Финансовый материализм

*

Вся проблема морали как таковой стороны этики в том, что со временем за ней укрывается всё больше и больше конформистов и подлецов, приводя мораль в такое состояние, что противодействие подлости становится нарушением морали. Получается весьма запутанная картина, за моралью укрываются подлецы, а те, кто им противостоит, облачаются в дискредитационные тона аморальности. Так они списывают со счетов благоразумные аргументы и творческую пассионарность, через манипуляции социальным синергетическим эффектом мнимости, но это создаёт масштабную непригодность структурной динамики общества функционально, толпа питается агрессией, поэтому вскармливая общественное недовольство, можно угробить кого угодно, количественно, но не качественно, в этом суть компенсации недостаточности качеств как таковых, они компенсируются глупостью и количеством. Это следствие социализации и неизбежный результат социальной инерции вне действия когнитивных функций, процесс массовый и инстинктивный, сначала мораль возводится достижениями и свершениями, а в последующем за ней, как за ширмой концентрируется безнадёжный и даже вредительский контингент. В этом несовершенство любых субъективных и абстрактных подходов в организации общества (следование за привилегиями любых форм впечатлений/пищи и семантического обозначения привилегий/биологической доминации). Поэтому в дальнейшем возобладает практичный и объективный подход структуризации человечества с опорой на научный материализм, либо оно исчезнет.

*

Издавна люди отстаивают своё право трудиться во благо семьи, народа и благоприятных условий жизни, воспитывать детей, пожинать плоды усилий и стараний, на этом основывалась любая государственность, общность и воинская слава. Родина для людей, это та среда, которая позволяет им процветать и отстаивать процветание, иное же не является родиной по определению, либо вообще является гнетущей средой. Это к вопросу о патриотизме и его происхождении. Проблема в том, что в мире успешно процветает паразитическая и агрессивная ментальность, порой в весьма латентном виде, узурпирующая власть и ресурсы в любой форме, пожинающая чужие плоды, отнимая в итоге возможность создавать результаты из труда, но это как стало быть ясно, не глядя на всеобщий успех, имеет весьма краткосрочную и разрушительную перспективу в эпохальных значениях, ибо разрушает чувство обладания результатом труда и саму возможность его приносить, а вместе с тем и способность воплощать процветание в необходимых масштабах и параметрах.

*

Дело в том, что любые претензии вне зависимости от формы, имеют сугубо пищевой стимул занять социальную нишу в обществе дающую привилегированный доступ к наживе и гормонально-пищевому обеспечению/впечатлению (потребности вполне естественные, но зачастую малоосмысленные в содержании и последствиях, поскольку информация для многих наших собратьев не является превалирующим фактором в регуляции поведения, из-за чего обретает вид иррациональных, недостоверных и нелогичных убеждений, в том числе отражая поступки), это доходит до того, что форма привилегий просто перестаёт играть роль, превращаясь в повсеместную наглость и агрессию под видом гуманизма, этики и порой просто бреда. Имитируются любые приоритеты, но всё в колее необузданной разумом прихоти. Люди не понимающие того ведут себя сообразно этим принципам не апеллируя ни к малейшей сути и закономерному пониманию вещей, с этим связаны все сложности быта на уровне любых масштабов, это не позволяет выстраивать долгосрочные результаты и существенную координацию, поскольку всё ориентировано на животную конкуренцию с опорой на краткосрочную гормонально-пищевую атрибутику и деньги, сокращая поведенческие алгоритмы и их успех до ситуативной потребности нажиться, тем выдворяя все проявления разума из эволюционных критериев как таковых, поскольку в конформных условиях они теряют применение биологически.

*

Если экономика организована, в ней отчётливо дифференцированны внешний и внутренний валютные контуры, по каждой отрасли, в том числе по банковской сфере, в соотношении зависимости от внешнего фактора и ориентированности на внешние факторы без зависимости от них, когда внутренние сегменты полностью или частично замкнуты в той или иной степени на изолированное воспроизводство, а внешние встроены в циркуляцию мирового рынка и мировой экономики.

Внешний и внутренний контур должны дополнять друг друга и частично пересекаться, внутренний контур должен иметь объём достаточный для того, чтоб полностью компенсировать внешний контур в случае изменения внешней экономической составляющей, а внешний контур должен иметь ресурс для подтягивания внутреннего, для этого внутренний контур должен быть замкнут на детальное и длительное воспроизведение ресурсов и условий труда в пластичной структуризации общества и институтов, а внешний на экономическую экспансию, интеграцию технологий и получение торговых выгод. Если экономика организована не сообразно этим принципам, она с большой вероятностью рискует оказаться несостоятельной.

