- -
- 100%
- +
Вот прям прямая пропорция – чем больше ты сокрушаешься, тем больше Бога в твоей жизни. И если ты полностью сокрушен, значит, в твоей жизни ничего нет, кроме Бога. Полное сокрушение – это, ни много, ни мало – святость. Святость. Когда человек полностью сокрушен. Вот это самый сильный человек. Это просто супермен. Полностью сокрушившийся. Он может быть и физически очень силен. Это просто вот настоявший богатырь. И женщина, и мужчина. Его уже Бог несет – Бог несет, и защищает, и ведет!.. Бог – это не пустое место. Бог – это Сила. Только надо дать ей место. Как дать? Вот я вам объясняю, как. Отказываешься от своей воли – ради воли Божией. Отказываешься от себя – ради Бога. Чем более решительно это делаешь, тем более присутствие Божие в твоей жизни, и Его помощь. Помощь. И самый большой враг наш здесь – это чувство себя. Ощущение себя. Вот это существо, которое мы считаем собой и называем собой – вот это и есть наш самый большой враг. Который нас хочет погубить. Который нас делает другом лукавого. Который нас делает врагом самому себе. Вот это и есть наш самый большой враг, домашний враг, внутри нас сидящий. Это тот предатель, который распахивает ворота врагу – всему остальному плохому – в нашу душу, в наше сердце. Надо сначала убедиться в том, что это плохое существо и что это не ты настоящий… Ты – это тайна, ты ничего о себе не знаешь… Бог создал тебя, чтобы ты был Его домом, чтобы Он в тебе был. Чтоб был Его храмом. Ты – это тайна. А это существо, которое мы считаем собой, которое очень любит гордиться своими достоинствами, – это не имеет отношения к тому, что создал Бог, к тому, чем бы Он хотел, чтобы мы были. После того, как ты убедишься в этом обмане, надо это существо забыть. ЗА-БЫТЬ. Ради Бога. Ради творения Его воли.
Терпение же дело совершенно да имать
(после чтения главы послания апостола Иакова) Видите, чего он говорит? Что надо радоваться, как впадаем в искушения. Потому что искушение нас учит терпению. А терпение, как он пишет, «дело совершенно имеет», то есть оно нас усовершает, оно нас делает совершенными. Это вот повторение слов Господних. Господь говорит: «Терпением вашим спасайте души ваши», а апостол Иаков говорит, что терпение делает совершенным человека, то есть спасает его, приводит к совершенству, и Господь, помните, когда Он умирал, последнее слово Его было: «Совершилось», как апостол Иоанн говорит – «Совершилось». Вообще, совершение – совершить может только Бог. У Бога только совершительная сила. Так можно стараться, пытаться, а успех, совершение, совершенство – только Бог. И видите как, когда мы терпим, мы даем Богу это совершить. На фоне нашего терпения – понимаете? – Бог всё совершает. Мы терпим – а Бог совершает. Наше дело – терпеть. И молиться. За Богом будет результат.
Сумняйся бо уподобися волнению морскому. Муж двоедушен неустроен во всех путех своих
Слышите, что он о сомнении говорит? Тот, кто сомневается, тот как волнение морское. И ничего от Бога не получит. Почему? «Муж двоедушен не устроен во всех путех своих». То есть сомнение – это, считай, как двоедушие. Если ты сомневаешься, значит, у тебя как две души. У одной одно мнение, у другой – другое. А где ты сам? Сомнение – это уже грех. Сомневаться не надо… В вере. Нужно вот как-то взять и волевым образом сомнение отсечь. Во всем, что касается веры, сомневаться нельзя.
Блажен муж, иже претерпит искушение: зане искусен быв, приимет венец жизни, егоже обеща Бог любящим Его
Слышите, какие слова? Какая награда у Бога за терпение! Терпение и малого, и великого. Вся эта жизнь есть поприще терпения. А другой отец святой говорит, Ефрем Сирин: «Время покаяния коротко, Царствию же Небесному не будет конца». То есть он всю эту жизнь земную называет временем покаяния. Это время терпения и время покаяния. Земная наша жизнь.
