Синонимы осени. Книга 1. Отражения

… – Установка, на счастье. И когда идут две маленькие девочки за ручку с мамой и одна шаркает ножками, а вторая все время лепечет что-то. И это мгновение может продлиться целую вечность как воспоминания хорошего и доброго. И даже сидя на берегу моря… Ты можешь вспоминать то что перевесило гениальность этого времени и места. А с другой стороны очередной каприз. Хоть и романтический. Словно кто-то типа джина или золотой рыбки выполнил твое очередное второе желание. А каким же будет третье? Миллиард долларов и яхта величиной с маленький остров?

Двойник усмехнулся.

– Почему бы и нет… Только она обходится дорого. Яхта. Я в прямом смысле. Не по деньгам. И если подходить с практической стороны. Не выгодно даже как желание. Сказочник… О форме. Откровении. О содержании. Даже больше чем Родовой замок. И, например, графство. С гербом. Это как параллельно. И вариант. О желаниях. И справочник, а ля переводчик по приснившимся снам прилагается. Спустившись на Землю и сняв розовы очки. Плебея. Как интервью у миллиардера. На халяву.

Я пожал плечами. И добавил:

– Время покажет, и оно же лечит. Лепечет или шаркает ножками. Шучу. И бескорыстно и трогательно улыбаюсь. Стараюсь быть не как все. Пунктуальным.

– Как Гитлер. Шучу. Но не изгой. Опять запахло барбекю. Рецепторы меня не обманули. И слюна стала выделяться… Творческая. В жанре порядочного, но местами прозаичного, а не поэтичного и философского интеллигента или ботаника в смысле смысловая загруженность. И угрызения совести. Не переиграть бы. Перегибая палки и прочие недолга. От слова долгожители и мракобесы по интересам. Палочки выручалочки. От отчаяния… И всегда под рукой чтобы было зеркало. Я ли это. И с философским подходом и творческим подъемом. Вдохновившись снами.

И словами в том числе… Количеством, а не качеством. Короля междустрочия и педантического вдохновения из подсознания откуда родом и душа. Которую при надобности можно и продать. На черный день. Сомнительное счастье и чудо, и чтобы было понятнее почти что не псевдо Золушки. Души во втором значении. А потом она станет наследницей яхты и поместья за городом или принцессой с морского побережья и тогда лучше собственный круизный лайнер. Не переиграть бы. Как пьяница. Но он сам окупает себя. И к тому же это еще и яхта. С собственной каютой. Но без нудистского пляжа. Шучу.

Двойник усмехнулся.

– Остряк. Но еще не старик. Как мудрый монах. Не волк, а скорее енот. Шучу. Он или тот самый незатейливый и совсем не угрюмый пока старик стал чаще уставать и отдыхать, и при этом задумываться… А он ли это на самом деле или его двойник? Шучу. Но… Надо размяться и не смешить народ. Не сыпать соль на раны. Она еще болит.

Глава 5.

Я достал пылесос. Слова народ как раз подходит. Потому что слова публика – это как раз профессиональный термин. Как слова продать душу и продлить срок аренды… Этот термин вообще, как бы из другой сказки. Для взрослых.

Пропылесосив я принялся вытирать пыль. Говорят, что пыль прежде всего это частички моей собственной кожи. Шкуры во втором значении. И прочая жизнедеятельность. Как для риелтора недвижимость. Но я не космонавт и мне не нужна стерильная чистота. Это как открытие и первая флешка. Как фляжка в пустыне чтобы не было обезвоживания. Где каждый глоток ценится. Еще бы… Как слова в творчестве. Первый раз попробованное и кстати говоря понравившееся блюдо и очень во всех значениях удачное фото. Почти как утечка информации… Во всех трех случаях можно загадывать желание.

Как стрессы и дети. По барабану. На контрабасе. Но можно сыграть и на флейте, и на водосточных трубах. Мажоры… И как множество неудач и неряшливых моментов из жизни или по жизни. И как противоположное от этого – лебединая песня клоуна. Как смыв в унитазе. И провокация со стороны агентов Зла. Сотрясение Земли или мозга. И осенний мотив именно в тот момент, когда я протираю пыль. И может же случиться такому именно сейчас, когда закачается земля под ногами. Начнут сыпаться стекла и звенеть окна и даже рушиться стены и потолок. Выход один – бежать.

… – Бон Апетито. Богу кулинарии. С Мишленовской звездой.

Сказал я двойнику. Который ел мороженое.

