Посмотри и вернись

Однажды на Мадейре

– Не рано тебе искать эту лестницу света? – спросила пророчица и задумчиво посмотрела на Лео. Он не отрываясь смотрел на ее перстень, в котором тускло поблескивал крупный камень, и молчал. Лео вообще был молчун, а когда разговор касался его мечты, словно цепенел и погружался в состояние, похожее на транс. Как он мог объяснить, почему прилетел сюда из далекой и огромной страны, оставив там все, и даже сменил имя – эту последнюю нить, связывающую его с прошлым?

– Нельзя вернуться назад по сожженным мостам, – наконец сказал он до странного ровным голосом.

– По сожженным мостам нет и пути в будущее, – со вздохом заметила пророчица. Она уже просмотрела прошлое Лео, и у нее сложилось неоднозначное впечатление об этом парне. Незадолго до их встречи он побывал в одном из русских монастырей. Там вместе с большой группой других людей ожидал своей очереди к старцу. Обычно пройти в келью приглашал молодой монах, но неожиданно вышел сам старец и знаком позвал Леонида (так звали раньше Лео).

В келье старец, не дожидаясь рассказа Леонида, коротко сказал:

– Ты ищешь лестницу света. Не могу сказать тебе ничего, кроме того, что найти ты ее сможешь на острове Мадейра, а поможет тебе тамошняя пророчица.

Старец назвал адрес пророчицы и вполголоса добавил:

– Благодари Бога, что Он сподобил тебя отстоять нашу долгую службу и причаститься. Ну, ступай… тебе скоро лететь.

С новыми документами на имя Лео в середине мая молодой человек прилетел в главный город Мадейры – Фуншал. Там без труда отыскал нужный дом по данному ему адресу.

Пророчица раздумывала над увиденным в прошлом Лео. Ее поразила противоречивость характера и жизни сидящего напротив русского. Довольно умный и много понимающий, но делает такие детские ошибки. Склонен к перемене настроения, легко отступает перед первыми трудностями – и годами способен идти в тяжелейших условиях к своей цели. Или вот еще: спокойно и отстраненно ведет себя с женщинами, в то же время так сильно эротичен…

Она с интересом заглянула ему в глаза и отметила, что у него неопределенный, но глубокий взгляд, отталкивающий и притягивающий одновременно. Потом обратилась к его будущему. Картина была скудная. На Мадейру Лео прибыл по неотменяемому предопределению, лестницу света, выводящую в духовный мир, он найдет. Но, что произойдет при этом, пророчице видеть не разрешено. Дано знать только, что закрытая для просмотра зона третьей категории сложности. Она знала, что это означает – будет очень опасно, и исход всего дела неясен.

– Ты пришел, потому что должен был прийти, – заговорила пророчица уже без скепсиса. – Мой долг – помочь тебе, независимо от того, что произойдет дальше. Поселись здесь в гостинице моего дяди, вот его визитная карточка. Скажи, что от меня, – он возьмет недорого и позволит тебе оставаться в гостинице столько, сколько будет нужно. Каждый день на восходе солнца ты должен будешь подниматься по лестнице, ведущей к церкви Nossa Senhora do Monte. Эта лестница станет для тебя земным образом лестницы света. Думай и размышляй, постарайся понять себя и то, что ты хотел бы получить с помощью лестницы света. И молись. Я не знаю, когда ты увидишь ее.

Пророчица замолчала, думая о чем-то своем. Потом чему-то улыбнулась и словно помолодела. А на прощание сказала:

– Любовь может изменить все. Так подсказывает мне мое сердце. А еще оно велит отдать тебе этот перстень. Когда… впрочем, ты сам увидишь, когда надо будет воспользоваться его свойствами. Просто смотри на камень. Пока он голубой – твои дела не безнадежны.

И она встала, давая понять, что его визит окончен. Лео от души поблагодарил пророчицу и отправился в гостиницу.

Он шел по залитым солнцем улицам Фуншала, любовался цветами и глазел на туристов. Его настроение было приподнятым, так как он предчувствовал: что-то важное должно вскоре произойти. Миновав несколько улиц, Лео пришел к невысокому двухэтажному зданию с небольшим садом. Он открыл дверь, и на звук колокольчика вышел хозяин гостиницы. Узнав, что гость от пророчицы, сеньор Бернардо расплылся в улыбке и сразу повел Лео в угловой номер на втором этаже.

– Вот, сеньор Лео, уютное и тихое место для того, кому не нужна суета этого мира, – сдержанно, но с достоинством сказал хозяин.

Номер Лео понравился. Довольно просторный, с видом на Атлантический океан, удобный, но без излишеств. Деревянная кровать с распятием над изголовьем, стол, два стула, шкаф – вот и вся мебель. О цене договорились быстро, она и впрямь оказалась невысокой. Пожелав гостю хорошо отдохнуть, сеньор Бернардо удалился.

