Хроники Бастэт. Начало пути

Да. В твоём то состоянии и с имеющимися навыками только с тварями и сражаться. – Усмехнулся Тордион.

– Я ещё научусь!

– Что толку от того что ты научишься сражаться если не умеешь пользоваться головой.

– Что ты этим хочешь сказать. – Разозлилась Баст.

Да и вообще вся эта ситуация её сильно раздражала. Ушибленная на голову подавальщица, тело с языком не слушаются, да теперь ещё и Тордион снова взялся за старое, продолжая нелестно прохаживаться относительно её умственных способностей. Если бы не количество хмеля в теле Баст обязательно попыталась бы доказать наставнику свои умения, и конечно опозорилась с её текущими навыками.

– Ладно, ладно вам. Для того чтобы заострить разум, надо сперва узнать сколько он выдержит? – Внёс предложение Рыжеусый стражник.

– А сколько он уже выпил? – Спросил Тордион.

– Два кувшина горной слезы пополам с болотной ягодой. – Ответил Азал.

– Я не один их пил вообще то! – Возмутилась девушка.

– Вообще то, к твоим кувшинам, никто кроме тебя не притрагивался. – Передразнил его уже тоже слегка захмелевший Синок.

– А с чего это ты решил дурной ягодой хороший продукт портить?

– Да не. Он то, вообще заказывал хорошего вина, и его как не странно принесли. Только потом одна местная девчуля положила на него глаз. Вот взяла и шепнула, похоже, местному хозяину, что у парнишки денег, некуда девать, тот и намешал гадости девке, на радость. А он даже не сразу и заметил, только где-то на половине второго кувшина дошло. – Улыбнулся Азал.

– Вот видишь, а я говорил, что всё зло от женщин!

– Тордион, не начинай. Всё равно ты не прав. Нельзя всех судить по принципу одной или двух. – Попыталась защитить девушку Баст, но сама поняла, что не особо то сейчас и хотеться спорить с Тордионом.

– Ладно вам, не начинайте снова. Баст ты что-то уж больно быстро размяк. Неужели нечего крепче вина некогда не пробовал? – Удивился Азал.

– Нет. Пробовал как-то один раз долинной воды. И то тогда меня угостили наёмники из степных орков, нанятые кем-то из шедших в горы торговцев в качестве охраны. Всего лишь сделав пару глотков обжог себе горло, а эти верзилы пили этот напиток словно простую воду. Правда долинная вода впоследствии оказалась не только чрезвычайно крепкой, но и била в голову весьма и весьма. Тогда-то я впервые и познакомился с недугом, от которого часто старшие парни маялись, после очередного выхода в город из стен приюта. И имя этому страшному недугу было похмелье.

– Вообще то, правильно их напиток называется не долинная вода, а долинная влага. Горные слёзы в отличие от того напитка пробивают в голову по мере употребления внутрь, чем больше выпил, тем сильнее вдарило. А ежели не хочешь снова повстречаться со стариной похмельем, давай на еду побольше налегай. Вода бьёт в голову, а еда впитывает воду и уводит ту из головы. – Сказал Тордион, наливая Баст полную кружку чистой горной слезы и пододвигая издающую умопомрачительный аромат, какую-то жареную пташку размером с гномъей шлем.

– Прошу. – Принесла новые кувшины и заказ Баст всё та же самая девушка.

– Вас то местный хозяин этой намешенной гадостью не почивал? – Снова спросил Тордион.

– Да вот как раз по кувшинчику принесли. – Ответил Азал, заглядывая в принесённый кувшин.

– Вы как хотите, но я эту бурду кисло-горькую пить не буду. Слышь, деваха, принеси нормальной горной слезы и чтоб ничем не была разбавлена! А за то, что парня чуть не траванули, вы ещё ответите. Надо ж было додуматься, а если б он здесь у вас на лавочке и помер? Болотная ягода в больших количествах может сработать не хуже любого яда. – Пригрозил Тордион.

– Ой! Простите я, кажется, кувшины перепутала, сейчас принесу новые. – Пискнула вертихвостка, и скоренько собрав все наличествующие, на всех трёх столах кувшины унеслась на кухню.

– Вот так бы сразу. А то таскает всё по одной штучке, тьфу.

– Тор, вроде не маленький, а понять не можешь. Девочка перед приглянувшимся парнем красуется, а ты с ней так. – Попенял его страж.

