Рисунки на песке
- -
- 100%
- +
– Да кто он такой, твой Ра?
– Он для защиты людей. Внутри Сета. Больше ничего о себе не говорил.
Олег вдруг посмотрел на Женю с подозрением.
– А откуда это тело узнало, как меня зовут? – стал допытываться он. – И что мы вообще знакомы? И тело твоего деда тоже откуда это знает?
– Мы это знаем. Потому что внутри этих тел наши меморы.
– Кто?
Женя вдруг приложила палец к губам, призывая Олега к молчанию. Недалеко от них зашуршали опавшие сосновые иголки. Зыркнув на Олега глазами, мимо пробежал ежик. Олег проводил его взглядом.
– Он и здесь следит, – тихо сказала Женя, когда еж скрылся. – Не доверяет тебе.
– Кто следит?
– Сет. Видел, ежик пробежал?
– Как можно следить с помощью ежа? – удивился Олег. – Он ему что, доложит?
– Доложит. В тело ежа Сет поместил мемор человека.
– Да что такое этот мемор? – воскликнул Олег, недовольный тем, что мало что понимает.
Женя тяжело вздохнула.
– Мемор – это все, что осталось от человека, тело которого Сет растворил – его знания, его воспоминания. Многие из нас считают, что это душа, но Ра говорит, что это просто сгусток электромагнитных токов и полей, который в лучшем случае можно назвать сознанием.
У Олега пересохло в горле.
– Значит ты… – с трудом произнес он, еще не решаясь поверить в услышанное. – Ты … не просто копия… Ты – это ты! Ты Женя?
– Да, Олежек, я Женя, – грустно сказала девочка, опустив голову. – Мое родное тело умерло двести шесть лет назад… Но сознание еще живо. И оно помнит тебя, помнит все, что с нами было.
Почти минуту Олег потрясенно смотрел на Женю. Наконец, он проглотил комок в горле и тихо спросил:
– Как это произошло?
Губы девочки задрожали.
– Очень быстро. Я была на трибуне, смотрела эксперимент, который проводили дедушка и профессор Сатори. Вдруг все вокруг закричали. И я как будто падаю лицом в черную блестящую смолу. Или это смола льется мне на лицо. Я не поняла. Потом задыхаюсь. И все. Дальше – темнота и страшные видения. Словно ночные кошмары, но только никак проснуться не получается.
Девочка надолго замолчала, скорбно глядя в одну точку. Молчал и Олег.
– Женя, я это… зря спросил, – решился, наконец, Олег прервать молчание.
Женя подняла на него глаза и вдруг улыбнулась.
– А потом возник Ра и забрал меня у Сета. И видений не стало. Ничего не стало. Один только покой. Будто сон без сновидений.
Девочка, словно о чем-то вспоминая, смотрела сквозь него.
– Это хорошо… когда нет сновидений, – медленно произнесла она и, словно придя в себя, добавила, уже глядя на Олега осмысленно: – А потом он меня разбудил. Сказал, что увидел меня в твоих воспоминаниях. И что я нужна.
– Он что, может видеть воспоминания?
– Любые эмоции может, если они сильные… Увидел и отправил к тебе. Вчера, чтобы Сет тебя не убил, сегодня – чтобы своим сеятелем не сделал.
– А почему Сет вчера меня убить хотел, если ему сеятель нужен?
– Он не хотел, но мог. Потому что от жары в дреме был. А когда солнце высоко, вообще думать перестает, только на температуру реагирует. В это время что-то более нагретое, чем он, для него сильный раздражитель. И если бы ты не в блестящем скафандре был, а в чем-то темном, вмиг бы в себе утопил. А ближе к вечеру он бы тебя за еду принял, твой катер тоже. И только ночью он в себя пришел и твои эмоции прочел, которые днем запомнил. Тогда и понял, кто ты. И спектакль этот сегодняшний устроил, чтобы ты его частицу взял и на корабль увез.
– А если не возьму? Убьет?
– Ты ему живой нужен, по крайней мере до тех пор, пока с частицей до корабля не доберешься. Потому что мемор Сета катером в космосе управлять не сможет. Без связи с ним распадется уже в стратосфере. Умрет безвозвратно. Так что пока Сет тебя лишь обхаживает, – Женя улыбнулась. – А ты ему подыграй, дедушку обмани. Возьми его яблоки, а в космосе выкинь… И ничего не ешь.
– Твой дедушка, значит, на плохой стороне?
