Время совершать ошибки

Глава 2

9 октября, среда

Он зашел в «Тренажерку» как обычно и пошел переодеваться. Там уже тусили какие-то парни. Дэйв закатил глаза к потолку. Прошло почти 6 месяцев как не стало его девушки, и уже больше трех месяцев он ходил в спортклуб каждый день без пропусков, но никак не мог взять в толк устройство этой организации. Кто ее спонсирует ? Даже какой здесь распорядок? Он совсем тупой? Выходит именно так. В июле к его персоне проявляли повышенный интерес, потом поняли, что он решил ходить всерьез и надолго, и о нем почти забыли. Почти…

– Опять пришел без охранника? – вырулил из душа Женя и вскользь прошелся взглядом по блондину.

– А кого здесь боятся? Тебя что ли? – уставился на него в упор Дэйв.

Парень в полотенце нервно хохотнул и отвернулся, делая вид, что полностью поглощен просушкой своих патл. У Дэйва засвербело на языке: хотелось больно поддеть Женю, заставить его смотреть в глаза и отвечать по нужной теме, а не эти хи-хи, ха-ха… Но перед лицом всплыло лицо Максима Кваснецова: как тот долго и подробно чертил и объяснял, что надо выжидать «подходящий случай», не пороть «горячку» и вообще помнить, что месть – это блюдо, которое подают холодным. С ненавистью к вытиравшемуся Женьке и остальным здешним обитателям, Гнески так саданул рукой по дверце железной раздевалки, что та лязгнула, ударила рикошетом больно по руке, окончательно выведя его из равновесия. Парень пинал ни в чем неповинную дверцу до тех пор, пока она не перекосилась и не повисла косо на одном верхнем креплении. Женя полуобернулся и молча наблюдал за ним.

– Рухлядь всякую закупают – ломается сама по себе, – прошипел, приходя в себя блондин. – И за что я бабки отстегиваю, если здесь нет ничего нормального? Тренера не шевелятся! Прогресса ноль от нуля! И еще галимое фуфло должно защищать мои пожитки!? Да тут надо не с охраной, а со своим сейфом приходить! Иначе вши из соседних кабинок точно перескачут на мои шмотки!!! Чё вылупился? Вон по тебе что-то прыгает, – это он не Жене, а какому-то новенькому парнишке, смотревшему на него разинув рот.

От греха подальше Дэйв побыстрее вырулил из раздевалки, так как находится рядом с Жекой и быть спокойным, сегодня видимо выше его скромных сил. Началась разминка с тренером: бесконечная отработка ударов. Он занимался на автомате. Через два часа выполз в ту же раздевалку и лицезрел новую дверцу на своем шкафчике, правда, точно такую, как и была. А у него не было от нее ключа. Попер в коридор искать.

– У нас тут не маслом мазано, конечно, но клуб элитный, компактный, комфортный, все под рукой и все друг друга знают. Так ты из спортивной школы, говоришь? – довольно гундосил новенькому пареньку Саран. Дэйва передернуло.

– Да. Я занимаюсь спортом давно и профессионально. Но у меня была травма, и теперь я не могу продолжать начатое направление – хоккей. Но спорт люблю по-прежнему. Хочу заниматься у Вас. Очень Вас хвалят!

– Это по любому, – кивал Саран. – Но к нам всех подряд не берут. Главный тренер даже не со всеми разговаривает… Он очень занят!

«Интересно же чем?» – подумал Дэйв и решил еще послушать, пока его не заметили.

– Я буду очень-преочень стараться!

– Ты хиловат, – поджал губы Саран.

– Это ничего. Я верткий и точный. И у меня отличные рекомендации. Вот, – новенький протянул под нос визави электронное устройство. Саран потыкал пальцами. Хмыкнул.

– Неплохо, но главного тренера сейчас нет. Оставь свои координаты, и мы с тобой свяжемся, если что. А если нет, то знай – мы просто так не станем тратить на тебя свое драгоценное время. Как тебя?..

– Жиган, меня зовут Жиган! И я уверен, что подойду Вам по всем параметрам. На 100% уверен!

