстает от Йоханнесбурга, где вам досталось даже несмотря на присутствие Ксавьера…

Ясон скривился. Похоже, эта дурацкая потасовка с охранниками СФ подпортила ему не только лицо, но и репутацию.

– …пожалуйста, будьте осторожны. Я за вас беспокоюсь, – сказала Амбер совсем тихо.

– Почему? – спросил он с усмешкой и в ту же секунду почувствовал, как в желудке образовалась пустота, а в ушах с грохотом атакующей конницы застучала кровь. В свитере стало жарко, и волокна мягкой шерсти неприятно впивались в кожу. Возможный ответ испугал его гораздо больше, чем возвращение в Сан-Паулу.

Амбер скользила взглядом по его лицу, ища подсказку, и, к удаче Ясона, истолковала его ошарашенное выражение по-своему:

– Извините, я не хотела вас обидеть, Ясон. Я не имела в виду, что вы не можете за себя постоять…

Он постучал визой по открытой ладони.

– Амбер, этот разговор у нас вряд ли выйдет коротким. Позвольте ваше пальто.

– Нет, что вы, я не это хотела сказать… – Девушка стояла, вцепившись в сумочку, как в спасательный круг.

– Ага. Что вы хотели сказать – мне вполне понятно, а теперь раздевайтесь и давайте поужинаем. Я очень хочу есть и думаю, что вы тоже.

Он выждал пару секунд, глядя на нее, и Амбер сдалась: рука с сумочкой начала медленно опускаться вниз.

– Верное решение, – прокомментировал Ясон.

Помог снять пальто – оно оказалось слегка влажным. Запах хризантем, согретый теплом ее тела, усилился и приобрел сладкий оттенок прелой листвы. Шляпка послушно разместилась на стойке, и знакомое золотистое перо коснулось серой шляпы Ясона.

Он усадил Амбер за стол на кухне и пресек попытки оказать ему помощь. Мысленно поблагодарил итальянский ресторан за большие порции, выставил на стол еду и разлил вино.

Она чувствовала себя неуютно: приподняла плечи и смотрела снизу вверх, слегка наклонив голову вперед. Не выучила набор социально ожидаемых реакций и от этого казалась беззащитной. Ясон спрятал улыбку, доставая приборы. Отупение последних часов рассасывалось с ее неожиданным вторжением на его кухню.

– Амбер, у меня к вам просьба. – Он сел за стол напротив. – Вы начинаете есть, а я начинаю говорить. Потом будем меняться. Возможно.

Она все также смущенно посмотрела на Ясона. Его выжидающий взгляд подействовал, и Амбер аккуратно положила себе небольшую порцию салата. Ясон вздохнул и помахал вилкой. Девушка взялась за приборы, технично свернула салатный лист, отправила себе в рот и начала жевать.

– Отлично, – прокомментировал Ясон и сделал глоток вина. Плотное и терпкое: не подходит для итальянских блюд, но вполне соответствует сложившейся ситуации.

Дождавшись, когда в глазах Амбер появится интерес к еде, нормальный для любого голодного человеческого существа, Ясон произнес:

– Не люблю разговоры о том, что кто-то кого-то подвел.

Девушка хотела что-то сказать, но он приложил палец к губам и снова показал движения вилкой. Амбер порозовела и продолжила есть.

– Я говорю вполне серьезно. Переживать – это избыточная трата сил. Ничем мне не поможет. Попробуйте еще раз с визой Ксавьера. Найдете решение – буду благодарен. Принято?

– Принято. – Амбер смущенно кивнула.

– Отлично.

Он снова приложился к бокалу: вино раскрывалось пряным запахом вишни. Его гостья тоже осторожно сделала глоток. Он следил за ее выражением лица. Похоже, понравилось.

Амбер закончила возиться с салатом. Он жестом предложил ей продолжить, а сам положил ей порцию равиоли. Она не сопротивлялась.

– Ясон, я посмотрела полицейские сводки, – осторожно начала она. – Дель Норте не занимались хайтеком, потому что гаджеты для его воспроизведения слишком дорогие для населения Протектората. А вот хайвей, похоже, не требователен к параметрам гаджетов, поэтому и заинтересовал дель Норте. Для них это доступ к гигантскому рынку.

– Я надеялся, что вы ничего не найдете.

– Давид меня кое-чему научил. От него не спрячешься, – улыбнулась Амбер.

– Вот как. – Ясон покрутил бокал на ножке.

Его собственную биографию Мизрахи раскопал без проблем. Может, стоит вернуться к вопросу о Марии.

– До сих пор не понимаю, как ему удается так работать с информацией.

– Давид этому учился, не так ли?

– Да, и у него большой опыт. – Она коснулась бокала; тихо звякнуло о стекло тонкое серебристое кольцо. – Но все равно меня шокирует, сколько информации он успевает обрабатывать. Я не уверена, что могу читать с такой скоростью!