– К сожалению, да. Большинство меморов Сет полностью себе подчинил, и они выполняют все его приказы. Ра говорил, что не мог всех у Сета забрать, только тех, с кем был рядом.
– И много вас у Ра?
– Не знаю, – ответила Женя и снова стала грустной. – Теперь уже меньше.
Тут Олег вспомнил про свою посадку на корабле.
– Ты говорила: четверо погибли, уводя мой корабль от Земли?
– Да. Еле от Сета оторвались. Он как почувствовал, что вы уходите, щупальцем корабль схватил, чтобы посадить. Он их до стратосферы может выбрасывать. Прошлый раз от него инопланетный так сбежал. Посадку начал и прекратил. Что-то заподозрил. После этого радиомаяк на Луне заработал. Видимо, предупреждает других. И больше кораблей не было, твой первый за полтора века стал садиться, – Женя вздохнула. – Вот они и пошли, чтобы посадку остановить… Добровольно пошли.
– А почему они погибли?
– Внутрь корабля Ра только без тел их мог отправить, через радар. Они сумели встроить себя в электронные цепи корабля и управлять им. Но чем дальше они уводили корабль от Земли, тем труднее было Ра удерживать их от распада. Они это знали, но все равно не отступили… И заплатили жизнью… Отважные люди.
– Кто они, знаешь? – тихо спросил Олег.
– Те, кто должен был лететь на твоем корабле. Его экипаж. Имен я не знаю.
Они надолго замолчали. Наконец, Женя вздохнула и поднялась на ноги.
– Мне пора. Ра мое тело даже на Земле долго удерживать не может.
– А как он выглядит, твой Ра?
– Не знаю. Его только чувствуешь. И слышишь… Трудно объяснить.
Женя вздохнула снова.
– Тебе тоже пора. А то дедушка заподозрит, что тебя долго нет, и Сет еще кого-то пошлет.
– Как же я забыл? – вдруг спохватился Олег и встревоженно огляделся. – Тебя ведь еж видел, а значит и Сет. Что теперь с тобой будет?
– Он не видел. Сет тепло распознает, вернее разницу температур, а я из воздуха. Ни теплей его, ни холодней. Меня он не видит. Услышать может, но не услышал – Ра о еже заранее предупредил. Он знает все, что делает Сет, и сообщает мне. Так что не волнуйся… Иди. Сюда больше не возвращайся – ничего уже не исправить, а Сет поймет, что его обман не сработал, и уже не отпустит. Поищи тех, кто маяк на Луне оставил… Прощай.
– Прощай, – дрожащим голосом произнес Олег и медленно пошел по тропинке обратно.
Он не хотел оборачиваться, чтобы снова не увидеть, как Женя будет исчезать, но все же не выдержал и оглянулся. Полупрозрачное тело девочки еще можно было разглядеть. Превращаясь в легкую дымку, она стояла на тропинке с поднятой в прощальном жесте рукой.
В саду он не смог сдержать слез, но все же сумел взять себя в руки. Нельзя было себя выдавать. Прежнюю Женю уже не вернуть, людей не вернуть. Сейчас надо было выиграть у Сета свою собственную жизнь.
Из-за деревьев и кустов показался дом. Профессор сидел за столом неподвижно, словно кукла. Олег вдруг почувствовал к нему неприязнь, но тут же ее погасил.
«Дядя Коля не нарочно, – убеждал он себя. – Ему не повезло. Его Ра не забрал».
Как только Олег вышел на лужайку, Ракитин словно ожил и уставился на него встревоженным взглядом.
– Что ж не гулял-то? – произнес он. – Говорил: погуляешь, а сам на земле сидел.
– Откуда Вы знаете? – поймал его Олег на том, чего тот не должен был знать.
– Откуда я знаю? Откуда я знаю? – в привычной манере растерялся профессор, но ответ нашел уже быстрее. – Да вон, все штанины в пыли.
Олег взглянул на штанины своего легкого скафандра. Они были абсолютно чистыми, видимо Сет не удосужился сделать на тропинке пыль. Но Олег решил больше не ставить его в тупик отсутствием логики. Сейчас это уже было не важно и даже опасно.
– Да захотелось посидеть, свежим воздухом подышать, – непринужденно сказал он. – В лесу он такой чистый и смолистый.
– Да, запах смолистый. С запахом трудно… И с влажностью, – произнес Ракитин с озабоченным видом, о чем-то размышляя, но тут же принял свой привычно ласковый вид. – Ну что, давай обедать. Борщ готов.
