- -
- 100%
- +
Все началось в обычный осенний вечер, когда хандра окончательно парализовала мышечную активность, и идти никуда не хотелось, да и не нужно было.
Ливень назойливо стучал в окна, проверяя на стойкость мою нервную систему.
Нечего делать, некуда идти.
Кот неторопливо делал растяжку своих конечностей и периодически поглядывал на меня неодобрительно, как бы желая призвать моё обычное хорошее настроение вернуться к хозяйке. Тикали настенные часы…
Время! Будь оно неладно! Как бы убить это время? А ещё лучше управлять им! Заставлять двигаться, сменяя сутки и времена года, как нужно тебе!
От настольной лампы по стене ползали расплывчатой формы тени. Они были неинтересны и скучны.
Бабушкино зеркало. Помню, в детстве она говорила, что оно волшебное. Ну да! Волшебным образом лучше бы меняло мой утренний облик на сказочно- принцессочный, пока бигуди раскручиваю. Посмотрела в зеркало: «Ничегошеньки ты не волшебное! Самое обычное! Понял? В смысле, поняла? Или поняло?» А как это будет правильно по отношению к зеркалу? Да и чёрт с ним! Лезет всякое в голову! Посмотрюсь в него подольше. Вдруг поможет. Часы одобрительно тикнули, как бы поддержав мою идею.
Смотрюсь. Серебристая гладь переливалась фиолетово-зелёным. Странно…Сама не заметила, как, но бродя с зеркалом в руках, я оказалась между ним и настенным зеркалом в прихожей.
Понятно! Одно зеркало отразилось в другом, из-за этого получился оптический обман. Нет! Погоди-ка! А фиолетово-зеленый откуда? Я обернулась. Большое зеркало в прихожей тоже приобрело подобный оттенок, только с примесью голубого, полупрозрачного.
В приглушенном свете почудилось, что его поверхность стала тягучей и зыбкой. Я невольно протянула руку. Но вместо того, чтобы нащупать ровную холодную поверхность, моя рука провалилась в вязкую пустоту. Я выронила бабушкино зеркало. Не может быть! Любопытно и страшно. Страшно и ЛЮБОПЫТНО. Приблизившись я только смогла разглядеть, что там, за зеркальной рябью находится помещение с огромным количеством мебели, которая не стоит на полу, а висит в воздухе в нескольких сантиметрах над землей. Зазеркалье, блин!
Нет! Таких экспериментов мне не надо. Ещё чего! Следовать за собственным больным воображением? Это не про меня. Спать, надо просто включить телик и лечь спать. Утром даже не вспомню об этом!
И я решительно шагнула в зеркало.
Голова закружилась от странного ощущения, что вдыхаешь не воздух, а нечто похожее на гелиевую субстанцию. Поначалу накрывал панический страх, и захотелось немедленно выбежать обратно.
Я повернула голову. Вместо зеркала на стене красовалась картина явно викторианской эпохи в огромной позолоченной раме. На картине был изображен воин с копьем. За спиной у воина трепетали огромные белоснежные крылья. Картина была живая.
Постепенно я осознавала, что начинаю привыкать дышать этим необычным воздухом. И паника начала отступать. Надо осмотреться.
В комнате было достаточно светло, и предметы в ней не казались странными. Всё было обычным, кроме того, что мебель не касалась пола, а воин на стене медленно перевёл на меня свой взгляд и покачал головой, как будто бы осуждая мою трусость.
Я подошла к каминной полке. На ней хаотично располагались фигурки нэцкэ и божков всех возможных религий.
Над камином крест-накрест были размещены полковые флаги неизвестной мне армии. То тут, то там комнату прорезали полоски света, освещая самые дальние углы, в которых также было много комодов, стеллажей и кофейных столиков. На всех на них стояли либо статуэтки, либо красивые предметы сервировки.
– Долго намерена глазеть?
Я вздрогнула. Чуть хрипловатый, но зычный мужской голос вывел меня из любопытствующего транса.
Слева от меня стоял человек. На нём был дорожный плащ с капюшоном серого цвета, скрывавший черты его лица.
– Я только смотрела, – попыталась оправдаться я.
– Знаю. Всё про тебя знаю, поэтому и согласился прийти к тебе.
– Я никого не звала. Понимаете, в это трудно поверить, но я попала сюда через зеркало своей квартиры. Это странно звучит, конечно.
