Двери

– Володечка, мне холодно! Почему здесь зима? – оторвала его от мыслей сестрёнка.

– Не знаю, почемучка ты моя. Давай побыстрее спустимся вниз. Видишь: там дома и люди. Неужели они не пустят нас погреться?

Дети стали спускаться по тропинке, которая едва виднелась под свежевыпавшим снегом. Холод пробирал всё сильнее. Для зимней погоды Машин сарафанчик или Володины маечка с шортами и сандалии на босу ногу были не совсем подходящей экипировкой. У детей зуб на зуб не попадал от холода, кожа покрылась мурашками, а губы посинели. У старшего брата даже возникло опасение: вдруг они не успеют добежать до тёплого жилья и замёрзнут по дороге?

– Эй, вы кто? А ну, стоять! – послышался окрик.

Рядом с детьми внезапно возникло трое мужчин, которые перед тем, как им столкнуться, поднимались в гору и неожиданно появились из-за поворота.

– Никак, шпионы, – сказал тот, что повыше, в тулупе и высокой шапке с густой и длинной рыже-каштановой бородой.

– Да ну, какие шпионы, – возразил , одетый в меховую куртку с капюшоном. – Они же дети.

Этот, второй, был помоложе, его короткая, но окладистая белокурая борода слегка кучерявилась.

Третий человек был молод, и настолько похож на второго, что сразу было ясно, что он – его сын.

– Мы не шпионы, – дрожащим голосом сказал Володя. Он очень надеялся, что люди поймут: дрожит он от холода, а вовсе не от страха.

– Как знать, – рыжебородый не обратил никакого внимания на слова Володи. – Разве не видишь: это иномирцы. Даже не удосужились узнать, какое у нас время года. А, может быть, и специально так оделись: думают, что мы их пожалеем и пригласим в деревню. А там уж они и узнают что, сколько и в какое время удобнее украсть.

– Дети на такое не способны, – возразил его собеседник.

– А откуда ты знаешь, что они дети? Иномирцы хитры, может быть, они только прикидываются детьми. И ведь ты видишь: у девчонки на шее проводитель. Ценная вещь, между прочим. Детям её просто так не дают, явно они не случайно у нас появились…

– Погодите, – вмешался в разговор юноша, – а эта девочка, случайно, не дочка Эйма и Дариты?

Все трое уставились на Машу.

– Не поймёшь сразу. Девочка-то у них года два, как пропала?

– Да, если не все три.

– Да разве разберёшь, вон она какая синяя от холода. Как же её признать?

Маша хотела возразить, что их папу зовут вовсе не Эйм какой-то, а Серёжа, но от холода не могла выдавить из себя ни одного слова.

– П-послушайте, а нельзя нас отвести в тепло и п-поговорить там? – спросил, клацая зубами, Володя. – Если мы умрём от х-холода, то вы ничего узнать не с-сможете. И мы не с-сможем вам рассказать, зачем у вас появились.

– Ладно. Отведём вас к Бергусу. Он разберётся, – рыжебородый крепко вцепился в Володино плечо и потащил его за собой.

Белокурый последовал, было, его примеру и протянул руку к Маше, но его сын взял девочку на руки и прижал к своей груди, укутав полами меховой куртки. Она обняла его за шею и прижалась покрепче.

– Не бойся, они только с виду такие суровые, а зла вам не причинят. Просто они опасаются всех посторонних, от чужаков бывают большие неприятности, – шепнул юноша Маше.

В деревне они направились к самому большому дому и, отворив дверь, ввалились в облаке морозного тумана в просторное, а главное, теплое помещение.

Обстановка была очень простой: лавки по стенам, стол в углу, и, что было прекраснее всего, большая печь, около которой хлопотала женщина средних лет. Единственное окно было маленьким, да и ещё покрытым толстым слоем льда, поэтому в комнате было темновато.

Женщина обернулась, вытерла руки о фартук и направилась к вошедшим:

– Вы к Бергусу? Сейчас позову. Заходите, садитесь.

Увидев детей, она всполошилась:

– Ох, бедняжки, совсем замёрзли! Да кто же их из дому выпустил раздетыми? К печке не подпускайте, согреваться нужно постепенно, а то худо будет!