– Слушай Баст, а тебе случайно ещё младенчиков в подолах не приносили? – Возмутился Тордион на слишком мягкое, по его мнению, поведение белобрысого паренька.

– Нет. Я ещё вроде ни разу не набирался до такого состояния, чтоб не отвечать за свои действия.

– Ну знаешь, скажет, что случилась осечка с магическим амулетом, ну или зелье негодное оказалось и не подействовало.

– Тор-р-р! Если б я спал с кем попала, то сам себя перестал бы уважать!

– А так ты спишь, не с кем попало?

– Нет! – И осеклась, увидев сосредоточенные на своей персоне десятки горящих любопытством глаз, ради такого случая даже молодые стражи города соизволили проснуться и тоже с жадностью ловили каждое её слово.

– И.– Подтолкнул её Тордион.

– И не твоё рваровское дело. – Буркнула в ответ Баст, матеря себя на все лады.

– Да ладно тебе Тор. Оставь парня в покое. Он хотя бы в отличие от тебя не обозлился на всех женщин из-за неразделённой первой любви. – Снова встал на защиту Баст Азал.

– Ну значит Электрой стукнутый. – Подытожил Тордион, выхватив из прибежавшей обратно подавальщицы кувшин с горной слезой, и припал к горлышку. – И вообще хватит всякой дрянью давиться, а то ещё словишь тень жёлтой лисички.

Кого?

Электры, то бишь. – Рассмеялся кто-то из гномов.

С этими словами он впихнул в руки уже плохо соображающей Баст кувшин с чистой горной слезой. Хмель плескавшийся в голове девушки не позволял адекватно оценить ситуацию и она по примеру наставника и его подчинённых приложилась к горлышку кувшина.

– А разве от этой болотной ягоды можно её словить? – Удивился Синок.

– И ещё как. Азал, чтоб тебя, прекрати поить парня этой дрянью. – Возмутился Тордион, увидев, как торгаш потихоньку, наполняет кружку Баст всё той же разбавленной выпивкой.

По-видимому, там была уже просто разбавленная болотная ягода, потому что для горной слезы напиток был уж больно густым и тёмным. Но даже это не смутило вошедшую в раж Баст. Прикончив залпом подсунутый здоровенную кружку не то болотной ягоды, не то смеси всевозможных хмельных и алкогольных напитков она гордо выпятила грудь демонстрируя опустевшую кружку.

– Ничего, ничего. Всё равно ты из него и ягоду, и слезу в ближайшее время выбьешь. А так глядишь и иммунитет к этой гадости появиться.

– А я думал, ты мне помочь пытаешься. – С тяжёлым вздохом сообщила ему Баст, осушая очередную кружку.

– Ну надо же будет стрясти с этого жулика побольше. Так что, ты пей, пей. В скором времени пожалеть успеешь, что отказывался. – Усмехнулся торговец, наливая очередную кружку разбавленной ягоды.

К тому моменту, когда в заведение пожаловал Тъзон весьма недовольный количеством проволочек и впустую потраченного времени, девушка приканчивала уже шестой кувшин. Все её силы уходили на то, что б ни свалиться под стол от выпитого или не сболтнуть чего лишнего, учитывая, что Синок с Азалам дождавшись момента, когда она сильно опьянеет и ослабит бдительность, начали расспрашивать о её прошлом и жизни в приюте по, духи знают какому разу.

– О Тъзон вернулся! – Улыбнулся Азал, подливая Баст во всё ещё не до конца опустевшую кружку уже не разбавленной горной слезы.

– Я смотрю, вы уже вовсю расслабляетесь. Между прочем, нам бы выехать как можно скорее, а вы тут все в невменяемом состоянии. – Буркнул Тъзон, подсаживаясь к Тордиону, и пододвигая к себе тарелку с мясом какой-то ящерицы, что принесли незадолго до его прихода за место закончившейся птицы.

– Да ладно тебе. У нас тут одна идейка появилась. Ты как, с нами? – Спросил Азал, пододвигая к другу кружку с горной слезой.

– Давай рассказывай. – Велел Тъзон, опрокидывая в себя ядрёный напиток.

– Тут один хитрец балуется болотной ягодой. Ну, думаю, ты уже должен был заметить. – И кивок в сторону Баст.

– Решил его разорить?

– Ну! Зачем же? Просто пополним караван ещё парой телег с тавром. Ещё и на посылочку в Крону останется при таком раскладе. – Улыбнулся Азал.

