Время делать деньги
- -
- 100%
- +
В «Глобал» мать мерила шагами гримерку, менеджер по одежде сидела и поглядывала на часы.
– Дэйв ты почему исчез утром без предупреждения? Я думала, что ты спишь, – набросилась она на сына.
– Мам, я уже взрослый! Ты что должна знать каждый мой шаг? – ни капельки не стушевался парень. – Давай скорее разберемся с «Глобал», и у нас же планы на вечер.
Мать недовольно хмурила брови, но при посторонних, естественно, молчала и помогала быстрее организовать необходимое для съемок. Сначала шло создание портретов при солнечном свете. Юношу одели в белую льняную рубашку а ля крестьянин, с разрезом чуть ли не до пупа, облегающие зеленые шорты и обычные морские шлепки.
Честно говоря, Дэйв был не в восторге, но новый фотограф показал ему снимки – получилось довольно сносно, и он принялся работать на камеру. Подошло время переодеваться. С него опять делали колхозника – полностью прозрачная рубашка в сине-красную полоску, красные бриджи, прозрачные бутсы.
– Что за хрень! Весь этот мусор был в моде в прошлом сезоне! – взорвался Дэйв. – По-вашему, я вшивая модель, пытающаяся затесаться в дырявый каталог прошлого века?
– Вы абсолютно неправы! Да, эту одежду носили раньше, но вы должны знать, что месье француз – автор сельского стиля – недавно скончался, и теперь это признанная неоклассика! – защищала образ менеджер.
– У нас каждый день кто-то дохнет. Так давайте все барахло объявим суперценным и будем таскать до бесконечности. Или наденьте что-то стоящее, или участвуйте в этом позоре сами! Мама, чего ты молчишь?
– Тебе хорошо и в этом наряде, – улыбнулась Елена. Дэйв скорчил недовольную мину. – Ладно, подайте новую коллекцию. Видите, мой сын не хочет, чтобы на него полуголого пускали слюни.
В конце концов, модель облачили в фиолетово-белый костюм и закрытые черные туфли. Было слегка жарковато, зато выглядел он стильно. Казалось, дела на площадке закончились, но когда просматривали отснятое вчера – жанр «экшен» убивал своей убогостью наповал. Проклиная косоруких режиссеров и операторов, Дэйв отправился готовиться к новой съемке. Визажистка сегодня была сама любезность, не чета вчерашней.
– Это новейшие линзы от вспышек с самой современной защитой ДХ-4037, – щебетала она на ухо звезде. – ДХ-линзы применяются только в «Глобал» и еще в 2-3 компаниях-гигантах для экстремальной съемки. Это лучшее, что существует на сегодня! – Визажистка подала коробку с линзами – на внешний вид такие же, как всегда. – И вообще, вы такой душка! – всплеснула она руками.
– Да? – недоверчиво пробормотал парень.
– Ну, конечно! Если бы вас не обожал весь город, разве ваши фотки могли бы набрать за несколько часов несколько миллионов лайков?! Это здорово! – восхищалась девушка, нанося на лицо модели водонесмываемый тональный крем. Дэйв вздрогнул, сам не зная от чего: от вечного желания посторонних влезть в его жизнь или того, что ближайшие полтора часа нечем будет дышать.
– А та фотка, где вас целуют, просто порвала все рейтинги! Девушки под ней так забавно цапались, пока не узнали, кто эта блондинка рядом с вами.
– Что? – парень непонимающе уставился на нее. – Ты о субботних снимках или о чем вообще?
– О сегодняшних, – девушку не смутило фамильярное обращение. – О тех, что выложили в сеть в 4 утра.