– Сами знаем! – буркнул рыжебородый. – Иномирцы это. На горе были. Зачем пожаловали, неизвестно. Разобраться надо. Поэтому и пришли.

Женщина быстро удалилась и через пару минут вернулась в сопровождении какого-то мужчины. Его борода и волосы были совершенно седыми, но при этом старым он не казался: двигался быстро и ловко, держался прямо, а из-под белых бровей смотрели совсем молодые серые глаза. Маша подумала, что он похож на Деда Мороза, только без шубы и шапки.

– Здорово, друзья! – приветствовал он гостей.

– Будь здрав и ты, Бергус, – ответил за всех рыжебородый. – Дело у нас к тебе. Поймали мы на горе двух иномирцев. Вроде детей, но кто же разберёт. У девчонки проводитель на шее. Значит, неспроста к нам попали. А Альн предположил, не дочка ли это Эйма, та что несколько лет назад пропала? Вот к тебе и пришли, чтобы рассудил ты обо всём и решил, что с ними делать.

Хозяйка дома, пока рыжебородый произносил свою речь, хлопотала вокруг ребятишек. Она накинула им на плечи тёплые платки, а в руки сунула кружки с горячим чаем (вернее, это был отвар каких-то душистых трав и ягод).

– Кто, кроме родителей, сможет вернее всего узнать своего ребёнка? – спросил Бергус и обратился к тому, которого звали Альном: – Приведи сюда Эйма и Дариту.

Юноша кивнул и скрылся за дверями.

Бергус обратился к детям:

– Ну что, согрелись немного? Эк, вас угораздило в такой мороз почти без одежды к нам заявиться!

– Мы же не знали, что у вас зима, – объяснил Володя. Он уже немного согрелся, и дар речи к нему вернулся. – Да если бы даже и знали, то всё равно, ничего тёплого с собой у нас не было, а проводитель перебросил нас к вам, потому что, вы – тот мир, в котором нам могут помочь одолеть чудовище, похитившее принцессу.

– Какое чудовище? Какую принцессу? Ничего не понимаю! – удивился Бергус.

– Я вам сейчас всё расскажу, и вы поймёте, что мы не желаем причинить вам никакого зла, а просто хотим вернуться в свой мир, на Землю.

И Володя приступил к описанию всех необыкновенный приключений, которые они пережили за последние дни.

Он ещё не успел рассказать и половины, как дверь распахнулась и вошли трое: незнакомые мужчина и женщина в сопровождении Альна.

– Что, Яри вернулась? – срывающимся голосом закричала женщина и кинулась к Маше. Муж последовал за ней. Женщина повернула девочку к окну, чтобы лучше было видно, и они вдвоём жадно стали всматриваться в Машины черты лица.

– Это не она, не Яри, – наконец сказала женщина. В её голосе было даже не разочарование, а глубокая боль от утраченной надежды.

– Не наша дочь, – подтвердил её муж. – Не Ярима. Но очень похожа.

– Меня всё время с кем-то путают, – вмешалась в разговор Маша. – Сначала с принцессой какой-то перепутали, а теперь – с вашей дочкой. А я – Маша из мира Земля, и у меня есть свои папа и мама, и я их люблю, и они меня тоже! И мне нравится в моём мире, и я очень хочу туда вернуться! Вот!

– Постойте, – сказал Бергус. – Как звали ту принцессу, которую кто-то похитил?

– Рияма, – ответил Володя. – А мою сестру зовут Мария. Это её полное имя, а Маша – сокращённое. Слоги переставили, и это привело к путанице.

– Но ведь имена Рияма и Ярима тоже очень похожи. Вдруг эта принцесса и есть наша похищенная девочка? А в том мире, куда её продали, имя немного изменили, чтобы труднее было её найти?

Володе, с учётом того, что родители Яримы не слышали начала их истории, пришлось всё начинать по новой.

Когда же он, наконец, завершил своё повествование, все стали обсуждать услышанное. Никто из них не знал о мире, называемом «Земля». О мире Накопителя знаний тоже слышать не приходилось. А вот мир изящества и красоты был известен и пользовался дурной славой. Лентяи и себялюбцы, проживавшие в мире ИиК, буквально паразитировали на других мирах. Никто точно не знал, как им это удаётся, но ходили слухи, что в том мире произрастают какие-то удивительные травы, которые позволяют тем, кто их пьёт, читать чужие мысли и внушать свои. И в некоторых мирах жители оказались легко подверженными такому внушению. Они совершенно добровольно (так им кажется) и даже с великой радостью (которую им тоже внушили) трудятся на эксплуататоров из мира ИиК. Они убеждены, что им выпала счастливая доля быть полезными таким удивительным созданиям, какими в их глазах являются обитатели мира изящества и красоты.