– Взаимно… И полезно как средство от депрессии. И одновременно от комаров. И тараканов. Кстати пора из выводить… На чистую воду. Шучу. Ностальгируя от слова Гуру и покой от слова литературные чтения и чревовещания, оптимизм и разногласия. Апатия и инерция. То, что доктор прописал. Противоречия и противоречивые амбиции и склочники. Склонности к преувеличениям. Капризы природы… В пробирке. Зарождается жизнь. И философия от слова поэзия. Я склоняюсь к самообладанию. И самовыражению. По профессии дворник. И воздушный шарик, и змей. Клоунский реквизит. Но еще не сам клоун. Лейтмотив и предназначение. С пафосом. Как талант.

Он улыбался.

– В эпоху первого снега. Который растает. И последнего дождя. И джаза. Уживчивость. А не настойчивость и даже зависть и злость. Наглость… Отрицание прочих общепринятых человеческих ценностей. С поэзией и философией. И предназначения. Опять же склонности. В эпоху праздничного ветра за окном. Гениальное решение. Позвать его за ужин. И накормить супом из черепахи как намек на его скорость. Шучу. Страсти накаляются… И педантизм, как и скупость и торг здесь не уместны. Потерянное поколение. И немного рабочей творческой злости. В образе… Клоуна. Провались оно… К чертовой бабушке и чтоб оно по инерции и в развитие темы – пусто было. Лишь не продолжать притягивать нечисть. Противоположности, наверное, притягиваются. Кстати пока бескорыстно… Я о их гонорарах за Зло.

Я усмехнулся.

– Реклама прошла. Стороной как дождь и шторм. Действие и противодействие. Смакуя и стараясь быть лучше и слаще. Как не ядовитые с виду змеи и желтоватые осени. Овощи в прямом смысле. А не уставшие и не далекие люди. Как сутулый человек под дождем. Как после очень крепкого чая. Как говорится – на грубость нарываешься. На конфликт или на скандал. Периферия и провинция и их нравы, и корни. Гены в конце концов.

И занятия, и хобби по интересам. Забытое чувство покоя. Дождя. Не насекомое. Же. А поэзия. Же. И философия. Без Же… Устойчивость и уклончивость. Утонченность от слова даже услужливость и без отказность. Иногда безнаказанность. Но пусть. Без Же… Как воспитанность. Рожденный парить. Но только по интернету. И по сайтам. Колдун и шаман. Не густо конечно. И безответственно. Но приемлемо и трезво. Честно. Как нудизм.

Дойник потупился. И даже немного покраснел. Не от слова порно сайт конечно. Скорее провинциальность и наивность. Образ и движение вспять. Топтание на одном месте. Плюс звездная болезнь… Пауза. Депрессивность безработного. Безропотно. Но все равно тревожно. Дело привычки. Осеннее.

… – Тунец оказывается самый жестокий и жадный хищник на Земле. Хуже акулы. Он уничтожает на охоте в несколько раз больше рыб чем надо. И вот что еще по этому поводу я вычитал в интернете. Цитирую: «Невротики и пессимисты действуют с точностью до наоборот, чем оптимисты, которые напоминают себе о своих заслугах». То есть кто из них хищник? Но это как говорится просто образное мышление… И все-таки все они действуют и развиваются. Но кто же все-таки из них человечнее. Или в каждом случае индивидуально. Вопрос только времени. И успокаивающего как средство от стресса и нервного срыва.

Я поежился.

– До боли знакомое. Так что там с Гуру. Уравновешенное состояние транса и поднимаясь над землей всего на пару миллиметров. Так что со стороны и не видно… А тунец кстати в готовом виде очень не плох. По вкусу напоминает говядину. И цвет мяса такой же красный. Плюс присутствие запаха и вкуса моря. И море продуктов. Почти эталон.

Улыбался двойник.

– Состояние гильотины… Уже после. Можно даже сказать с облегчением меня. Порядочного и даже аскетичного в прошлой жизни до гильотины самаритянина. Но к счастью во сне. А, по-моему, самый жестокий хищник на Земле – это человек. И страх который присущ почти всем. Золотая середина все время успокаивать себя и говорить, как в детстве что все о Кей или все норм… Поднимаясь над землей как воздушный шарик.