Распаковав две сумки с вещами, Лео аккуратно уложил их в шкаф. Затем взял ключ и отправился на океанскую набережную. Сегодня решительно не хотелось думать ни о чем серьезном. Он рассеянно и долго прогуливался по набережной, смотрел на водный простор, голубое небо без единого облачка. Вернувшись в гостиницу, скоротал время за не очень внимательным чтением путеводителя по Фуншалу и довольно рано лег спать.

Солнце едва всходило, когда на следующий день он первый раз пришел к широкой лестнице, ведущей наверх холма к церкви Nossa Senhora do Monte. Остановился перед первой ступенькой и какое-то время молча стоял перед ней. Потом произнес:

– Дорога в тысячу миль начинается с первого шага. Кажется, так гласит китайская пословица.

Лео медленно стал подниматься по лестнице, пытаясь сосредоточиться и подумать, что именно он сейчас делает. Этот простой вопрос пробудил в нем целый поток воспоминаний о прежней жизни. Сколько он себя помнил, начиная с юного возраста, в нем всегда была сильна тяга к духовной жизни. Уже в семнадцать лет побывал в нескольких монастырях и прочитал дюжину книг о монашеском делании. Особенно привлекала его умная молитва, на обретение которой он и решил приложить основные усилия. Ему казалось, что он все понимает. Да, говорил он себе, нужна непривязанность к земному миру, свобода от его соблазнов и страстей. Тогда молитва станет повседневной и настоящей жизнью души. И чем больше живешь, тем лучше будет получаться.

И юноша отстранился от обычных интересов молодежи, стал замкнутым и малообщительным. Большую часть времени проводил в молитве и размышлениях о молитвенном делании. Но уже в то время столкнулся с проблемой, которая сначала не выглядела значительной. Время от времени ему наскучивала полностью созерцательная жизнь, и он хотел активной духовной жизни. Тогда брался проповедовать Евангелие. Впрочем, быстро убедился, что в современном обществе это делать непросто. Откровенно негативное отношение к проповедникам встречается, конечно, не так часто. Но, к сожалению, доминируют равнодушие к религии и увлеченность людей чисто мирскими делами. И надо иметь много терпения, такта и убежденности, чтобы донести правду хотя бы до некоторых.

И как только стало ясно, что при значительных усилиях результат проповеднической деятельности молодого человека будет скромным, он испытал сложное чувство. Он не хотел больших трудозатрат при малом результате, потому что разделял идею общества об эффективности как необходимом условии любой деятельности. И в то же время понимал, что приложение этого принципа к проповеди Евангелия является ошибкой. Подобная двойственность чувств стала проявляться и в других сторонах его жизни. Он желал совершенной любви в отношениях с ближними, но обнаружил, что конца и края претензиям ближних друг к другу и к нему не видно.

Так он пришел к настроению, которое назвал христианским экзистенциализмом. Он оставался верующим, но действительность ему стала казаться беспросветно серой и скучной. В ней не было места яркой духовной судьбе, которой он в глубине души желал себе. И тогда в его душе родился протест, который принял совершенно неожиданную форму. Он решил радикально порвать как с будничным восприятием жизни, так и своим недовольством этой обычностью, а движущей силой своей судьбы сделать поиск «лестницы света». Этот образ возник у него из снов, в которых он регулярно видел сияющие ступеньки, как бы приглашающие его идти куда-то вверх. Молодой человек под «лестницей света» понимал практический путь прижизненного перехода в духовный мир. Там он ожидал найти совершенную, свободную от досадных земных ограничений жизнь в некоем духовном храме. В этом храме предполагал пройти путь «большой молитвы», ориентируясь на состояния, о которых говорили афонские старцы и вообще святые. На Земле же предполагал оставаться в основном телом, сводя обычные проявления жизни к возможному минимуму.

И еще он решил не сходить с избранной стези и даже поменял имя, как это делают монахи при постриге. Так Леонид стал Лео. Идея поиска лестницы постепенно захватила его целиком. Каждый день он думал о ней и молил Бога о помощи. Состояние его духа в то время стало почти болезненным. Но Лео верил, что с Божьей помощью найдет лестницу. Ждать хотя бы какой-то подвижки в поиске пришлось довольно долго. Но все же однажды отчетливая мысль вспыхнула в его голове: езжай к старцу. Словно кто-то ответил на его мучительные раздумья. И Лео отправился в монастырь. Там он получил указание старца лететь на Мадейру, которое исполнил незамедлительно.

Лео очнулся от воспоминаний. Он был наверху, перед церковью. С интересом стал рассматривать белое здание с пятью большими окнами и колоколами на двух башнях. На правой башне были часы, которые точно показывали местное время. Он обернулся – позади амфитеатром раскинулся Фуншал, а за ним исчезала за горизонтом бескрайняя океанская гладь.

