Сказки огненной лисоньки чаровницы. Сборник Психологических Сказок
- -
- 100%
- +
– Пить, пить, пить…
Тогда она сделала первый шаг к первому кругу и напоила розы водой до последней капельки. Перед её глазами возникла красно-розовая туманная дымка, и в ней она увидела свою любимую семью, своих родных, дорогих и близких.
– Это малый круг – твоя семья, твой Род, кто близок тебе по крови, по душе, по племени, и они всегда будут любить тебя. Береги эту светлую любовь, – молвила мышка.
Вода в чаше снова наполнилась до краёв.
На втором круге Алиса полила оранжевые бархатцы и увидела в оранжевой дымке круг верных друзей, добрых знакомых и даже случайных встречных помощников на своём пути.
Третий круг влияния, напоённый водой из самонаполняемой чаши жёлтых тюльпанов как даров солнца, в дымке золотых лучей отразился в выборе дела по душе, тем, в чём Алиса была проявлена прекрасной мастерицей.
С четвёртым кругом Алиса проделала то же самое, что и с первыми тремя. Здесь зелёный папоротник заискрился маленькими огоньками и на нём появились цветы, которые в обычном мире невозможно встретить. Только ходит об этом молва про большую удачу и грандиозный успех. В изумрудной дымке девушка увидела дающие знания и как сама может передать это богатство другим.
В пятом круге, в дымке небесно-голубых гиацинтов, Алиса увидела свои мечты, которые осуществились в её жизни и которые ещё только находятся на полпути.
На шестом синем круге, сапфировой дымке, она увидела соблюдаемое равновесие, баланс брать и давать, помощь другим людям и гармонию в себе.
Седьмой, самый большой фиолетовый круг, напоённый водой, остался неизменным и только покачивал головками прекрасных ирисов в благодарность Алисе.
Девушка в растерянности посмотрела на мышку Люцию и шёпотом спросила:
– Почему седьмой круг, моих любимых ирисов, не отозвался во мне?
Мышка выдержала паузу и ответила:
– Девонька, Девица-Красная, хорошая да пригожая, не готова ты пока влиять на мир и всё человечество, может, сомнения силы тебя лишают, увидеть ясное, да явное увидеть не дают.
Золотая чаша вернулась в центр семи кругов и там исчезла. И тут вдруг Алиса поняла, прочувствовала послание будущего для себя и вспомнила заклинание из тетради:
«Не простым путём пойдёшь,
Дар и радость обретёшь!»
И как только Алиса произнесла вслух эти слова, солнечная поляна растаяла в белой дымке, а на руке у Алисы появились шесть радужных браслетов, сверкающих в изумительной огранке камней самоцветов: красные рубины и гранаты, оранжевые опалы и янтарь, жёлтые цитрины и турмалин, зелёные изумруды и александрит, голубые аквамарины и топазы, синие сапфиры и лазурит. А седьмым оказалась только фиолетовая ниточка. Браслеты звенели, шуршали, бренчали, как бы разговаривали друг с другом на особом, неведанном, Алисе языке камней, впрочем, она подумала выучить этот язык на досуге. Алиса радовалась и была счастлива, да призадумалась о масштабе своей личности и обо всём другом на свете. Мышка восхищалась красотой природы камней самоцветов и радовалась волшебному подарку Алисы от солнечной поляны, потом добавила своё мудрое слово:
– Всему своё время, всё придёт к тебе и откроется, да и фиолетовая ниточка драгоценностью в мире проявится.
Тем временем клубочек дальше по дорожке катится, да путь указывает, а за ним поспевают Алиса с мышкой. Долго ли, коротко ли шли по дорожке путешественницы, только стала Алиса замечать, что очень устала, ещё шаг один-другой – и с места сдвинуться больше не сможет.
– Ой-ой! Девица, да ты у меня совсем обессилила! Потерпи, милая, энергия тебе, как воздух, нужна. Скоро всё поправим. А ну-ка, клубочек разлюбезный, быстрее короткий маршрут в навигации составь, да по месту локации нас к Источнику Энергии силы приведи! – сначала запричитала, потом просила и указала, что делать, мышка Мила.
Клубочек перестроил маршрут пути, и через пять минут Алиса с мышкой оказались у высокой горы, похожей на стоящую каменную женщину, по которой сверху вниз, по выступам камней, лилась, нежно журча, переливаясь капельками-звёздами в лучах солнца, – живительная вода, образуя глубокую купель у самого подножия горы.