Я вздохнул. Детские или клоунские замашки словно растрогали меня и немного подбодрили. Рассмешить самого себя просто если только этот смех искренний и как бы первозданный. На фоне моря, например, или гор. А иногда даже на фоне действующего вулкана. А иногда проще взять тюбик с воздушными пузырьками и подуть…

… – Противоестественно было бы просить у прохожих денег в людном месте и при этом боятся людей. Синдром Дауна какой-то или просто боязнь толпы. И мания преследования и неполноценности. И все равно адекватно и симметрично. И грех, и смех. К теме об оптимисте почти патриоте который ничего не скрывает. То есть у него нет секретов, и его миссия просто быть вдалеке от толпы и жить в своем мирке. Уже давно без комплексов. Сопереживая как гражданин, а не отброс общества. И веря, что все образуется… Тогда ему бы подошло временный приют с кормежкой. Но без попугая в клетке. И цветов в фойе. Оптимист бы веселился и просто наслаждался бы этой халявой, а не искал бы придирки во всем. Среди них встречаются даже поэты. И Китайцы. Шучу.

Симбиоз какофоний как в музыке и обычное абстрактное мышление, а ля сравнение на ряду с голографической инстанцией духовности и формой. Как у Создателя. Все Норм… Почти совершенство и почти идеал. Как Мери Поппинс. А содержание… Ой ли. Это что уже из ряда вон или остросюжетное как растущие папоротники. Из мира динозавров. Установка на иллюзии древнего. Не современного. Художники и образное мышление как память. Выкрутасы и испепелённый и затем отпарированный волнами камень. Феникс. Время… Противостояние в искусстве и искусственный интеллект параллельного как будни мира художника. Или твоего второго я. Естественно на расстоянии. Так проще.

Двойник вздохнул.

– Правда. Послезвучие и послевкусие. Уже интереснее. Ты как-то сразу поумнел что ли. И сразу из детского лепета в дирижеры оркестра. Протеже появился. Или просто созрел. Вылупился… И выпал из гнезда. Рядом с тропой индейцев. Маугли… И Феникс и время. Как Троянский конь. Только приказы не обсуждаются. Приказ выжить например – любой ценой. И рассматривать себя как полезного и адекватного для общества человека. Не изгоя. Не революционера. Просто может быть педанта и аскета. Экономного домоседа.

Я вздохнул. Главное, чтобы было что экономить. И немного тратить на свои хобби и ан смену гардероба. А вернее его обновления. Но еще лучше, чтобы достичь того уровня что экономить просто не обязательно.

… – Примерно. Как бы наш уровень. – Он словно прочитал мои последние фразы. – Обновления – это полезно по жизни. А гардероба иногда выглядит как-то по-женски… Или псевдо наука. Выглядеть привлекательно. И кокетничать при этом. Шучу. Главное, что это гуманно и было всегда. Как кино. Но прежде были рисунки на стенах пещер. А что все рядом. И культура, и галерея. И дети. Огонь и очаг. В шаговой доступности. И такси не надо. Только вот на охоту приходилось уходить на долго. Работа такая.

Двойник усмехнулся.

– Намек на безработных. Чтож. Учту… Пора меня самопровозглашённого подбирать как выпавшего из гнезда недотепу. И кстати лентяя. Но к плюсам можно отнести мудрость не по годам. Склонность к преувеличениям. Осторожность и привыкание после того как примкнул к партии старости. От слова проклятие перемен. Определение места на карте. Но не на карте в колоде как фокусник. Определённая каста. Почти пенсионеров.

Я даже зевнул. Как почти пенсионер.

– Целая составляющая и плавающая как точка. Увы немного и иногда как цепная реакция. Как на цепи или сорвался. Сорви голова… Шучу. Конечно и еще раз конечно. Логично. Адекватно. И разумно… Отталкиваясь от оптимистического настроя. И очень-очень и очень качественный скачок… Не от слова качок и тело. Не от слова душа. Не от слова сачок и бабочки или «сачок и лень». По инерции как-то. Может быть даже составляющие формулы счастья. И капризов природы. Естественно от слова Пагода. С ударением на а. Но не буддистская, а с дождем. И с грозами. Погода… Достойно осени как перемены. И шаги в сторону как на тропе войны. А кругом мины.

Я вздохнул. Опять жалостливо от слова к самому себе. На этом я собаку съел. Жалеть самого себя из мистических и только потом эгоистических побуждений. Иногда правда не зависимо от меня и инстинктивно. Но разумно и в рамках…

– И даже если это конвой… Подкованные сапоги с лаем собак и игра с виртуальными заданиями. Иногда стихами… Прозвучало… Немного дождя и таинственно леса. Сглазили. Суммарно и параллельно почти адекватно. Смазано. Старатели… Чемпионы дождя. Сравнительно честно и чисто. Отдушина. Кажется, что остались лишь ангелы. Предсказуемо. Осторожно как по полю с цветами. И пчелами… Плескается небо.