– Погоди, – Дэйв отодвинул фартук для косметических процедур и саму девушку. Достал гаджет и лишь ввел свои данные, как всплыли его новые фото, бьющие новые рекорды лайками. Самым топовым был снимок, где его целует мама, дальше – они в сопровождении телохранителей выходят из «Глобал» на крыльцо, залитое ночными фонарями – несколько вариаций. Всего 5 штук, но буча в комментах стояла страшенная – они по многочисленности почти перекрыли число лайков. Дэйв досмотрел свою страницу до конца. Так и есть, фотограф, сцука, был неизвестен… И он его не засек на месте преступления! Второй раз… Нет сомнения, что это один и тот же мудозвон.
– Готов? – Елена вошла быстрой походкой, увидела его ошарашенное лицо и гаджет. – Не хотела говорить тебе перед съемкой…
– Конечно, так узнать гораздо лучше, – сыронизировал парень и кивнул визажистке: – Давайте закончим побыстрее.
Через 2 часа, выходя на воздух, Дэйв чувствовал, что его телепает от одной мысли о фотках и фотографах. К счастью, в «Глобал» была внутренняя парковка, так что если и были желающие его заснять или поглазеть, то они остались ни с чем.
Дорога домой была недолгой, машина ехала плавно.
– Мой мальчик, не стоит так огорчаться, – мать попыталась пригладить кудри сына. Тот отстранился.
– Уже ввели систему штрафов за мои изображения?
– Да, но она еще на стадии демо-версии, действует не полностью. Не дуйся – тебе не идет.
– Почему? Ну, почему все происходит не по-нормальному? Я столько раз снимался в рекламе – и на это фанатам было глубоко наплевать. А неизвестно кто щелкнул из-за угла – и все сразу заметили и визжат от восторга. Почему?
– Фото очень хорошие – глаза трудно оторвать.
– Мам, и ты туда же?! – Дэйв негодующе воззрился на сидящую рядом.
– Сегодня собираешься проведать Индиру? – быстро сменила тему женщина.
– Конечно! А ты разве не записалась заранее на мастер-класс? – нехорошее предчувствие отозвалось холодом в животе. Блондинка молчала и рассматривала свой маникюр так внимательно, будто видит рисунок ногтей впервые.
– Мам, ты чего?
Елена оторвала взгляд от рук и стала задумчиво изучать пейзаж за окном.
– Я записалась, но Дэйв… Может, сегодня лучше никуда не ездить? Волна интереса к тебе выше небес. Абсолютно точно, что кто-то тебя узнает в магазинчике, пойдут разговоры, а потом сплетни. Мы с папой думаем, что лучше слегка обождать…
Парень с силой сжал челюсти. Конечно, его мама не так воспитана, чтобы сказать, что за ним, судя по всему, идет слежка. Родители волнуются и предпочитают добыть больше информации, а пока, в целях безопасности, хотят держать его в проверенных местах, а лучше всего – дома…
– И сколько я должен прятаться? Разве телохранителей мало? – сквозь зубы выдавил он.
– Завтра в 17-00 «Глобал» начнет демонстрацию ролика с твоим участием. Мы посмотрим на реакцию общественности. Возможно, легальное изображение погасит нездоровую шумиху вокруг тебя?
Дэйв мотнул головой – в такие сказки он давно не верил.
– И когда я встречусь с Индирой?
– Давай отложим на неделю – до следующего четверга. И пойми, никто тебя не запирает дома. Просто надо быть осторожнее, хорошо, сынок? – мать ласково взяла его за руку, он резко выдернул пальцы.
– Нет, не понимаю. Что вообще тут хорошего?
Елена тяжело вздохнула.
***
Дома парень металась по комнате, как тигр в клетке. Отличное лето у него получается! В июне школьные экзамены, в июле – избиение и домашний арест, каких сюрпризов ждать от августа? Даже девушку, которая понравилась, он не может видеть два раза в неделю! Точнее, теперь вообще не может видеть…
Быстро набрал Сын-Чана и принялся считать – тот ответил аж на цифре 8.
– Блин, чем ты так занят? – недовольно гаркнул в гаджет.