Кийждо же искушается от своея похоти влеком и прельщаем
«Вот откуда искушения. От наших неправильных желаний происходят разные неприятные переживания наши, жизни, оттого что мы попускаем неправильные желания. Безвременные. Богом не благословенные. Несмиренные. Которые отравляют нашу душу, и жизнь, и отношения с людьми…»
И нескверна себе блюсти от мира…
«Видите, он говорит: „Нескверным от мира“. Вот в этом мире, в котором мы живем, развращенном и грешном, в котором сами знаете, какие люди там ходят, нужно постараться соблюсти свою душу в чистоте от этого от всего. При этом не надо пред ними гордиться, и даже желательно, чтобы они не догадывались о нашей вере. Нужно просто среди них не выделяться, быть доброжелательным ко всем, готовым помочь и – уметь уступать, смиряться перед каждым из них. Не осуждать их в их всяких проявлениях недолжных, потому что есть такой закон: „Кого в чем осудишь, в том сам побудешь“. Никого мы вообще не должны осуждать ни в чем. Ну, если он поступает неправильно, у него могут быть свои оправдания. Мы не знаем, какие там у него родители, какое состояние и здоровья, и души – мы этого ничего не знаем. Знаем только о самих себе, что мы не должны так поступать. А человека никакого мы осуждать не должны. Наоборот, если видишь, что что-то кто-то делает – так, как недолжно, за него надо помолиться. Чтобы Господь его простил. И сам потерпи. Видите, как Господь заповедует, отношение к злу какое? Как к болезни. Как к болезни другого человека. Мы все должны быть немножечко врачами, немножечко такими вот… (Вздыхаю.) Добрыми людьми. Готовыми с великодушием отнестись к немощи другого человека».
Вечерняя беседа 22. 03. 2021
В надежде вы уже спасены
Вечерняя беседа 22.03. «Весной духовной называется Великий Пост. Из-за того, что мы ограничиваем в пище себя. Из-за того, что чаще ходим в храм. Вот. Этот воздух, этот вкус Великого Поста – его ни с чем не спутаешь. Мы с мамой знаем уже. У нас уже 26-й Великий Пост, в нашей жизни. Двадцать шестой. Обратите внимание, как хорошо на душе после посещения храма. Обратите внимание! Да, Сонь? М? Ну так ведь или не так, м? Ты причастилась, ты исповедалась, ты постояла, ты себя победила… Да, было очень плохо! Зато как теперь хорошо! А? Вот если в храм ходить будешь, как положено, как должно, у тебя всё будет хорошо. И в душе, и в твоей личной жизни, и в семье твоей будущей – у тебя всё будет хорошо. И с родителями. Вот такая палочка-выручалочка. Но это очень трудно. И все процессы там – они очень медленные, упорные. Упорные все. Как я говорил? Душа – это вот такой алмаз. Который мы должны сделать бриллиантом. Алмаз – это самое твердое вещество, вообще, в мире. Попробуй, его ограни. Вот такое вещество – душа. Очень упорное. Вся жизнь для этого нам нужна, чтобы из этой грубой формы, алмаза души, сделать бриллиант. Нужно запастись терпением. Понимаешь, Сонь? Запастись терпением. Откуда брать терпение? А терпение нужно брать из надежды, из надежды на Бога. Так вот апостол говорит такие слова: «В надежде вы уже спасены». Мы спасены в надежде. То есть вот это чувство, питающее в нас надежду, оно уже… Алесь, не перебивай меня, я и так собьюсь, ну что ты!.. Оно проистекает из нашего спасения, которое уже готово Богом нам – спасение.
