Grammatica est ars victrix aevi. Демиургия Языка. Грамматика как способ приручения Времени

Джеймс Джойс

Время – дифракционная решетка. Используя аналитическую безжалостность английского языка, Джойс не просто растягивает день – он его расслаивает.

Английская грамматическая сетка из двенадцати времен – это попытка картографировать четвертое измерение. В то время как другие языки довольствуются грубым делением на «было», «есть» и «будет», английский вводит понятия длительности (Continuous) и завершенности к моменту (Perfect).

Джойс использует этот инструментарий, чтобы свергнуть диктат Хроноса.

– Two tickets to Dublin

– Куда, блин?

– Ту Даблин

В «Улиссе» атомарное мгновение дробится: мы видим не просто действие, а процесс его протекания, его результат и его влияние на следующую секунду одновременно. 12 времен – это 12 зеркал, расставленных вокруг одного события.

Благодаря этому один дублинский день обретает объем столетия. Это не описание времени, это его пространственная колонизация.

Future in the Past (будущее в прошедшем) – это ведь не просто грамматическая категория. Это формула человеческой напрасной надежды, уже ставшей историей. А Present Perfect Continuous? Это же чистое состояние тревожности и невроза – действие, начавшееся в прошлом, длящееся до сих пор и, вероятно, не собирающееся заканчиваться.

Англичане вовсе не свергают Хроноса, нет. Они поступают с ним куда жестокосерднее, они его бюрократизируют. Англичане заставили Время заполнять бесконечные анкеты и бланки, где нужно указать точное время прибытия и статус завершенности. И Джойс – старший клерк в этой небесной канцелярии.

Джеймс Джойс не просто описывал Дублин он пытался синхронизировать язык с самим процессом мышления, которое никогда не происходит в Past Simple. Мышление всегда происходит здесь и сейчас, даже когда мы вспоминаем прошлое.

В «Улиссе» Джойс эксплуатирует английскую категорию Continuous (длительного) до предела. Герундий и причастие настоящего времени с их вездесущим окончанием -ing – это способ заморозить мгновение, не убивая его. Давайте посмотрим конкретнее, как этот «главный клерк» манипулирует бланками времени.

В третьем эпизоде «Улисса», когда Стивен Дедал идет по пляжу Сэндимаунт, Джойс использует грамматику, чтобы показать восприятие реальности до того, как разум успел её обработать.

«Ineluctable modality of the visible: at least that if no more, thought through my eyes. Signatures of all things I am here to read…»

(Неотвратимая модальность видимого: по крайней мере это, если не более, мыслимое моими глазами. Подписи всех вещей – я здесь, чтобы прочесть их…)

Здесь время останавливается. Джойс отбрасывает глаголы связки, оставляя чистые существительные и причастные обороты. Грамматически это выглядит как список инвентаря. Он не пишет «Я вижу волну». Он описывает процесс видения как физическое явление. Хронос здесь бессилен, потому что нет предиката, толкающего время вперед. Есть только чистое бытие.

Как было уже упомянуто про невроз «настоящего совершенного длительного». У Джойса этот перфекционизм доведен до абсурда в эпизоде «Итака». Он написан в форме катехизиса (вопрос-ответ).