Коды истории. Знаки и символы

От автора

История – это не только то, что записано в учебниках. Это ещё и то, что скрыто в пыльных архивах, зашифровано в ритуалах древних культов и отражено в странных огнях, которые очевидцы замечали в небе над Сибирью более ста лет назад.

Что общего между донесениями царских жандармов об «летающих аэропланах», финансовой империей рыцарей-тамплиеров и секретными экспериментами ОГПУ? Как верования сибирских шаманов перекликаются со зловещей математикой современного террора? И насколько можно доверять летописцам, чьи слова легли в основу нашей идентичности?

Эта книга – не попытка дать окончательные ответы. Это приглашение к совместному расследованию, к путешествию по лабиринтам времени, где за каждым поворотом может скрываться может скрываться совершенно новый смысл, а привычные знаки и символы обретают совершенно иной, порой пугающий смысл.

Это сборник для тех, кто, как и я, верит, что самые интересные истории начинаются там, где заканчиваются официальные версии.

Хроники НЛО. Российская империя

Вместо предисловия

В 1914 году началась Первая мировая война, которую в России называли «Германской». На западных рубежах империи гремели пушки, а на востоке страны всё чаще замечали в небе странные огни. Военные и чиновники ещё не знали слова «НЛО», но скрупулёзно собирали информацию и докладывали о пролётах загадочных «аэропланов» – так в те годы называли неопознанные летающие объекты.

Это неудивительно: люди всегда описывают необъяснимое языком своей эпохи. И именно лексика, как зеркало своего времени, служит ключом к пониманию определённого исторического периода.

Подобные наблюдения добросовестно проводились по всей территории Российской империи: военными, казаками, личным составом департамента полиции и Отдельного корпуса жандармов. По собранным материалам составлялись отчёты и проводился тщательный анализ на предмет «возможного развёртывания сил неприятеля в глубоком тылу Государства Российского».

Любопытно, что и в Советском Союзе именно со сбора информации начались исследования НЛО: вначале это была секретная программа «Сетка», потом «Галактика» и последняя – «Горизонт».

Ниже перед вами материал (где оригинальный текст – курсив, забранный в кавычки, /…./ – сокращения, орфография оставлена без изменений), в котором намерено опущены упоминания о наскальных рисунках и иных визуальных доказательствах посещения НЛО, не приводятся ссылки на рукописи, не анализируются фото и кино материалы (часто весьма сомнительного качества).

Автор умолкает, далее с вами будут говорить:

Очевидец

«Расшифровка:

Его высокородию Господину Начальнику Службы Движенія Омской железной дороги.

Вагонораспределителя Управленія Службы Движенiя Д. Карасева

Рапортъ

Докладываю, что сегодня 13 октября около 11 часов утра я был подозванъ старшимъ конторщикомъ А. Большаковымъ къ окну здания Управленiя выходящему в сторону р. Иртыша для наблюдения за летающимъ предметомъ. И когда я подошелъ къ окну-то действительно увидалъ на горизонте на значительной высоте летающiй съ Запада в Южном направленiи предметъ птицеобразнаго Аэроплана. – Кроме меня и Большакова еще наблюдали находящiеся тут-же рабочiе.

13/X – 915 г. А. Большаковъ

В ъ р и о: Делопроизводитель подпись (неразборчиво)

Полицейский

«Копiя телеграммы, отъ 30 октября 1915 года, на имя Томскаго Губернатора.

Ночь 28 октября между Белогородской Правленкой Тюменевской волости пролетелъ аэроплан напраленiи юга на северъ формы удлиненной лодки действующимъ прожекторомъ. Обнаруженiю места нахожденiя или остановки приняты энергичные меры.