*

С экономической точки зрения колонизация одних стран другими ради ресурсов бессмысленна (в том числе посредством разности покупательной способности валют), поскольку нехватки ресурсов на планете ещё не наблюдалось, есть лишь нерациональное их применение, нерациональная организация людей, неравномерное распределение труда и вытекающая из того недостаточно управляемая демографическая инертность сообразно биологическим принципам организации популяций. В остальном наша планета пока преисполнена изобилием, вся колонизация выстроена на необузданной разумом тяге к наживе, биологическая доминационная инерция химического органического градиента не поддающегося в должной степени когнитивному регулированию, что формально выступает готовностью угробить всё ради безнадёжного гормонального пшика в головах, не воссоздающего за собой ничего масштабно существенного в долгосрочных параметрах. Это краткое объяснение тому, что из себя представляет современная организация людей, бессмысленное самопожирание ради впечатлений и валюты по абсолютно биологическим критериям поведения вместо последовательной научно-технологической экспансии жизни по когнитивным и научным критериям. Система рыночной организации угробила колоссальные возможности структуризации человечества на протяжении 19-го, 20-го веков и не остановилась в 21-м, без существенных сдвигов к более совершенной системе управления.

*

Не труд должен появляться там, где появляются деньги, а деньги должны появляться там, где появляется труд/результат, этим отличается логика фиатного финансизма от логики финансового материализма, этим должна выражаться и собственность, обладание не по признаку валюты (финансовый капитал), а по признаку причастия к созданию и поддержанию этой собственности трудом и результатами (наукократия). Иначе просто невозможно и выстраиваемое противоречие между собственностью и результатом рано или поздно приводит к деструкции в той или иной степени. Капитализация всего и вся ограничивает экономику и её результативность, вы без денег можете только дышать, да и то не долго, даже если вполне способны и здоровы. Машинизированное фиатное потребительство и рост его значения в образе жизни безплодно, а отсутствие возможности творчества в цивилизованной форме в обход финансовых потоков упраздняет творчество, где остаются торгово-валютные адаптанты и конвейера, что рано или поздно самоупраздняется за отсутствием вразумительной структуризации и понимания того, что происходит. Для такого контингента мир, институты, наука, да и жизнь в целом, словно купленный за нарисованную бумагу автомобиль, они рулят руль, но не понимают устройства ни механизма которым пользуются, ни устройства текущих событий, лишь набор неосмысленных гормональных впечатлений по траектории пищевого градиента, это не просто неспособность, это недостойность. Переадресация поведения посредством фиатных финансов убьёт человечество, если финансы не примут форму трудового эквивалента в виде материальных результатов, иначе результаты планомерно замещаются валютой, а валюта перестаёт замещаться результатами. Слишком ситуативный подход, словно примат видит спелый плод, рвёт его и на этом его удовлетворение исчерпывается, он не имеет возможности долгосрочного выживания сугубо ментально. Инерция жизни складывается в данном положении вещей хуже естественного отбора, выживает не сильнейший и не способнейший, этот принцип нивелирован валютной системой, выживает тот, кто использует ситуацию во благо прихоти, это постоянно смещает жизнь в область ситуативных преимуществ, то есть любое ничтожество может почувствовать себя господином, но ситуативно, потом вымереть, когда ситуация предоставит преимущества другой ничтожности, здесь нивелируется цивилизация, когда критерии возводятся над естественным отбором, но хуже того, нивелируется и естественный отбор по алгоритму ситуативной выгоды, не качественной, а именно ситуативной, когда на верхушку конформизма вскарабкиваются одни неосмысленные адаптанты, потом вымирают или упраздняются другими адаптантами, общество лишается внятной структурированной формы и критериев, что ведёт в тупик и к вымиранию всё человечество.