В этих мирах-прислужниках существуют специальные люди, зарабатывающие на жизнь воровством детей для своих господ. Для этого они проникают в чужие миры и высматривают там здоровых и красивых детей. Среди таких миров, куда наведываются эти воры, и этот. Для вторжения похитители пользуются проводителями и временными Дверями, так как постоянные Двери известны и охраняются. Они втираются в доверие, какое-то время живут среди местных обитателей, высматривают добычу. А потом вдруг бесследно исчезают с каким-нибудь ребёнком.

– Так было с нашей Яримой! – воскликнула Дарита. – А я ещё жалела её, эту женщину, пришедшую из-за гор! Она сказала, что заблудилась и потеряла дорогу в свою деревню. И казалась голодной и обессилевшей. Мы приняли её, накормили, дали возможность отдохнуть. А через три дня она бесследно исчезла, а вместе с ней и Яри!

И женщина заплакала.

– Погоди лить слёзы, – ласково обняла её хозяйка дома. – Ты же слышала: возможно принцесса, которая попала в лапы Крэккера, это и есть ваша дочка. Давайте лучше подумаем, как её вызволить.

– Будто ты не знаешь, что с Крэккером справиться невозможно! Яри, если только это она, погибла!

– Нет безвыходных положений! – убеждённо произнес Володя. – Давайте все вместе подумаем, что можно сделать. Если Крэккера нельзя убить обычным оружием, надо придумать что-то необычное!

– Хорошо, только сначала надо как следует поесть, – предложила жена Бергуса. – На голодный желудок ничего путного в голову прийти не может. Милости прошу к столу, у меня уже всё готово.

Володю и Машу не надо было уговаривать, они моментально последовали приглашению, остальные тоже пересели к столу. Пища была простой, но сытной и вкусной. И очень походила на земную.

… – А кстати, – вдруг прервала своё повествование прабабушка, – нам тоже пора пообедать.

– Бабушка, я не хочу есть, рассказывай дальше! – попросила Ксюша.

– Нет. И слова больше не скажу, пока ты не покушаешь. Что твоя мама вечером скажет? Что я весь день проморила ребёнка голодом? Ты что хочешь, Ксюшенька, чтобы тебя никогда больше не оставляли у меня в гостях?

Ксюша понимала правильность этих доводов и нехотя подчинилась. Впрочем, аппетит приходит во время еды, а бабушка Маша готовила так вкусно, что Ксюша не оставила на тарелках ни крошечки.

– Ну вот, другое дело, – сказала прабабушка. – Теперь можно продолжать…

Как же хорошо быть в тепле, да ещё и с сытым желудком! Брату и сестре казалось, что прошло уже много лет с того злосчастного момента, когда они обнаружили на поляне тот нарядный, но коварный домик. И (что ещё важнее) впервые с того времени они почувствовали заботу и доброту. Этот мир, и вправду, был очень похож на Землю.

– Детям надо отдохнуть! – сказала жена Бергуса. – Я постелю им в горнице.

– Нет, – возразила Дарита. – пусть они пока поживут у нас, правда, Эйм?

Её муж кивнул.

– Погодите, – Володе очень хотелось спать, но он взял себя в руки. – У нас мало времени. К тому же, Крэккер должен вскоре появиться в своём мире. А тогда он съест принцессу, и мы не сможем вернуть её в королевство ИиК. А, значит, никогда не возвратимся домой!

– Мне жаль говорить тебе это, мальчик, – промолвил Бергус, – но лучше сразу тебе принять горькую правду: Крэккера победить невозможно, многие пытались сделать это и лишились жизни. Поэтому вы никогда не сможете вернуться в свой мир. Но и в мир ИиК мы вас не отдадим, не бойтесь! Оставайтесь у нас. Здесь совсем неплохо, вы привыкните и забудете вашу Землю.