– Ладно, чухай пока к выходу, – слив инфу, милостиво разрешил Саран.

– До свиданья! – улыбнулся угодливо пацаненок и исчез.

– Как же, как же, подойдешь… – развернувшись, Саран побрел в другую сторону, так и не заметив блондина.

Вилена, значит, нет. Кого же искать? Без энтузиазма Дэйв поплелся к тренерам и заметил боковым зрением, что дверь главного не на замке. Ткнул – она и открылась. Вилен Григорьевич собственной персоной сидел, удобно раскинувшись в кресле, попивал кофеек и рассматривал что-то на мониторе.

– Дэйв? Что-то срочное? Заходи. Всегда рад тебя видеть, – улыбнулся мужчина и предложил ему сесть.

– Да я еще не принял душ. Нет ключа от шкафчика.

– Мне не привыкать нюхать пот, так что не кипишуй. Раз пришел – говори.

– Да что говорить? Я думал, что Вас нет. Саран сказал, что Вас нет и не будет сегодня. Даже взял данные у какого-то пацана, кажется Жигана, и отправил его восвояси как и меня. Ну, чисто случайно нажал на Вашу дверь… и Вы оказались на месте! Даже не знаю, что теперь говорить, – беспомощно развел руками парень.

Глаза главного тренера на минуту сузились, но уже через мгновение он улыбался как чеширский кот:

– Тогда просто расскажи: как тебе занимается? Доволен новой индивидуальной программой, что я тебе подобрал?

– Скучно. Скучно и уныло. Нет драйва, нет отдачи… – потупившись, разглядывал пол ученик.

– Разве? – почесал руки тренер. – А я думал, ты всегда именно о такой программе и мечтал…

– Раньше да, было дело. Но сейчас я занимаюсь, а результата нет. Даже побаиваюсь по утрам ездить один к Вам в клуб без телохранителя. И в школе иногда опасаюсь. Всё не то… Если было бы можно, я бы теперь предпочел более действенные методы, ну, чтобы обучение было эффективнее. Вживую, так сказать…

– Знаешь, я иногда общаюсь с твоим отцом. Он говорит, что ты теперь живешь обособленно, родителей в свою жизнь совсем не пускаешь, но отец о тебе беспокоиться, переживает, чтобы опять не было побоев…

– Робин всегда не улавливает момент. Это, наверное, от того, что он уже старый пенек, – блондин посмотрел в глаза Вилену. – Я полностью готов брать ответственность за все здесь происходящее на себя, а предки даже не будут знать… Да оно им и не к чему. Ну, я чувствую, вот прям ощущаю, что во мне пропадает потенциал, а раскрыться негде! – Дэйв показно положил правую ладонь на область сердца.

– Я, конечно, учту твои пожелания и, возможно, смогу посодействовать, но не обещаю всего мгновенно. Ты же понимаешь? – тренер тоже проникновенно взглянул ему в глаза. Подопечный согласно кивнул. – А как учеба? Дела?

– Нечем хвастаться…

– Бывает. Ну, держи свой ключ, – Вилен дружелюбно протянул ему кусок железяки. – Если вдруг что… Ну, мало ли что… Обращайся. Всегда помогу.

– Спасибо.

Дэйв выплыл и в который раз спросил себя: знает ли главный тренер о похождениях своих подопечных, замешан ли он в инциденте с Индирой? Пока это был для него секрет.

***

Орлан вставал около 6 утра на учебу, но сегодня дикий вопль матери разбудил его, когда еще не было и пяти. Спросонья он в одних плавках выбежал с балкона и увидел Заграву, воющую на панель монитора. Рядом стоял отец и тихо матерился.

– Что случилось? – спросил пацан.

– Ах ты, душегуб! – взвыла мать. – Не сын, а пакость и подлость в одном лице! Ты почему мне вчера не сказал, что твой рейтинг стремительно вырос?!?! Я заключила вчера контракт на 3000 долларов, а сегодня мне уже предлагают 5000! Как?! Как это возможно!? Мы теряем деньги на ровном месте! Надо что-то делать!? Мы сможем перезаключить договор на более выгодных условиях, верно? – обратилась она к отцу.