Ясон кивнул, и она продолжила:

– Когда я стала изучать отчеты по Сан-Паулу, Давид объяснил мне несколько приемов. Он сказал, что аналитическая работа – это не только талант, но и навык, как, скажем, у повара: готовь соус, пока варится паста! – Она всплеснула руками. Свет спотов за ее спиной рассеивался в золотистых волосах, создавая сияние. – Но это не самое странное. Самое странное то, как легко он делится знаниями.

– Почему это вас удивляет, Амбер? – Ясон положил подбородок на руку.

– Господин Ховард, вы живете в каком-то другом мире! – Она откинулась на спинку стула. Ее светло-коричневые глаза блестели, как карамельный сахар. – Делиться тем, что умеешь, – далеко не общепринятая практика. Давать людям возможность проявить себя – тоже. Наверное, потому, что никаких гарантий, что это окупится, нет.

Амбер сделала глоток вина. Ясон не сводил с нее глаз. Они почти прикончили бутылку, и в голове у него шумело. Если он сейчас не начнет есть сам, то, скорее всего, напьется. Интересно, в какой момент влюбленность красивой молодой женщины стала вызывать у него панику? Он же не хотел оставаться этим вечером один?

– А что вы делали на предыдущей… работе? – Он подловил одну скользкую пельмешку вилкой и начал жевать.

– «У тебя не хватит опыта, дорогая. Лучше, Амбер, душечка, принеси мне кофе»! – Девушка явно копировала чью-то интонацию. – Представляете, какой шок я испытала, когда вы в первый же день предложили мне сделать что-то сложнее капучино?

– Вас привел господин Лефевр, а у него, похоже, нюх на таланты. – Ясон пожал плечами. – Я был уверен, что вы справитесь.

– Дело не в нюхе на таланты, по-моему. Господин Лефевр просто дает себе труд их разглядеть. Как и вы.

– Вот как.

Амбер смотрела на него сквозь бокал. Ясон сосредоточился на еде, но в итоге не выдержал:

– Если бы вам оплатили любую учебу, куда бы вы пошли учиться?

– Не знаю, – удивленно вскинула брови Амбер. – Может быть, на финансового аналитика?..

– Ну, конечно, первым делом! – фыркнул Ясон. – А если серьезно?

Она посмотрела вверх и улыбнулась. Ямочка у нее на щеке была только с левой стороны.

– Беркли, специальность «музыкальная терапия».

– Что это?

– Лечение музыкой. И это не шарлатанство, а серьезная наука, связанная с исследованиями мозга. Например, помощь детям-аутистам. По-моему, это невероятно: уметь лечить красотой…

Амбер говорила, улыбаясь, и он снова слышал в ее голосе призвук дорогого богемского хрусталя.

– В мире осталось не так много таких странных мест, как колледж Беркли, – сказал он.

Она опустила глаза на вирт-браслет:

– О боже! Ясон, извините, пожалуйста, мне пора. Мой младший брат не должен оставаться один надолго, а няня ушла час назад!

Он проводил ее в прихожую и помог надеть пальто. Амбер выправила волосы и повернулась к нему:

– Ясон, будьте осторожны в Сан-Паулу, пожалуйста!

Их разделяло несколько сантиметров. Ясон чувствовал ее тепло, видел, как трепещет вена у нее на шее. Он стоял неподвижно и почти не дышал, боясь ошибиться и случайным движением дать неверную подсказку.

Ему стоило предложить ей остаться.

– Амбер, девочка… Я кажусь тебе особенным, а я всего лишь не похож на тех, с кем ты работала до этого.

– Я не знала, что такие, как ты, бывают. – Амбер опустила голову.

– Бывают и лучше, – привычно ухмыльнулся Ясон.

Она снова была девочкой, а он был старше на сотню аэропортов и пару жизней в мороке харда. Только кажется, что они стоят рядом: на самом деле их разделяет виртуальный экран.

Он провел рукой по ее волосам и поцеловал Амбер в висок:

– Ты хочешь помогать людям и сможешь это сделать. А я улетаю в Сан-Паулу послезавтра.

Она отвернулась от него и надела шляпку. Перо чиркнуло Ясона по щеке.

Захлопнув за Амбер дверь, он повернулся к ней спиной и сполз вниз на пол. Протянув руку, нащупал портсигар и зажигалку, голосовым управлением выключил потолочные споты, оставив только нижнюю подсветку. Ясон курил, глядя на огромное панорамное окно впереди и неспешно раздумывая, стоит ли разобрать накопившуюся почту или просто завалиться спать.

10 Вес времени

Утром он получил письмо от Надин с билетами в Сан-Паулу. Вылетать предстояло не из Инсбрука, а из Мюнхена, и Надин предлагала, чтобы водитель заехал за Ясоном завтра в три ночи.