Исправникъ Горбатовъ, Крестьянскiй Начальникъ Поляковъ»

Аналитик

«Дело Канцелярии Степного Генерал-Губернатора № 544 по описи 1915 года

В Канцелярию при Степном Генерал-Губернаторе Копия

(1-е отделение 2-го стола)

15 сентября 1915 года, г. Омск

Первые сведения о появлении в крае аэропланов относятся к январю 1914г., когда дочь священника Коченгина – Агния Коченгина, 15 лет, и работник Волхин наблюдали полет аэроплана (судя по описанию, типа «Блерио») – над г. Зайсаном… Как Агния Коченгина, так и Волхин, наблюдавшие полет из разных мест, дали очень схожие показания, но Семипалатинский Губернатор, действительный статский советник Тройницкий, рассмотрев эти показания, пришел к заключению, что описанный случай полета в действительности едва ли имел место, ибо показания Коченгиной и Волхина существенно разнятся между собой. В чем заключается усмотренная д.с.с. Тройницким разница в показаниях – он не указывает.

Засим в декабре 1914г. Акмолинский губернатор Т. С. Неверов донес генерал-губернатору о том, что полицейский урядник Тимецкий и другие лица наблюдали 3 декабря, в 9 час вечера, летящий аэроплан, освещенный тремя прожекторами.

Вскоре Акмолинский губернатор снова сообщил (9 февраля 1915г.), что крестьяне Петропавловского уезда Дикий, Пономарев и Головко наблюдали вблизи немецких заимок какие-то огненные столбы конусообразной формы, а крестьянин Головатый, проходя в 11 часов ночи по улице с. Андреевского, услышал какой-то неопределенный шум и тотчас же заметил огненный шар в виде паровозного фонаря, приближающегося к селению; пролетев над селением в 20–30 саженях от земли, огонь стал удаляться, поднялся выше и направился к немецким заимкам.

После этого донесения никаких сообщений до июня месяца не было.

С изданием 12 августа с.г. объявления главным начальником края о появляющихся в крае аэропланах в канцелярию поступают многочисленные заявления разных лиц со сведениями о полетах аэропланов.

Сообщения эти можно разделить на три группы. К первой группе можно отнести наименее ценные сообщения, основанные на неопределенных слухах. Такие заявления не содержат в себе каких-либо точных сведений и в них, обыкновенно, говорится, что заявителю пришлось слышать от такого-то, что аэроплан видели летевшим через такую-то местность. Все эти заявления Канцелярия принимала лишь к сведению, так как предпринять какие-либо действия на основании таких заявлений невозможно.

Ко второй группе относятся заявления и показания очевидцев полетов аэропланов. Эта группа дает довольно ценный материал, ибо на основании его можно не только установить самый факт появления здесь аэропланов, но указать типы их, отчасти наблюдать пути полетов и даже примерно установить их базы.

Заявления этой группы необходимо разобрать более подробно.

Говоря о заявлениях очевидцев, надлежит отметить, что их показания, как и все вообще свидетельские показания, не всегда отличаются точностью и определенностью. В них часто встречаются неясности, недогляды, и на все эти недостатки люди, отрицающие возможность появления здесь аэропланов, указывают как на обстоятельства, опорочивающие показания их в целом. С таким взглядом нельзя согласиться, так как при рассмотрении показаний нужно иметь в виду, что многие их них сделаны людьми малознакомыми или вовсе незнакомыми с аэропланами. /…/

Необходимо также помнить и то, что способность схватывать особенности наблюдаемого предмета – качество чисто субъективное. У одного эта способность развита в большей, у другого – в меньшей степени. Это обстоятельство тем более важно, что наблюдение полетов происходит обыкновенно в течение не больше 2–3 минут, так что наблюдавшему трудно бывает детально рассмотреть аэроплан.

Показания сделаны следующими лицами:

1. Рабочие Чернов, Коновалов и Рожнов видели аэроплан 14 августа в восьмом часу вечера. Направление полета: от кирпичного завода Иванова, через дом Чернова на Семипалатинском тракте, церковь и на левый берег Иртыша, правее железнодорожного моста. Форма аэроплана, по описанию Чернова, – растянутый ромб, летящий тупым углом вперед. Наблюдали его 2–3 минуты. /…./

7. Конторщик Михайловского имения Крестьянского банка (Каинского уезда) Литвинов, 14 августа, в 12 часов ночи, совершенно ясно видел пролетающий над заимкой на незначительной высоте аэроплан с мелькающим светом.