– А не слишком ли ты жадным стал в последнее время, а Азал? – Прищурился Тъзон, кося при этом в сторону начавшей заваливаться Баст.

– Да не волнуйся ты так об этом, честный торговец. Эй, парни, раз проснулись, оттащите этого упившегося к самой большой телеги, да уложите проспаться. – Подключился к диалогу Тордион.

– А почему мы то должны его тащить? – Возмутился, один из молодых городских стражников ещё не до конца проспавшись.

– А кто парню плохой пример подавал? Вот насмотрелся на вас и посчитал что это норма. Так что давайте, давайте. – Подбодрил своих молодых сослуживцев Хина, переглядываясь с Тордионом.

Что было дальше, в памяти девушки отложилось как-то урывками. Сперва её куда-то тащили, поддерживая за руки, хоть она и уверяла своих конвоиров, что дойдёт сама. Потом чей-то чрезвычайно громкий голос требовал от кого-то предоставить больше бочек, хотя зачем и для чего так и осталось загадкой. Под конец деревянный настил, на котором она валялась начал мерно покачиваться под постоянным понуканием ещё одного не в меру громкого и назойливого голоса после чего стал нещадно трястись. Всё больше раздражаясь из-за невозможности нормально поспать, Баст нащупала что-то похожее на одеяло рядом и накрылась с головой, уплывая в сладкий мир снов подальше от всяких там раздражителей.

Пробуждение было весьма неприятным. Спина промокла насквозь, несмотря на кожаную безрукавку и накинутую ткань не раскинутого полога, которым обычно укрывают ценный, легко промокаемый груз в дождливую погоду. Во рту, как и в горле, образовалась пустыня, и она явно сыпала свои пески в желудок, недовольный таким оборотом дел и вызывая тем самым ощущение сравнимые с готовящимся к извержению вулканом. Голова по ощущениям раздулась в размерах и стала раза в двадцать тяжелее. При попытке выудить хоть одно связное воспоминание голова, словно взорвалась феерией различных воспоминаний, многие из которых совершенно не относились к недавнишнему времени. Такое обилие воспоминаний разом привело к усилению головокружения и тошноты. Поэтому девушке приходилось только надеяться, что у кого ни будь из гномов, будет, чем опохмелиться, иначе она рисковала сравняться по мыслительному процессу с овощем на ближайшие три, пять часов. Переждав приступ, Баст предприняла первую попытку подняться, но даже сесть ей так и не удалось, омерзительное ощущение скрутило с новой силой, и она невольно застонала.

– О-о-о, кто проснулся! – Раздался раздражающе и больно бьющий по перепонкам голос Азала.

– Где мы? – Выдавила из себя довольно таки глупый вопрос девушка.

Даже от этого малого усилия, заданного вопроса, мир под опущенными веками стремительно за вращался, и девушки пришлось снова на какое-то время затихнуть, что бы стабилизировать своё состояние. Мозг явно не хотелось работать и всеми силами давал это понять, активно тормозя и образовывая в голове мешанину, из образов, звуков и ещё духи знают чего из прошлого, настоящего и воспалённого алкоголем воображения.

– В пути. – Усмехнулся хитрый торгаш.

– Проклятье. Не издевайся Азал. Прошу тебя. Лучше расскажи, что произошло после того как я отключился. – Попросила Баст.

– Ладно. Давай начнём с того что собственно ты последнее помнишь? – Задал весьма разумный вопрос торговец.

– У-у-у. Азал, сейчас ты от него вряд ли дождёшься нормального ответа. Хотя если честно, то я приятно удивлён тем, что ты можешь после всего выпитого и столь непродолжительного сна связно разговаривать. – Послышался голос Тордиона откуда-то сбоку.

Стараясь не делать резких движений, и не провоцировать сильно недовольный сложившейся ситуацией организм, девушка повернула голову в сторону, откуда доносился голос гнома. Через полуприкрытые веки ей удалось рассмотреть командира гномъей охраны, преспокойненько едущего на своём силионе рядом с телегой, Баст ощутила сильную зависть. Ведь по приходу в трактир после посещения храма он не только догнал её по количеству выпитого, но и перегнал. Причём за довольно короткий промежуток времени. А под конец, когда она с горем пополам могла осилить только одну кружку горной слезы, он успевал опрокинуть в себя две, а то и три кружки этого весьма крепкого горячительного напитка и явно не собирался останавливаться в ближайшее время, показывая удивительную устойчивость к алкогольному опьянению.