– Надо было смотреть условия, – мрачно процедил мужчина.

– Можно поесть? – только и нашелся Орлан.

– Опять? – подозрительно посмотрела на него мать. – У тебя глисты?

– Есть хочется. Я же только вечером и ел за целый день.

– Дай ему что-то пожевать. Если он упадет в обморок в школе, то ни о каких контрактах больше и не мечтай, – сказал отец и стал собираться на работу.

Заграва всхлипнула, подошла к холодильнику, достала недоеденный кем-то завтрак в пластиковой упаковке и пихнула в сторону сына.

– Мама, как мне быть с электронной книгой? Я не могу учиться.

– Вот еще! Это проблема? Смотри на общий монитор и учись!

– Сейчас нет заданий для всеобщего обзора, все индивидуально, – пристраиваясь есть, ответил Орлан.

– Тогда пойди к завхозу и попроси новую электронную книгу. Или к заучу. Или к директору. Кто-то же должен обеспечивать малоимущих учеников всем необходимым? Вот и выясни за одно, может, тебе там еще что-то полагается? Сейчас много благодетелей.

Сын понурился. Про Филимона говорить не хотелось, да он не даст ничего. Кто будет слушать его стенания?

– Собирайся и иди сразу в школу, – повернулся к нему на выходе отец. – Ты должен стремиться к знаниям, и показывать это всем.

– Прийти в школу раньше чем на час? – сперло дыхание у парня.

– Да. Иначе будешь, как я, горбатиться всю жизнь за копейки…

– Но наш класс и так начинает занятия раньше других! Куда еще раньше-то? – взвыл Орлан.

– Стараться никогда не бывает рано. Нечего штаны дома протирать! – хлопнул дверью родитель.

– Во-во! Покрутись в новом кожкэше на людях, поподнимай свой рейтинг… и за книгу электронную не забудь! Можешь взять даже две или три… – подсев поближе к монитору, бросила через плечо мать.

Орлан уже дожевал свой скудный завтрак. Что делать? Он поплелся в школу к половине шестого утра. Всё было закрыто. Тогда он подошел и несмело постучал в дверь. Никакого отклика, а уже довольно холодно. Хорошо, что у него остались теплые вещи из спортивной школы, но долго стоять на свежем воздухе все равно не получится… От безнадеги начал бродить вдоль школьной стены.

– Ты кто вообще? – вдруг посветили на него из фонарика. – Почему пытаешься проникнуть в элитные классы, а? Отвечай! В кутузку захотел?

– Я… Я ученик этой школы! Замерз очень, вот и хожу вокруг школы, просто хожу, ничего не трогаю… – испуганно пробормотал пацаненок.

Его осветили фонарем по рукам и ногам, затем по лицу и в конце выдали:

– Топай с нами. Разберемся…

Вошли в здание, завели в кабинет, сфоткали и пробили по базе данных.

– Геморройный пацан – одни проблемы, но на воровстве еще не был пойман. Давай обыщем его, – сказал один мужик в форме охраны другому.

У Орлана неприятно резануло в животе. В следующие пять минут он разделся, плюс в дополнение его хорошенько ощупали.

– Чисто, – пожали охранники плечами. – Так чего ты приперся ни свет ни заря?

– У меня нет электронной книги… Хотел с самого утра искать, у кого можно поспросить… Я не знаю… – то ли от холода, то ли от происходящего унижения слезы сами собой начали капать из глаз. Что он за нюня? Рыдает перед неизвестно кем…

– А родители знают, где ты? – все еще подозрительно смотрели на него мужики.

– Они меня и послали… – еще всхлипывая, но старательно вытирая текшую жидкость, признался он.