8. Крестьянин Саяпин видел аэроплан вблизи дер. Любинской, Тобольской губ. Описывает его в виде продолговатого круглого тела, более широкого впереди. Наблюдал в течение нескольких секунд.

9. Машинист Алфеев, ведя товарный поезд № 36, 18 августа, в 8 часов вечера вблизи станции Татарской видел аэроплан, пролетевший через железнодорожный путь. Временами освещался. Описания нет.

10. Крестьянин Роман Мулявко сообщил из ст. Песчаной (Павлодарского уезда), что 14 июля, перед заходом солнца к нему прибежал киргиз-пастух и сообщил, что к пустой избушке киргиза Отюбекова прилетел по воздуху и опустился на землю пароход, окрашенный в два цвета – черный и голубой. Из парохода вышли люди, затем пароход побежал на колесах, сделал по земле несколько кругов и улетел.

11. Начальник Ишимского гарнизона сообщил о том, что полет (похожий на падение) аэроплана, наблюдали гимназисты братья Постниковы и Тверской близ дер. Заворохиной. (Сведения о результатах обыска окрестностей Заворохиной еще не получены.) /…/

14. Пастух-крестьянин Уфимской губ. Акмолинов близ ст. Марьяновка, 24 августа после заката солнца видел поднимающейся из-за леса на воздух какую-то фигуру «наподобие курятника». Испугался и убежал.

Здесь приводятся наиболее характерные показания. Если в заявлениях этой группы встречались какие-либо неясности или они вызывали сомнения, то заявители приглашались в канцелярию для передопроса, и показания их сообщались начальнику жандармского управления и уездным начальникам для сведения и принятия мер по установлению наблюдения за подозрительными пунктами. /…/

К сожалению, приходится констатировать, что эти сведения отрывочны и не дают полной картины путей полетов. /…/ И если можно понять рядового крестьянина, боящегося и немцев и потери времени, если его будут вызывать для передопросов или в качестве свидетеля, то никак нельзя понять, почему не сообщают о своих наблюдениях люди интеллигентные?

Заканчивая обзор заявлений второй группы, нельзя обойти молчанием сообщения о световых явлениях, замечавшихся разными лицами. Многие полагают, что здесь происходит простое недоразумение, и что лица, утверждающие, что наблюдали ночью огни аэроплана, видели на самом деле планету Юпитер, свет которой очень ярок. Конечно, такие заблуждения возможны.

Однако некоторые показания никоим образом нельзя объяснить такой ошибкой. Прежде всего необходимо иметь в виду, что как звезды, так и Юпитер, кажутся наблюдателю неподвижными, а такого положения в воздухе аэроплан занимать не может, ибо полет его обусловлен исключительно скоростью движения. Поэтому, если некоторые наблюдатели говорят, что видели аэроплан в какой-то точке неба в течение 15–20 минут, то ясно, что наблюдатель ошибся, принимая звезду за аэроплан. Но, с другой стороны, трудно объяснить все показания такой ошибкой наблюдателя.

Из показаний чиновника Левандовского, например, усматривается, что ему и его спутникам, в числе 5 человек, пришлось наблюдать на небе (вечером 17 августа) движущуюся световую точку, которая описала в течение 15 минут над левым берегом Иртыша замысловатую фигуру (приложен план) и затем скрылась вдали. Такое показание, если только признать его добросовестность, не может быть объяснено наблюдением над какой-нибудь звездой, так как звезд, делающих в короткий промежуток времени такие сложные движения, насколько известно, не имеется. /…/

Так, например, крестьянин Семенов … говорит, что над его головой 18 июля, в 12 часов ночи, с сильным шумом пролетел светящийся шар, имеющий вид паровозного фонаря. Исчез в пространстве так же быстро, как и появился, причем издаваемый этим предметом шум слышался еще несколько минут. Аналогичный случай был и с ямщиком Скатовым, в ночь на 6 августа, близ пос. Волчанского. /…/