– Ладно, тут ты действительно прав. Держи Баст, поправь здоровье. Да токмо сильно не увлекайся, а то снова свалишься в мир сновидений. – Предупредил Азал, протягивая девушке фляжку с чем-то по запаху явно горячительным, но не относящимся к горной слезе или другим чрезмерно крепким напиткам.

Учитывая, что волна слабости, накатавшая во время приступа головокружения никуда исчезать и не собиралась, Баст взяла протянутую флягу трясущимися руками, не пытаясь подняться с настила и стараясь не расплескать живительную влагу, жадно присосалась к горлышку. Выпустила её лишь после того, как та опустела больше чем на половину, и то потому что Азал посчитал что с молодого организма хватит и с силой вырвал из её ещё слабых рук такую желанную и спасительную флягу. К тому моменту она уже успела прогнать частично пустыню во рту и горле, что немедленно благотворно сказалось на желудке. Небольшая порция алкоголя частично прочистила сознание и стабилизировало общее состояние организма. Очередная попытка принять сидячее положение наконец – таки увенчалась успехом. Подставляя своё разгорячённое лицо под холодные капли моросящего дождя, девушка потихоньку начала приходить в себя.

– Спасибо. – Поблагодарила Баст, чувствуя, как всё постепенно возвращается в норму.

– Да пожалуйста. Было б за что. Так всё же, с какого момента те рассказывать о произошедшем? – Повторил свой вопрос Азал.

– Как меня двое городских стражников увели просыпаться. – Последовал незамедлительный ответ, Баст очень надеялась, что за всё то время что она не соображала, она не успела сболтнуть чего лишнего.

– Ну, сразу как тебя увели, мы слегка надавили на тамошнего хозяина, обвинив его во всеуслышание в твоём отравлении. Пока тот пытался оправдаться, к нам присоединился Хина. Ну, тот офицер рыжеусый. Ему давно не терпелось прижучить этого кабатчика. Уж очень часто он эту гадость, которой тебя поил, его молодым соратникам наливал. Вот и подвернулся случай разобраться с этим сыном триджи. – Усмехнулся Азал.

– Кстати, ты этому кабатчику обошёлся в семьдесят шесть бочек разбавленной ягоды и с полсотни чистой горной слезы. – Обрадовал Тордион.

– Ничего себе! А зачем вам было брать эту дрянную ягоду? Она ж в больших количествах ядовита! – Удивилась Баст.

– Ну, это с какой стороны посмотреть. К примеру. Болотную ягоду используют в медицине как обезболивающее, а разбавляют ее, потому что в чистом виде мало кто способен её сожрать. Больно она кисло горько противная. – Не согласился с её заявлением Азал.

– Но под конец я совсем не чувствовал никакой кислоты. – Припомнила девушка, вспоминая свои ощущения.

– Ну, это и понятно. Она и так сильно была разбавлена горной слезой, а он додумался её ещё и подогреть, ну или просто эти бочки долго стояли в тепле, не знаю. Но ягода банально начала бродить и из-за этого проявилось больше горечи. К тому моменту как к нам присоединился Тордион, ты уже неплохо так приложился, а к приходу Тъзона, ты уже не то что горечи, но и вообще какого либо вкуса не чувствовал. Что долинную влагу, что горную слезу пил как водицу, ещё и этой разбавленной ягодой, не то запивал, не то закусывал. Я вообще думал, что ты у нас бревном несколько оборотов после такого проваляешься, а гляди как не. Прошло чуть больше пол оборота как мы выехали, а ты уже и проснулся.– Пояснил торговец.

– Кстати паря, ты, ничего странного не чувствуясь? – Поинтересовался Тордион.

– Да вроде нечего особенного. Правда всё ещё немного мутит, и голова с похмелья гудит, а что? – Обеспокоилась девушка таким странным вопросом гнома.

– А как насчёт твоих травм? – Подтолкнули её в нужное направление наставник.

– Ну, вроде нечего? – Только сейчас Баст обратила внимание, что все травмы, донимавшие её с самого начала их с Тордионом тренировок, сейчас словно затаились на общем фоне и не давали о себе знать.

– То-то. А я те говорил, что ещё спасибо скажешь. В три ближайших оборота ты вряд ли будишь замечать такие мелочи как ссадины и синяки. Но это не означает, что ты потеряешь чувствительность. Просто боль быстро будит притупляться. Только учти, что это не поможет против переломов! Для них надо принимать чистую болотную ягоду, причём постоянно. – Предупредил Азал.