– Нет, никогда! Спасибо вам за предложение, но сами подумайте: вот у вас пропала дочка, – Володя посмотрел на родителей Яримы, – несколько лет прошло, а вы всё тоскуете по ней. А ведь наши родители тоже нас любят! Каково им будет потерять сразу двух детей?

– Да, правда, – прошептала Дарита.

Володя покосился на сестру и заметил, что она задремала, положив голову на стол. Это даже лучше, а то, пожалуй, расплакалась бы, услышав, что они никогда не смогут вернуться домой…

– И всё же, я полагаю, несколько часов сна вам необходимы, – сказал Бергус, глядя на заснувшую Машу. – На свежую голову гораздо легче думается. На сегодня пусть дети останутся у нас. А завтра с утра я объявляю сход. Пусть явятся сюда все, кто хочет помочь, или у кого есть мысли насчёт того, как нам победить Крэккера.

Гостеприимная деревня

Сон рассеивался медленно, и Володе никак не хотелось возвращаться к реальной жизни, которая была тревожна и не обещала почти никаких надежд. Но просыпаться надо, и как можно скорее: и так несколько часов потеряно впустую. Володя раскрыл глаза и стал рассматривать комнату, в которой находился. Он совершенно не помнил, как вчера ложился спать. Скорее всего, уснул прямо за столом, последовав примеру сестры, а сюда их принесли уже спящих. Комната была совсем небольшой, но очень уютной и тёплой, стены, потолок и пол были из некрашеного дерева, впрочем, одна стена, очевидно была печкой: она была выложена маленькими кирпичиками или керамическими плиточками, и от неё исходили волны тепла. Маленькое окошко было снаружи покрыто льдом, а утреннее солнце окрасило ледяные узоры в розовый и золотой цвета.

Володя сел на кровати и с удивлением увидел, что это вовсе и не кровать. Это была подвесная койка, но не провисающая, как гамак, а совершенно ровная. Мальчик отогнул толстый войлок, который ему заменял матрас, и увидел, что его ложе представляет собой деревянную раму, середина которой была заплетена прутьями, на манер того, как на Земле плетут корзины. Это сооружение было подвешено при помощи верёвок к кольцам, вделанным в стены. В другом углу на точно таком же ложе сладко спала его сестра.

«А что, очень удобно, и раскладушки не нужны, и места не занимают, когда их снимут» – Володя с удовольствием отметил для себя, что в этом мире можно кое-что взять на заметку.

Ладно, надо будить Машку и поторапливаться – времени у них в обрез.

В этот момент в комнату вошла хозяйка, жена Бергуса.

– Ребятки, просыпайтесь! Уже народ на сход собираться начал, люди, наверняка, захотят вас послушать, да посмотреть. Уже проснулся? Молодец. Как спал, как себя чувствуешь, не простыл вчера? Ну и славно! Буди сестру. И вот, я тут принесла для вас одёжку по погоде, а то, виданное ли дело, в такой мороз почти голышом гулять!

Женщина произнесла всю эту речь без единой паузы и погладила по голове Машу, которая сидела на кровати и усердно тёрла кулачками глаза.

– Быстренько одевайтесь, и пошли.

Они снова оказались в том большом помещении, где их вчера встретил хозяин, где их согрели и накормили. Сейчас здесь было довольно много народа, мужчин и женщин, одни сидели на скамейках, другие стояли. Двери то и дело распахивались и пропускали новых посетителей. Все потихоньку разговаривали между собой и голоса сливались в неясный гул. Появление детей вызвало оживление, все на минуту замолчали и уставились на Машу и Володю, чтобы рассмотреть их как можно лучше.

Тепло и уют этого дома очень нравились Володе. А на лицах окружающих людей он видел готовность сделать всё для их защиты и спасения. Но как же быть с тем, что в одном из миров, любимом и родном, папа и мама не могут найти себе места, разыскивая своих детей? И как быть с тем, что в другом мире безжалостное чудовище вот-вот готово уничтожить маленькую девочку, а вместе с ней и множество других людей? Поэтому – прочь мечты о покое! Нельзя расслабляться, пока дело не сделано!

Эти Володины мысли прервал голос Бергуса.

– Вижу, все собрались. Что же, давайте сообща подумаем, что можно сделать для этих детишек. Расскажи-ка им, паренёк, ещё раз, что с вами приключилось.