Ясон, толком не проснувшийся, но уже с чашкой кофе в руке, ответил согласием. Уже застегивая манжеты рубашки, он понял, что его смутило.

Письмо пришло не от Амбер.

Пуговица никак не желала протискиваться сквозь узкую петлю, и ему пришлось ножницами прорезать ткань. Наконец справившись с новой рубашкой, он защелкнул на запястье металлический браслет «Брайтлинга», вызвал панель электронной почты и отправил еще одно письмо Надин:

«Данные по автомобилю и водителю пришлет Амбер?»

Он накинул пиджак и расправил воротник рубашки. Галстук надевать не стал.

Вполне возможно, что Амбер не хочет больше с ним общаться – и будет права.

Он спустился вниз и уже сел в машину, когда получил ответ:

«Господин Ховард,

По всем вопросам относительно организации Вашей поездки в Сан-Паулу можете обращаться ко мне. Амбер Террана больше не входит в Вашу команду. Подробности сообщит господин Мизрахи.

С уважением,

Надин».

Ясон почувствовал, как развязывается узел напряжения в груди. Вот и все, ее просто не будет рядом, не будет неловких диалогов и налаживания отношений. Не будет страха обидеть. Он снова свободен.

«Принято», – ответил он.

Давид ждал его в кабинете, опершись на стол и сложив руки на груди. В светло-сером норвежском свитере он казался шире в плечах и бледнее. Версандез стоял рядом с обычным скучающим выражением лица.

Столкнувшись взглядом с Ясоном, Давид скорее констатировал, чем спросил:

– Ты уже знаешь про Амбер.

Ясон кивнул, но потом, разглядев плотно сжатые челюсти Давида, отрицательно покачал головой. Его вдруг накрыло отвратительное ощущение, как будто он съел что-то несвежее.

– Надин написала, что ты пояснишь.

– Удобно, – скривился аналитик. – Ей бы стоило лучше его защищать. Ну, хорошо.

Он покачал головой и посмотрел Ясону в глаза:

– Лефевр продал контракт Амбер «Ваттане».

Ясон на секунду задержал дыхание. Непрофессионально: за покерным столом такое бы сразу заметили.

– Эффективный менеджер, – выплюнул аналитик. Он обошел стол и плюхнулся в кресло.

Версандез молчал. Ясон махнул Айрис, которая, вопреки обычному, заметила его жест и кивнула в ответ.

«И что я, по-вашему, должен с этим сделать? Попробовать вернуть Амбер в корпорацию, которая пожертвовала ее контрактом как наименее ценным?»

– Я улетаю ночью, – сказал он и открыл дверь гардероба. Снял пальто, положил свою серую шляпу на полку. Шляпки с пером там больше не было.

У кабинета Лефевра Ясон оказался в конце рабочего дня.

– Добрый вечер, господин Ховард. – Надин встала из-за стола, приветствуя Ясона. В закрытом сером платье она казалась героиней черно-белого французского кино. – Господин Лефевр еще занят. Могу предложить вам кофе?

– Спасибо, Надин, не нужно.

Ясон расположился на диване и рассеянно наблюдал, как она вернулась на свое место и ритмично застучала по клавиатуре вирт-панели. С тихим шорохом улетали сообщения. Принимая звонки, она зачастую продолжала печатать. Иногда звук клавиш стихал, и Надин пару секунд смотрела на документ, наклонив голову влево, как будто искала нужный ракурс, а потом продолжала работать.

Дверь кабинета Лефевра открылась, и из нее вышел мужчина в сером костюме. Проходя мимо Надин, он слегка наклонил голову – его густые волосы покрывала белесая пыль седины:

– Хорошего вечера, Надин!

– Доброго вечера, господин Лайне.

Александер Лайне, глава военного отделения «Стерны», неторопливо пошел в сторону лифта. Припадая на правую ногу, он делал энергичную отмашку левой рукой.

Время имеет вес. Обычно оно скапливается на плечах, заставляя пригибаться к земле, или цепляется за лодыжки, и это можно заметить, если прищуриться. На господина Лайне время как будто давило со всех сторон, придавая значимость каждому его движению. Он казался плотным, как нейтронная звезда, более реальным, чем окружавшие его предметы.

Зайдя в лифт, Лайне обернулся и смотрел куда-то над головой Ясона, пока не закрылись двери.

– Да… Хорошо… Понятно… Да… – Надин принимала указания, делая пометки. Завершив звонок, она снова склонила голову влево на пару секунд и молча рассматривала пустой стол. Потом поднялась и, открыв дверь кабинета, с безупречно сдержанной улыбкой пригласила его войти.

Внутри было по-официальному светло. Демьен стоял у стола и подворачивал рукава рубашки.