– Для обывателей, – перебил он меня.
Становилось непонятно, что хочет от меня этот странный грубоватый человек, который говорит, что пришёл за мной и все про меня знает и, притом, не объясняет ничего. Но спрашивать его об этом было как-то боязно.
–Кто Вы? – спросила я наконец.
– Ты можешь называть меня Проводником.
– Проводником куда? В мир мёртвых?
– По-твоему, ты умерла? – ответил он вопросом на вопрос.
– Не знаю. По ощущениям нет, но то, что я здесь противоречит всем известным мне законам.
– Известным ТЕБЕ! А какие законы ты знаешь? Ньютона? Архимеда? Кеплера? И с чего ты решила, что это вообще законы?
– Не знаю. Так говорила в школе.
– Ах, в школе! Казалось, он издевается или смеется надо мной. – Ну тогда тебе пора обратно в школу.
Разговор принимал настрой уничижительного, причём в мою сторону. Это начинало здорово раздражать. Но перечить и спорить я не могла. Это был единственный собеседник в данный момент. А я пока даже не знала, где нахожусь. Надо это выяснить.
– Тогда скажите, что это за место.
– Ты здесь живешь.
– Нет, я живу там, за стеной. Заодно не объясните, почему на стене картина вместо зеркала?
– А! Архангел! Он охраняет выход наружу.
– Выход откуда?
– Известно. Из хранилища времени.
–Хранилища? Это как склад?
– Хранилище просто для тебя будет понятнее. Здесь время практически останавливает свой ход. Сюда попадают, чтобы узнать то, что им необходимо. И обычному человеку сюда не добраться никогда.
– Обычному человеку? А я тогда кто по-Вашему? Хорёк?
– Человек. Но НЕ обычный.
– Необычный человек! Заманчиво звучит! Я, что, какая-то избранная?
– Можешь и так сказать.
– Избранная для чего? В чем моё предназначение?
– Это ты должна выбрать сама.
Чем больше я задавала вопросов, тем больше их возникало. В голове начала роиться целая фантасмагория из сумасбродных мыслей. Они перемешивались в моём сознании и не давали сосредоточиться.
Так, надо спокойно уложить «в ряд» всё, что он сказал.
– Ты готова? – Проводник в очередной раз прервал мой внутренний монолог. – Пора отправляться.
– Куда?
– Там узнаешь.
Хорошенькое дельце! То есть я- необычный человек, нахожусь в «Хранилище времени» и иду неизвестно куда с каким-то Проводником, чтобы определить свое предназначение. Отлично! А я ещё ругала вечер за скукоту и никчёмность!
Неизвестность происходящего и непонятность перспектив пугала меня. Но любопытство взяло верх. В конце концов, я могу встретить на пути кого-то более разговорчивого, кто поможет мне выбраться отсюда.
– Готова! – произнесла я почти отважно.
Из комнаты мы вышли прямо на дорогу. Не было коридоров, холлов, прихожих, крыльца, лестниц, ступеней. Просто зияющий своей величиной пустой дверной проём, через который мы вышли на просёлочную дорогу.
Сухая земля была спрессована и утрамбована так, что идти по ней было легко, словно по асфальтированной поверхности.
Ослепительно белое солнце висело прямо над головой. Когда глаза привыкли к яркому свету, то, посмотрев на небо, я увидела, что солнце было не одно. Их было несколько. Как будто бы в небе кто-то, следуя неведомой схеме, развесил круглые фонари. Было приятно тепло, удивительно комфортная температура радовала. Значит, идти можно долго, не замерзая и не обливаясь потом. Справа и слева от дороги простирались зелёные поля. Они были такими просторными, что кроме полей было ничего не видно. На них не росли ни цветы, ни кустарники, а сама трава, ароматная и сочная, была удивительно ровной и ухоженной. На миг мне даже показалось, что это искусственный газон. Я не удержалась от соблазна и потянулась к ней. В ту же секунду трава начала стремительно расти, и сама дотянулась до моей руки. Стало жутко. Проводник молча наблюдал за мной.
– Как это возможно? – только и смогла произнести я.
– Трава знакомится с тобой, – ответил он.
Я погладила нежную шелковистую поверхность, и зеленые колоски начали обратное движение вниз, пока не выровнялись с собратьями.