На столе стояли большая супница и две тарелки. Рядом лежали ложки.
– Вы извините, я, пожалуй, не буду, – сказал Олег. – Что-то живот разболелся.
– Да как же так? Я же готовил, – огорчился старик и лицо его вдруг посуровело, а глаза стали злыми.
– Без обеда не отпущу! – решительно заявил он.
– Простите, но я пойду. А вот яблочки Ваши спелые возьму. Дома поем.
– Ну вот и славно, – сразу успокоился профессор и широко заулыбался.
Олег взял у него пакет с яблоками и не торопясь двинулся к катеру. Ракитин шел рядом. У катера он насмешливо посмотрел на севшего в пилотское кресло мальчика.
– Уверен, мы скоро снова встретимся. Ведь ты для меня очень важен. Отныне ты будешь жить как в раю, ни о чем не заботясь, увидишь такие красоты, каких никогда раньше не видел. Тебе уготована счастливая судьба, мой мальчик.
– Не сомневаюсь, – сухо ответил Олег и закрыл дверь в кабину.
Он без спешки запустил двигатели, не желая вызывать у Сета подозрений, и стал медленно поднимать катер. Едва он набрал небольшую высоту, как сразу же закрыл пакет с яблоками в стальном ящике ремкомплекта, вытряхнув из него все инструменты. И все равно никак не мог избавиться от ощущения, что вот-вот из-под крышки ящика полезут черные щупальца детеныша Сета и начнут его душить.
Поднявшись чуть выше границы стратосферы, Олег с опаской положил ящик с пакетом в шлюз для микрозондов и выбросил из катера. И только тогда вздохнул с облегчением.
Эпоха бесчеловечности
В центре главного экрана светился белый серп Земли. Сет принял свой обычный вид, поняв, что его коварная задумка с «яблоками» не сработала.
Олег сидел в кресле главного пилота, глубоко задумавшись. Боль переживаний за печальную судьбу Жени и всего человечества уже прошла. Осталась только злость на невесть откуда взявшееся разумное чудовище, накрывшее собой его родную Землю.
Он вспомнил рассказ Жени. Нападение Сета застало ее среди зрителей, пришедших понаблюдать за экспериментом ее деда и профессора Сатори. А корабль стартовал через пятнадцать минут после его начала. Значит его кормовая видеокамера должна была снять то, что происходило на Земле.
Олег запросил у компьютера видеозапись Земли при взлете корабля и с орбиты после взлета. На экране появились кадры поверхности под двигателями стартующего корабля. Сначала ничего необычного не наблюдалось, но через двенадцать секунд после старта поле космодрома внизу вдруг стала заливать черная блестящая жидкость, похожая на расплавленный битум.
«Я едва удрал, – с ужасом подумал Олег. – Видно кто-то экстренно дал команду на взлет. Наверно, и прежнее полетное задание отменял, но удалиться успели только команды включения варп-режима. Вот откуда эти двести лет полета».
На экране меж тем корабль набирал высоту и было видно, как черное пятно внизу быстро расползается в стороны, закрывая землю уже на десятки километров. Но траектория взлета становилась все более пологой, и изображение с нижней камеры постепенно смещалось к линии горизонта, поэтому рассмотреть на нем, откуда эта мерзость начала движение, Олегу не удалось, а боковые камеры включились только на орбите.
На втором орбитальном витке, когда корабль вновь оказался над местом старта, камеры показали, что зловещая черная клякса заметно увеличилась и покрывала поверхность Земли уже на сотни километров. Центр ее находился где-то в Западной Евразии, но из-за плотной облачности определить его точно было невозможно.
Олег оценил скорость движения – более двухсот километров в час. Значит, всю планету она покрыла примерно за четыре дня. И ни земля, ни вода, ни воздух не смогли дать людям спасения.
Наверно лишь космическим кораблям удалось покинуть гибнущую планету, да и то не всем. Их после Войны Корпораций вообще осталось не больше десятка, а на Земле – лишь считанные единицы. Несколько сотен человек, спасшихся на них, скорее всего пополнили колонии на Луне, но лишь для того, чтобы умереть позже, пытаясь извлечь крохи энергии из угасающих без топлива реакторов.
В то время только лунные колонии сами обеспечивали свои энергостанции ядерным топливом, получая его из крипа – горной породы, которую добывали в шахтах и карьерах Луны. Остальные внеземные поселения полностью зависели от поставок с Земли.