– Добрый вечер. – Ясон пожал ему руку. – Поздравляю с завершением переговоров.

– Добрый. Ты вовремя: мы только что выполнили транзакцию, и «Ваттана» официально поставила точку в этом вопросе.

Демьен коротко улыбнулся и жестом предложил присесть. За его скупыми движениями проглядывала усталость.

– Не досчитался одного бойца сегодня, – сказал Ясон, опускаясь в кресло. – Ты сдал Амбер.

– Ее и еще сорок процентов постоянных сотрудников, – кивнул топ-менеджер «Стерны». Он тоже сел – по другую сторону стола. – Ты предпочел бы, чтобы я оставил Амбер, но передал «Ваттане» Мизрахи?

– Я предпочел бы, чтобы ты выиграл переговоры и сохранил «Гаруду».

– Я и сохранил. Проект, а не отдельных сотрудников.

Стол перед Демьеном был непривычно пустым, только слева поблескивал влажный след от стакана. Вовсю работал кондиционер: холодная струя била Ясону в плечо, ощутимая даже сквозь пиджак.

– Надеюсь, ты не закончишь фразой, что это только бизнес. – Арт-дилер сделал паузу и продолжил: – Ничего личного.

– Могу сказать иначе, – пожал плечами Демьен. – Сотрудники – это компост для проекта. Имеет значение не каждая конкретная личность, а процентный состав смеси.

Убежденность, с которой он говорил, вдруг показалась Ясону опасной.

– Вот как.

– И всегда было так, Ясон. – Демьен усмехнулся. – Только что осознал, что у тебя контракт с корпорацией?..

– Ты, вроде, собирался что-то менять?

Руководитель «Гаруды» устроил голову на ладони и доброжелательно произнес:

– Если тебе что-то не нравится – ты знаешь, где выход. – Кивок в сторону двери. – Контракт можно разорвать в любой момент. Придется вернуть аванс, но, думаю, ты вполне потянешь такие затраты.

Арт-дилер оскалился и положил руки на подлокотники кресла:

– Спасибо, Демьен. Я собираюсь выполнить свою работу…

А еще найти эту новую «цифру» и привезти ее доктору Вернер, перевязанную ленточкой.

– …и получить свои деньги в полном объеме. Если ты сам собираешься задержаться в «Стерне», конечно: мой контракт привязан к твоему.

– Можешь не беспокоиться, я здесь надолго, – кровожадно усмехнулся Демьен.

Паузы становились все длиннее.

– Прекрасно, – продолжил Ясон. – Только будь осторожен: в ваших зданиях плохо работает система кондиционирования. Не забывай проветривать голову.

Молчание.

– Спасибо за заботу.

Вжих! – кресло Демьена отъехало от стола. Он закинул ногу на ногу и, устроившись, спросил:

– Что тебе удалось раскопать?

– Организатора операций зовут Джек, – по крайней мере, так он представляется. Хорошая подготовка, возможно – армейская. Команду собирает ad hoc8 в каждой локации. Думаю, для убийства дас Невеса ему пришлось завербовать сотрудника «Стерна Бразил», и Джек будет использовать его повторно, чтобы сорвать испытания в Шэньчжэне. Он отличный манипулятор: непосредственными исполнителями диверсий становятся люди, которые уверены, что делают что-то хорошее. – Не сдержавшись, Ясон добавил: – В этом вы очень похожи.

– Конечно. – Демьен улыбнулся, и Ясон осознал свою ошибку. Топ-менеджер легко постукивал пальцами по подлокотнику. – Я ведь тоже сыграл на твоем желании разобраться с новой «цифрой». Мда… – Он покачал головой. – Не хотелось бы тебя расстраивать, Ясон, но ты такой же, как и мы. Просто – в своей отрасли.

– Не без этого. – Арт-дилер солнечно улыбнулся в ответ. – А чем закончилась история с Лисбоа?

– Накачали его успокоительным и передали в европейский офис «Ваттана Груп». – Говорить о Лисбоа Демьену было неприятно.

– Что ж… Рад, что ты нашел выход. Я улетаю завтра.

– Не буду тебя задерживать.

– Благодарю. – Ясон встал и застегнул пиджак. – Доброго вечера.

Демьен поднялся и пожал протянутую руку:

– Хорошей дороги.

Выйдя из кабинета, Ясон натолкнулся взглядом на схему «Стерны» на вирт-панели Надин. Над Демьеном красным горел новый квадратик с надписью «Александер Лайне».

Ясон подхватил пальто и шляпу, пожелал Надин хорошего вечера и наконец ретировался. Лифт спускался отвратительно медленно, останавливаясь через этаж: работники и служащие потянулись домой, и с каждым метром спуска Ясон ощущал все большее раздражение от участия в миграции офисного планктона.