Принцессы и принципы детства. Время и осень… Порции. Для печали. И в радости. Окольцевали. Как в церкви… Приданное – завтраки на траве. Накрыта поляна. Нервы на взводе… Мы не поклонники стресса. Романтики перемен. Сравнительно леса и места. Где есть немного еды. Вдохновение… Нет Пагод. Но есть просто ручей. И Один большой как ручной или игрушечный. Но… листопад. На расстоянии сна. И протянутой руки. Бездна.

Я даже зажмурился. Слишком громкие слова в конце. Я посмотрел на руки.

… – Естественно и просто. Разумно… И не мракобесно… Как касты. Отрыжка принцессы. И почти сумеречная зона. Но все-таки покоя. Стигматы и парламентарии. Краснокожие и заточенные на покой обыватели. Торжествуя и обоснованно счастливы. Даже если более или менее неудачники. Немного зануды. Местами циники. Которые по своей к счастью толстокожести не поддаются на провокации. Не то чтобы ленивцы, а скорее пофигисты…

Но это еще не настроение как на кладбище где и на самом деле почти вечный покой. Птички поют, и сверчки стрекочут… Но не деградация по собственной инициативе, а скорее просто как на райском облаке или на острове. Где не кто тебя не беспокоит. Движение все равно есть. Почти не по нарастающей. Зацикленность и интересы. И кстати личное пространство тоже есть. Опять осторожно и предсказуемо. Снится нам светлое время час пик, а иногда и критические дни, и критика. По-женски. А женское начало это не призыв к войне. А приготовление пищи.

Двойник облизался.

– Ты хотел затронуть светлое будущее? Где на тебя не кто не обращает внимание и не хочет отнять последнее? Честно и неусыпно заработанное, и заслуженное. Как премия, например. Но это если обобщать… А может это просто не хватка витаминов и микроэлементов. Дождливое лето? Шучу. Или порча со вкусом и сглаз. Озадачили незадачей. Впопыхах. Аристократично и предсказуемо. Почти как стихи. Там иногда нет не капли фальши или лжи. Если это не одно и тоже. Словесный понос. Наследие пирамид.

Я усмехнулся.

– Пирамид… Как в тумане. Но там еще не тупик, а скорее наваждение и не знание местности типа перекрестка. Словарный запас. Это как подпитываться и идеализировать духовным и отважно не естественно простым. Иногда прочным. А иногда шатким. Как творчество и попадание в независимые от слова уязвимые и со своими слабостями и неряшливостью, а не собранностью в плане цели враги народа. Но лучше сказать просто изгои. На фоне просто толпы. Но и среди них есть лидеры. Они как раз побогаче.

Он вздохнул.

– А что… Хотелось бы?..

– Наверное да. Чтобы не кривить душой. Несмотря на то что я домосед. И во мне преобладает больше ангельского. Как смысловая завеса. И дымовая реплика с запахом барбекю. Суммарно и сумрачно взвешено. Трогательно и адекватно. Толпа не всегда плебеи. И им не всегда нужно обрезание. Просто отречься от зла и сатаны. Противоречия. С характером. От слова лидерство и изгойство одновременно. Бывает и такое.

Поморщился он.

– Наверное или наверняка? – Спросил я. И сам ответил. – Нейтралитет и нейтральность. Как в действиях, так и в красках. Как лейтмотив. И вдохновение не скользящее и по инерции, а как под гипнозом и вымученное. С окраской. Бескорыстности. Но мечтать опять же не вредно… Это как добро и зло внутри меня… По нарастающей как талант. Или по убывающей как физическое без всплесков адреналина и тот самый прилив сил. В приоритетах забвения. И слабости. Как старость… Превращение в насекомое. Шучу. Главное, что не в таракана. Лучше в кузнечика.

Я вдохнул. Традиции или амбиции. От слова одиночества и копание в самом себе. Просто одержимость… Эйфория приходит от незнания материала. Шучу. И раскаиваюсь. Просто каюсь как перед богом. И потом наступает хоть и временная, но благодать.

– И что же стихи? – Спросил он.