Но и жители Луны не могли обойтись без Земли. Чтобы добыть и привезти крип на переработку, моторам грузовиков и буровых комбайнов требовалось горючее и окислитель, которые приходилось привозить с Земли. И когда без них моторы заглохли и машины окончательно встали, накопленных запасов ядерного топлива лунным колониям могло хватить на пару десятков лет, не больше.
Что уж говорить о поселениях на Марсе или спутниках Юпитера и Сатурна. Их системы жизнеобеспечения проработали и того меньше.
Выходило так, что все внеземные колонии погибли более полутора веков назад. Тогда и замолчали последние радиопередатчики землян. И теперь лишь одинокий радиомаяк неизвестной цивилизации работал в Солнечной системе, неутомимо повторяя свое послание.
Искать ее Олег не хотел, несмотря на совет Жени. Еще неизвестно, как чужаки отнесутся к единственному представителю исчезнувшей расы.
Чего Олег действительно хотел – так это уничтожить Сета, очистить от него Землю. Но не знал, как это сделать, не уничтожив при этом сознания миллиардов людей, которые хранились в теле Сета словно электронные записи в компьютере.
Олегу вдруг пришла в голову мысль, что их можно скопировать на другой компьютер, например, на корабельный, а потом поместить в новые тела. Например, Ра их создаст. Кто он, Олег не знал, но к людям, видимо, относился дружелюбно. От перспективы сделать человечество фактически бессмертным у Олега захватило дух.
Он задал корабельному компьютеру задачу:
– Компьютер, неизвестная по составу живая субстанция, назовем ее Сет, покрыла всю поверхность Земли. В ней растворились тела людей, но их сознания сохранились, как в памяти компьютера. Как записать их на другой носитель, а Сета уничтожить?
Не думая ни секунды, компьютер объявил:
– Технологии записи человеческого сознания мне неизвестны. Уничтожить Сета имеющимися на корабле и в колониях средствами невозможно.
Олегу вдруг померещилось, как на экране, на фоне темной ночной стороны Земли, появилось чье-то кривое, ухмыляющееся лицо – словно это Сет насмехался над его бессилием.
– Найди способ! Любой! Понятно? – в ярости закричал он. – Я хочу, чтобы этой мерзости на Земле не было! А люди чтоб были!
– Следует ли распространить условие «любой» на непроверенные научные гипотезы? – невозмутимо спросил компьютер, который никак не отреагировал на его нервный срыв.
Вспышка гнева у Олега закончилась. Понимая, что ничего уже не исправить, он безразлично махнул рукой.
– Как хочешь. Распространяй на гипотезы.
– Тогда есть единственный способ, – неожиданно для Олега выдал решение компьютер. – Устранение причины произошедшего и смена временной линии. Такова гипотеза.
– Это что же, путешествие в прошлое? – удивился Олег. – Но это невозможно.
– Гипотетически это возможно.
– А как же принцип Новикова? – вспомнил Олег обрывки знаний из школьной программы. – Нельзя уничтожить причину произошедших событий, можно только ее создать.
– Принцип справедлив для воздействий на время в пределах одной вселенной. Для воздействий из параллельной вселенной он не соблюдается. Такова гипотеза.
– То есть можно вернуться в прошлое и изменить будущее?
– Да. Такова гипотеза.
– И как нам это сделать?
– Войти в черную дыру… – начал компьютер.
– Стоп, стоп, стоп! – сразу же перебил его Олег. – Это невозможно. Гравитация разорвет на части.
– В режиме деформации пространства не разорвет. Сила воздействия черной дыры за горизонтом событий описывается неопределенностью вида ноль умножить на бесконечность, относимую к параметрам объема и массы, которая разрешается к нулю. Такова гипотеза.
– Гипотеза, – недовольно произнес Олег. – А если она не верна?
– Тогда разорвет, – бесстрастно ответил компьютер.
Олег с хмурым видом принялся кусать губы. Так длилось почти минуту.
– Ладно, давай дальше, – наконец сказал он. – Войти в черную дыру и…
– И выйти в параллельной вселенной из белой, – продолжил компьютер. – Там подождать нужное количество времени, войти в черную дыру и выйти из белой дыры в нашей вселенной. Направление времени в параллельной вселенной противоположно и ожидание там приведет к тому, что здесь момент возвращения будет в прошлом. Такова гипотеза.