– Извини, – испугано пролепетал знакомый на другой стороне связи. – У друга сегодня день рождения. Вот сидим и отмечаем.
Парень закатил глаза к потолку – и что за несчастливый день сегодня? Действительно, в трубке слышалась музыка и гул голосов – Сын Чан не врал.
– А завтра ты свободен?
– Конечно.
– Тогда набери меня около 9 утра, – и сбросил звонок.
Молодой Гнески задумался: в его жизни явно наступил переломный момент. Раньше он часами зависал в сети, болтая с друзьями или играя. Теперь прошлое летело в тартарары. Друзья (или знакомые завистники?) перемалывают ему косточки вместе с остальной частью Мега-города. В своей крутости в виртуальных играх он начал сильно сомневаться – какие-то сопляки били в реале его почем зря! Драйв от реальных игр ему заказан этими сраными репортерами. По крайней мере, пока не войдет в силу полный запрет на его фотографирование кем попало. Мысль о том, чтобы свободно полазить по закоулкам города и высмотреть интересное и новое, причиняла только досаду. Свобода теперь под замком! И, конечно, Индира… Раньше вокруг него вертелись десятки девчонок, готовых с ним встречаться (хотя они и сейчас готовы к этому), но она не такая. К ней просто не подойдешь и не пригласишь на свидание. Родня ужасная, да и сама Индира совершенно не реагирует на его харизму. Что ей надо? Неужели ее парень должен идеально рисовать кружки и прочую ерунду для медитаций? Или она вообще мечтает о художнике или композиторе? Ему никогда таким не стать!
Жертвой скопившейся досады, как всегда, оказался несчастный робот-уборщик. Дэйв его безжалостно пинал, а машина безмолвно подмигивала огоньками, приглашая выбрать нужный режим уборки. Это быстро надоело. Парень вспомнил о другом объекте своей «любви».
Хилари готовила столовую к ужину: красиво расставляла тарелки, клала рядом серебряные вилки с ножами, воздвигала салфетки в форме лебедей. Дэйв незаметно подкрался к ней сзади и гаркнул:
– Старая стала! Силы не те, хватка не та! Все падает из рук! – женщина, действительно, от неожиданности вздрогнула и выронила салфетки в беспорядке.
– Молодой господин, вы о чем говорите? – обиделась она.
– На пенсию тебе пора, на пенсию! – парень встал перед ее лицом. – Пора старушке лежать на диване, смотреть мелодрамы и рыдать… Я готов создать для тебя все условия!
Глаза домработницы, казалось, собирались вылезти из орбит.
– Да, у меня к тебе деловое предложение. Ты, конечно, не рассчитываешь на такую щедрость от юного хозяина, но я не жмот. Я готов платить своей няне реальную пенсию из собственного кармана. Учитывая, что пенсия в нашем городе редкость, тебе, прямо скажем, повезло ее заработать. Давай не откладывать надолго. Завтра в присутствии адвоката подпишем соглашение. На какую сумму ты рассчитываешь?
Хилари оторопело уставилась на парня. Казалось, что предложение денег у нее вызывает еще меньший восторг, чем подножка и падение на пол прошлый раз. А зря! На весь Мега-город пенсию получало от силы человек 500. А индивидуальное спонсирование данного вознаграждения, безусловно, являлось почетным.
– Почему молчишь? Благодари своего благодетеля и собирай пожитки. Будешь получать 1700 долларов за просто так. Я серьезно.
Домработница перестала на него смотреть, поджала губы и начала быстро ставить салфетки на место.
– До тебя, что, смысл слов не доходит? – уже злобно прорычал Дэйв.
– Я здесь полжизни проработала, вы все для меня как родные. Как я могу уйти? – хлопотливо запричитала она.
– Какие полжизни? Ты у нас только 15 лет, а самой больше 45!Мне ты никто и звать тебя никак. Мы отлично проживем без твоей стряпни… Говори, на сколько согласна?