– Как стихия… Но взвешенно. И оригинально. Как на фронтальном, так и на боковом зрение. Приведения поэтов изгоев и народных любимцев и привилегии как градация совершенного знания и как воспоминание хорошего. Старания… И промахи. Памятники и ошибки которые я совершаю. Значит все-таки почти дурак. Но это громко сказано… просто тогда неудачник. Я к тому что учиться надо на чужих ошибках. И просто писать стихи иногда. – Он вздохнул.

– Я только за… И радугу тоже после дождя или во время. – Я замолчал. И подумал… В каких же творческих единицах измеряется талант и рвение. Бескорыстность и дождливое лето… Кривое зеркало снов и объедков со стола гениев. И немного зависти смешанной с трусостью. И трусости смешанной с подлостью. Но только в мыслях. Оттуда из почти глубин и шахт подсознания и поступают стихи. Как на конвейере. Как рудники.

… – Реплика. Трущобы, в которых живут старатели и копатели с адреналином лжи и адреналином дружелюбного не подражания а отрицания типа забвения всего того что зовется еще личностью. И ее привилегии от слова душа. Душно… И корабли. Жор и просто люди пустыни и люди судьбы… Любопытные. И трудоголики пчелы.

В трущобах живут, и каратели… И саранча. Обыватели… Кровати королевских размеров и просто так для души. Спартанцы и танцы… Верблюды, но лучше слоны. Карлики и великаны. Можно запутаться. И рассмешить. Интеллигенцию. Профессуру дождя. Философия стен. И просто сен сей… Прогноз погоды и одержимость знанием вроде того что грешить и сожалеть. Но не каяться. Живут же здесь гении с чемпионы. Хоть иногда.

Я вздохнул. Как говорится и презерватива не надо. Чтобы разобраться что к чему. Джаз перемен. Поступки и просто сладости к чаю. Философия упрощения яви и отважности снов. Установка на вечность. И ветреность. Принципы и прогнозы на них. Изменения в личности как перезагрузка. И радуга после дождя или во время. Как ложка к столу. И если уточнить к обеду. Но можно и к завтраку. И сутулое какое-то утро. Я о настроении и даже немного о характере. Тоже почти как стихи. А как же критика. Со стороны?

– Итак… Хоть иногда… Рассмешить самого себя как эгоист. Я так понял. И не каких праздных застолий, и противоположных им стремлений к совершенству или карателей. Лучше цирковые карлики и великаны. Шутки для… Вездесущих обывателей и их вечных проблем от слова выкрутасы. От слова жор. И зависть. И просто так копатели. Привилегии и спортивные обозреватели. Лунатики. И прогноз погоды. А слово яхты и лимузины это даже не наш уровень. И если верить в голоса, то получиться что одержимость нужна как основ творчества. Шутка дня.

Двойник усмехнулся.

– Ты в благодушном настроении доброго клоуна. Я рад за тебя.

Я даже позволил себе негромко рассмеяться.

– Спасибо… И ты нравишься самому себе. И даже гордишься этим. Сотканный из нервов и положительных эмоций как шерстяной ковер из овечьей шерсти. Баран или овен по гороскопу… Как отрицание творчества. Прошлого его и настоящего. Изгои и талант. Поклонники раннего творчества. И облака. А теперь же тучи. И что тогда круче?.. Я о снобизме и трудностях восприятиях настоящего или натурального как забвение добра и отрицание основ джаза. Импровизации. Только черное и белое. Блеклое на фоне снов.

И навигация по сегодняшнему дню. Главное проснуться все еще оптимистом. И колено приклониться перед тем что ещё называется менталитет настроя и нейтралитет мысли отталкивающих или пугающих своей простотой и правотой или зомби изгойство. Заражая себя и других оптимизмом. И все это бескорыстно. Учти…

Он усмехнулся. И утвердительно и оптимистично кивнул.

– Ой ли… Главное не опасаться сглаза. Чтобы не пришлось потом плакать… Но это опять же настрой. На унылых по жизни и на душевно больных не распространяется как пропаганда здорового и счастливого образа жизни, и я бы добавил времени года и времени суток. Жизнеобеспечение в норме словно мы космонавты и рвемся из космоса подсознания наверх. В окружающий мир детского смеха и взрослой лжи и похоти. Рутина и сны… Но лучше не думать о похоти. А просто о женщинах. И о угрызениях совести.

