Немая прачка

Глава 4

Первое чужое желание: любовь (Алексей)

Алексей боролся со сном за рулем своей старенькой «Мазды». Рядом, на пассажирском сиденье, спала пышнотелая брюнетка. «Надо было Веру попросить за рулем поехать, а самому поспать», – взглянув на спящую девушку, подумал Алексей.

Вечерняя прогулка по парку, затем встреча с друзьями, оттуда – на съемную квартиру в город Пушкин, и на сон осталось меньше двух часов, а еще работать весь день. Конец рабочей недели был напряженным. Со вторника до четверга включительно Алексей ездил по Подмосковью, в пути удавалось спать не больше четырех часов в сутки. Физическая усталость давала о себе знать, но сегодня нужно собрать все силы и работать. По пятницам Алексей старался отвлечься от работы и отдохнуть, ведь суббота для тружеников антикварного бизнеса – самый прибыльный рабочий день.

Вообще, Алексей относился к редкому типу людей, для которых отдых – в движении. Он еще раз взглянул на спящую Веру, она тихо посапывала и улыбнулась во сне. Милый вид пассажирки вызвал у него ответную улыбку, но сильно захотелось спать: глаза закрывались, а рот открывался. Он зевнул, взял между сиденьями баночку с энергетическим напитком, открыл и выпил. Трудоголик и романтик, стройный и высокий, темно-русый и голубоглазый – в общем, мечта многих девушек – Алексей Гуляев только к двадцати семи годам, под давлением родни и друзей, начал серьезно задумываться о дальнейшей семейной жизни: свадьба, дети… Вера много раз заводила разговор на эту тему, и чем сильнее она пыталась на него надавить, тем больше возникало неприятных сомнений и размышлений по поводу своего выбора. Год назад разговоры о свадьбе и дальнейшие планы о семейной жизни развлекали Алексея и даже в какой-то степени нравились. Со временем стремление Веры ускорить осуществление ее планов перестали нравиться и начали раздражать. Такие мысли, как «уж очень сильно она хочет замуж», отрицательно действуют на мужской охотничий инстинкт и «добыча» становится неинтересной. Алексей перестал прислушиваться к девичьим мечтам и начал резко менять тему разговора, когда речь заходила о свадьбе. А в одиночестве он вообще старался об этом не думать.

Алексей проехал по правой стороне вдоль построек вокруг Кремля в Измайлово и припарковался на стоянке Вернисажа. Отсюда ближе носить товар до торговых мест. «Энергетик» подействовал или сработал предварительный внутренний настрой – непонятно, но Алексей почувствовал бодрость и воодушевление перед началом рабочего дня. «Надо еще грузчиков с тележками найти», – подумал Алексей, бросил взгляд на спящую девушку и собрался выйти из машины. Непонятно почему, но он снова посмотрел на Веру, как будто кто-то невидимый в тот момент управлял его движениями. Алексей поймал себя на мысли, что влюбленность давно прошла, и он относится к Вере с уважением, а заботится и живет с ней из чувства благодарности и, в какой-то степени, жалости. Для него это были совсем не те отношения, чтобы жениться и создавать семью. И ему захотелось найти новую любовь, страсть, приключения…

«Хочу любви! Хочу страстной любви!» – подумал Алексей, прикрыв глаза на несколько секунд. И в памяти, почему-то, всплыли воспоминания из парка, как девушка в белом платочке внимательно посмотрела ему в глаза.

Глава 5

Второе чужое желание: знания (Историк)

Французский остров Корсика. 15 августа 1769 года. В жаркий летний полдень по безлюдной площади идет скромно одетая беременная женщина. Резкая боль пронизывает живот, она выкрикивает призыв о помощи и падает на землю. Теряя сознания, она снова пытается позвать на помощь. Слова и буквы сливаются во что-то нечленораздельное, похожее на страшный вопль, наполненный болью. Через несколько минут тишину нарушает резкий звонкий плач младенца, оповещающего мир о своем рождении. Но в тот момент его услышала лишь нищая старуха, которая случайно проходила мимо. Так появился на свет маленький мальчик по имени Наполеоне Буонапарте, которого впоследствии все узнают как человека, покорившего полмира! Наполеон Бонапарт – будущий император Франции…

Дети с интересом слушали человека, которого все учителя и ученики в школе называли Историк. Для усиления эффекта, Историк во время фразы «полмира» поднял руки над головой и развел в стороны. Многие из детей в классе открыли рот от удивления.