Хотела Алиса в воду зайти, да стена прозрачная не даёт к купели Источника приблизиться. Смотрит Алиса на прозрачную стену и глазам своим не верит, как вдруг, откуда ни возьмись, появилась перед жаждущей, словно из воздуха, молодая красивая женщина в серебристом длинном одеянии до пят. Роскошные волосы украшала на голове жемчужная диадема, и отдельные жемчужины на серебряных нитях вливались в пряди русых волос. На груди женщины Алиса увидела большой камень-амулет – голубой бриллиант невиданной чистоты и великолепной, волшебной красоты.
– Здравствуй, Алиса, знаю, за чем ты ко мне пришла. Я, Мааян-Таллула, моё имя означает «источник прыгающей воды». Я – Хранительница Источника Энергии силы, – приветствовала гостей с улыбкой на устах женщина стихии воды. Алиса и мышка Мила поздоровались и поклонились Хранительнице, и вежливо просили разрешения приникнуть к Источнику. И даже клубочек в умоляющем молчании притих у ног своих путниц.
– Я разрешаю вам, гости дорогие, взаимодействовать с моим Источником прыгающей воды, но только есть одно условие: пройти сквозь стену сможет тот, кто знает заговор исцеления на воду. Кто читал волшебную тетрадь и может вспомнить, тот и откроет мою тайну целительной воды. Мышка Люся, не суетись и не вздумай подглядывать в тетрадь. В противном случае, без всего останетесь и ни с чем домой отправитесь. Алиса думала, гадала, забавные тексты вспоминала, то, что ещё утром в тайной комнате читала. Может быть, она и была в чём-то легкомысленной, и над её головой вился ореол беспечности, но на память Алиса никогда не жаловалась, особенно то, что её увлекало, как птицу в небо или рыбу в воду.
…И вот такой заговор, подходящий один-в-один, Алиса вспомнила и обратилась с ним к Источнику воды:
Вода, водица, небесная царица,
Будь мне любимой матушкой, родной сестрицей!
Кристального ключа вода, водица стекала,
Серые камни омывала, бела гора стала.
В купель попала, там прыгала, скакала,
Светом золота и серебра худо исцеляла.
Энергией жизни и верой наполняла.
Хранительница Источника прыгающей воды оказалась очень щедрой, и, конечно, ей понравилась эта троица друзей, похоже, как клуб весёлых и находчивых. И ещё Мааян-Таллула рассказала, как правильно надо входить в контакт с водой. Поэтому все трое вместе – Алиса, мышка Мила и клубочек – прошли сквозь прозрачную стену и подошли к Источнику. Алиса и мышка Мила сложили руки и лапки лодочкой и пили воду с ладоней, затем умыли лицо и мордочку. Клубочек опустил конец нити, как хвостик, в воду, затем окунул один бочок, другой, не удержался и плюхнулся в купель всем своим круглым объёмом, быстро показался на поверхности и, чтобы не быть «сырой головой», весело подпрыгивал и скользил по воде, как фигурист-чемпион по льду. Мышка Люция, она же Люся, она же Мила, нырнула в воду с головой и исполняла вычурные «па» аквааэробики, наслаждаясь всем своим мышиным тельцем радости принятия воды. Алиса легко сбросила одежду и, обнажённая, спокойно вошла в воду и погрузилась в состояние высокого релакса, не обращая внимания на двух резвящихся чудаков.
Стихия воды в купели Источника силы Энергии жизни вела себя по каким-то секретным, глубоководным, возможно, и космическим законам. Во-первых, вода на поверхности всегда была спокойной, гладкой и кристально-прозрачной; при нырянии брызги не появлялись, от слова «совсем». Во-вторых, тело могло погрузиться на ту глубину, исходя из своего желания. В-третьих, бесчисленные маленькие шарики – прыгающие капли воды – под первым спокойным слоем двигались в хаотичном потоке, закручивались в вихри и спирали, создавали волны из гребней и впадин, бурлили потоки горячей и холодной воды, смешивались и рисовали бесподобные водные картины – то, о чём думает любое живое и неживое существо, как свободная мыслеформа и сущность природной живой воды.
Тем временем мышка и клубочек, наполненные энергией, отдыхали на ступенях из камня, а Алиса, пользуясь случаем, перешла из положения степени релакса к активной форме взаимодействия с энергетическими потоками воды. Если сказать короче, она плавала, резвилась, играла от души, в полном контакте с водой.