*

Использование ресурсов при плановой экономике ограничивается только зарплатами тех, кто использует эти ресурсы, где нет трудовой зависимости от прибыли и доходов, поэтому использование ресурсов ограничивалось планированием, поэтому всем всего хватало, а нищета последовательно упразднялась. Для доведения до ума институционального строя (будь он частным или государственным, не имеет никакого значения, поскольку государственность является обширной частностью, а частность пронизывает любую структуру общества, важны именно критерии организации общества и промышленности) требовалось время и интеллектуальный ресурс на верхушке управления, без чего разрушение стало вопросом закономерной последовательности, это масштабная потеря структурирующего элемента для всего человечества. Главное, чтоб заработных плат хватало на воспроизводимый контур бытовых товаров и продовольствия, остальное должно быть прерогативой институтов, промышленности и науки, все недостатки можно компенсировать, ориентация ставится на качество и результат, а тарифы и цены удерживаются в соотношениях воспроизводства базовых сегментов экономики, но идиотам заработных плат не всегда хватает, даже если они обеспечивают нормальную жизнь, им нужна капитализация ресурсов, присвоение, никак иначе, как инертный биологический разброд, вот мы и получаем финансовые ограничения использования не только ресурсов, но и собственного труда, ума, жизни, без денег вы не можете ничего, это форма власти и подчинения далеко ни благоразумным критериям результативности (абстрактным финансовым числам, а ни вездесущей материальной природе вещей), когда деньги не используются для развития и теряют результативность уклоняя общество к биологическому утопизму. При иснтитуциональном распределении занятости вы можете устроиться и использовать свой труд на благо не только своей жизни, но воссоздавая условия своей жизни, когда деньги появляются ровно там, где появлялся эффективный труд. Сегодня эффективность и труд не являются определяющими, сегодня всем заправляет фиатный капитал, что упраздняет значение способностей и целеустремлённости. Поэтому всяческая аккомодация по сугубо биологическим критериям гормонально-пищевой регуляции поведенния вскормленная финансами не просто безнадёжна по своей сути и содержанию, с моей точки зрения подлежит жёсткой реорганизации по когнитивным неврологическим критериям, как сегмент населения влекущий закономерный и устанавливаемый ущерб во всех возможных формах увеличивая вероятность вымирания человечества в дальнейшем (а значит исчезновения феномена жизни, как таковой, поскольку выжить сквозь деструктивные свойства вселенной способна только разумная жизнь).

*

Обладатели преимущественно инстинктивных манер присваивают то, с управлением чего не в состоянии справиться сугубо умственно. Эта проблема будет нарастать эволюционно и социогенетически, поскольку в стабильном обществе естественным образом дифференцируется безпринципный и агрессивный контингент претендующий на любые формы источников обеспечения формально в пищевых алгоритмах реализации поведенческих нужд без какой бы то ни было должной осмысленности. Если не создавать управленческую колею отвода этого контингента по руслу соответствующему уровню их интеллекта, он планомерно разрушает всё, добираясь до управления и существенного влияния, именно эволюционно в биологическом процессе социализации и конкуренции за источники обеспечения тем или иным достатком и имуществом.

*

Когда смотришь на лицензированных и обюрокраченных держателей дипломов, осевших на кормовую базу и антагонизирующих развитие, на ум приходит только та эпоха, когда люди не имели никакого доступа к образованию, но становились выдающимися.

*

Нет ничего более каверзного и безнадёжного, чем коррупционная продажность, поскольку это прикормленная чужими интересами и влиянием бездарность, по большей части вопреки функциональным критериям результативности, а систематически прикармливаемая бездарность имеет свойство прогрессировать и добираться к власти, тем определяя неврологичесекую формацию социогенеза, то есть выстраиваемую в дальнейшем природу человека и организацию общества.

*

К сожалению аргументы большинства людей ограничиваются примерно такой формулой: "Потому что мы лучше, мы хотим больше". В этом их согласие, разногласие и успех, не принимая во внимание непонимание сложности и научных деталей жизни. Формально данный алгоритм биологизма ведёт к эволюционному синергическому тупику и вымиранию. Потому что вот это "мы лучше" биологически рассчитано только на упоение плодами пищевой доминации без принесения существенных научно-технических результатов, то есть из подобных социальных тенденций не может возникнуть прогрессивной структуризации общества с ориентацией исключительно на интеллектуальные неврологические навыки.

*

Если не здесь и не сейчас, то зачастую нигде и никогда, антагонизм смещает ситуацию, а значит необратимо деформирует её, но редко когда ради пользы. Антагонизм хорош только в качестве пресечения вреда, это собственно и есть благоразумие или справедливость, но антагонизм в отношении благоразумия есть ни что иное, как вредительство. Это причина экономической несостоятельности любого современного общества.

*

Чем больше в обществе пропагандируется сексуальное поведение, тем больше общество вырождается и тем меньше его плодовитость, сексуальное поведение обходит потребность взращивания детей, является следствием поиска гормонального удовольствия, наркотический гедонический алгоритм поведения, что является ступенью первичных инстинктов нисходящих от когнитивных функций нервной системы, которые нивелируются в случае привилегирования сексуальных и других гедонических форм поведения через пропаганду, организацию/поведение общества и социальные манипуляции. Таким образом целиком гедонические в своих решениях недоумки возводятся в статус привилегированного социального положения.