К третьей группе заявлений надлежит отнести те, в коих указывается местопребывание аэропланов. /…/ Большинство лиц делает лишь общие указания: «аэропланы скрываются на немецких заимках», но иногда указывается и на отдельные пункты. Весьма многие из заявителей указывают на то, что видели аэроплан летающим или спускающимся вблизи паровой немецкой мельницы. Так, указывалось на мельницы: Герцена в Павлодаре; в пос. Звонорев – Кут; мельницу Дика на заимке Трусова (в Тюкалинском уезде, верстах 40 от г. Омска) и на ряд мельниц вблизи Михайловского имения (Каинский уезд) Крестьянского поземельного банка.

Весьма интересное и разъясняющее указание по этому поводу дает Непременный член Омского отделения Крестьянского поземельного банка Хорошев, в рапорте 17 августа 1915г. за № 378. Сообщая о виденных 11 и 14 августа конторщиком Литвиновым и его женой аэропланах, г. Хорошев отмечает, что вокруг Михайловского имения расположено до 30 немецких заимок; «на 3-х из них вальцовые мельницы с вполне оборудованными мастерскими, с запасами нефти и бензина, и все эти заимки расположены вдоль полотна железной дороги». Это указание дает возможность предположить, что, если мельницы и не служат для аэропланов убежищем, где они могут скрываться долгое время, то, во всяком случае, могут получать запасы бензина и других припасов. /…/ Однако такое неопределенное показание дает, конечно, весьма мало материалу для розыска. /…/

Имеется несколько анонимных заявлений о том, что аэроплан следует искать на заимке Штумпфа. Конечно, в этом случае, весьма возможно, играет роль как немецкое происхождение Штумпфа, так и то, что заимка Штумпфа населена исключительно немцами-колонистами, часто не говорящими по-русски. /…/

Весьма интересное заявление сделано павлодарским мещанином Хафизом Абдул-Сатдаровым, наблюдавшим полет аэроплана 31 августа в г. Павлодаре, о чем им дано показание помощнику уездного начальника. После сего Сатдаров прибыл в Омск и заявил, что часть пути, по которому летел аэроплан, он проследил, и, по его предположениям, аэропланы могут скрываться в Баян-Аульских горах1, где имеется высокая гора с обширной плоской вершиной и с крутыми склонами, благодаря чему она мало доступна для пешеходов.

Предположения Сатдарова не могут быть признаны невероятными и требуют обследования, ибо указанное Сатдаровым место по своим качествам является наиболее удобным для убежища аэропланов.

/…/, прежде чем признать неправильность показаний или предположений, необходимо точно выяснить, что именно не подтвердилось и каким способом производилось расследование. /…/».

Чиновник особых поручений при Степном генерал-губернаторе: Чернавин»

Контрразведчик

Расшифровка:

«М.И.Д. Копия (от руки)

Императорское конфиденцiально

Россiйское Консульство 316 (от руки)

въ Кобдо.

– - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - -

13 ноября 1915 г. Исх. № 1275

Милостивый государь Николай Александровичъ.

Никакихъ сведенiй о постоянных стоянках или временных базахъ аэроплановъ в пределахъ Кобдосского округа ни у местныхъ властей, ни въ Императорскомъ консульстве ни имеется. Между темъ; устройство такихъ базъ не могло бы ускользнуть отъ: вниманiя монголовъ которые о подобныхъ чрезвычайныхъ случаяхъ несомненно тотчасъ-же известили бы своихъ правителей. Съ другой стороны, полагаю, что, рядъ неблагоприятныхъ условiй /редкость населенiя, отсутствiе строенiй, невозможность заготовленiя матерiалов, необходимость знанiя местнаго языка для сношенiя съ туземцами и пр./ делаетъ устройство подобной базы совершенно невозможнымъ и все догадки такого рода въ отношенiи этой части Монголiи могут быть смело отнесены, на мой взглядъ, къ области обывательской фантазiи.