Кто-то уже спасся, а мы спасаемся…
И ты знаешь, Соня, каждый раз, когда мы соприкасаемся с какими-то произведениями культуры, хорошими, светлыми… Может быть, с какими-то добрыми актерами… С музыкой, когда-то написанной, питающей душу светом и добром… Я думаю, что мы соприкасаемся со спасением тех людей, которые вот всё это создали. Они бы не смогли так светло тронуть наши души, если бы их Господь не спас… Поэтому культура – это очень… Не мешай! Не мешай! Не отвлекай! Я о важном говорю! Ну, не мешайте мне, не мешайте! Все эти вопросы надо было обсуждать, мамочка, перед тем, как ты меня звала. Ну. Вы мне мешаете, вы сбиваете меня! Культура. То утешение, которое от нее исходит. Вот от того же Ивана Александровича, Гончарова. Это уже какое-то обещание спасения. Это уже нас извещают о себе плоды чужих жизней. Вот кто-то уже отстрадал, кто-то уже оттерпел, кто-то уже человеком стал – и он нас, они нас оттуда извещают… А еще в большей степени – конечно, творения Святых Отцов. И вот Евангелие, которое мы читаем… Я вот видел сегодня фотографию – Батюшку Николая Гурьянова. Там прям, ну, такое старое лицо – но из него прям проступает Христос. Если помнишь, Алесь, у него есть такая фотография – такой довольно-таки даже страшный взгляд – видно, что через него Господь смотрит. Мне сегодня попалась эта фотография. Батюшка Николай Гурьянов – он уже спасен. Значит, соприкасаясь с ним, ты соприкасаешься с этим спасением. Вот всё то, к чему я вас призываю – питать душу – это уже, УЖЕ нас извещают о нашем будущем спасении. Само же это спасение происходит – вот тоже, как я вам сказал. От одного посещения храма до другого. От одного искушения до другого, от одного испытания до другого. От одного причастия до другого. От одной искренней молитвы – до другой. Там, от двадцати – до двадцати пяти лет. Потом до тридцати, до сорока, до пятидесяти… Вот кто-то уже спасся, а мы спасаемся… Но жить нам надо уже спасением. Уже весточками, приходящими из Рая, из Царствия Небесного. И нам нужно верить этим весточкам.
А мы уже на этой земле должны учиться этой блаженной вечности
Почему я вот весь день могу провести, слушая музыку? А я верю – я верю музыке!.. Если она мою душу трогает, значит, мне ее Господь посылает. Он меня уже здесь на земле учит Царствию Небесному. Уже здесь! Вы представляете? Если нас ожидает вечность впереди – вечность, блаженная! – а мы в это верим – что, мы ее никак не будем чувствовать на этой земле? А мы уже на этой земле должны учиться этой блаженной вечности. И вот всё то хорошее, что есть на этой земле, а его очень много – этого хорошего, – это уже предвкушение блаженной вечности!.. И этого предвкушения так много, особенно для чистой души, для светлой души, которая всё может видеть светло, – что этим уже можно жить! Вот вы знаете, я могу включить телевизор – телевизор! как его все ругают! – но если уметь им пользоваться – переключать каналы быстро – всё время можно быть на светлой волне. Можно весь день провести в просмотре телевизора! И если ты при этом ищешь Царствия Божиего, ты получишь очень много пользы!.. И тебе Господь через этот телевизор скажет очень много светлых вещей. Если твоя душа настроена на волну Царствия Божиего. А вся жизнь – это такой телевизор. Вся жизнь! Только надо быть настроенным на правильную волну. Не на волну негатива, горечи, неверия, а на волну надежды, упования на Бога, доверия Ему всецелого, ВСЕЦЕЛОГО! Вот как живете вы здесь, в нашем доме родительском – вы же доверяете тому, что здесь происходит? А если что-то вы не понимаете, вы верите, что мама с папой хотят хорошего? Вот так, в гораздо большей степени, в гораздо бОльших масштабах, нужно относиться к Дому Божиему, который есть эта жизнь. Всё, что Бог ни делает – к лучшему. Надо успокоиться – спокойно нести свои обязанности, свои труды. И свято слушаться родителей, не огорчая их.