– Одевайся. Сейчас выясним…

Охранники кому-то позвонили. По голосу Орлан догадался, что это была мать. Минут пять мужики пытались выяснить причины и обстоятельства по форме, но когда Заграва раскусила, что звонят из школы и пока ничего не случилось, она сама пошла в наступление и высказала все: и как дорого у них учиться, и что ничем не снабжают, и питания бесплатного нет, а ей так туго живется! Женщина расплакалась и стала просить помочь ее несчастному сыночку, который мечтает стать экологом (с чего она это решила?), а через минуту уже требовать свести Орлана с нужными благодетелями и обеспечить всем необходимым! Мать будто прорвало: она стенала и просила, и тут же угрожала мыслимыми и немыслимыми карами и органами… В итоге говоривший мужик прервал связь и хмуро разглядывал пол:

– Так… Сиди тихо и не рыпайся, – приказал парню, кивнув на скамейку прямо под камерой видеонаблюдения. Сами охранники ушли. Орлан сидел как оплеванный и только гадал: узнает теперь весь класс о его более чем бомжатском положении или нет? Наверное, к первому уроку все будут в курсе…

Уже развиднелось, и утро смело предвещало солнечный день, а он все сидел крючком. Почему-то болел желудок… Появились первые школьники – самые бедные учащиеся, которых собрали в классах последних букв своих параллелей.

– На, держи! – сунули ему что-то под нос. Поднял глаза – мужик-охранник давал ему электронную книгу. – Не надо благодарностей. Только предупреждаю: еще раз увижу в темное время под школой – жизнь малиной не покажется!

– Огромное спасибо! – пискнул Орлан, схватил протянутое устройство и побежал в класс. Там разглядывал свое «сокровище»: электронная книга была потертая, даже со сколом на одном углу, но включилась и исправно работала. Ему фантастически повезло! Пока… Он сидел в кабинете и тихонько наблюдал как приходят одноклассники. С ним никто не здоровался, но пялились на него. Чего вдруг?

Когда собралось две трети учеников, заполз Филимон. Хмуро всех обвел взглядом, остановившись на Орлане. Парень закляк. Сейчас классрук выгонит его взашей при всех, как и обещал вчера! Тот грозно оповестил:

– Те бестолковые ученики, которые надеются без усилий сдать выпускные экзамены, должны зарубить у себя на носу: никаких лазеек не будет, и никто без должного объема знаний не покинет нашу школу! Еще не хватало, чтобы кто-то из вас нас позорил!!! И я напоминаю правила поведение в школе! Встань Шкварок и громко зачитай всем вслух, как надо себя вести…

Орлан недоуменно уставился на учителя, вскочил и стал соображать: где же эти правила?

– На! – брезгливо протянул ему новую электронную книгу учитель. – Читай четко и ясно! Можешь оставить потом устройство себе…

Филимон шутит? Нет, похоже, серьезно. Орлан бережно взял второй за день подарок и начал читать…

***

Дэйв плюхнулся за парту. Как все задолбало. Ничего и нигде хорошего. Или он просто устал жить? К чему ему вообще все: деньги, слава, друзья-знакомые? Все это его не грело, а только калоло в глаза: денег у него меньше, чему любого из 1 района, и тем более меньше, чем у отца Хват. Да, его знают, но вместо помощи получаются одни палки в колеса – рекламодателям не нравится, что он больше не снимается в их рекламе, коротко подстригся, нигде не светится; геймерам он вообще вместо красной тряпки для быка – поливают его грязью на всю сеть до сих пор; да и обычные люди проходятся по его репутации как по авеню. От знакомых толку ноль – ни стоящих рекомендаций дать не могут (взять хотя бы того же Тертышного – он на него рассчитывал, а в итоге оказалось, что все его знания «пшик»), ни свести с нужными людьми не могут (вспомнить хотя бы эту бешеную собаку Беркли). Из друзей реально у него один Макс и тот вечно занят по горло: так и видно по бедняге, что язык через плечо еле волочет…

Сейчас Дэйв меньше думал о смерти. А сразу после ухода Индиры было острое желание последовать туда же. Слово «справедливость» он вообще выкинул из своего лексикона. Когда он очухался от действия снотворного на второй день, что ему вкололи добрые люди, чтобы облегчить страдания, Индиру уже объявили самоубийцей и потому принудительно кремировали, ее родителей выселили за пределы города, Решми с семьей тоже вынуждена была все бросить и переехать, правда, это позже. Он даже не имел возможности взглянуть на свою невесту… Проводить ее в последний путь… Оплакать… Все решили за него…

Дэйв ничего не соображал, а Беркли уговорил его объявить всем, что помолвка расторгнута из-за того, что невеста его бросила и укатила, своровав свадебные деньги. Сейчас он бы так не поступил, но тогда был как будто под наркозом. Даже его родители думали, что Индира плохо с ним обошлась: отец разыскал родителей индианки и предлагал «выбить» с них деньги.