– И ещё паря. Ягодка это хоть и весьма интересная, но не советую ей злоупотреблять. Привыкание хоть она и не вызывает, но вот то, что ты разучишься правильно оценивать своё состояние ни к чему хорошему тебя не приведёт. Уж поверь. – Предупредил Тордион, внимательно наблюдая за реакцией Баст.

А та представила, как под действием этой ягодки вот так нечаянно получит рану и истечёт кровью, так и не поняв от чего померла. И хорошо если это будит открытая рана. Ведь внутреннее кровотечение в отличие от поверхностной раны если сам не почувствуешь, обнаружить до наступления смерти весьма и весьма проблематично.

– Ну, вижу, ты во всех красках представил последствия злоупотребления болотной ягоды. Вот и молодец. – Похвалил Тордион видя как Баст бледнеет на глазах от открываемых воображением перспектив.

– Рвар этого трактирщика подери. Он что, действительно хотел меня отравить, приняв за кого-то из знати?!– Возмутилась Баст.

– Ну не отравить, а напоить до беспамятства. Да и не совсем он. Просто та свиристель, что тебе глазки строила, добавляла ещё сверху. – Пытался успокоить её Азал, а Баст представила, что было б, добейся девушка своей цели и ей снова схудилось.

– Ладно паря отдохни какое-то время, а потом с тобой позанимаемся. – Обрадовал Тордион.

– Угу. – Буркнула Баст и задумалась о произошедшем недавно инциденте.

Получалась не очень хорошая картина, в общем то. Ведь её могут разоблачить и не напрямую, а вот по таким пустякам. Это сейчас эти длиннобородые ребята просто посмеялись, да и лезть не стали, посчитав, что их новый приятель просто совсем ещё зелёный в данном деле. Кто другой может просто попытаться на слабо взять или попросту утянуть в дом развлечений, от доброты душевной. Ну, или банально за компанию. И это неизбежно произойдёт, учитывая тот факт, что на службе у неё будут сослуживцы. Ребята её возраста, которым за радость с девушками покувыркаться, и паренёк, сторонящийся таких развлечений, будет выглядеть, мягко говоря, странно. Договориться с какой ни будь девушкой, раскрыв свой секрет, тоже был не вариант. Не факт, что она не проболтается, да и когда Баст раскроет то что она сама женщина, данная ситуация может выглядеть очень не эстетично. Если даже не угробит весь заработанный ею в будущем авторитет.

Вот так погрузившись в свои размышления, Бастэт снова уплыла в мир снов, полностью игнорируя все раздражающие внешние факторы, такие как изморось или порывы холодного ветра. А когда проснулась, вокруг, насколько хватало глаз, раскинулись поля. Тлань напоследок решила побаловать путников своим холодным ликом, тогда как с противоположной стороны, по самой кромки горизонта уже начала разгораться багровая полоса, знаменующая скорое полное возвращение Риммы, и конец быстрой тали с её непрекращающимися дождями и непроходимыми дорогами. Холодный сезон, наконец, заканчивался, и это не могло не радовать девушку. Баст всегда ужасно не любила синий цикл с его холодом и пробирающими до самых костей ветрами. Тогда как красный цикл был для неё настоящим подарком, ведь можно было избавиться от кучи мешающей двигаться зимней одежды и в любое время искупаться в прогретой Риммой открытой воде, а не переполненной тесной купаленке. Сейчас, близость подступающего тепла многократно повысило её настроение, а проблемы, занимавшие сознание не так давно, показалась незначительными. Правда мельтешащее на краю сознания воспоминание о смерти Томпсона и Тарта не довили в полной мере наслоиться моментом.

– О, проснулся! – Заметил её пробуждение Синок.

– Угу. А где Тордион? – Осмотревшись и не найдя главу охраны спросила девушка.

– В начале обоза, ему надоело ждать, пока ты проспишься. Вот и решил последовать твоему примеру. Надо ж было так напиться! Знал ведь, что Тъзон ему весь мозг проест насчёт этого и всё равно не сдержался, ведренная его душа.

– Какая?

– Не важно, это я так. Отец часто так Тордиона обласкивал вот и привязалось.

– Ясно. А что толком было? Похоже, я проспал что-то интересное. – Спросила Баст.

– Да ничего особенного. После того как ты повторно заснул Тъзон с Азалам взяли Тордиона в оборот и долгое время читали ему нотации на тему неподобающего примера для молодёжи. – Рассмеялся Синок.