Блаженное время послушания родителям
Не думай, Соня, что ты что-то теряешь, что ты находишься в послушании у родителей, в свои двадцать лет. Нет, Сонь, ты только приобретаешь! Твоё БЛАЖЕННОЕ время – Сонь, посмотри на меня! Ну, пожалуйста, ну посмотри!.. (шутя) Ну посмотри, м? А Сонь?.. Смотри, мамочка, не слушается… М?.. Сонь, я ж с тобой разговариваю, я тебе это всё говорю, слушаешь? – Твоё блаженное время, которое вот у Насти кончилось в 15 лет, а то и в 14 – оно у тебя продолжается. А у Коли? В каком возрасте оно кончилось? Да уже где-то в этом же. Оно у тебя продолжается. Только дурочкой не будь. Пусть оно не кончается… Пусть оно вообще не кончается! И тебе будет хорошо. А то, что мешает этому – это вражие. Это нехорошее. То, что у тебя внутри, в душе ме-ша-ет. Оставаться в родительской орбите. Но не хочется говорить о плохом. Может, и не стоит? (Алеся: «Не стоит») Да. (Алеся: «Ну что, папочка, давай Евангелие почитай». ) Вот я вам сказал. Как нужно жить эту жизнь. Вот ее именно так и надо жить. Ты согласна со мной, Сонь? М? Не слышу. (Соня: «Я говорю: „Да“) А че так? Несмело. М? Че тебе мешает? А, Сонь? (Алеся: „Папуль, человек устал, целый день на ногах был, ну чего ты?“) Ну, это, конечно, справедливо… Но потом ты мои слова вспомнишь. С гораздо большей силой. Вспомнишь. Всё, что я говорю. То, что я говорю – это правда. То, что тебе мешает, – оно пройдет. И ты даже не вспомнишь. А вот то, что несут в себе мои слова, – оно останется. И они останутся в силе. И через 10 лет, и через 20… И через 100. То, что я говорю, останется в силе.»
Кто матерь Моя и братья Мои?..
(Дальше читаю Евангелие от Марка.) Вот видите, вот эти слова, которые мы очень часто вспоминаем и повторяем, – как Господь сказал: «Кто наши истинные родственники? Кто наши истинные мать, братья?.. Сестры? Те, кто исполняет волю Божию». Единомышленники, верующие люди. В которых мы сразу, сразу узнаем своих родственников. Видите, мы пришли в этот храм, увидели тетю Фотинию – сразу увидели, что это родное существо, причем сильно похожее на тетю Марию. И на маму нашу даже. Как сестра ей родная! Вариация на тему маминого лица. Как такое могло быть? Это от Господа. Бог. И я там встретил человека, похожего на моего брата. Дядю Сережу Барышненкова. Никогда в жизни не было у меня брата. А Господь послал. За то, что мы претерпели – в том приходе. Всякие огорчения несправедливые. Вот я сегодня с дядей Борей говорил. И он в ответ на мои э-э… ну, какие-то попытки поделиться с ним – тем лучшим, что я в жизни узнал – он… Ну, такие дикие вещи… Говорит, что «вот я хотел бы остаться с родным братом… (начинаю тихо смеяться) Со своей, там, женой, покойной… С женщиной, которую вот он там тоже любил… Вот. Они умерли, а он хотел бы к ним. Он думает, что если он сделает несколько шагов навстречу Христу, то он потеряет общение с этими дорогими, близкими ему людьми. Вы представляете? (Продолжаю сквозь смех.) Какая глупость чудовищная! Вы представляете? А он не хочет подумать, а может ли быть без Христа что-то хорошее? В жизни этих душ, которые уже действительно ушли. Он не хочет подумать, что он мог бы им ПОМОЧЬ… Помочь всем тем, кого он любит. Если бы он действительно ко Христу приблизился. И в его лице приблизились бы ко Христу все те, кого он любит. И кто очевидно, постольку поскольку он их любит, продолжает жить вместе с ним – он о них вспоминает, усопшие неравнодушны к этому… Они живут вместе с ним. Представляете, какие дикие мысли вот у человека, который не понимает, не разбирается в духовных вещах?.. Он, конечно, 80 лет уже прожил. И все эти грехи – они у него закостенели, они не пускают его – как цепи… Хуже всяких цепей. Не пускают его, в сторону Господа… Вот у нас с вами так не должно быть. Как у него. Наоборот – он, и другие люди, кого мы любим, не всё равно, что с ними нам – дедушка Гера, бабушка Лариса, бабушка Надя, кто помнит… И Настя. Которую во многом можно назвать живой покойницей. Нам Батюшка сказал тогда: «Умерла она». И ей самой сон приснился, что уже известно, где ее могила… Тогда Батюшка сказал, что к ней какая-то душа пристала другая. Которая живет в ней. Если мы будем стремиться в направлении к Богу, они тоже не могут не почувствовать этого.