Так начались ежедневные восхождения. В первые дни Лео испытал широкий диапазон самых противоречивых чувств. В какие-то минуты ему казалось, что он одурачил сам себя, запустив неведомый механизм своей судьбы. Ведь не факт, что этот механизм приведет к тому результату, на который он рассчитывает. В другие минуты он начинал сомневаться вообще во всем происходящем: не понимал, что делает на этом курорте, и озадаченно думал, куда и зачем надо будет отсюда возвращаться. Спустя некоторое время успокаивался и принимал обычное расположение духа: будь что будет, но идти надо до конца…

И Лео терпеливо и тщательно начинал обдумывать, как, в сущности, нужно находить и реализовывать свое предназначение. Выходило у него не столь уж и просто. Из того, что он прочитал раньше, следовало, что судьбу человеку дает Бог. Досадовать на то, что в жизни происходит, – вещь довольно бессмысленная. Надо ее принимать такой, какая она есть. Но что делать, если хочется чего-то более значительного, чем то, что есть? Вроде все люди равны, следовательно, большим старанием можно и добиться большего. В том числе в духовной области, например в области молитвы, в которой Лео и видит свое предназначение.

Конечно, из тысячи мышей не сделаешь слона. То есть без дара Божия ничего путного не получится. Но ведь сказано же: просите, и дано будет вам; ищите, и найдете… Значит, все дело только в личной решимости реализовать свое предназначение, а выявляется оно – гм… фактом самой решимости чем-то заниматься! И фактом терпеливой и настойчивой молитвы.

На этом сложности не заканчивались. Он думал далее, что за самим желанием обладать сильной молитвой могут скрываться тщеславие и гордость, желание выделиться и превознестись над другими людьми. Тогда дело плохо, так как Бог гордым противится, а не наделяет их особыми духовными способностями. И сколько Лео ни раздумывал над этими вопросами, прийти к какому-то окончательному выводу относительно возможного исхода своего дела он не смог. Он только понимал, вернее чувствовал, что выбор уже сделан и события будут развиваться помимо его воли. Это и успокаивало его, и тревожило одновременно. Но он, естественно, по-прежнему поднимался каждый день на рассвете по лестнице к церкви, а днем заходил в нее, чтобы поставить свечи и помолиться.

Как-то раз, выйдя из церкви, он решил отправиться на пляж. «Война войной, а обед по расписанию», – усмехнулся он в душе, почувствовав желание посмотреть на загорелых девушек. Расположившись на пляже недалеко от воды, удовлетворенно отметил, что красивых особ здесь много. Солнце изрядно припекало, и Лео направился искупаться. Подходя к воде, он поднял голову и встретился взглядом с выходившей на сушу девушкой, вероятно, лет восемнадцати, не больше. Они заглянули в глаза друг другу всего лишь на мгновенье, но что-то сразу выделило эту девушку из массы других. Что-то неуловимо знакомое было в ней, но что именно, Лео определить не смог. Проплыв совсем немного, обернулся к берегу и увидел, что она сидит в шезлонге и внимательно смотрит на него.

«Познакомиться, что ли, с ней. Какая-то необычная», – подумал он. Выйдя из воды, он направился в ее сторону и весело помахал ей рукой. Девушка не стала жеманиться и тоже дружелюбно приветствовала его, одарив лучистым взглядом. Лео обратился к ней по-португальски. Он прекрасно выучил этот язык, когда провел много лет в Португалии с родителями. Девушка, которую звали Камила, ответила ему на идеальном португальском. К огромному удивлению Лео, уже в самом начале разговора выяснилось, что Камила наполовину русская и вполне свободно, хотя и с легким акцентом, говорит по-русски.

– Я живу в Лиссабоне, мама моя русская, – объяснила девушка и, смеясь, добавила: – В тебе сразу признала русского, несмотря на твой недурной португальский.

– Лицо лопатой? – с улыбкой спросил Лео, который был немного широкоскул.

– Нет. Глаза. Так смотрят на девушек в России.

– И как же смотрят, э… на девушек в России?

– Жадно и безнадежно.

– Ого, – поперхнулся Лео. – Хорошенькая характеристика!

– Ну, не всем, конечно, подходит эта характеристика. Пожалуй, ищущим мужчинам – они сильно заняты своим интеллектом, чтобы уделить женщинам должное внимание, и слишком страстны, чтобы не желать их.

Он с удивлением посмотрел на юную собеседницу. Она говорила вещи, которые обычно можно услышать от женщин на двадцать лет старше ее. Несмотря на то, что Камила говорила далеко не комплименты, его ничто не задело в ее словах. Напротив, стало легко от ее манеры просто и откровенно говорить обо всем.