ЧуднО! Мы начали свой путь неизвестно куда. Проводник молчал. Надо было как-то начинать разговор. И я мучительно выстраивала в голове череду слов, из которых должны были получиться те вопросы, на которые мне хотелось получить ответы.
Чтобы расположить к себе Проводника, я решила начать с восхищенных вежливых штампов.
– Как здесь красиво!
Проводник не отреагировал. И я решила, что так поступает, наверное, большинство людей, попавших сюда впервые. Значит, надо быть не тривиальной.
– Какое, по-вашему сегодня число?
Проводник посмотрел на меня, как на сумасшедшую.
– А какое по-твоему? Здесь нет чисел. Мы ведем календарь в динах.
– «Динь» это как «день»?
– Можно и так сказать. Дин- временной промежуток, за который главное Солнце отвечает.
– А есть ещё и Главное Солнце? Где оно? Или это у вас такая ночь?
– Здесь не бывает чёткого дня или чёткой ночи. Всё зависит от того, где ты находишься, и кто правит в этом месте.
Отлично! По-моему, мне удалось его разговорить!
– То есть всё это место поделено на какие-то государства или княжества, как это тут у вас называется, и каждый правитель ведёт своё летоисчисление?
– Не совсем так. Мы подчиняемся единым вселенским законам. А оттого, на территорию какого духа (тебе будет проще понять Бога) ты попадаешь, такие условия тебя и окружают.
Ого! Значит, мы идём по земле, населённой богами, которые управляют погодой и сменой суток в ограниченном пространстве.
Хороши боги! Правят в рамках установленных полномочий. Совет министров, да и только!
– А Земля?
– Что Земля?
– На ней, значит, другие законы?
– А ты решила, что ты телепортировалась на другую планету?
– Есть такое ощущение.
– Нет, ты, по-прежнему, на Земле, просто в другом измерении. Как вы там называете? «Параллельный мир»? «Астральный выход»? У вас много названий, всех не упомнишь.
– Как тогда понять, какой сегодня день? Который час?
– Для чего?
Вот этот вопрос поставил меня в тупик.
– Ну, как? Так все живут.
– Все!
– Так принято.
– Кем?
– Ну мы же работаем, назначаем встречи, сдаем отчёты к определённому сроку, и вообще…
– Ах, вообще! Ну тогда тебе придётся уяснить, что «вообще»– это рамки, которые диктует физическое существование.
– А какое СУЩЕСТВОВАНИЕ ещё бывает?
– Иллюзорное, эфемерное, астральное, метафизическое, стихийное.
– Стойте, стойте! Пока достаточно. Вот Вы, например, в каком?
– Я- Проводник. Я умею менять состояние и проходить между мирами.
– И много существует миров?
– Никто не пробовал их считать. Но, боюсь, что вы ещё не придумали таких чисел.
Мы шли по моим меркам минут пятнадцать. Внезапно поле закончилось. На нашем пути возник лес. Деревья были огромными. Их верхушки были настолько густыми, что они полностью скрывали небосвод.
Необъятные стволы тянулись вверх с удивительной природной грацией. Повеяло сыростью и прохладой. Дорога, по которой мы шли, перетекала в узенькую тропинку, терявшуюся в чаще. Проводник не сбавлял шаг. Приходилось успевать за ним. Как только мы вошли в лес, раздался хлопок, и на границе тропинки и дороги появилась облачная завеса, практически скрывавшая от нас зелёные поля за спиной. Стало понятно, что путь назад был заблокирован. Ничего не оставалось, как идти вперед. Я перевела обеспокоенный взгляд на Проводника. Он был невозмутимо спокоен. Значит, здесь подобная смена декораций- обычное дело.
– Что за странное место?
– Владения.
– Чьи?
– Тьмы.
– Тьмы? Это место такое или….
– Или. Тьма- не то, что ты думаешь. Она управляет этим местом. Видишь, в каком лесу она живет? Любит природу. Но только растения. Это не такой лес, к которому ты привыкла? Верно? Прислушайся.
Да! Вот, что показалось мне странным. Не было слышно ни пения птиц, ни шуршания травы. Лес населяли самые диковинные растения, которые только можно себе представить. Но куда ни глянь, ни комара, ни паучка, ни шмеля на цветке я не увидела. Лес был величественным и тихим.
– А где живет сама Тьма?
– Её сейчас нет. Но обязательно её дождемся.
– Для чего?
– Ты должна познакомиться с ней.
– А откуда Вам известно, что её нет?