Учитель никогда не искажал исторические факты, но, чтобы заинтересовать учеников судьбоносными событиями, иногда приукрашивал жизнь легендарных персонажей незначительными для науки деталями. Когда тема урока касалась знаменитых личностей, Историк сознательно перевоплощался в героев былых времен и дети мысленно становились участниками прошлых событий. В классе никто не смел пошевелиться, все с жадностью ловили каждое слово учителя. Моменты вдохновения не проходили бесследно. Впечатленные ученики хорошо запоминали тему урока, и у Историка появлялась возможность поставить хорошую оценку не очень сообразительному ребенку. На следующее занятие учитель спрашивал именно двоечников и троечников. Дети, которые не открывали дома учебник, всегда повторяли слова учителя: «В жару шла женщина по площади, она упала и заорала так, что все бы напугались, но никого рядом не было, кроме нищей старухи. Потом, когда родился Наполеон, он тоже заорал и тогда еще никто не знал, что это будущий император Франции…» Получалось не совсем то, что хотел бы услышать Историк, но четверку с натяжкой поставить можно.

После вот таких эмоциональных уроков, Валентин Сергеевич приходил домой и подолгу перелистывал прочитанную когда-то литературу. Затем гулял по виртуальному пространству Интернета в поисках новых сведений по теме уже проведенного занятия. Он помнил наизусть все даты и события из школьной программы по курсу истории, но все время искал новые документальные подтверждения или опровержения давно ушедших событий… Жажда знаний стимулировала новые поиски и пробуждала интерес к однообразной и скучной, по его мнению, жизни.

Вчера, после занятий, вопреки своей привычке, Историк не поехал домой, а решил прогуляться по центру города. Прогулка закончилась в парке на Чистых прудах и, когда он подходил к метро, неожиданно пришла мысль – завтра с утра поехать на «Вернисаж в Измайлово». Когда-то в детстве один раз бабушка возила маленького Валю в Измайлово на Блошиный рынок. После той поездки он ни разу там не был. Слышал, конечно, от друзей и знакомых о том, как изменилось это место, но все не мог выделить время, чтобы съездить и посмотреть.

Вчерашний вышеописанный урок истории: лица детей, удивленные возгласы, фантазии о жизни Наполеона, эмоциональный запал – все прокрутилось в памяти блондина в сером костюме и воспоминания вызвали довольную улыбку на лице, когда он проходил через центральный вход «Вернисажа в Измайлово».

Первые ряды пестрят разнообразием: яркие платки, шапки, расписные деревянные матрешки, яйца, шкатулки, ложки… Место, где иностранные туристы могут выбрать памятный подарок о России.

Сувениры не интересовали Валентина Сергеевича, но от ярких расцветок и улыбок продавцов настроение поднялось до уровня веселья и куража. Среди его знакомых было несколько постоянных посетителей Вернисажа и, вспоминая их рассказы о Блошином рынке, он быстро сориентировался, прошел весь ряд до каменных ступенек, поднялся и повернул налево.

Сначала внимание Историка привлекали предметы, похожие на те, что достались ему по наследству от бабушки и родителей. Бегло осматривая столы с товаром и, встречая знаковые предметы, он узнавал приблизительную стоимость своих домашних сокровищ. Затем его интерес переключился на дореволюционные литературные произведения, но ничего стоящего он не нашел. Первый круг по центральной аллее и по балконам историк пробежал меньше, чем за час и решил пройти еще раз. В конце дальнего балкона его внимание привлекли две старухи: одна – худощавая и высокая в сером пальто из синтепона, другая – маленькая и толстенькая в коричневом плаще. Они торговали напротив друг друга, и когда он первый раз проходил мимо, то услышал, как Высокая уговаривала Толстушку продать ей рушник: – Ну, отдай мне рушник за четыреста рублей, у меня скатерть и салфетки такой расцветки…

– Я его за тысячу двести продаю. Рушник – старый, столетний, в идеальном состоянии, вышивка красивая, его за эти деньги купят, – отмахивалась от уговоров толстушка.

– Ну, отдай за четыреста, мне в набор…

Когда Историк проходил второй круг по балконам, то услышал продолжение этой беседы, и ему стало смешно и интересно слушать перепалку двух старух. Он остановился поблизости, у стола с журналами советского времени, и, перелистывая их, решил понаблюдать, чем закончится торг.

– Ну, отдай рушник за четыреста, для себя беру, не на продажу, в набор, – продолжала клянчить Высокая.

– Ты все, что у меня берешь, умножаешь на пять и продаешь, а говоришь – себе. Я тебе сказала, хочешь – за восемьсот возьми, – немного снизив цену, не сдавалась маленькая старушка.