– На ужин будет курочка с хрустящей коркой, картошечка пюре, салаты, 2 пирога и фруктовое желе. Хотите добавить нарезок? Что предпочитаете? Или подготовить мороженое со взбитыми сливками?
Раздался звонок, спасая Хилари от подробностей узнать, что из перечисленного он предпочел бы видеть вместо шляпы на ее голове. Дэйв пошел открывать. На пороге стоял довольный жизнью Макс:
– Чего такой кислый? Не рад видеть старого друга?
– Рад, конечно, – уголки рта сами по себе поднялись в улыбке. – Но почему не предупредил?
– Сюрприз! – Макс сунул ему в одну руку пакет, в другую – корзину. – Зелень к столу мама передала, – кивнул на корзину, – а в пакете гаджеты, изъятые из цепких лап Сереги. Уф! Еле выдрал!
Паренек весело подмигнул и зашел в квартиру.
– О, у вас ужин намечается. Как я вовремя!
– Точно! – поддержал хозяин. Отнес корзину в столовую и поставил перед Хилари, злобно окинув ее взглядом. Затем вернулся к другу. – Пошли ко мне. Покажу новинки от отца.
Время с приходом Макса как подменили: полетело – не догнать! Подростки, весело балагуря, поиграли с гаджетами, поужинали с родителями и глянули фильмец под конец. Ложась спать, Дэйв подумал, что если бы не этот единственный друг, не знал бы как убить бесконечный вечер…
Глава 21
27 июля, пятница
После «Тренажерки» молодой Гнески приказал ехать в гаражи.
– О таком надо предупреждать заранее, там может быть небезопасно. Вдруг что, а я один, без подмоги, – оказалось, что «шкафчик» Тим тоже умеет говорить.
– Ты хочешь, чтобы я каждый свой шаг расписывал на 10 лет вперед, лишь бы тебе было удобно? – офигел Дэйв. – Езжай, куда я сказал! – это уже водиле. Тот работал на их семью давно, знал норов хозяина и крутил баранку в нужном направлении.
– Стас будет сильно недоволен, – с нажимом пробурчал Тим. – Лучше подкорректировать планы: или не ехать в гаражи, или взять еще пару ребят в подмогу…
– Тебя одного больше, чем надо. Держись на расстоянии, когда приедем, и не кидай ухо, куда не просят.
Дэйв сам не знал, что на него нашло, но если телохранитель еще что-нибудь вякнет таким командным тоном, то он… Пока он злобно уставился на качка-тяжеловеса, тот смолчал и взгляд выдержал, так что Дэйв отвернулся первым. Черти что!
Гаражи представляли собой 40-этажный дом-площадку для размещения и ремонта сотен грузовых машин, и принадлежали семье Макса. Выйдя из автомобиля, Дэйв смачно сплюнул в сторону подходившего к нему Тима и решил дополнительно размять ноги после 2 часов тренировки, поднявшись на 24 этаж пешком… Жизнь в огромном здании бурлила и кипела: люди сновали туда-сюда, многие тащили железное барахло механизмов, в котором Дэйв плохо разбирался. По багровой роже Тима, что должен был оберегать хозяина от любых опасностей, к 20 этажу стало понятно, что он готов свернуть шею подопечному хоть сейчас. Парень ему радужно улыбнулся и прибавил ходу. Да, он чувствовал усталость, но и знал свои возможности. Раньше ему приходилось участвовать в полевых сражениях по 4, 6 и даже 8 часов кряду. Пусть у него будут болеть ноги, но этот «шкаф» впредь хорошо подумает, кем он собирается командовать. На 22 этаже парень быстро шмыгнул в ближайшую дверь и спрятался за колонной. Дальше все было просто: Тим потерял его из виду и сунулся искать в мастерских, а он тихонько пробрался к лифту и поднялся на 24 этаж.