*

Нет более омерзительной формы поведения, чем ситуативное использование привилегий вопреки целесообразности, что есть образная имитация верхушки пальмы, гормональный стимул здесь выступает вершиной и привилегией, а внизу всё остальное, в том числе разум или просто никто и ничто, выдворяющееся за рамки привилегирования приоритетов во внимании на инстинктивной, а ни когнитивной основе, весьма интуитивная манера, зачастую неблагоразумная и неосмысленная, считать преимуществом ситуативную расстановку, будто человек определяет исходные параметры всех обстоятельств, что порой превращается в имитацию преимуществ поведением, как способ заполучить позиционные/пищевые прерогативы. В исходных параметрах обстановки или условий жизни человек не определяет ничего, но присваивание права исключительного пользования этой исходностью, есть дурной признак преобладания инстинктивной сущности в сознании человека, что в обратном порядке игнорирует критерии каких бы то ни было обстоятельств, если они ситуативно не выгодны инстинктивным манерам (наглость по совместительству с глупостью), то есть выгода обретает форму сугубо инстинктивных манер аккомодации без какой-либо апелляции к науке и когнитивным аргументам.

*

Многополярная система управления человечеством и мировой экономикой хороша тем, что наиболее успешная возобладает так или иначе, а менее успешные исчезнут или трансформируются под влиянием более успешной (хотя здесь факторов уйма, не только научно-технические, неврологические, демографические, ситуативные/спорадические, информационные, финансовые, но и геологические, климатические), а однополярная монополия на финансы вовсе опасна, она может завести человечество в тупик, ибо абсорбирует ресурсы, влияние и уводит возможности во временных параметрах, даже если несостоятельна в длительной перспективе структуризации нужного или более эффективного управленческого элемента в человечестве, хотя за любой однополярностью закономерно следует внутренняя сегментация по разного рода дифференцирующимся причинам, что и требует обуздания в более цивилизованной и универсальной форме глобального взаимодействия в нивелировании цивилизационных, культурных, этнических, геологических, климатических и неврологических разногласий при сохранности их значения в своих отдельных и замкнутых средах, что создаст условия получения преимуществ не посредством геолого-демографического порядка политической доминации, а посредством научно-технической структуризации экономической организации.

*

Если прогресс останавливать, то он исчезнет, цивилизованное самодостаточное общество гораздо проще регламентировать в демографическом плане и увести в научно-институциональное прогрессирование, иное же стремится в плоскость завуалированного биологизма и неуправляемости с точки зрения структурной организации развития научно-технологических сфер деятельности.

*

Нервная система циркулирует всегда, пока длится жизнь, и это проблема, если мысль выпадает из когнитивной сферы и не выстраивает понимания окружающих закономерностей. Отсюда столько глупостей в мире людей, циркуляция их нервов не даёт информационного достатка в том, что есть события вокруг них и уходит в интуитивную сферу, причём не только в поступках, но и в формировании обоснования чего бы то ни было.

*

Единственный способ преодолеть биологическую утопию, это забраться в космос, масштабно забраться в космос, поскольку достижения в освоении внеземной среды даёт необходимость интенсивной и масштабной работы науки по совместительству с промышленностью и институтами управления обществом. Проблема только в том, что сквозь пищевые алгоритмы всевозможных адаптантов к финансовым потокам всех форм, это весьма и весьма обременительно, весь прогресс по фиатной схематике ушёл в валютную прибыль.

*

Будущее формируется из текущей ситуации, в том числе принимаемые решения в текущей ситуации с учётом перспективы, но текущая ситуация никогда не формируется из будущего. Будущее, это лишь слово, слово наполняющее в виде мимолётной абстракции текущую ситуацию.

*

Когда всё ради пищи, а ни ради результата, то результаты съедаются. Проблема в том, что подавляющее большинство человечества преобладающе руководствуется пищевыми алгоритмами поведения в обход понимания окружающих событий на всех уровнях и масштабах. Голод нас разрушает, он не даёт взлетать ракетам и планомерно развивать науку, поскольку эволюционно на гормональном уровне мы продолжаем есть даже изображая мудрость, а ситуативно можем стоять совершенно перед другими задачами, не прослеживая их.

*

Дегенерация, это не только физиологические отклонения, порой провоцируемые извне, это также состояние элиты, социума, управления.