– У меня рука легкая, а у тебя еще продаж не было сегодня. Если я первая покупку сделаю, ты после меня все хорошо распродашь, – продолжала выдумывать разные причины для продажи высокая старуха.

И, неожиданно для всех, кто рядом торговал и слушал эту перепалку, маленькая старушка почему-то согласилась: – Да, бери уже за четыреста.

Худая резко подскочила, одной рукой схватила рушник, а другой отдала приготовленные четыреста рублей. Развернулась, сделала шаг к своему столу, но еще не успела положить рушник, а к ней уже подошел молодой мужчина и, показывая пальцем на рушник, спросил: – А скажите, сколько стоит ваше полотенце?

Худощавая старуха несколько секунд внимательно смотрела на него, затем снисходительно улыбнулась и тоном музейного экскурсовода сказала:

– Эту вещь правильно называть рушник, а не полотенце. Он достался мне от моей прапрапрапрабабушки, это начало семнадцатого века…

– Да вы что, правда? – так же снисходительно улыбнувшись, мужчина недоверчивым тоном перебил старуху.

– Да, правда! У меня этот рушник сотрудники музея просили, в экспозицию. Но я не дала.

– И сколько он стоит?

– Посмотрите, работа вся ручная, какая вышивка, какое состояние. Всю жизнь в сундуке хранила…

– Вы мне цену назовите, пожалуйста, – снова перебил старуху мужчина.

– А вы мне понравились. Поэтому ВАМ отдам за две тысячи. Деньги очень нужны на лекарство, из-за глубокой нужды вчера из сундука достала и продать решила, – с грустью в голосе закончила свою речь старуха.

Мужчина достал деньги, расплатился, забрал рушник и поспешил удалиться – видимо, побоялся, что старуха передумает.

«Вот так ушлая, хитрая бабка! Только что купила вещь, еще на свой стол не успела положить эту тряпку и тут же мужику продала в пять раз дороже», – подумал историк, и ему стало жалко маленькую старушку, у которой совсем дешево выманили вещь. Затем историк вспомнил про мужика, который думает, что купил четырехсотлетнюю вещь, семнадцатого века: «Вот дурак-то, развела его бабка. А ведь и меня могла так же обмануть, я-то тоже ничего не соображаю в этом старье».

Интерес к знаниям Валентин проявлял с раннего детства, и в любом возрасте изучение истории помогало ему отвлечься от бытовых проблем и душевных неурядиц. Гуляя по рынку, он наблюдал как продавцы и покупатели с интересом и наслаждением рассматривают многие вещи и рассказывают о них.

«В основном, любой человек знает что-либо в определенной области, связанной с работой или личными увлечениями. Не бывает людей, которые изучили бы все, что их интересовало в течение жизни…» – мысленно рассуждал Историк.

В этот момент как будто что-то переключилось в его сознании и возникло желание знать все ответы на интересующие вопросы. Появилась не просто мимолетная мечта, а неутолимая жажда знаний, сравнить которую можно с жаждой воды или нехваткой кислорода.

«Хочу знать больше других! Очень хочу!» – пребывая в ранее незнакомом состоянии, шепотом проговорил историк.

И вдруг вспомнил, как вчера шел по парку на Чистых прудах и попытался поймать падающий бутерброд. В эту же секунду память расплывчатой картинкой выдала фигуру белокурой девушки, ее лицо, рассеянный взгляд голубых глаз…

«Хочу знать больше других! Очень хочу!» – два раза, как будто под гипнозом, повторил историк.

Видение исчезло, он встряхнул головой и решил пойти перекусить в какое-нибудь кафе поблизости.

Глава 6

Третье чужое желание: деньги (Алевтина Ивановна)

Алевтина Ивановна Пройдохина задумчиво пила чай на кухне, предвкушая наступление нового дня, и не подозревала о возможных грядущих приключениях, а именно сегодня решится, начнутся интересные события в ее жизни или нет.

На улице рассветало, просыпалась Алевтина Ивановна по субботам рано, примерно в четыре утра. Сын заезжал за ней около шести, грузил приготовленные коробки с товаром в машину и вез мать по ранее запланированному маршруту. Скромная пенсионерка с небольшой, но честно заработанной пенсией, Алевтина Ивановна, чтобы скрасить досуг и поправить финансовое положение, подрабатывала на различных антикварных, «блошиных», выставках-ярмарках. В основном, покупала и продавала вещи советского периода: бижутерию, серебряные ювелирные изделия, столовое серебро, посуду, фигурки, рамки… Антикварные же предметы по доступной цене попадались намного реже.