Нам нужно привиться вот к этой церковной стихии, нам нужно это всё полюбить…
Хочешь, Соня, помочь сестре? Не всё равно тебе, что с ней? Решительно иди к Богу. Решительно. Не жалей себя! Подставляй своё больное нутро вот этим Божьим флюидам, которые от Бога исходят. И в акафистах, и в духовных чтениях, и в храме… Не жалей себя! Не жалей! Этим ты как раз себя и пожалеешь. То, что не будешь жалеть себя. И я себя не жалею. Как бы ни было тяжело каждый раз там выстаивать, плоды очень, очень хорошие. Очень светлые. Прям исключительно святые правильные. Понимаешь? Нам нужно привиться вот к этой церковной стихии, нам нужно это всё полюбить, нам нужно научиться дышать этим воздухом. Потому что этот воздух – он Богу угоден. Мы должны сделать усилие в этой жизни соединиться с Богом. Чтоб нам и на том свете тоже было хорошо. То, что нам так тяжело – потому что мы испорчены, потому что мы не святые! Мы не можем быть мерилом того, что происходит в этой жизни. Мерило – оно вне нас. Мы соприкасаемся с этим мерилом только самым-самым лучшим, что в нас есть. Вот какое-то вообще интуитивное прозрение! Какое-то чутье на грани вообще достижения нашего! И вот на этой грани достижения нашего чутья мы понимаем: правда там, вот где это всё происходит. Но ты же понимаешь, что правда там? Мы понимаем только самым краешком нашего существа, лучшим краешком. А нам нужно во всём объёме туда переместиться. Нам нужно, чтобы этим лучшим стало всё наше существо! Понимаешь? Пока только самый краешек задет благодатью Божией, а надо, чтобы полностью. А вся остальная часть – она вон как мучается, страдает при соприкосновении с Божьим. А этого не должно быть. Вот я уверен, что тетя Фотиния не страдает в храме. Отец Леонтий – не страдает. Но они же тоже не сразу к этому пришли. Это всё трудами – труды, труды. Я вам не просто так говорю, что духовная составляющая жизни – она требует наибольшего труда. Потому что у нее ценность наибольшая. Но если ты там потрудишься, всё остальное тебе уже будет легко – всё остальное получится! И работа, и учеба, и семья – и внутренняя жизнь. Всё состоится. Если будет хорошо там. (Вздыхаю.) Не говоря уже о том, что и мы друг другу будем по-настоящему родными людьми. Не просто механически собранные, друг друга мучающие! И друг о друге думающие плохо! Ну, стыд и позор!!! Стыд и позор, Соня! А по-настоящему любящие, продолжение друг друга – как и должно быть в семье, как и должно… А если не так – собирать вещи и уходить. Вот так вот. (Вздыхаю. Дальше читаю послание Апостола Иакова.)