Отец Макса – Леонид Аркадьевич отсутствовал на месте. Дэйв растянулся в кресле приемной, попивая предложенный секретарем фреш со льдом, параллельно рассматривал в гаджете еженедельные пятничные скандалы в смешных картинках он-лайн. Как и большинство его сверстников, Гнески считал обычные новости сплошным занудством, а так – с юмором – покатит.
Вроде бы в помещении работал мощный кондиционер, но все же кровь прилила к щекам, и сделалось невыносимо жарко! Оказалось, главным героем скандалов был он сам! Особе Дэйва было посвящено сразу 4 комикса, из которых следовало, что он всю неделю бегал перед папарацци, мечтая засветиться; строил пакости несчастным журналистам; обцеловывал подряд всех женщин, включая сантехничку в уборной; щедро раздавал деньги и печения за каждый поставленный лайк под своими фотками в сети. Именно так он добился славы!
Парень не заметил, как вскочил с кресла, судорожно сжимая в одной руке стакан, а в другой гаджет.
– Хотите еще освежиться? – обыденно предложил секретарь.
Дэйв посмотрел на время – 11-40, а пресс-релиз обычно выходит в 11-00. Да кто вообще смотрит эти тупые картинки? Это полный отстой, а он еще считал такую муру прикольной!
– Да, можно повторить фреш, только льда положите побольше, – протянул стакан, затем освободившейся рукой отказался от дальнейшего просмотра ленты новостей. Однако неспокойствие перевесило разум, и он вернулся на сайт, чтобы посмотреть число подписчиков – более 8 миллионов… Это почти весь Мега-город, плюс имеющие доступ. Спокойно сидеть он больше не мог и, к удивлению секретаря, принялся быстро ходить по приемной.
– У вас что-то срочное к Леониду Аркадьевичу? Он вот-вот придет, но если надо, могу с ним связаться, – секретарь, который работал здесь всегда, сколько Дэйв себя помнил, протянул ему стакан прохладительного.
– Я подожду, – ответил и почти мгновенно выпил напиток, оставив лишь кусочки льда. Но не отдал стакан, а приложил его к пылающему лбу, затем – к щекам. Так со стаканом и прохаживался туда-сюда под вопросительным взглядом пожилого мужчины.
– Дэйв? Рад видеть! – зашел отец Макса. Внешне он с сыном был очень похож.
– Здравствуйте, Леонид Аркадьевич!
– Ты как-то странно выглядишь. Все в порядке?
Дэйв кивнул и отдал дурацкий стакан, наполненный растаявшей водой, но ощущения нормальности происходящего у него не было. Хозяин и гость зашли в кабинет, расположились в креслах. По идее, парень должен был начать рассказывать о сути визита, но он сидел и не мог собраться с мыслями.
– Ты уже обедал? – задал вежливый вопрос отец Макса. Дэйв, вообще-то, еще и не завтракал. – Составь мне компанию, а заодно и полялякаем.
Мужчина позвонил и дал заказ. Еду принесли очень быстро – это было особенностью предприятия, так как сотрудники ели круглые сутки, когда было свободное время между поездками. Хотя Дэйв не любил солянку, но отказываться не стал, заодно проглотил и макароны по-флотски, закусывая летним салатом.
– Будешь сладкое? – Леонид Аркадьевич налил им лимонад.
– Нет, спасибо.
– Ты явно отощал. Это из-за нахлынувшей славы?
– Нет, но за этим пришел. Родители меня почти никуда не выпускают. Летом сидеть дома – каторга. Я вот подумал, почему бы нам с Максом не слетать на недельку-другую к морю? Развеяться.
– Хм… – Леонид Аркадьевич задумался. – Безусловно, сейчас жарко, а прогнозируют еще подъем температуры на 5-7 градусов. Это выходит +35-38 градусов у нас, а представляешь, какое пекло будет на юге?
Дэйв обреченно вздохнул: ну, все против него. Даже погода!