«А где вы это все берете?» – интересовались любопытные покупатели.

Алевтина Ивановна не собиралась им рассказывать, какие комиссионные магазины она посещает среди недели и у кого по выходным покупает товар на рынке в Измайлово. Подобные вопросы она считала некорректными, хитрыми и наглыми, поэтому отвечала: «Все свое. У меня в шкафу дома стояло, от бабушки досталось, наследство от родной тетки осталось, соседка дала продать…»

Деньги, конечно, нужны, лишние деньги у российских пенсионеров – большая редкость, но, чаще всего, Алевтиной Ивановной двигала не жажда наживы, а азарт. Не как дешевле купить и дороже продать, а как так красиво преподнести вещь, чтобы корыстных покупателей аж трясло и распирало от желания обладать ею.

Пройдохина в ожидании пила чай и размышляла: «Какое фото с телефона выслать клиентке? Той, что обожает выпрашивать что-то из моей «личной коллекции». Многолетний опыт заставлял выстраивать сложные комбинации продаж и, как показывала практика, именно вещи с вымышленными историями приносили хорошую прибыль.

Во время чаепития неожиданно, непонятно откуда, проскочила мысль, вернее, даже не мысль, а одно слово – «деньги», затем два слова – «много денег».

Звонок в дверь вернул ее в реальность. «Сын приехал, – поняла Алевтина Ивановна и, прежде чем пойти открывать дверь, вслух сама себе громко сказала, – кто рано встает, тому Бог подает!»

По дороге застряли в пробке из-за аварии и простояли около часа. Потеря времени нервировала Алевтину Ивановну и весь оставшийся путь, успокаивая себя, она во время беседы с сыном, вслух приговаривала: «Все, что мне суждено купить, куплю… А что мне не надо, пусть другие покупают… Первым покупателям мало кто скидки делает… Вот и хорошо, что сегодня позже приедем…»

На кремлевской стоянке в Измайлово Алевтина Ивановна почувствовала внутренний мандраж. Вопреки ее легкому отношению к деньгам, сегодня именно жажда наживы от будущих покупок разжигала азартный настрой, но, как и раньше, опасение приобрести подделку или не заметить дефекты на товаре охлаждало разум и призывало бережно тратить скромный бюджет. Эмоциональное состояние Алевтины Ивановны перескакивало с волнения азартного игрока на юношеский трепет перед неизвестностью, и снова возвращалось обратно: туда-сюда, туда-сюда. Возбуждение зашкаливало.

По прошлому опыту Алевтина Ивановна знала, что похожие ощущения являются для нее хорошим знаком. Нисколько не сомневаясь, что утро будет удачным, она вышла из машины и поспешила на Блошиный рынок.

Постепенно суетливая походка Алевтины Ивановны сменилась на степенную, уверенную поступь, и в тот момент подсознание выдало на поверхность слова, которые, как чужая мысль, резко промелькнули в сознании еще дома, перед приездом сына: «Деньги, много денег!» Пройдохина вспомнила, как собирала мелочь, рассыпанную Немой прачкой, затем белокурые волосы девушки и ее полузакрытые глаза. Она не почувствовала жалости к ней, как до этого в парке, но появилось чувство жалости к себе и Алевтина Ивановна захотела иметь много денег – сотню тысяч, две, три, да не рублей, а долларов! Очень-очень захотела.

«Хочу быть богатой. Хочу много денег», – прошептала Алевтина Ивановна.

Глава 7

Желание Алексея. Воплощение

Алексей занял торговое место на «иконной» алее, под открытым небом. Синоптики обещали хорошую погоду, без дождя, поэтому Гуляев не стал тратить время и натягивать пленку над рабочим местом. До шести часов утра он уже успел разместить весь товар, и при этом учесть не только обзор созданной композиции, но и каждый арендованный сантиметр. Книги, картины, самовары, оленьи рога, чемодан с открытками, альбомы с фотографиями и марками… Каждую торговую позицию Алексей, не задумываясь, автоматически, размещал на соответствующее в его представление место: что-то положил на столе, что-то расставил под столом, а что-то развесил на растущих рядом деревьях.

С утра больше шансов продать и заработать, так как основные клиенты Алексея – это дилеры, а проще говоря, перекупщики, спозаранку бегающие по Вернисажу и готовые хорошо заплатить, приобретая вещь для состоятельного клиента. Праздная публика приходит после десяти часов и часто, не зная истинную стоимость вещей, отвергает любое ценовое предложение и, как правило, начинает выпрашивать вещи намного дешевле, чем платят перекупщики.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.