– А как этот момент вычислить?
– Нужно знать время и место, где и когда появление Сета можно предотвратить, плюс время, чтобы успеть туда добраться.
– А черные и белые дыры где взять? Их вроде поблизости еще ни одной не открыли.
– Их местонахождение можно определить по искажениям плотности и спектра реликтового излучения вселенной. Такова гипотеза. По этой гипотезе в пределах доступности для корабля есть девять кандидатов в черные дыры и столько же в белые.
– Снова гипотеза. Одни гипотезы, – недовольно проворчал Олег и задумался.
Проверить на себе вариант с изменением прошлого было страшно. Если гипотеза о черных и белых дырах не верна даже в малой своей части, его ждет неминуемая гибель. Но и провести всю оставшуюся жизнь на корабле Олег тоже не хотел. И он решился использовать этот шанс. Пусть и без всякой гарантии на успех.
Он знал примерное время, когда Сет начал нападение, но в этот момент уже поздно было что-то исправлять. И примерное место, откуда тот начал свое движение. Этого было мало. Точные ответы мог дать сам Сет, но он вряд ли об этом расскажет.
Могла еще остаться какая-то информация в колониях, в первую очередь на Луне. Ведь сообщения с гибнущей Земли уходили несколько дней. Да и очевидцы наверняка спаслись, хоть и немногие, и кое-что могли рассказать.
И Олег решил попробовать найти что-то там.
– Компьютер, летим к Луне, – объявил он. – Рассчитай орбиту поближе к колониям.
***
Через четыре часа Олег просматривал на главном экране записи с поверхности Луны. Прекрасная электронная оптика корабля позволяла увидеть все внизу в отличном качестве. Да и высота полета была небольшой, потому что корабль «налегке» крутился вокруг Луны, оставив тяжелый межзвездный буксир возле Земли.
Компьютер проложил орбиту так, чтобы корабль на каждом витке пролетал вдоль Пояса Тора – полосы месторождений крипа, тянувшейся от кратеров Майер Т и Гей-Люссак на севере до кратера Лаланд на юге. Этот район был назван так из-за тория, содержащегося в крипе, ради которого, в общем-то, этот крип и добывали.
По этой причине здесь находились две лунные колонии из трех. Это были колонии корпораций ASTA и UNITI или Альянса и Единства, как их еще называли. Корабль пролетал почти точно над ними. Очень удачно на линии полета располагалась еще и база по добыче крипа, принадлежавшая Альянсу. Так что Олег мог достаточно подробно разглядеть целых три лунных поселения.
Он сразу же обнаружил, что база Альянса возле кратера Аристарх густо усеяна воронками и явно не от метеоритов. Это были следы попаданий то ли ракет, то ли снарядов, потому что больше всего их было возле купольных строений базы. Все они были разрушены до основания, видимо в результате этого обстрела.
Но обе колонии выглядели обычно – так же, как и на фото из справочника. По крайней мере с орбиты Олег никаких отличий и чего-то странного не заметил. Разве что, перед входом в колонию Единства стояло несколько полуразобранных машин – обычно все же вход старались всякой рухлядью не загораживать.
Спустя час Олег уже подлетал на катере к колонии Альянса у кратера Майер Т. Она находилась в лавовой пещере, тянувшейся на десять километров под поверхностью Луны. Поговаривали, что вместе с боковыми ходами пещера была настолько большой, что Альянс смог разместить там на поселение почти десять тысяч человек.
Входом в пещеру был круглый провал, уходивший вглубь почти на сто метров. В его стене была вырублена дорога, спиралью спускавшаяся вниз, по которой грузовые машины когда-то везли в пещеру добытый крип и реголит, а из пещеры – извлеченные из них для отправки на Землю гелий-3 и редкоземельные элементы.
У самой колонии Олег заметил то, чего не было видно с орбиты – дорога эта была в нескольких местах разбита и завалена камнями, а стена провала испещрена выбоинами от взрывов. Видимо, и здесь шли боевые действия. Опустив катер на самое дно провала, он увидел, что проход в горизонтальную часть пещеры обрушился и являет собой нагромождение крупных камней.
Поняв, что проникнуть внутрь ему не удастся, Олег отказался от дальнейших попыток что-то здесь выяснить и направил катер в сторону кратера Лаланд, возле которого расположилась колония Единства.