– Если она была бы здесь, ты бы это поняла.
– А чем она занимается, когда покидает это место?
– Помогает людям.
– Тьма ??? Помогает людям? Чем?
Темнота надвигалась плавно и медленно. Она перемешивалась с кислородом в воздухе, словно не хотела отравить человека своим внезапным появлением. Солнце отступало. Тьма пыталась показать свою деликатность и вежливость, поэтому пустила вперед себя сизые облака. Своей изменяющейся плотной ватой они покрывали небосвод. Это была настоящая мобильная армия. Напористая, бесстрашная и быстрая. Верные слуги, готовые превратиться в тучи и обрушить на головы недовольных потоки ледяной воды. Но эти крайние меры были не нужны. Человек не замечал сумерек. Человек бежал по своим мелким суетным делам и не видел, что за ним следили. Темнота наступала. Наконец, когда солнце окончательно скрылось за океаном, она зажгла на небе путеводные звёзды, чтобы человек не сбился с дороги. Разогнав свои мобильные отряды, Тьма нарисовала зашифрованные созвездия. Там, внизу, человек наконец-то поднял голову и замер в восхищенном почтении. Тьма была рада. Она заставила человека наблюдать за собой. Остановиться. Вдохнуть свежий прохладный ночной воздух. Человек заметил красоту ночи.
Оставалось только научить его расшифровывать тайные знаки созвездий.
Внезапно послышался топот. Страшный, как будто стадо носорогов неслась навстречу. Нам наперерез бежала огромных размеров пантера. Нет, нечто похожее на пантеру. Фосфорическим светом темно-фиолетовых глаз это гигантское животное захватило нас в свое поле зрения. Без сомнения, нас заметили. Животное неслось с бешенной скоростью. Чёрная, как смоль, шкура атласно переливалась на бегу. Оранжевая пасть была открыта, из ноздрей валил черный дым. Верхом на этом чудище восседала женщина. Её длинные волосы цвета воронова крыла развивались от каждого дуновения ветра. А черно-лиловое одеяние напоминало платье королев из фильмов про вампиров. Лицо женщины было бледноватым, но черты красивыми. Пушистые ресницы обрамляли искрящиеся глаза. Они были серебряными, без зрачков. Высокий лоб и выраженные скулы говорили об уме и твёрдом характере.
Пантера остановилась перед нами и опустилась, чтобы хозяйке было удобнее спуститься. Вместо этого Тьма взмыла вверх и, описав небольшой круг в воздухе бесшумно опустилась на тропинку.
Огромные глаза переливались ртутным блеском. Тьма разглядывала меня с явным любопытством.
Было немного не по себе. Молчание было невыносимым. Но прервать его первой не было желания. Монстровидная пантера шумно дыша, легла на переднюю лапу и уже собиралась дремать. Очевидно, она поняла, что её хозяйке ничего не угрожает.
– Её надо научить? – наконец произнесла Тьма.
У неё был слегка бархатистый, но звонкий голос. Слушать его было приятно.
– Как всегда, – ответил ей Проводник.
– Умеешь слушать? – спросила она меня.
– Друзья говорят, что умею.
– А слышать?
С этими словами она вытянула ладони, из них плотной вихреобразной тенью потянулся густой чёрный дым. Он залепил мне глаза, и я ослепла. Страха, почему-то, не было.
– Теперь слушай.
Вдалеке раздавались звуки, похожие на раскаты грома.
– Где-то гроза? – поинтересовалась я.
– Слушай.
Я постаралась абстрагироваться от ворчащей во сне Пантеры. Очень старалась. Но кроме раската грома вдалеке и мешающего дыхания огромного зверя, рядом не было слышно ничего.
– У неё не получается. Это был раздосадованный голос Проводника.
– Не торопи её. Она способная.
Постепенно мне удалось различить странное пение, почти полушёпот. Слова мне были незнакомы. Это был язык, похожий на чудаковатое древнее наречие. Я вслушалась. Голоса звучали то сверху, то снизу. Их было много. Но все они создавали единый монолитный речевой поток, который я вначале приняла за песню.
Внезапно меня осенило. Не может быть!
Я резко повернулась в сторону, где по моим расчётам должна была стоять Тьма.
– Я, что, слышу голоса деревьев?!?
– Что я тебе говорила! Способная.