Парень закусил губу. Как он жил все это время потом? Не жил, а существовал. Никуда не ходил и ничего не делал. Сидел и смотрел в пустоту. И тут, как ни странно, возникал Стивен Беркли и тянул, и показывал ему видео с места трагедии, и тыкал, что надо что-то предпринимать. Но на просьбу дать Дэйву пистолет или автомат отворачивался и предлагал включить мозги. Хотя Гнески и не должен был учиться в школе (закрыл заранее учебный год перед свадьбой), но должен был досниматься в рекламе. Парень дал резкий отказ рекламодателям с согласием на самые плачевные последствия по контрактам лишь бы от него отстали. Родителям он ничего не говорил, замкнулся в себе и думал лишь о своей смерти или о том, как отправить в ад побыстрее Женю, Сарана и еще троих парней из «Тренажерки».

Внезапно на помощь пришел Макс: приехал и в первых числах мая забрал его с собой на острова в Тихом океане. Там они и кобласились почти два месяца, за которые блондин признался брюнету в причинах своей «апатии», и умный Макс стал предлагать долгосрочный план мести. Поначалу Дэйв только отмахнулся и подумывал о плавании с акулами. Они вместе и поплавали, правда, то ли акулы были откормленные, то ли белокожие пацаны им были до лампочки – приходилось жить. Каждый день Гнески цеплялся с придирками к плану Кваснецова то с одной стороны, то с другой, то с тридцать пятой… Но когда в изнеможении Макс поднял руки и объявил, что сдается и больше не затронет эту тему, Дэйв созрел и понял: теперь он будет жить только ради мести. И точка. Однако сегодня ему было тяжело. Очень тяжело просто дышать одним воздухом с убийцами Индиры, поживающими припеваючи, и чувствовать нулевой прогресс. Казалось, он готов на все, лишь бы хоть что-то сдвинулось с мертвой точки.

С ненавистью открыл гаджет и решил посмотреть новости.

«Всех нас тревожит набирающий обороты «Шаг в вечность». Это новая суицидальная игра начала принимать опасный поворот в обратном направлении. Теперь желающий покончить с жизнью вместо того, чтобы самому прыгать под машины, толкает наиболее благополучно выглядящего пешехода под колеса, а сам ждет последствий. Мы призываем Вас быть бдительными, особенно если у Вас есть маленькие дети, а также препятствовать данным инцидентам, если видите их проявление. Не будьте равнодушными!»

Парень закатил глаза: что хорошего вообще можно ожидать от жизни и людей?

«А теперь к светским новостям. Компания «Глобал» официально подтвердила, что Дэйвид Гнески отказался сниматься в ближайшие пять лет. Конечно, это малоприятно для Мега-города, так как он был нашим «лицом». Сейчас горсовет объявляет конкурс под девизом: «Красота, любовь, характер – все присутствует во мне!». Пожалуйста, присоединяйтесь и активно участвуйте! Мы уверены, что в нашем прекрасном городе проживает огромное число умных, красивых, талантливых людей, которые с легкостью затмят дымку популярности Гнески-младшего и будут достойно представлять Мега-город в дальнейшем. К слову, на конкурсе просто фантастические суммы главных призовых мест! + Вы возглавите рейтинги и станете топовыми фигурами рекламных компаний! Подавайте заявки сейчас, просто наведя гаджет на спецкод внизу экрана, детально можно ознакомиться на сайте горсовета. Всем удачи!»

– Смотришь, как тебя смывают в унитаз? – подкрался к нему сзади Паша Черный.

Дэйв выключил устройство.

– Тебе-то что?

– Ну, как? Ты же мой одноклассник! В том году девчонки забрасывали меня просьбами встретится с тобой или передать весточку… А в этом глухо как в танке. Чему же радоваться?