Суд бо без милости не сотворившему милости, и милость превозносится над судом
Слышите? Каждый человек будет судим по-разному. (После слов: «Суд бо без милости не сотворившему милости, и милость превозносится на суде». ) Алесь! (На заднем плане крики детей. Маруся: «Женя!» Женя: «Сейчас!» Алеся: «Женечка, ну-ка тихо!..» Маруся: «Сейчас папа вам скажет». Алеся: «Скажи ему, чтобы он выходил». Это, оказывается, Серафим кричал из ванной. Алеся: «Подай ему полотенчик, помоги братцу выйти». ) Каждый человек будет судим в соответствии с тем, каким он был. Вот сказано: «Суд без милости не сотворшему милости». А кто милостив в этой жизни, тому и Суд будет милостивый. Как мы к Богу – и к людям – так и Он будет к нам. Там, с Богом – абсолютная взаимность. Любишь Его, стремишься к Нему – и Он тебя будет любить, и Он к тебе будет стремиться. Не доверяешь, сомневаешься, обижаешься – и Он будет не доверять, сомневаться в тебе и… обидно себя вести по отношению к тебе. Там вот в Псалтыри есть слова, Господь говорит грешнику: «Буду подобный тебе. Буду с тобой вести так (помнишь, да, Алесь? Да?) – как ты». Это я не выдумываю. Так сказано в Священном Писании. Там взаимность – с Богом. И вот то состояние, в котором мы находимся сейчас – не надо думать, что мы живем вне Бога. Нет. Это то, чего мы заслуживаем. По своему нутру, по тому, какие мы есть. Вот че мы заслуживаем, то мы и получаем. Мы уже сейчас Богу предстоим. Хотите, чтоб было лучше? Сами становитесь лучше, сами. Ищите Бога. Тратьте на это усилие. Потом поймете, сами, что никакого другого пути нет. Ну просто нет, и всё. Некоторые люди, которые додумывают эту мысль до конца, – они идут в монахи. Но это не каждому дано. Там такие скорби у монахов, которые нам и не снились. Если нам тяжело – им еще труднее, потому что быстро, они прям хотят ускоренным темпом, не отвлекаясь ни на что. Это очень трудно. Мы живем в миру, семейной жизнью, но мы стараемся. Поэтому с нами расслабляться не получится. Не получится. Кто расслабляется, тот становится как Настя. Как баба Лариса, как дедушка Гера… В ад проваливаются. Вот что бывает с теми, кто расслабляется, потому что эта жизнь похожа на эскалатор, который едет вниз. Он просто едет, и всё. Остановился – и съезжаешь. А чтобы не съехать по этому эскалатору, в ад, нужно бежать по нему, против движения, бежать… Вот, с какой скоростью нужно бежать по эскалатору, едущему вниз, чтобы взобраться наверх? И сколько на это нужно сил? Это образ хороший того, как нам нужно спасаться. Чтобы этот эскалатор греха – а мы родились уже на нем. Вся эта жизнь – она вот такой эскалатор греха. Чтобы нам взобраться наверх. Мы родились в поврежденном состоянии. Мы родились в неправильную жизнь. Нам нужно спасаться из нее. Иначе она нас унесет не туда, куда надо.