Когда купание завершилось и Алиса была одетой, Хранительница прыгающей воды взяла один шарик-каплю и положила на ладонь руки, а другой – с помощью пассов – на глазах удивлённой публики вырастила кристалл с серебристыми живыми шариками внутри.
Мааян-Таллула подарила этот прозрачный кристалл-артефакт Алисе и сказала:
– Кристалл твой – это барометр силы Энергии Жизни. Живая вода будет показывать тебе, насколько энергией жизни ты наполнена и сколько сил у тебя осталось. Капли воды будут двигаться по принципу: очень быстро, быстро, медленно, очень медленно и застыли. Как понимаешь, до последнего лучше не доводить.
Мышка Мила получила флакон с живой водой, а клубочек – маленькую звёздочку-заколку. Алиса от всего сердца поблагодарила Хранительницу Источника, а также рассыпались бисером в благодарности мышка и клубочек. Все трое попрощались с Мааян-Таллулой, она хлопнула в ладони, и путешественники в один миг оказались перед задней дверью весьма необычного дома.
Алиса толкнула дверь и первая вошла в дом. Она поняла, что оказалась на просторной старинной кухне, которая выглядела как лаборатория-коворкинг ведуньи. Клубочек и мышка тоже приобщились к изучению здешнего убранства. И вот, когда с рассмотрением всех графинчиков, флаконов и пробирок, чаш разной величины и котелков, а также соцветий растений, пучков травы и многого другого было закончено, мышка Люция, используя свои педагогические способности, объяснила Алисе всю суть и дело происходящего процесса с уклоном на лучший результат:
– Алиса, у тебя непростая задача, как всегда и как ты любишь. Тебе надо сварить эликсир «Возвращение» или, по-другому, «Дом-портал». В состав эликсира входит четыре ингредиента:
– твои способности к выживанию,
– твои ценности,
– твоё племя,
– твоя энергия.
– И ещё есть одно опасение: если что-нибудь напутаешь, навеки здесь останешься, а тебе обязательно надо с Даром домой вернуться, – закончила Мила.
Алиса растёрла ладони рук, как будто дело мастера боится, хлопнула три раза в ладоши, рассмеялась и со знанием дела принялась за приготовление эликсира. Рецепт она быстро нашла в волшебной тетради, которая, впрочем, сама на нужной странице открылась. Далее Алиса нашла малый медный котелок, вылила половину флакона ключевой воды, которую мышке дала Хранительница.
Составляющим «способности к выживанию» стал отрезок нити, которым любезно поделился клубочек, и один щелчок пальцами руки сделала Алиса.
«Ценности» – это три бусины от блестящих новогодних шаров с браслета из дворца с украшенной ёлкой.
«Племя» – шесть разноцветных камней-самоцветов (по одному камню из каждого браслета), а также плюс фиолетовая нить.
«Энергия кристалла» – Алиса согрела кристалл в руках, и её энергия жизни в виде шарика-капельки легла в котёл последним ингредиентом.
Алиса чувствовала свою силу древней ведающей женщины, знающей всё наперёд, как и что надо сделать здесь и сейчас, соблюдая при этом равновесие – сколько точно вешать в граммах, а также следить за текучей рекой времени. И когда в котелке вода закипала на медленном огне, текучий, флюидный, переливающийся разноцветными огоньками состав эликсира готовился, Алиса, помешивая по часовой стрелке шумовкой, шептала необходимое заклинание на «Возвращение». В этот час Алиса творила, как в экстазе волшебного мастерства.
Раз – два – три – четыре – пять,
Дома буду я опять.
Эликсир скорей приму,
Свой Дар я обрету!
Когда Эликсир Силы был полностью готов к употреблению, Алиса поблагодарила и попрощалась с Мышкой Люцией и клубочком. Они остаются жить в своём мире, и, может быть, когда-нибудь встретятся снова. Волшебную тетрадь по праву владения Алиса взяла с собой.
Она сделала пять глотков эликсира, и в тот же миг всё закрутилось, завертелось перед глазами Алисы. Последнее, что она успела подумать, так это:
– Сработало! На все 100%!
Очнулась Алиса у себя на кухне, в своей квартире, в доме, где раньше жила, – в маленьком городке, таком удобном, родном и с детства знакомом.
Она часто вспоминает своё значимое путешествие в волшебном мире. Алисе часто снятся сны, в которых она встречается с мышкой Милой и клубочком. Она изучает язык камней-самоцветов и цветов, собирает свою коллекцию волшебных предметов и ведёт картотеку заложенных в них сакральных смыслов и применений с взаимодействием, а также пополняет записями волшебную тетрадь. Это было для Алисы начало перемен – очень приятных и счастливых перемен.
И с тех пор, жизнь Алисы очень изменилась, она верит в себя, живёт настоящей наполненной жизнью, в городе больших огней, то о чём она так мечтала, начинает успешно сбываться и удачно складываться, да и огненная Лиса-Краса надёжно её от не ладного защищает. Алиса свой Дар в творчестве и новых свершениях проявляет и Силу всё больше обретает.
*В поместье Красные Лисы, в дом радости и счастья, Алиса часто приезжает, волшебство её жизнь обогащает, теперь она точно знает, понимает и подтверждает: «Все краски жизни, в твоих руках!»
4. Сказка о том, как девица-красавица разрешение от Рода на свою жизнь получила
В одном стольном граде, что сиял краше всех на матушке-земле, жила-была девица-красавица, и величали её редким именем Фаина, что означало «славная, яркая, блестящая». Все в округе, от родных до соседей, ласково звали её Фая.
С детства была Фая весёлой да резвой, словно солнечный луч, что в двух местах разом пляшет. Матушка-природа щедро одарила её талантами: кистью она творила чудеса, музыка в её руках лилась, как ручей, танец её завораживал, а рукоделие спорилось, будто само собой. Всё, за что бралась Фая, сияло, как звезда в ночи.
Родители дивились:
– Откуда в нашей семье такая диковинная девица? – и гордились её дарованиями, хваля наперебой.
Таланты Фаины родители не пестовали, не водили её к мастерам, что могли бы раскрыть её дары.
– Пройдёт это баловство. Лучше выбрать дело твёрдое, да надёжное, что бы злато в дом приносило, да надёжно было, – говорили они.
Но не всё в семье Фаи было ладно. Родители её, хоть и любили дочку, меж собой бывало ссорились, словно грозовые тучи сталкивались. То гром, то молнии, а после – тишина, но каждый шептал Фае:
– Матушка твоя не права, – или:
– Батюшка твой виноват.
Думали они, что так и должно быть, что все семьи так живут. А Фая, мягкая да сердечная по нраву, как малой котёнок, была беззащитна перед этой жестокостью, вынести этой бури. Любила она и батюшку, и матушку, и от их слов горькие слёзы лились из её глаз, словно роса поутру.
Стала она для родителей светом в окошке, боялась их огорчить, старалась угодить обоим, храня в сердце свою доброту и мечты. Так и росла Фая, словно яркий заморский цветок меж камней, сияя, но без родительской опоры.
Выросла Фая и стала красавицей – стройная да изящная, светло-русые волосы по плечам мягкими волнами спускались, в ясных глазах искорки-огоньки, как звёздочки сияли, а ресницы длинные, что у лани лесной, губы алые и улыбка на лице добрая, лучезарная. Только вот сама она свою красоту особенной не считала, как будто себя не видела.
Правда, есть у Фаины сила, да и воля далеко не отходит, тверда и настойчива может быть, особенно когда старается помочь другим. Природная живость её характера не позволяет смотреть спокойно на чужие страдания, вот и идут к ней люди за советом да помощью.
Сохранила Фаина любовь свою в сердце, вот дети и животные её в ответ любят, без страха к ней тянутся, словно молодую травушку к ясному солнышку. Так и стала Фаина учителем – уму-разуму малых деток учить, по добру, по совести жить, да добрым делам в радости служить, красоту мира видеть, да таланты свои проявлять.
Злата в доме не прибавилось, тогда Фаина, чтобы о ней плохого не говорили, ещё работы себе другие набавила, а денежки, как вода из рук, вытекали. Девица на свои плечи хрупкие все заботы по семье взвалила, да не сломилась, а как ивушка гибкая, что гнётся, да не ломается, всё выдержала.
И вот однажды небеса на добрые дела отозвались, и Добрая Судьба встречу с суженым Фаине подарила – с тем, кто её долгое время искал, в жизни по судьбе предназначенной. Полюбили они друг друга верно да искренне, вскоре свадьбу сыграли и стали жить в ладу, счастье и радости. Фаина так любила своих родных и дарила им всю любовь без остатка, не знала она, не думала, что по-другому может быть, да только любовь, как будто чистой водой с её глаз пелену сняла.
И увидела себя тогда Фаина, что жила раньше не своей жизнью, а только родным да всем другим угождала, всем помогала, а о себе настоящей и думать забывала. Таланты свои девица-красавица где-то в стороне оставила и печатью печали свой путь в жизни сама себе, как на амбарный замок, закрыла.
И чем дальше, тем больше кажется Фае, что связывают её путы крепкие, по рукам и ногам, шагу не дают ступить широкому, расправить крылья сильные, вздохнуть глубоко чистым воздухом. Стала Фаина всё чаще тосковать да печалиться о свободе, о чём-то неведомо прекрасном, что собственной жизнью зовётся и песней души откликается.
Как же так? Вроде бы Фаина понимать про себя стала, а по-новому жить у неё не получалось.
И вот однажды сидела Фаина вечером у окошка, когда ясное солнышко за гору спустилось, когда тёплый ветер шептал о чудесах, а янтарная луна надела корону, села на трон и ударила серебряным жезлом в синий бархат ночного неба. Ранние маленькие звёздочки, как светлячки, разлетелись по небу, и видится Фаине, будто выстроился прекрасный лунный мост от её открытого окна и уходящий куда-то вдаль.
Поманил её лунный мост, сотканный из серебряных нитей. Чувствует Фаина, как будто неведомая сила тянет её встать и идти. Очарованная прекрасным видением света янтарного блеска луны, Фаина отправляется в путь по мосту, шаг за шагом, и вышла девица на дивную поляну, где горит костёр, да алыми языками пламени в небо вьётся-извивается.
А вокруг того костра, на курульных креслах резных из красного дерева, да бронзой украшенных, что в старину лишь князьям и знати служили, восседали мужчины и женщины в свободных белых одеяниях, лёгких, словно облака.
Всё кругом сияло торжественным белым светом, будто светило, звезда небесная, на землю упала, и то сияние Фаину в первый миг ослепило, и в этом море белизны ничего не могла различить девица. Но вот глаза её привыкли, и узрела она лица людей, что казались ей родными, будто с детства знакомыми. С улыбками тёплыми встретили они девицу, по имени её кликали, словно ждали давно.
– Присядь, Фаина, краса наша! – молвили они, указав на кресло, как трон пустующий, что для неё берегли.
И вот поднялся Старейшина, величавый, с очами мудрыми, и молвил голосом, да по-родному, по-доброму, что эхом в сердце отзывается:
– Не бойся, Фаина, дочь наша любезная, наследница светлая! На Совет Небесных Предков тебя призвали мы, дабы благословить на путь твой. Все мы, род твой древний, желаем тебе счастья, добра и света в судьбе твоей! Но сперва тебя слушать будем, в чём твои горечи и печали таятся, да кроются.
– Благодарствуйте, Род мой славный, достойный и могущественный! Поняла я, что сбилась со своего пути и жизнь чужую проживаю, не свою, которая мне небесами предназначена. Для других живу, чтобы им лучше было, по привычке, да по разным важным случайностям на помощь другим всегда прихожу. Мне это в радость, а душа моя тихо-тихо слёзы льёт, как птица вольная, она в подземелье сидит, путами связанная. Вот старалась я вызволить её на свет божий, а не могу замка открыть двери тяжёлой, каменной. О чём раньше мечтала, я вспомнила, а собственной жизнью жить, к чему не приступала, не получается, – так держала своё слово Фаина перед всем Родом, и перед собой искренне.
По знаку Старейшины, ведунья принесла серебряную чашу с водой для Фаины и молвила:
– Смотри в чашу, чаровница, а что видится, нам рассказывай!
Склонила голову девица над серебряной чашей, смотрит в зеркальное отражение, и слёзы из глаз её ясных в воду капают и кругами расходятся. Вдруг зарябила вода, потом выпрямилась, и дымкой серебряная гладь покрылась. Ушла дымка, и увидела Фаина в реке Памяти давно забытые воспоминания прошлого, когда мала была, да неразумна, соглашалась с теми, кого любила больше всех на свете, и на них похожими быть хотела.
Стала вещать Фаина перед всем Небесным Советом то, что вправду видится и слышится, а не просто кажется.