Разговор свернул на красоты Мадейры, и Камила неожиданно сказала:

– Остров, конечно, красивый. Но меня неудержимо тянет сюда по другой причине. Я чувствую, хотя и не могу объяснить почему, что здесь решится моя судьба. Может быть, Бог меня направляет на Мадейру для этого. А ты здесь как – на отдыхе?

Он без излишних деталей, т. е. не упоминая про лестницу света, но по сути верно ответил ей, что ищет здесь определенный молитвенный опыт по указанию старца. И что по обретении этого опыта сосредоточится на молитвенном пути. Может быть, даже уйдет в монастырь.

Камила ничего на это не ответила и переменила тему. Проведя несколько часов в приятном общении и купании, они договорились встречаться на пляже и в последующие дни. Уже на второй день они обнаружили, что их сильно влечет другу к другу, а еще через несколько дней были буквально захвачены сильным взаимным чувством. Это была любовь, которая, как ветер в раскрытое окно, врывается в жизнь и многое в ней переворачивает.

Девушка призналась Лео, что любит его и видит в нем мужчину, которого давно ждала. Для него это признание оказалось сколь желанным, столь и трудным. В тот вечер он долго молчал, а она не торопила с ответом. Наконец, он обронил, что старше ее на десять с лишним лет, на что Камила ответила, что это совершенно неважно. Тогда он сказал прямо:

– Ты мне не просто нравишься, я тебя люблю. Но тот путь, который я проделал сюда, и то решение, которое принял в отношении моей жизни, исключают серьезные отношения с тобой. Я должен идти своей дорогой и никуда не сворачивать. Иначе у меня будет судьба неудачника, человека, который знал, что ему нужно, но отказался от этого по второстепенным причинам. Я могу быть твоим другом, но не мужем.

– Нет, – горько покачала головой девушка, – просто другом ты для меня не станешь никогда.

Она все поняла и сказала, что хочет побыть одна. Он не удерживал ее, и Камила быстрым шагом удалилась по набережной. Нашла скамейку в укромном уголке и просидела там до позднего вечера. И вспоминала. Она вспоминала, как рано, еще подростком, почувствовала в себе желание встретить в своей жизни большую любовь и вынести ради нее все. Как с годами это желание стало не просто желанием, а сущностью ее личности. Она вспомнила свои молитвы о том, чтобы Бог послал ей любимого и она сразу узнала его. Как в первый же день знакомства с Лео екнуло ее сердце: «Он»…

И вот испытание, да какое: чтобы не помешать любимому человеку, надо оставить его свободным. Крах всех ее мечтаний о семье. «Если я его люблю, то должна его любить настолько, чтобы ничему в его жизни не помешать. Это приговор, но его надо принять достойно», – подумала Камила, и слезы покатились по ее щекам.

На следующий день она приняла еще одно решение. Позвонила Лео и сказала, что хотела бы побывать у него в гостях. Вечером они встретились в его номере. После непродолжительного обмена малозначащими новостями Камила, как всегда, прямо и просто сказала:

– Лео, я не встану на твоем пути. Ты – моя любовь, но, видно, не моя судьба. Не хочу, чтобы ты жалел о встрече со мной. Поэтому иди к своей цели спокойно. Скоро я вернусь в Лиссабон и, может быть, больше тебя никогда не увижу. Но я хочу провести эту ночь с тобой и запомнить тебя.

– Не пожалеешь?

– Нет.

Он скользнул взглядом по ее бедрам и ощутил сильное желание. Жадно и безнадежно охватил глазами ее тело и, уже не сдерживаясь, страстно обнял ее. В эту ночь Камила была счастлива. Она жила любовью и близостью с любимым, и каждая минута ее любви словно готовила ее к чему-то большему. Она запомнит эту ночь на всю жизнь.

Рано утром Камила ушла домой, а Лео поспешил к лестнице. Ему было стыдно, что он раньше так много произнес внутренних монологов о самоотречении и воздержании ради большого молитвенного пути и так заурядно и без борьбы соединился плотски с женщиной в прошедшую ночь. «Детский сад у тебя получается, – раздраженно укорил он себя. – И высоты духа хочешь покорить, и плоти ни в чем не отказывать. Как твой сосед говорил? А, и рыбку съесть…»

Он ощутил в душе усталость и сомнение в себе. Что же он за человек и чего он хочет от лестницы? Подняться по ней в небесный храм? Это без брачной-то одежды, как говорится в Евангелии… Но ведь старец и пророчица сказали, что лестницу он найдет. Значит, это все же предусмотрено в его судьбе. Когда же это произойдет – его надежда начинает таять…

В этот момент внутренний контроль Лео как бы отключился. Слезы ручьями хлынули из его глаз, он упал на колени, воздел руки к небу и воскликнул: