Финансовый материализм

В общем, эмиссионные процессы фиатной финансовой системы и предпологаемой материалистической отличаются тем, что в фиатной системе происходят инертные инфляционные процессы, когда эмиссия не включает конкретных критериев экономических результатов и осуществляется сугубо в контексте финансовых абстрактных значений, хотя обобщённо с конкретными промышленными целями, а материалистическая схематика ИЭН подразумевает конкретную оборотную ёмкость денежной единицы в пересчёте на существующие экономические результаты по перечню детальных и обобщённых критериев всего задействованного сегмента промышленности/жизни. (весьма важно, что под каждым расходом тепла/кинетики подводится весь перечень химичесских элементов и ресурсов, поскольку тепло само по себе не содержит формальных и качественных параметров, а затрачиваясь в обороте ресурсов, труда, техники и химических элементов, подкрепляется детализированным содержанием и его результатами, то есть тепла далеко недостаточно для финансового учёта, нужен перечень материального содержания, который может эквивалентно отразить оборот/создание любых технологий, навыков и достижений, чем и являются все химические элементы, ресурсы и труд в пересчёте на приводящее их в циркуляционное движение тепло/электричество/кинетику)

И так, чтоб изымать лишнюю массу денег из экономики пропорционально трудовым результатам, нужна государственная/институциональная монополия на финансы (вне зависимости от того, насколько частными будут эти инициативы, суть в научной расчётливости финансового оборота, поскольку всё в нашем мире вне зависимости от масштаба является частностью), на все механизмы регулирования денежных потоков и ценообразования, дабы иметь возможность изымать деньги из оборота через государственные и институциональные структуры абсорбирующие/регулирующие валюту в регламентированном и последовательном порядке, а также для того, чтобы вливать количество валюты пропорциональное производственному результату и для его пропорционального создания, учитывая все производственные сокращения и нарастания, иначе равномерно и систематически распределять деньги по всей структуре экономики для поддержания её модернизационного и технически прогрессивного тонуса невозможно, частная сегментация в рыночном распределении финансов исключает прогрессивное в научном плане перераспределение валюты, обуславливая монопольный гипертрофизм и застой, за которым следуют инфляционные процессы и секторальные отставания промышленных отраслей. То есть, чем обширнее доля неинституционализированной с точки зрения науки частной собственности или личной прихоти людей из управленческих структур в инициировании промышленной циркуляции (научная институционализация экономики иключает проблемы, как частных, так и государственных инициатив, которые зачастую идут вопреки логической целесообразности), тем сложнее полномасштабно и детализированно регулировать финансовые процессы и изымать несистематизированные в воссоздании результатов деньги без ущерба частным лицам или отдельным структурам (в том числе промышленности), поскольку на циркуляции этих денег завязана обеспеченность людей, целых отраслей или формально их оборот является прерогативой частной собственности, а если для поддержания системной организации вы будете вливать через бюджет меньше денег, чтоб держать умеренное количество валюты в обороте, потому что это будет соответствовать пропорциям экономического результата и денежной массы в обороте, то это будет формальным недостатком расходов для поддержания необходимых промышленных параметров и прямым признаком неэффективности ранее выделяемых средств, которые не были освоены должным образом, пошли в инфляцию, не были со временем перераспределены в пользу структурированного развития технологий/науки, из-за чего не создали необходимые манёвры и промышленные результаты, чтоб последующее пропорциональное вливание валюты через бюджет или точечную финансовую поддержку было достаточным и покрывало необходимые для поддержания экономики расходы не уходя в инфляцию вслед за ранее вздутыми через рыночную систему номинальными значениями в ходе той же инфляции, когда последующая эмиссия и рост долговых обязательств покрывают уже вздутые инфляционные процессы и тем поддерживает их дальнейшее вздутие, что отсроченно вовсе наращивает необходимость в расходах номинально. Ну, а если финансировать бюджетный дефицит или формировать бюджет с помощью валютной эмиссии (причём под долговые обязательства без чётких критериев эквивалентного финансового результата в промышленности, когда рост кредитов всё больше и больше увеличивается, но всё меньше и меньше покрывается, когда его покрытие в большей части происходит в холостом обороте без поддежания нормальной промышленной результативности в сопутствии с инфляционными процессами номинального роста), это превращается в планомерное финансовое раздувание экономики с сохранностью в её обороте несистемной денежной массы, что по сути является инфляцией. Поэтому, любая экономика должна быть целевой, плановой и пропорциональной (научно институционализированной), иначе получает издержки, стагнирует и уходит в ущербный застой.

Лишняя инфляционная масса валюты также нивелируется целевыми (или нецелевыми, что значительно менее эффективно) эмиссионными вливаниями валюты, поскольку нивелирует значение циркулирующей в обороте валюты, обесценивает её, таким образом через плановые эмиссии можно наращивать промышленные результаты и вытягивать оборотную ёмкость вверх смещая денежную массу в развивающиеся рентабельные или жизненно значимые отрасли, но это равносильно инфляции раздувает цены и создаёт проблемные диспропорции при отсутствии возможности изымать лишнюю денежную массу из оборота для её эффективного перераспределения, так что, это самый последний инструмент, когда экономика имеет рыночную малорегулируемую форму. Весьма важно учесть, что данный механизм может возыметь существенный результат с сокращением инфляции только в том случае, если сохраняется институциональный регуляционный контроль над валютным оборотом и всеми трансграничными движениями финансов, иначе инфляция будет формироваться только от того, что несистемные спекулятивные конвертации, формирование валютной прибыли через торги на стоимостных разницах и всевозможные коррупционные фиктивные схемы будут непропорционально смещать, подымать и опускать валютные и номинальные значения, в таком случае любая скупка иностранных валют, либо инвестиционные притоки и их последующая утечка из юрисдикции оставляет в экономике инфляционную избыточную массу национальной валюты, как и формирование ренты через номинальное накачивание финансовых схем в ходе торгового смещения валютной выручки на стоимостных перепадах, что увеличивает инфляцию и уменьшает возможности формирования финансовых доходов, поскольку требует увеличения финансового оборота вопреки промышленной результативности. Неконтролируемые конвертации валюты, несистемное с научной точки зрения формирование номинальных значений, фиктивная занятость и коррупция подтягивающая под себя валютную массу, а также трансграничное движение финансов в фиатных принципах вопреки промышленной результативности, это для любой экономики равносильно финансовому подчинению и сокращению рычагов регуляции оборота денежных средств, где говорить о существенной валютной структуризации не приходится без изменения организации циркуляции финансов.

Для того, чтоб как-то контролировать инфляцию в капиталистической финансовой системе, где гипертрофированна частная собственность, используют кредит, что гарантирует необходимость возврата средств для их перераспределения и использования в рентабельной деятельности (хотя рентабельность в значительной степени смещается в фиктивные и спекулятивные формы заработка, доходя до того, что другие промышленные формы заработка теряют финансовую рентабельность, чем обуславливаются стагнационные процессы в экономике на сегодня, причём такие вещи, как образование и медицина являются сферами, которые не связаны с адаптацией/принесением доходов/результатов тем, кто использует их, а значит не могут в достаточной степени покрываться доходами населения, тем более в условиях долговых обязательств, а без полномасштабного применения медицины и образования теряются организационные возможности для экономики) ещё и с процентом, но это существенно ужимает возможности циркуляции экономики и гибкость промышленности, создавая необходимость рефинансирования кредитов и их наращивания не столько для освоения ликвидных источников прибыли, а для формального поддержания абстрактного в числах функционирования валютного контура без каких-либо достижений, что по сути стимулирует наращивание инфляции и формирует отстающее состояние для любого предпринимательства (вынужденные отсроченные эмиссионные операции и рост долговых обязательств при растущих финансовых дефицитах, которые существенно ограничивают промышленную активность), да и попутно наращивая долговую нагрузку, которая в существенной части не обеспечивается производственными результатами и образует увеличение невозратности кредитов (следствие сокращения финансовой ренты и недостаточно эффективно регулируемого распределения финансов по промышленности), что сохраняет кредитные долги при прямолинейном низкоманёвренном для технологического прогресса потребительстве и завязанном на него промышленном росте, что в комплексе данной структуры сдерживает или сокращает доходы при систематическом росте инфляции, поскольку экономика не замкнута на пропорциональное и долгосрочное базовое воспроизводство в стоимостных соотношениях (чем меньше пластичность промышленности, тем меньше благосостояние населения, в том числе с точки зрения доходов, тем существенней перепады уровня жизни и кризисы, в особенности если они не сопутствуют масштабным научным и техническим проектам).

Такая комбинация сложившаяся в двадцать первом веке посредством фиатного финансизма сначала наращивает промышленный прирост и масштабные технологические цепочки, удерживает наиболее рентабельные источники ресурсов, влияния и добавленной стоимости, а потом ужимает их в ходе фиатных перепадов обеспеченности больших пластов населения (поскольку фиатная форма финансов не содержит в своих функциональных критериях необходимость стабильного воспроизводства экономических условий, это лишь форма власти и нажива, которая не структурирована в своём содержании, что не может быть прочной цивилизационной основой в принципе, это может быть существенным инструментом влияния и управления, но не структурирующим элементом прогрессивного развития), либо ужимает отраслевые сегменты выборочно и в ходе конкуренции, что обычно оставляет за бортом уязвимые сектора производства и связанное с ними население. Это система инертной и малоуправляемой пульсации, но весьма масштабной, поскольку её амплитуды на сегодня глобальны, как приливы и отливы (хотя имели и имеют место быть свои циклы по масштабам и по продолжительности в разных секторах экономики и промышленности, в разных мировых локациях, в разные периоды, с разной интенсивностью, что вопрос детального исследования, здесь формулируется обобщённая концептуальная структура экономики), дело в том, что финансовые приливы заполоняют политическое пространство инвестиционной активностью, агентурой и влиянием, а отливы используются для полного подчинения и скидывания за борт конкурентов в ходе обесценения и демпингования сторонних активов через лишение их условий финансового функционирования, но когда приливам некуда распространяться и они уходят в масштабные инфляционные процессы с поступательным снижением финансовой ренты и ужесточающимися финансовыми условиями, эта система начинает есть себя, инертная инстинктивная конкуренция, которая разрушительна по своей ментальной форме. А если приливам некуда распространяться и эта система начинает переваривать себя, то последующие отливы начинают иссушать и её.

Понятно, что изначально кредиты появились в виде подпитки финансового роста и сбыта товаров при нехватке денег, рыночный инструмент обогащения и стимуляции предпринимательской деятельности с одной стороны, с другой стороны механизм изъятия части доходов из предпринимательской деятельности через кредит и проценты, но существенное влияние кредитной системы на экономику закономерно приводит к проблемам, как и любой неограниченный стимул наживы, который экспоненциально наращивает безрезультативное влияние до состояния обвальных сдерживаний, поскольку со временем в динамике социальных структур и поколений эффективность перераспределения финансов в пользу рентабельного развития сокращается, когда с ростом инфляционных процессов и номинальных значений требуется всё больше и больше валюты, которая с каждым разом получает всё меньше пространства для манёвров и всё меньшую результативность, что стягивает её только в самые рентабельные источники прибыли (порой в спекулятивные и деривативные холостые пробуксовки), лишая множество важных отраслей возможности не только развиваться, но и функционально обеспечиваться в ликвидных финансовых пропорциях. А образовательные, медицинские и инфраструктурные проекты вовсе могут удерживать качественное функционирование только при бюджетном обеспечении вне рыночного формирования стоимостных номиналов, так как доходы населеня или даже гипертрофированные рыночные монополии не могут содержать в своём русле стабильное и долгосрочное покрытие всех системообразующих и структурных отраслей в институциональном состоянии, эти вещи требуют больших расходов, которые не могут ориентироваться на доходы населения, но должны обеспечиваться в систематическом структурном порядке содержа в себе конкретные критерии, а в схематике ИЭН сформулирован метод монетизации подобных вещей (то есть ввод их в состояние финансовой рентабельности), иначе бюджетные расходы собираемые с населения через налоги и расходы среди населения на системообразующие структуры в их сложившейся фиатной ориентации на рыночную рентабельность уводят эти структуры от ликвидности в рыночный тупик между спросом и предложением, в полную зависимость от произвольных валютных источников/стоимостей без их систематического функционального возобновления.

В одной плоскости кредитная система (как собственно и нехватка средств выживания, вследствие чего она появилась) создаёт инфляцию и системное стремление к валютной наживе, наращивая потребительские возможности искусственным кредитным спросом без пропорционального промышленного результата или в тенденции его сокращения, которые могут покрывать долговые обязательства прибылью совсем несистемного порядка, в другой плоскости, в попытках сократить инфляцию и систематический недостаток финансовой ренты, долговые обязательства сдавливают экономику, при этом для покрытия бюджетного дефицита и других потребностей подливается свеженапечатанная валюта, где зачастую не решаются системные вопросы, а поддерживаются устоявшиеся институциональные схемы обросшие коррупционерами и раздуваются заполонившие рынок монополисты спорадическим/несистематизированным поддержанием спроса среди населения, куда так или иначе посредственно или непосредственно стекается вся валюта, лишь сегментируя и дробя рынок/валютные потоки под всеми возможными предлогами на нисходящих от монополий уровнях, когда задолженности по инерции переходят в параметры, при которых не покрываются в достаточной степени без новых валютных эмиссий и без упрощения доступа к финансовым инструментам (нулевая ставка кредитного рефинансирования стала последним рубежом предела падения финансовой возобновляемости ренты, а где-то и вовсе стала отрицательной, в случае чего депозитные активы перестают быть доходными и начинают обрастать комиссионными, становятся убыточными, именно тот самый пример, когда фиатная финансовая система начинает переваривать и пожирать себя, что доходит не просто до роста всевозможных пошлин, но и до откровенного отъёма огромных сумм денег и активов у всех, кто не сумеет их вовремя увести и спрятать от проседающих и голодных финансовых учреждений), что в несистемном порядке ещё больше раздувает экономику с ориентацией на рост потребления и сбыт производимой в промышленной экспансии продукции, начинает смещать капитал по коррупционным схемам, усиливает конкуренцию в финансовой среде при ужесточающихся финансовых условиях до состояния неуправляемых обвалов, поскольку рынок образует масштабные промышленные диспропорции, перепроизводство с финансовыми пузырями и недопроизводство с дефицитом от хронической нехватки денег.

Это недостаточно регулируемое экономическое безумие. Налоговые сборы в данном случае не выручают, поскольку то, что вы собрали через налоговую систему, лицензии и всевозможные акцизы, необходимо влить обратно в денежный оборот через структуры его организации, через бюджетные расходы, вы не можете влить в экономику через бюджет меньше, чем изъяли из неё, иначе она рухнет, а чтоб промышленность развивалась, в неё нужно вливать больше и это нужно делать в целевом, в плановом порядке, когда сокращение эффективности бюджетных расходов будет исключаться, иначе эмиссия или бюджетные расходы будут просто воровством и инфляционным раздутием финансовых параметров, учитывая и то, что воровство и коррупция в любой экономике имеет существенное место быть, это ещё один гиперинфлятор при формировании добавочных финансовых нагрузок со стороны всевозможных форм обложения и лицензирования, которые не производя ничего пытаются заполучить валюту для формального выживания, чем непрерывно обрастает любая рыночная система, но что создаёт массу проблем для перспектив технологического развития.

По аналогии с налоговой системой, вы не можете изъять денежные средства из экономики устроенной на принципах главенства частной собственности, поскольку они там циркулируют как воздух и за счёт этой циркуляции живут люди, работает вся система обеспечения, учитывая и то, что частная инициатива зачастую безрезультатна и бестолкова, не решает проблемы промышленности, медицины, науки и полномасштабной структуризации, притом, что на этой во многом бестолковой циркуляции весит бременем непокрытое, растущее и непропорциональное долговое обязательство с недостатком результативности во многих промышленных сферах, от чего тоже зависит огромное количество людей, как в своих бедах, так и в своих приспособленческих навыках к этой системе. Кредитные обязательства хоть как-то сдерживают мало контролируемую инфляцию, но сдавливая всю экономику в условиях комплексных и системных проблем, притом частные кредитные структуры далеко не всегда занимаются рентабельным перераспределением валюты и комплексным научным развитием, они формально тоже ориентированы на привлечение валюты в свою пользу, а ни на структурную функциональность управления, что в условиях нехватки средств из-за отсутствия систематического возобновления нормальных условий жизни и всех необходимых ресурсов (ликвидных финансовых пропорций) при избыточности разных деривативных инструментов, приводит к структурным проблемам организации финансовой системы.

Множество людей в фиатной модели рыночной экономики вынуждены заниматься полной чепухой, просто чтоб выжить, чтоб покрыть бытовые расходы и долги, а кредитная банковская система требует тоже огромных расходов на содержание, учитывая, что и она оказывается в данном случае недостаточно эффективной, либо не наделённой достаточными возможностями для формирования достаточной эффективности, когда требуются уже не финансовые манёвры, а масштабные структурные преобразования принципов организации в целом.