Я замолчал. В общем критика прошла успешно или обошлось. Рутина продолжается. Ну а что касается высшего пилотажа то может быть это все попахивает звездной болезнью. И творчеством… Вулкана который все еще спит. И пусть высыпается. Не навязчиво. Но адекватно. Пусть временами примитивно, но не наивно как в детстве. Ведь все дороги по-прежнему ведут именно туда. А когда вулкан все-таки проснется? Но это уже другая история. Примыкая к партии Зеленых и странных как лунатики, но добрых людей от слова художники и поэты. Привычка… Осеннее. Не укладывается иногда в голове. Помогает укладка от слов прическа. Шутка. А вдруг вулкан не когда не проснется? Или сглазят?

… Я опять подошел к окну. И если бы выбирать из двух вещей – оптимизм или детское счастливое и восторженное как благодушие – не равнодушие к доброму и прекрасному я бы выбрал второе. А совместить не как нельзя? Главное не сомневаться в напрасно прожитых годах и происков того что ты мог бы быть богаче. Но счастливей ли?.. Но хватит философии на сегодня. Пора просто расслабиться и посмотреть на природу. Она скромная или нет? Но не наглая это точно.

Она тревожная и сумрачная или тревожиться за кого-то типа людей и прочих насекомых? Все может быть Взаимно только. И спонтанно. Но искренне. Как стихи. А что… Новичкам везет. Как сорт огурцов, например. И всему новому. Не всегда идеальному и идеально доброму. Предвосхищая улов как рыбак и преувеличивая. На немного. Или пресловутое как плевок с высоты небоскреба – наверное… Но лучше наверняка.

Именно красоты природы. И джаз. Пора побриться. И почистить зубы за одно. Значит детство прошло если ты можешь позволить себе чистить зубы через день. И бриться тоже. Шутка. А молиться можно вообще два раза в год. Как тараканьи бега. Азарт. А как же порой абстрактно философские стихи. Да хоть каждый день. Как амбиции. Даже почти не важно кто ты. Происки кошмарных снов. Но это громко. Надо быть проще. И вспомнить что есть еще понятие женщин и похоти. Но это уже не для средних умов. Шутка.

Но формула, когда наступает старость или все-таки не когда забавна только по своей простоте. Остальное как бы граничит с банальностью ограниченных возможностей не выделяться, а раствориться. Все равно где. В толпе или в собственном подсознании. Но надо дружить домами и семьями и с тем и с другим. Плюс талант или просто начитанность. Или обычное хобби. А можно чтобы и работа, и хобби и талант были все вместе и взаимосвязаны. Обстоятельствами. Неожиданностями и сюрпризами. Но лучше без них чтобы примерно знать, что будет и избегать лишних стрессов. Капризы скажите вы. А на самом деле обычное мещанство. И настрой.

Описание того мечта где хочется находиться. А иногда жить или мечтать об этом. Стараться выжить и вылепить из себя подобие ангела. Но не бога. И вместо зеркала собеседник. То же примерно, как я. Помощник и паразит или партизан. Красавчик… Философия молчания и слова… Основа и противоположности которые притянулись. Недалекость и одновременно дальновидность. Просто мумия какая-то. И его сглазили. Шутка. Двойник.

Глава 6.

… – Чик – чирик. – Послышалось за окном. Это мой знакомый воробей, который залетал в мой дом. Случайно. Просто дырка в сетке оказалась. Надо было вовремя прибить. И во мне если честно проснулся ребенок. Которого сглазили… Но не гибрид типа после Чернобыля. И не виртуоз Хитрюга, который может капризничать и играть на нервах родителей. Кто кого. Но родителей же все-таки двое. Они улыбаются мне, например, и охраняют меня… Защитники вне политики. Если бы я был тем младенцем.

Или чуть старше. С умением ходить и говорить. Мыслить всего пока на одном языке. Чувств. Трепета творчества и поэзии. Потом придет романтика и сны про любовь. К человечеству. И философия места и счастья. И солнце. Которого хватит на всех. И родителей тоже. И они грустные жалостливые и совсем другого поколения. Другой закалки что ли. Мне бы их тоже было иногда жаль.

Ну а Большой детский мир наполненный чудесами подарками и сказками со счастливым концом и намеками на вечный оптимизм и добрых людей, и состояние радужного благополучия почти не считается. Вначале были детские голоса. Потом… Изгои поэты и облака. Романтики и кошки из детских снов. И «Чик – Чирик» в том числе. Теперь уже с большой буквы. Намекая на то что воробей тоже один из наших общих знакомы и даже общительных и дружелюбных как староверы и Японцы общих, но не общественных как изгои и параноики литературных героев. Пусть будет осень или первый снег.