Его Высокопревосходит-ву Н. А. Сухомлинову

Сообщая о вышеизложенномъ Вашему Высокопревосходительству, въ ответъ на конфиденцiальное письмо Ваше отъ 19 октября за № 269, прошу принять уверенiе въ искренномъ уваженiи и совершенной преданности.

Подписалъ: Вашого покорнаго слуг Б. ЛИЧ.

Съ подлиннымъ върна:

К а п и т а н подпись Павловскiй»

Дополнительная информация:

Консульство в Кобдо ныне Ховд, Расположен у подножия Монгольского Алтая, на реке Ховд (Кобдо-Гол), недалеко от озера Хар-Ус-Нуур. Основан в XVII веке как ставка джунгарского хана Галдан-Бошогту. Был важным административным центром в период Цинской империи.

Б. ЛИЧ. в дореволюционном документе – это сокращение, типичное для делопроизводства Российской империи начала XX века. Оно расшифровывается как: «Была личная» (подпись) или полнее: «Была личная подпись». Такое сокращение ставилось в машинописных копиях документов, если оригинал был рукописно подписан должностным лицом. Указывало на то, что документ заверен лично, но подпись выполнена от руки – и в копии не воспроизводится. Использовалось вместо: «Подлинник подписан собственноручно». Пример в контексте: Подписалъ: Вашего покорнаго слуги Б. ЛИЧ. (а ниже уже идёт от руки подпись, в данном случае – Павловскій). – Г. Е.

Капитан Павловский, контрразведчик из российского консульства в Монголии пишет напрямую Н. А. Сухомлинову генералу от кавалерии, Оренбургскому губернатору, наказному атаману Оренбургского казачьего войска, Степному генера-губернатору, командующему войсками Омского военного округа и наказному атаману Сибирского казачьего войска.

Рыцари Храма

Вступление

«…Толпа безмолвствовала в оцепенении. Людям казалось, что на их глазах жгут безумного пророка. Лицо Великого Магистра, пожираемого пламенем, было повернуто к королевской галерее. И громовой голос, сея страх, вещал: «Папа Климент…, рыцарь Гийом де Ногарэ, король Филипп… – не пройдёт и года, как я призову вас на Суд Божий, и воздастся вам справедливая кара. Проклятие! Проклятие на ваш род до тринадцатого колена!..» Пламя закрыло ему рот и заглушило последний крик Великого Магистра».

Так описывает Морис Дрюон гибель Жака де Моле – последнего Гроссмейстера Ордена тамплиеров.

В 1118 году двум французским дворянам – Гуго Пайену и Готфриду де Сент-Омеру – пришла в голову мысль основать религиозную военную общину. Вместе с семью другими рыцарями они дали обет служить Спасителю по монашескому уставу, соблюдая целомудрие, послушание и бедность, а также охранять пилигримов на пути в Святую Землю.

Их первоначальный обет нестяжания был настолько строг, что стал легендой: два рыцаря делили одну боевую лошадь. Этот образ – два воина на одном коне – был запечатлён на печати ордена и стал его вечным символом и горькой иронией на фоне их будущих несметных богатств.

Первым главой Ордена был избран Гуго Пайен. Иерусалимский король Болдуин II предоставил нищим рыцарям жильё в своём дворце – рядом с тем местом, где некогда стоял храм библейского царя Соломона.

Поэтому рыцарей нового ордена стали называть храмовниками или тамплиерами (фр. milites Templi, Templarii).

Через девять лет первый Великий Магистр, сопровождаемый рыцарями Андреа и Гундермаром, отправился во Францию. Здесь в январе 1128 года, в Труа на церковном соборе, Гуго провёл представление нового, ещё не «раскрученного» в Европе Ордена. «Презентация нового рыцарского проекта» прошла весьма успешно.

Ещё бы! Нежданно-негаданно появились очередные последователи святого Бенедикта, да ещё какие! Благороднейшие сыны Франции! Папа римский Гонорий II, а вслед за ним и патриарх Иерусалимский беспрекословно утвердили орденский устав.