Эмиссия валюты (инфляции) через кредитные мультипликации за пределы юрисдикции, как в случае с дефляционными валютами доллара и евро приводит к ещё большей инфляции, что разбавляет и топит экономики других стран, что выглядит ситуативным преимуществом и покупательной способностью, причём в форме управленческого влияния через рыночные алгоритмы, но поскольку люди во всём мире не живут в кредит, а лишняя валюта в обороте не может контролироваться полностью и упраздняться конструктивно, то это образует большие инфляционные и номинальные диспропорции. Кредитная система в нынешней форме не снимает полностью проблему инфляции и контроля оборота валюты, но создаёт проблемы иного рода сокращая манёвренность существующих в мире полезных инициатив и промышленного развития, за счёт которого вообще существует экономика, то есть эта система сама себя съедает и стопорит, финансы и регулирующие их структуры растут, рынки и промышленность получают временный стимул, но промышленность сокращается в своём многообразии и манёвренности, оставляя монополизированных и неповоротливых корпоративных гигантов, модернизационные и новаторские манёвры которых минимальны (в кредит никто не в состоянии проводить долгосрочные и сложные модернизационные манёвры, а стало быть зависимость от рыночной прибыли и от кредитов укорачивает циклы научно-технологического прогресса), что в случае стагнационных процессов в финансовой системе и на потребительских рынках сокращает их, если не обваливает вовсе, когда таковые выходят на инфляционной волне из рентабельной зоны, что обычно схлопывает рынки комплексно выводя из рентабельной зоны доходы большого количества населения, где так или иначе значительные сегменты производства остаются за бортом, а их модификационные возможности в фиатной финансовой схематике сокращаются ещё больше. На периоде финансовой пульсации происходящего сейчас отливного рыночного сокращения в глобальных рынках (думаю о признаках данного явления не стоит детально упоминать, поскольку интересующиеся экономикой люди прекрасно видят сопутствующие тому события в мире, образно выражаясь, это дефляционный отлив следующий после инфляционного прилива в ходе которого неминуемы сокращения), что повлечёт за собой затяжную стагнацию в условиях комплексного спада фиатной ренты в пользу удержания покупательной способности в преддверии очередных эмиссионных кампаний, где непременно стоит задуматься о компенсации издержек и недоработок данной валютно-финансовой системы и о создании наиболее совершенных механизмов хозяйственных взаимоотношений, поскольку нарастание фиатных процессов обрело поистине глобальную и неприемлемую с точки зрения благоразумия форму.

Сложившаяся на сегодня мировая финансовая система, занимаясь эмиссией валюты и инфляции в мир, с производственным результатом или без него (без хуже, поскольку это прямая инфляция, а ни отсроченная, ведь любой промышленный результат циркулирует в экономике вместе с деньгами, пока не израсходуется, не изменится или не сместится в той или иной форме, что вызывает отсроченную инфляцию, если деньги с этими изменениями не изымаются и не перераспределяются в пользу поддержания модернизационных процессов и компенсации обветшания), не гарантирует её полноценный контроль и регуляцию, а это значит, что не гарантирует выгод от этой циркуляции и пропорциональных финансам промышленных результатов, притом, что обладатели неконтролируемой валюты могут прийти с ней к вам и купить у вас что угодно, хоть вас (отсроченная обратная связь, сначала рост влияния в процессе экспансии финансовых инструментов, потом обратная аккумулятивная волна из зоны влияния этих инструментов, когда они достаточно длительный период используются, нарастают, потом достигают предельных значений и начинают проявлять в своих рамках сторонние инициативы). А для того, чтоб получать систематически воспроизводящуюся выгоду от финансовой циркуляции и изолироваться от сторонних покупателей с неструктурированными с промышленной точки зрения и порой с откровенно деструктивными инициативами, финансовой системе фиатного капитала приходится тщательно изолироваться и изощряться, создавая биржи, фонды, целые политико-юридические системы, искусственный спрос всевозможных форм, глобальный коррупционный лоббизм, благотворительность, фиктивные профессии и много-много разной никому ненужной чепухи, оправдывающей недостаточно структурированную в ёмкостных критериях циркуляцию валюты и удержание контроля за рынками, но являющейся по сути колесом, в котором безрезультатно бегает белка и попусту сжигает энергию с временем. Здесь так или иначе назревает шаг вперёд, а будет он сделан осознанно или в ходе деструктивных событий, это дело того, как будет развёртываться ситуация и какие будут приниматься управленческие решения в тот или иной момент. Рост долгов и фиктивная накрутка номиналов в экономике снижает финансовую ренту и её ёмкость в денежной единице, что снижает окупаемость этих номиналов, долгов и валюты в целом, приводя к застойным экономическим процессам, в частности в фиатной финансовой системе.

Ну, а если взять объективную модель материализованной финансовой системы по типу схематики ИЭН, где научный институт вне зависимости от государственных и частных структур контролирует и регулирует финансовый оборот по чётким и конкретным критериям, которые юридически согласованы с каждой юрисдикцией ЗЭП, где расходы происходят в плановом, целевом или частном порядке, но учитывают ёмкостные качества валюты и экономической циркуляции, где не создаётся полнейшая чепуха и не вздуваются цены, чтоб окупить циркуляцию невозвратной и необеспеченной валюты.