*

Всё либо организуется, либо присваивается, третье если возникает, то только как временный промежуток. Две крайности человеческого биологизма, между которыми непрерывно мечется любая социальная структура. Организация в качестве присваивания и присваивание в качестве организации.

*

Если ситуация с обеспечением в организации населения и управления стоит в плоскости пропитания и бытовых нужд, значит вокруг вас не цивилизация, а люди под которыми исчезают страны и поколения, иначе речь о занятости и формировании приемлемых условий занятости, об образовании, о медицине, об инфраструктуре, о жилье, о выстраивании благополучия слаженным подходом к организации распределения труда.

*

1. Бытовая техника, машиностроение и электроника. 2. Лёгкая, химическая промышленность и одежда. 3. Пищевая промышленность и средства бытового обихода. Это три товарно-промышленные сферы, которые определяют полностью весь рынок. Чем больше инициирования и влияния в этих промышленных ветвях, тем здоровее экономика, тем больше в ней самодостаточности. Безусловно, сюда можно подвязать тяжёлую промышленность, металлургию, энергетику, транспортную инфраструктуру, архитектурное строительство и инженерное дело, но это те промышленные вети, которые не являются рыночными и воссоздаются сугубо в масштабной проектировке с участием крупных управленческих структур, государств и институтов, они не могут в необходимой степени покрываться рыночной алгоритмикой фиатных финансов, они не могут зависеть от рыночного спроса, они являются следствием научно-технической институциональной организации, поэтому влияние рынка на эти промышленные отрасли и их растущая зависимость от рынка в ходе фиатной рыночной экспансии в мире сокращает их модернизационные манёвры и гибкость в целом, заводя экономику в застойное положение. Безусловно, множество вещей и сложных технологий могут воспроизводиться и воспроизводятся в рамках рыночной алгоритмики и фиатной финансовой системы (за счёт чего вообще держится рыночная фиатная система в мире, не глядя на её большие недостатки изложенные в этом материале, рыночная организация хозяйственного обмена была приемлема на протяжении тысячелетий, сейчас необратимо настали другие времена, требующие совершенствования и детализации подхода управления), но сложное и масштабное инфраструктурное и промышленное строительство не может быть прогрессивным и получает массу издержек при зависимости от кредитов с одной стороны и от потребительского спроса с другой стороны. Эти издержки при перекладывании на финансовые расходы населения или на бюджетные государственные расходы формируемые из финансовых расходов населения через рынок, обуславливают рост цен и существенную финансовую ограниченость, которая тормозит научно-технический потенциал масштабных ветвей экономики. Что при кредитной обусловленности потребительского спроса и расходов на поддержание сложных промышленных проектов, как стало быть ясным, не добавляет стимулов и оптимизма в экономике.

*

Где царят деньги вопреки результативности их применения, там отсутствует ум, деньги протезируют отсутствие ума, следствием чего является сокращение научных критериев в повседневной жизни и в поведении людей при нарастании коррупционной составляющей и рыночных инерций в экономике.

*

Без должного учёта основательных деталей любой масштаб теряет значение.

*

Немыслимая наглость и дурной тон вмешательсво в личное пространство и проявление воли в рамках чужого личного пространства без согласия, поскольку в цивилизованном ключе вмешательство в личное пространство может быть только обоюдным или медицинским согласованным, иначе это наглость, безнравственность и агрессия, даже если имеет семантическую форму психического и коммуникативного воздействия. Именно это делает необходимыми сглаживание демографического роста и институционально регулируемую рождаемость, иначе цивилизованные принципы сохранности личного пространства невозможны и они нарушаются инстинктивной волей в конкуренции за недостаточные условия жизни при структурных упущениях социальной организации, что низводит уровень социализации до уровня мартышек, отношения которых строятся исключительно на гедонизме, наглости и агрессии при нулевом когнитивном содержании поведения и поступков. А порождаемая в ходе этого нравственность отличается тем, что успехом считается даже поведенческая ущербность без существенного семантического основания, это как инфляция в экономике, только относительно когнитивного пространства в социуме, инфляция способна нарастать до значений упраздняющих возможность экономики функционировать самым элементарным образом, что относится и ко всему обществу. Исходя из этого, можно констатировать, что должен существовать регламентирванный баланс между законом и частной собственностью, дабы со стороны законов и их исполнителей не возникало претеснений в отношении частной собственности и чтоб со стороны частной собственности не возникало притеснений и пренебрежения в отношении норм и их институционального формирования в организации общества, поскольку и то, и другое деструктивно для цивилизации.