– Ладно. Мне пора! – он поднялся и торопливо выскочил из кабинета к удивлению хозяина. Через пару минут также удивил водителя своим появлением без охраны.
– Отвези меня туда, где мало людей, много воды и зелени, – буркнул шоферу и откинулся на спинку сидения. Шофер молча поехал.
***
За окном мелькал отраженный в миллионах окон свет солнца. Дэйв сидел, прикрыв глаза, и изо всех сил старался, чтобы слезы не выливались на щеки. Да и не было слез. Просто какая-то влага орошала пальцы.
Найти в Мега-городе тихий уголок было дело непростое. Время от времени море уставших и желающих отдохнуть людей выливалось в городские парки и скверы, но там их поджидали шумные дети, вездесущие рекламодатели и распространители всего, чего угодно. Молодящиеся старички-спортсмены и вечно бодрая молодежь с громким смехом и бесконечными селфи лишали последних иллюзий на спокойную передышку. Тогда-то и начали появляться первые «тихие гавани», «выставки тишины», «гостиницы покоя» и целые пансионаты «зеленого отдыха». Они пользовались огромным спросом, и даже заоблачные цены не отпугивали желающих. Конечно, со временем их расплодилось, как грибов после дождя. Многие бизнесмены превратили отдельные точки тишины в большие комплексы или элитные клубы, где люди не только отдыхали, но и оздоравливались, принимали спа-процедуры, заводили полезные связи.
Дэйв был уверен, что водитель отвезет его в одно из таких мест, но машина продолжала ехать вперед. Он уже внутренне собрался. Что ж… Мало приятного, что в комиксах его представили в паршивом свете, но ведь и раньше были кислые моменты, связанные с известностью модели. Правда, тогда это были единичные карикатуры или фотожабы. Он напряжется и переживет сегодняшний день, а через одну-две недели позор позабудется, а через один-два месяца только несколько придурков будут вспоминать о прошлом. Однако он поставит их на место!
А с Максом дело не в погоде, просто его отец рассчитывает на помощь сына в сезон летнего ажиотажа на перевозки. Перед внутренним взором мелькнуло личико индианки. Индира… Он уже поручил Сын-Чану разведать обстановку и достать ее свежие фотки. Пока это все, что он может сделать, но она обязательно станет его девушкой! И куда, в конце концов, они так долго едут?
За поворотом открылся Днепр во всю ширь водного пространства. Над водой носились ошалевшие от счастья птицы. Единственный заповедник Мега-города со странным названием Хортица был в его распоряжении. Неправильно. Заповедник был в непосредственной близости от элитного 1 района и то ли поэтому, то ли по другим причинам, посещать его разрешалось 1 раз в 3 года. Да еще вход стоил 2000 долларов. Что ж, он может себе это позволить…
На пропускном пункте кроме оплаты с Дэйва сняли всю электронику, спрятали в индивидуальный сейф, дважды просветили в поисках спрятанных устройств, взамен выдали литровую бутылку воды и фирменную панамку. Это навеяло смутные воспоминания об экскурсии сюда в младших классах школы. К разочарованию парня, здесь помимо реки и редкого лесочка была куча степи с пожухлой травой и какие-то деревянные постройки. Все. Он побродил по лесу, затем спустился к реке. Буквально через каждые 10 метров прибрежной полосы стоял строгий знак «Купаться запрещено» с плывущим человеком, перерезанным красной линией пополам. Это впечатляло… Когда усталый посетитель подошел к воде, чтобы освежить лицо, к нему быстро приблизился мужчина в спец. одежде и устно предупредил о том же.
Дэйв присел и начал кидать в воду камешки. Минут через 10-15 это занятие ему опостылело. Он чувствовал себя в шкуре информационного нудиста: не знал ни сколько времени, ни нужен ли он кому-нибудь, ни что происходит у друзей и в мире, ни игр, ни музыки – ничего. И за что дерут 2000 баксов? Непонятно.