– Да уж. Похоже, я сильно подставил Тордиона. – Вздохнула Баст.

– Да не, он сам себя подставил если честно. Кстати, на будущее, не советую так рисковать. Не бери дурной пример с Тора, он гном хороший, но иногда его заносит, прям как недавно. – Предупредил Синок.

– Учту теперь. А долго я спал? – Спросила Баст пытаясь прогнать остатки сна.

– Почитай оборот.

– А сам Тор что, столько времени слушал нотации этих двоих?

– Ты что! Если б они столько времени ему нотации читали, он бы их уже через три часа поубивал. Не, погудели над ухом с пол часика и успокоились. И, да ещё кое-что, не Тор, а Тордион, запомни и впредь постарайся без особой надобности чужие имена не сокращать. Повезло, что он этого не слышал.

– А что здесь такого?

– Эх ты паря, жил рядом с горами и не знал, что у нас имена могут сокращать только родственники или побратимы?

– Знал, но сейчас как-то само собой с языка сорвалось, прости. Но я, кажется, его так и при нём называл пару раз. – Слукавила Баст.

– Значит, это было не так заметно, как сейчас. Да и вообще, смотрю, с языком ты дружишь, так же как и с алкоголем. В каких-то моментах молодец, а в каких-то не можешь попридержать свой болтливый орган. – Пригрозил ей пальцем Синок.

– Извини. – Искренни смутилась Баст.

– Да нечего такого, просто эта твоя черта принесёт тебе уйму проблем в будущем, учти. – Предупредил Синок.

– Хорошо, постараюсь.

– Ох, что-то я сильно сомневаюсь, что одних стараний в данном случае будит достаточно.

– Как говориться, поживём увидим.

– Ладно, тут ты прав. А раз так, то давай и этого горя охранника будить. Народ! Толкните Тордиона, а то он просил разбудить, как Баст проснётся! – Во всю мощь своих лёгких заголосил Синок, от чего с Баст слетели все остатки сна, и зазвенело в ушах.

– Меня толкать не надо, я и так вас отлично слышу! Паря, готовься, пора возобновлять тренировки, а то мы и так уйму времени потеряли! – Донёсся голос Тордиона откуда-то из впереди идущих повозок.

– Он что нас слышал с такого-то растения? – Удивилась Баст.

– Да нет. Просто чуйка сработала. – Улыбнулся сидящий у самого края телеги молодой гном.

Баст только сейчас обратила внимание, что заводные тащащие сдвоенную телегу идут привязанные к впереди идущей повозке, а не управляются возницами как все остальные.

– Синок. А ты и старшие не боитесь, что наша походная площадка кувырнётся с дороги, идя вот так без возницы? – Спросила девушка.

– Ну, во-первых, за ней всегда кто ни будь да присматривает, а во-вторых у нас просто не хватает возниц. Нескольких моих парней зацепило в стычки. Полезли геройствовать, вот и получили, на что напрашивались.

– Так получается часть возниц, твоя, а часть Азала?

– Не. Моих здесь гномов десять, остальные либо Тъзона, либо Азал. Как отца не стало, многие возницы ушли к другим торговцам, а те, что остались, просто не могут увезти всё вот дядьки своих и предоставили на первое время пока опыта не наберусь да авторитета.

– Извини.

– Да за что ты то извиняешься. Кроме Тордиона никто не понёс больше потерь, а эти сами напросились. Следовали б чётко приказам, не пострадали. – Буркнул Синок.

– Тут ты наверно прав. – Вынуждена была согласиться с ним Баст вспомнив как сама "отлично" проявила себя в последней стычке.

– Ладно, закругляемся, а то вон и Тордион показался. Сейчас тебе не до разговоров будит. – Кивнул головой вперёд торговец, указывая на Тордиона, приближающегося к их телеге.

– Как самочувствие паря? Готов возобновлять тренировки? – Вместо приветствия спросил Тордион, заскакивая на движущуюся телегу.

– Спасибо, с пробуждением, и да я тоже рад тебя видеть. – Поздоровалась с наставникам Баст.

– Не ёрничай, не ёрничай! Давай поднимай своё седалище и покажи, на что ты способен. – Предложил Тордион.

– Баст, сейчас бесполезно с ним разговаривать. За всё время, что ты проспал, он застоялся без тренировок, так что я тебе искренне сочувствую. – Покачал головой Синок устраиваясь по удобней в предвкушении забавного зрелища.