– Жарко баньку натопила бабушка, и вот они вместе моются. Девчушке Фаечке года четыре недавно исполнилось. Смотрит она на бабушку и спрашивает:
– Бабушка, а почему у тебя на коже такие пятна красные, шелушатся, некрасивые?
Отвечает бабушка со вздохом:
– Да, война была, окаянная, голодно, холодно было. За десятерых работали, свиней опилками кормили, а они чесались, вот от них, наверное, и заразилась. Сами мы мясо не видели, всё воинам-защитникам отсылали, а нас лес выручал…
Маленькой Фае так стало жалко любимую бабушку, что согласилась она молчаливо взять себе эту болезнь и сказала в душе:
– Бабушка, я так тебя люблю! Я буду также, как ты. Я не могу позволить себе быть здоровой, и из любви и преданности к тебе я буду терпима и буду болеть, как ты!
Вспомнила девица, что сама та болезнь появилась, когда ей от роду лет семь было. И старушки заговаривали, и к лекарям водили, а мало что помогло, а пятна на коже красные то пропадут, то снова появятся.
– Вечером батюшка пришёл с работы, он должен был навар принести, да прокутил всё, пустил деньги на ветер. Ссорятся родители между собой, матушка оскорблённая ушла плакать, в слезах причитает, чем семью кормить не знает, батюшка свою вину горькой заливает.
Утешает Фая свою матушку, по голове гладит, слёзы ручкой маленькой вытирает и решает в душе:
– Матушка, милая, да любимая, я так тебя люблю! Из любви и преданности к тебе я также, как и ты, буду терпима в отношениях.
И терпела Фая «пляски» первого мужа, из любви и преданности, да чтобы доченька без отца не росла, да позднее вопреки всему из дома его выгнала.
– Однажды просила девочка Фая свою матушку, чтобы та отправила её в школу искусств учиться, да матушка отказала. Упросила она другую тётушку, которую Фая тоже очень любила, как родную матушку, убедить доченьку не ходить учиться искусствам художественным. В два голоса убеждали взрослые девочку оставить затею, да на пустяки не размениваться.
Выслушала Фая отказ и поверила взрослым, согласилась с их доводами, не смея ослушаться. Её душа одну песню пела, а тут замолчала и сказала:
– Милые, да любимые мои, матушка и тётушка! Я вас так люблю! Из любви, верности и преданности я буду слушаться вас, так как вы меня об этом просили, чтобы не потерять вашу любовь ко мне!
Многие годы после жалела Фаина о своём согласии.
– Уехал при раннем месяце батюшка на заработки, возвратился к полной луне раздосадованный. Хотел справить дочери тёплую шубку на зиму, да денег не хватило, негодный распорядитель, гроши заплатил, только на дорогу ввернуться и хватило, да по прянику жене и детке купить.
И маленькая девочка целует батюшку, садится к нему на колени, кушает пряник и думает:
– Я так люблю сильно батюшку! Из любви и преданности к тебе я тоже не буду иметь денег!
Так у Фаины это получилось, только-только концы с концами связать хватало, уж очень они с батюшкой похожи были.
– Купила тогда матушка на последние денежки доченьке пальтецо, да с оторочкой из белого зайчика. Радуется матушка и говорит:
– Ах! Красиво, да тепло будет доченьке в обновке, а сама я и в стареньком зипуне похожу, да и сапоги, может, ещё подержатся.
Фаечка тоже радуется новому, да красивому, а матушку так жалко и ещё больше жалеть хочется, что в душе она думает:
– Матушка милая и любимая, я так сильно тебя люблю! Из любви к тебе, верности и преданности, когда я вырасту, я тоже своим детям буду покупать всё самое лучшее, а о себе даже не подумаю!
Так идёт Фаина на ярмарку, да покупает для своей дочери всё самое лучшее из одежды, самое вкусное – побаловать, игрушки да книжечки, радуется покупкам. То, что деньги все потратила, так ничего, ещё работы побольше возьмёт, выкрутится. У матушки так было заведено, а у Фаины – это во много раз увеличилось.
Смотрит девица-красавица снова на воду зеркальную и видит последнее видение: стоит перед ней девочка Фая, вся путами по ногам и рукам, да по груди и спине крестом перевязана. Она, бедняжка малая, горемычная, шагу ступить не может, глубоко дышать не решается, давят путы, ремни кожаные, сыромятные, превосходной выделки. Тянутся эти путы упругие, да окаянные от предков, связывают и свободы лишают.