Зато людей здесь, действительно, было мало – лишь кое-где виднелись опознавательные панамки таких же разочарованных, как и он. Однако дома будет гораздо хуже. На пороге пентхауса его поджидает озверевший Тим, в кухне – ненавистная Хилари, в сети – друзья, которые вовсе и не друзья, а за каждым поворотом скрываются папарацци и журналисты, готовые убить ради информации. Что уже говорить о толпах любопытных зевак… Да еще презентация «Глобал»… Нет, он будет просто лежать здесь на бережку. Распластаться и отдохнуть не удалось – камни нещадно вдавливались в тело. Дэйв облазил весь доступный для ходьбы берег, вернулся в лес, там ему тоже не сиделось. От нечего делать побрел к постройкам. Здесь было больше всего панамок, некоторые из них явно секретничали – когда он проходил рядом, они притворялись немыми. Зачем?
Дерево на поляне оказалось настоящим – крепким и некрашеным, когда поковырял его ногтем. Домики были все маленькие, тесные, душные. Лишь одно строение с палкой, торчащей над крышей, было побольше и пошире. Парень зашел внутрь, сел в уголке и принялся допивать воду из бутылки.
– А это святое место, где запорожские казаки молились перед походом, – горячим шепотом сообщила высохшая старая карга двум толстым дядькам, вваливаясь в дверь. – Женщинам на Сечь вход был строго воспрещен, но в храме все мужчины обязательно просили благословения у Богородицы.
Тут старуха повернулась и увидела Дэйва. Повисла тишина. Он ничего не понял из сказанного, бросил пустую бутылку и, уловив, что ему не рады, направился к выходу.
– Молодой человек, погодите! Погодите! – согнутая клюшка метнулась к нему и бульдожьей хваткой впилась в руку. – Я вас прошу, никому не говорите то, что услышали! Это… Это от крайней нужды. Мой муж попал в аварию, денег на операцию нет, а он умрет, если ее не сделать. Пожалуйста, давайте оставим все в секрете!
Парень молча попытался вырваться из чужих лап. Старуха, видимо, восприняла это как отказ, еще крепче повисла на его руке и, жалобно глядя в глаза, затарабанила:
– Умоляю! Клянусь, что все деньги, оставшиеся после операции, пущу на благие дела! Вы такой молодой и симпатичный, у вас вся жизнь впереди. Зачем вам брать грех двух погибших душ на себя? Муж умрет, а я сгнию в тюрьме за пределами города… Умоляю, смолчите пожалуйста!
И откуда в тщедушном теле оказалось столько сил, чтобы выкручивать ему руку? Дэйв чувствовал себя неловко, впервые попав в нелепую передрягу. Мужики смотрели на них обоих, как на зверей в зоопарке.
– Да разрази меня гром, если я сказала чего лишнего без крайней нужды! Поверьте! – не выпуская руки юноши, старушка брякнулась перед ним на колени. – Спасите! Не дайте сгинуть лютой долей!
Дэйв совсем растерялся. Ему жутко захотелось оказаться подальше отсюда.
– Я ничего не скажу, только отстаньте!
– Родненький мой! Спаситель! Дай бог тебе всех благ! – женщина, наконец, отпустила его.
Почувствовав свободу и подспудное чувство злости, что пообещал быть сообщником в неизвестном деле, парень рванул вон из построек и заповедника вообще. На контрольном пункте ему предложили оставить отзыв о посещении и поинтересовались: все ли было в рамках закона? Он лишь кивнул в ответ и быстро прошмыгнул мимо дежурного. Возле машины кроме шофера его поджидал Тим. Как показалось Дэйву, каждая из его коротко стриженых волосин была отравленным копьем, направленным в его сторону. Однако телохранитель молчал. Его хозяин тоже молчал, нехотя деля салон автомобиля с охранником.