Вера без дел мертва
(Продолжаю читать Апостола.) Вот это вот очень известные слова апостола Иакова. «Вера без дел мертва». Ну, какие у нас дела? А у нас одно большое дело – то, что мы вас всех нарожали. Много таких людей, которые рожают стольких детей? Легко ли жить с таким количеством детей и поднимать их?.. Это одно дело заменяет все остальные дела. Нам не нужно ни по больницам ходить, ни за инвалидами ухаживать… (Алеся: «Эдь, молчи, тихо… Эдь, тихо! Давай, читай, не надо. Не надо!») Нас Господь от этого ОСВОБОЖДАЕТ. Потому что мы заняты тем – тем главным, собственно говоря, к чему призван КАЖДЫЙ человек… У нас нет на это ни сил, ни времени… Мы полностью заняты вами, полностью. Это наоборот будет грешно, если мы будем отвлекаться на какие-то выдуманные добрые дела и куда-то будем с матерью уходить, бросая здесь малышей. То есть все наши добрые дела – они здесь. А будут внуки – будем внуками заниматься. Понимаете? Это самое лучшее, что только может быть! Это же связано с каким утешением, с какой любовью!.. И этот путь – он у каждого под рукой. Выберите супруга, по Богу, спасайтесь вместе с ним… Больше ничего от вас не надо будет – не препятствуйте рождению детей. Всё. Всё! И спасетесь! Ну, для этого надо будет потрудиться… Конечно. Я ужасался, когда-то давно, когда думал: «Ну как это вот…» Такой, я помню… В «Крестьянке» работал… У нас родился Коля, третий. И Александр Акакиевич, покойный, спрашивает: «Ну что, – говорит, – будете рожать «сколько Бог даст?»… (Усмехаюсь.) Ну, я тогда не был готов сказать ему, что да. Потому что это звучало страшновато. Двадцать восемь лет, а у меня уже третий ребенок родился… А потом я понял, что это самое лучшее, что только может быть, с возрастом. Самое лучшее! Старшие помогают воспитывать младших. Чем больше детей – тем легче жить… Да. Труднее всего было с Настей! Вот это было очень трудно. Да, мамочка? Когда она была маленькая – это было очень тяжело. Но вот когда родилась Соня – уже стало легче. Гораздо! Гораздо! Потому что надо было ухаживать за Соней, а Соня была значительно лучше Насти. А когда появился Коля – вообще стало весело! Ну а дальше, с каждым из вас – всё легче и веселей становилось. Вот это и есть ДЕЛО. Которым, с одной стороны, невозможно гордиться – нас все за это только осуждают. Мы в таком обществе живем. Никто не рожает. Потому что все боятся. А бояться не надо, надо рожать. Чтобы увидеть, как это хорошо! Господь не мог плохого заповедать. Он же сказал: «Плодитесь и размножайтесь». Это Его заповедь. Он плохого не мог сказать. Какую заповедь ни попробуй исполнить – будет только хорошо. Только светло и блаженно. А это самое первое, самое наипервейшее. Вот доброе дело, в котором вы можете обнаружить свою веру. Тем более сказано в Священном Писании, что «женщина спасается чадородием». Соединенным с благочестием. А мужчина – трудом, для пропитания своей семьи. Вот это вот образ спасения. Так вот спасаться надо. Вот это вот добрые дела, в которых проявляется вера. Потому что некоторые думают, что надо какие-то особые добрые дела изобретать. Чтоб спастись. Какие-то вот прям особые. Нет! Если ты собственную семью правильно сможешь создать и за ней сможешь присматривать и управлять, всё остальное у тебя будет получаться САМО СОБОЙ. Само собой. Даже и особо не задумываться будешь об этом. А чтобы были силы так жить – нужно жить в Церкви. В Церкви… Нужно оттуда питаться соками. И нам, нам, дети, не страшно, на самом деле, потерять никого из вас – нам это не страшно! Нам страшно Бога потерять. Бога. Вот что страшно! Я вообще готов один остаться! Но только с Богом. Но я знаю, что если я останусь с Богом – все соберутся вокруг меня. Не только вы, но и придут из других городов, даже из других стран приедут, если я действительно с Богом буду. Я стану центром, вокруг которого будут собираться люди! Не то что убегать не будут – все будут приходить! Вот такие законы. (Алеся: «Почитай! Мы до Обломова не дойдем!» Продолжаю и заканчиваю читать Апостола. По пути замечаю, что вера одна не спасает, что и нам пришлось принести в жертву своего Исаака и что человек, живущий по вере, становится другом Богу.)
Вечерняя беседа 23. 03. 2021