Предприимчивый Гуго отправился по Европе, где провёл успешную «вербовку» неофитов из самых знатных и богатых домов Франции, Италии и Англии. Устав Ордена отвечал идеалам рыцарства, и отпрыски громких фамилий «рядами и колоннами» вступали в Орден, совершенно добровольно передавая общине свои замки и поместья.

В 1162 году папа Александр III освободил новый орден от подчинения иерусалимскому патриарху, дозволив иметь собственное духовенство, фактически подчинив тамплиеров себе напрямую. К тому времени храмовники уже имели небольшую собственную армию, независимый суд и обширные владения почти во всех европейских государствах.

Но их истинная сила заключалась не только в обширных владениях и острых мечах. Орден превратился в первую в мире транснациональную финансовую корпорацию. Их парижский замок Тампль стал главным банком Европы, надёжным хранилищем, где держали свои сбережения короли и знать.

Храмовники изобрели, по сути, систему безналичных расчётов: паломник мог сдать деньги в лондонском командорстве, взять долговую расписку (вексель) и по ней получить ту же сумму уже, например, в Иерусалиме, избежав риска быть ограбленным по пути. Тамплиеры стали главными кредиторами европейских монархов, включая и своего будущего палача – короля Филиппа, чей долг ордену был колоссален.

Но только деньгами всё не закончилось. В Европе началось формирование единой политической элиты. Оставалось совсем немного до полного объединения аристократии и возвышения над европейскими монархами. Казалось, ещё малость, и навсегда будет положен край европейским раздорам и войнам.

Дух захватывает от виртуального будущего Европы, объединённой единой политической силой! Может и не только Европы… Но!

К счастью или к несчастью, не сложилось. Никто и никогда, да и не только в политике не любит потенциальных конкурентов, благородных, умных, а ещё и богатых…

Обвинение

До сих пор не установлено точно, кем же на самом деле были тамплиеры: верными слугами Иисуса Христа или богоотступниками и идолопоклонниками.

Одни утверждают, что обвинения храмовникам вполне доказаны: Орден отверг христианскую веру и создал новую, в высшей степени предосудительную тайную религию.

Другие, хотя и признают некоторые ошибки тамплиеров, но считают упрёки в их адрес надуманными и неправдоподобными, утверждая, что духовных рыцарей просто «подставили», а причина банальна – зависть к богатству ордена и нежелание «сильных мира сего» делиться властью с кем бы то ни было.

Богатство сослужило тамплиерам дурную службу: из неприхотливых бойцов они постепенно превратились в изнеженных и корыстолюбивых сибаритов.

Храмовники отбросили ставшие обузой идеологические обеты – целомудрия, бедности и послушания. Не гнушаясь никакими средствами, они стремились к обладанию всё новыми и новыми богатствами.

Поддерживая тесные связи с мусульманскими правителями Востока, тамплиеры всё более равнодушно относились к нравственным установкам и догмам христианства.

А когда случилось самое худшее – был оставлен Иерусалим, и враги христианской веры стали одерживать одну победу за другой, – равнодушие переросло в неверие, в склонность к сомнению и даже насмешкам над вероучением. И…

В роковую пятницу, 13 октября 1307 года, по тайному приказу короля Франции Филиппа Красивого была проведена безупречно скоординированная полицейская операция. На рассвете королевские чиновники одновременно вскрыли запечатанные пакеты, и по всей Франции начались аресты. Тысячи тамплиеров, от седого великого магистра Жака де Моле, обманом вызванного из Кипра, до юных послушников, были схвачены в своих постелях и брошены в темницы.

10 марта 1314 года парижский суд приговорил гроссмейстера и четырёх других высших должностных лиц ордена к пожизненному заключению.

Однако в своём «последнем слове» великий магистр Жак де Моле и великий прецептор Жоффруа де Шарне выступили с категорическим протестом против обвинений и полностью отказались от показаний, данных ими под пытками.

На следующий день их сожгли в Париже. «Разборки» с тамплиерами, устроенные Филиппом, навсегда похоронили надежды на освобождение Святой Земли.