Слова были адресованы Проводнику. Тьма учила меня слышать всё вокруг себя, различать оттенки и интонации, ловить настроение, чувствовать звуки, практически осязать их. Я стала понимать, сколько моментов в своей жизни я упустила, недослушав и недопоняв услышанное. Это был ценный урок. После Тьма велела мне обратить свой слух внутрь себя. Я услышала, как стучит моё сердце, как кровь перемещается из сосуда в сосуд. Как трещат нервные окончания, когда я начинала беспокоится. Мой организм представлял собой целый оркестр. И внутри меня тоже звучала музыка. Это был бой барабанов и плач виолончели. Это был струнный ритмичный гитарный мотив и протяжный зов охотничьего горна. Я слушала эту музыку и мне захотелось танцевать под неё. Внезапно Тьма подхватила меня, и мы взмыли вверх, кружась в танце под мою музыку. Она тоже слышала её. Не удивительно, ведь она умела слышать.
Это были невероятные ощущения: шёпот деревьев, танец в воздухе и музыка, звучащая во мне.
– Спасибо.
Не знаю, почему у меня вырвалось только это слово.
Тьма провела по моим глазам, и плотный туман улетучился с моих глаз. Теперь я с интересом рассматривала деревья, которые не переставали разговаривать с помощью листьев и корней.
Тьма развернула передо мной звёздную карту.
– Смотри на звёзды, спрашивай у них совета. Они мудрые. Они много видели. Они- твои друзья. Всегда придут на помощь. Даже днём. Днём, конечно, они не видны. Но теперь ты можешь их услышать.
Я кивнула.
– Ступайте. Ты усвоила урок.
Я не успела сказать ни единого слова. Молниеносно отреагировав на слова Тьмы, Проводник одной рукой обхватил меня за плечи и прыгнул. Собственно, я не до конца поняла, прыжок это был или полёт, но мы оказались на границе владений Тьмы так быстро, будто нас катапультировали или переместили в пространстве и времени силой левитационного волшебства.
Граница соседних владений представляла собой местами разрушенную каменную стену. Подобие таких можно встретить при осмотре западноевропейских феодальных замков. Такие стены рисуют в иллюстрациях к книжкам про рыцарей. Только в отличие от избитых картинок в серых тонах, цвет стены был коричневато- оранжевый, словно камень был покрыт ржавчиной, расползавшейся по нему долгими десятилетиями.
Проводник шепотом произнес слово на незнакомом мне языке. Стена расступилась практически бесшумно. Мы прошли на другую сторону. Соединяясь в единый монолит, камни издавали оглушительно громкий звук, создавая ощущение обильного камнепада в горах. Эхо разносило грохот повсюду.
– А здесь кто живёт? – спросила я едва утихла оглушительная какофония.
– Настройся, приготовься и ничего не бойся.
Ничего не скажешь! Отличный исчерпывающий ответ! И, главное, успокаивающий и вселяющий оптимизм.
– Приготовиться к чему?
– Будет немного жарко.
Перед нами простиралась саванна. И песок под ногами и небо имели оттенки спелого персика. Солнце кроваво-красного оттенка напоминало пузырь с бурлящей лавой.
Мы двинулись вперед.
– А нельзя также переместиться в пространстве, как после встречи с Тьмой?
– Ты должна пройти путь, чтобы усвоить урок. Определённый путь до конкретной точки.
В голове поневоле возникло до боли знакомое «из пункта А в пункт Б выехал поезд со скоростью…» Проводник прервал поток моих воспоминаний.
– И, нет. Мы не совершали прыжок. Я просто нужным образом развернул пространство относительно нас.
Я чуть было не спросила, как этот происходит, как вдруг вдалеке послышался оглушительный треск.
Огонь был уже совсем близко. Становилось невозможно вдыхать этот раскаленный воздух. Роса на листьях деревьев шипела, превращаясь в пар. Сами листья сворачивались и стремительно покидали кроны, не в силах противостоять самой сильной стихии на свете. Ветер- вечный и верный соратник пламени играл с природой, помогая Огню распространяться с бешенной скоростью. Ветер был весельчаком. Он направлял Огонь, бросая его горячие стрелы во все стороны света. Огонь гнался за Ветром и сметал всё на своём пути. Это был настоящий танец смерти, после него живое погибало, а неживое уничтожалось бесследно. Дождь пытался остановить их и начал атаку водными преградами на их пути. Но это только раззадоривало Огонь. Он злился и набрасывался на водные баррикады всё яростнее и агрессивнее. Он не терпел поражений. Ветер помогал ему, поднимая вихри воды с земли и вытягивал их в гигантскую воронку над лесом. И там Огонь расстреливал воду, а Ветер относил клубы побежденного врага к земле, вбивая их в потрескавшуюся почту.