– Ты передал аж ноль сообщений…

– Но сам процесс общения, вкус драйва! – Паша, казалось, что-то вкусненькое смаковал во рту. – Не понимаю, как можно отказаться от популярности, что сама плывет в руки?

– Иди на конкурс – тебя там ждут на первом месте. Чего здесь свой зад мостишь?

– А… Это. Я подумаю, подумаю, – закивал Черный, глядя куда-то в сторону. – А ты не хочешь внезапно заявиться в горсовет и уделать всех, а? Круто было бы! Только прикинь… Все снова у твоих ног…

– А я вот чувствую, что ты все время только и думаешь об экономике, только ею и бредишь, как хочет Тертышный.

– Не надо так шутить, – хмыкнул Паша. – Знаешь, каких цып я видел только сегодня утром? Стояли у нас в кафетерии. Сиськи – точно второй размер, ноги длиннющие, волосы развиваются… Совсем тут рядом. Может, сходим и мы с тобой попьем кофейку? Что нам стоит? Уверен, они еще здесь!

– Иди.

– С тобой…

– Я занят.

– Чем? Ты даже в гаджете не сидишь! Тупо смотришь неизвестно куда.

– Я вспоминаю понятия по экономике, а ты мне мешаешь.

– Да брось! Ну пошли, пожалуйста!

– Найди себе другого компаньона.

– Ну почему, почему мама не родила меня красавцем? Вот я бы реагировал на просьбы друзей! Помогал им составить личное счастье! А они бы точно меня за это отблагодарили!!! Хочешь: подарю тебе любую картину из галереи? Или статую? Или инсталляцию? Это всем и всегда нужные вещи!

Дэйв просто прикрыл уши руками, а Павел вздыхал на задней парте…

– Что, еще эта курва не пришла? – с порога ляпнул Серега, заходя в класс, размахнулся и пнул ногой по своему же рюкзаку. Тот с грохотом упал перед учительским столом.

– Не надо нашу директрису так называть! Она очень красивая женщина! – Черный подскочил на месте.

– Да всралась мне эта Великолепная! Дэйв, ты хочешь трахнуть Марию? Сейчас есть реальный шанс, – Серый подлетел к парте блондина.

– Что? – не понял Дэйв.

– Строила из себя недотрогу наша Машенька, а оказалось, что она уже две недели как не девушка. Прикинь! Надо ей тоже присунуть! Ты со мной?

– У тебя мозги совсем из черепушки вылились? – чувствуя нарастающую злость, прошипел Гнески. – Какое тебе дело до того, что творится у нее под юбкой?

– Я! Именно я сидел с ней все эти годы, и она мне не дала! И вся из себя такая щепетильная, жалостливая, невинная… Тюти-мути! А теперь саданула мне нож под ребро! Я думал, что буду у нее первый!

– Ты разве собирался на ней жениться? – тихо спросил сзади Черный.

– Этот Пашка живет по лоховским понятиям, – скривился Серый. – Надо брать от жизни все и по максимуму, ничего не обещая взамен! Так что, Дэйв? Ты или я подойдешь к ней первым? Наобещай ей там с три короба, помахай ресничками и веди в гостиницу, а дальше все пойдет по уже проторенной дорожке!

– Когда ты лежал в прошлом году в больнице, только Маша за тебя и переживала. Как ты можешь вообще так? – Дэйв смотрел на Сергея в упор.

– Значит, не хочешь? – приподнял бровь Серый. – Ладно, справимся и без тебя. Подумаешь!

В Дэйве все аж кипело: чем Серега лучше того же Сарана, что с улюлюканьем бегал по этажам недостроя за его невестой и та решилась сброситься вниз, но не попасть в лапы к парням?! Да ничем!

– Только тронь Марию хоть пальцем – снова окажешься в больнице, и никто уже больше тебя проведывать не будет. Никто!

– Что? Ты решил попотякать немного? Голос без хозяина подать? Да ты высохшее белое дерьмо! Сам никому не нужен! Если я хоть заикнусь, то уже завтра тебя в школу не пустят!!!