Ее строители, в отличие от строителей Альянса, поступили мудрее, хотя их решение было более затратным. Не найдя подходящей пещеры поблизости от месторождения крипа, они просто пробурили к нему наклонный тоннель длиной в несколько километров и колонию разместили в нем. В результате добывать крип колонисты смогли, не подвергая себя воздействию солнечной радиации, и это дало им несомненные преимущества.
Подлетев к колонии, Олег понял, что и она не избежала нападения. Видно было, что колонисты от кого-то оборонялись и довольно успешно. Полукруглая бетонная плита, закрывавшая вход в тоннель, пестрела выбоинами от пуль и снарядов. Следы обстрела были и на стальных створках массивной раздвижной двери в центре плиты.
В ста метрах от двери стоял разбитый остов ракетной установки, нацелившей на нее пустые пусковые трубы. Она не была разобрана, как казалось с орбиты. В ней застряли остатки небольшого беспилотника, видимо, совершившего таран, а вокруг были разбросаны обломки обеих машин. Чуть поодаль стояли два бронетранспортера с пробоинами в корпусе и открытыми люками.
Олег вылез из катера и внимательно осмотрел дверь тоннеля. Она пестрела вмятинами от попаданий ракет и снарядов, но устояла. Не справились с дверью и плазменные резаки. Они оставили на ней оплавленные борозды, но так и не сумели прожечь ее насквозь.
Рядом с дверью висел на обрывках проводов ее разбитый пульт, грубо выдранный из углубления в стене. Видимо, нападавшие пытались открыть с его помощью дверь и, когда это не удалось, от бессилия и злобы просто его расколотили.
Олег задумался. Вывод из всего увиденного он сделал один – колонии не просто вымирали, они еще и воевали друг с другом, пытаясь отнять у более слабого остатки неотвратимо исчезающих ресурсов. В первую очередь, это был добытый из крипа торий, которым колонии заполняли свои ядерные реакторы. Запасы его таяли, а без моторного топлива для машин, которое раньше поставляла Земля, добывать крип они уже не могли. В результате этой войны две колонии из трех оказались от поверхности отрезаны и попасть в них было уже невозможно.
Оставался последний шанс что-то узнать о появлении Сета – колония «Белого величия». Находилась она намного севернее Пояса Тора, но тоже на месторождении крипа.
Путь до нее Олег проделал в мрачных раздумьях. С орбиты он колонию не видел и о том, в каком состоянии ее обнаружит, мог только гадать. Построена она была по купольной технологии, а значит не была рассчитана выдерживать обстрелы и бомбардировки. И все же Олег надеялся, что не увидит там такой же разрухи, как на базе добытчиков Альянса, ведь ее купола были больше, а значит и прочнее.
Выдувая их сжатым воздухом из жидкого полимера, строители более всего заботились, чтобы эти своеобразные «мыльные пузыри» не лопнули раньше, чем полимер затвердеет, и делали их стенки достаточно толстыми. А потому, чем больше был купол, тем толще и прочнее была эта стенка. Да и слой насыпанного поверх грунта, пропитанного тем же полимером, у большого купола тоже был толще.
Еще Олег надеялся, что склады колонии оказались для ее противников легкой добычей и, ограбив их, саму колонию те разрушать не стали. Но его надежды рухнули, когда на подлете к ней он увидел внизу картину, которую никак не ожидал увидеть.
На месте колонии «Белого величия» сверкала оплавленным грунтом огромная воронка. Никаких куполов и в помине не было – одни обломки, разбросанные на сотни метров во все стороны. Среди них Олег увидел два искореженных космолета Корпуса стражей стабильности, один был даже перевернут.
А вот об их присутствии на Луне он совсем забыл. У Корпуса была база и космодром в Море Мечты. Своего производства стражи никогда не имели, а получали все необходимое от Корпораций, выполняя для них задачи по охране порядка. Олег подумал, что именно у них ресурсы иссякли в первую очередь и, вероятно, они первые решили отнять их у других, ведь к проявлению насилия стражам было не привыкать.
На приборной панели вдруг раздался тревожный писк и засветились цифры уровня радиации снаружи катера – он был высоким и продолжал расти. Олег прекратил снижение и вывел на экран катера справочник по колонии. Оказалось, что воронка находилась как раз на месте ядерной энергостанции. Кто был виновником ее взрыва, узнать это уже было невозможно. Или нападавшие случайно обстреляли и повредили реактор, или его взорвали колонисты, не желая сдаваться.