Надо было немедленно бежать.
Проводник решительным жестом пресёк мою попытку к бегству.
– Стой спокойно. Не дёргайся.
Легко говорить!
Ветер стих. На месте, где ещё мгновение назад бушевало пламя, возник расписной шатер. Шкура коричневого цвета с орнаментом, напоминающим арабскую вязь с нанизанными на нее руническими символами сама по себе распахнулась, и из шатра вышли два молодых человека. Один из них был высокий, темноволосый с глазами цвета грозового облака. Одет он был в серый костюм напоминавшим моду 40-х годов ХХ века. В руках он держал шар, внутри которого клубился дым и сверкали молнии. Второй, круглолицый и румяный выглядел, как древнеримский полководец в золотых доспехах с коротким оранжевым плащом. Волосы его состояли из языков пламени, вращавшихся вокруг его головы.
Они быстрым шагом направились к нам.
– Какая приятная встреча! Ну! Не надо бояться. Уж вам-то мы не причиним вреда.
Громкий и задорный голос принадлежал Огню. – Верно? – повернулся он к Ветру.
– Абсолютно.
Ветер говорил также громко. У него был приятный баритон.
В приличном обществе (а общество богов явно было таковым) принято здороваться. Но слова как будто застревали внутри меня и совершенно не желали быть воспроизведёнными.
За меня эту проблему решил Проводник.
– Мы рады вас приветствовать, господа. Не судите строго. Наша ученица чересчур испугалась.
– Ничего. Мы понимаем, – произнес Ветер. – Подойдите, моя дорогая. Давайте я познакомлю вас с Оракулом.
Он кивнул в сторону шара. Будто услышав его, молнии внутри Оракула перестали хаотично двигаться и замерли на месте.
– Не бойся. Иди.
Проводник произнес это полушепотом, почти не шевеля губами.
Я медленно с опаской двинулась вперёд.
Резким молниеносным выпадом, схожим с броском кобры, Огонь накинул на меня свой плащ, и мы оказались внутри шара.
Видимо, мы уменьшились в размерах, или круглые стеклянные стены так искажали пространство по ту сторону, что Проводник, оставшийся снаружи, показался мне гигантским.
– Все в порядке. Ты пришла сюда, чтобы получить великий дар, – быстро заговорил Огонь.
– Мы здесь, чтобы научить и оберегать тебя, – подхватил Ветер. Он также оказался внутри шара.
– Скажи, что ты чувствуешь? – Огонь подошел ко мне почти вплотную. – Говори, что приходит на ум. Описывай все свои эмоции.
– Я чувствую страх, недоумение, непонимание. Я пугаюсь неизвестности того, что произойдет. И мне интересно. Немного.
– Хорошо. Изнутри тебя сейчас разрывает сразу несколько эмоциональных всплесков. Попробуй дать им волю, но и контролируй одновременно. Выпускай их по очереди, словно собак с короткого поводка на длинный. Начинай.
Это была сложная задача. Если мои эмоции- это собаки, то их поводки безнадежно запутались. Их было невозможно разделить.
– Я не знаю, как.
– Хорошо. Мы поможем. Какую эмоцию она назвала первой?
– Страх, – тут же ответил Ветер.
– Страх…, – повторил Огонь медленно. Хорошо. Думай только о том, чего боишься в конкретный момент. Сконцентрируйся на страхе.
Я постаралась, насколько это возможно, проанализировать, чего же, все-таки, я боюсь. И когда мои мысли, и сосредоточенность вмешались в бушующий эмоциональный поток, произошло что-то странное. Страх, накрывший меня было с головой, стал отступать под натиском логичных аргументов.
– Расскажи, что происходит с твоим страхом, – попросил Ветер.
– Я утихомирила его, попыталась разложить на составляющие, настроившись на причину возникновения страха. И он стал утихать.
– Хорошо, – казалось, это было любимое слово Огня. Или это было его искреннее стремление приободрить каждый мой следующий шаг. – Теперь дай своему страху свободу, отпусти его, – и метнул в стеклянную стену шаровую молнию.