И Володя снова поведал всем о своих и Машиных злоключениях.

Потом один за другим заговорили жители деревни. Большинство из них уверяли, что с Крэккером сделать ничего невозможно, и в доказательство приводили разные жуткие истории.

– А взорвать вы его пробовали? – спросил Володя, выслушав уже не меньше десятка подобных рассказов.

Повисло молчание, а потом Бергус вполголоса спросил:

– Что значит – «взорвать?»

Оказалось, что в этом мире понятия не имеют ни о взрывчатке, ни об огнестрельном оружии. Больше того, выяснилось, что здешний народ вообще не умеет сражаться, даже охотятся очень редко. Только несколько стражников, охраняющих Двери в иные миры вооружены, да и то в их распоряжении только простые копья. Их главная задача – постоянно быть начеку и вовремя закрывать Двери перед незваными гостями. Всем остальным жителям этого мира больше был по душе мирный труд.

И Володя стал объяснять, что он имел в виду, говоря о взрывчатке.

– Маруська, только ты папе не рассказывай, я ему обещал, что не буду делать бомб. Честное слово дал. Но я и не буду сам делать, только людей научу.

Конечно, Володя и сам бы никогда не узнал, как делают эту самую взрывчатку. Но вот у его приятеля Сава имелся старший брат. И этот брат учился в университете на химфаке. Как-то раз, когда брата не было дома, друзья стали с увлечением листать студенческие учебники, заполненные удивительными формулами и мудрёными названиями. И вдруг наткнулись на интереснейший раздел. Чтобы со всем этим разобраться, решено было переписать главу из учебника, потом вернуть книгу на место, а уж затем приступить к увлекательным опытам. Но их поймали на месте преступления. Старший брат рассказал родителям об интересе мальчишек к запретной теме. Записи были изъяты и уничтожены, учебник куда-то спрятан, а после соответствующего внушения с ребят взяли честное слово, что они никогда впредь не будут делать никаких попыток взорвать что-нибудь.

Но, одно дело – для забавы, и совсем другое – ради благородного дела. Хороши бы были наши солдаты, если бы вышли на фашистов с копьями и мечами!

У Володи была отличная память, и он точь-в-точь запомнил всё, что было написано в учебнике. Но где взять компоненты, да ещё и в мире, где неведомы никакие огнестрельные орудия?

Сколько ни втолковывал Володя местным жителям, какие ему нужны вещества, они только переглядывались и недоуменно пожимали плечами. А мальчик и сам мало что знал о компонентах из учебника – только их названия! Ему не хватило знаний, и такая прекрасная идея, увы, оказалась неосуществимой.

Володя помрачнел и нахмурился. Кроме взрывчатки ему ничего не приходило в голову.

– Вот если бы был на свете какой-нибудь великан, и дать ему большой-пребольшой сачок, то он мог бы изловить этого Крэккера! – раздался в тишине голос сестры.

– Ну что ты сочиняешь! Какой великан? Какой сачок? Лучше помолчи, не мешай думать!

– А ещё, – невозмутимо продолжала Маша, – можно его на липучку поймать. Такую, которую баба Надя от мух на кухне вешает…

– А ведь девочка дельные вещи говорит, – вдруг поддержал Машу Бергус. Давайте-ка всё обдумаем!

Все разом заволновались, зашумели, и со всех сторон посыпались идеи и предложения.

– Да он своими зубами любую сеть в момент перекусит! – сказал кто-то (кажется, рыжебородый).

– Значит, надо сделать так, чтобы он не мог кусаться! – решительно заявил Володя. И я кое-что придумал!

И он поделился с жителями деревни своей идеей. Удивительно, но раньше такая простая мысль никому не приходила в голову. И у людей впервые зародилась уверенность, что чудовище можно победить. Но надо было сильно торопиться, и работа в деревне закипела. На улице в огромных котлах кипела смола, из кузницы раздавались удары молота и звон металла, в домах женщины плели огромные сети, а в печах жарились почти все деревенские куры, как будто готовился большой пир. В соседние деревни и городки поскакали всадники, чтобы доставить туда весть о грядущей битве с Крэккером.

К вечеру второго дня всё было готово. Вся деревня: и мужчины, и женщины, и старики, и дети – все были готовы идти на бой с Крэккером. Но на сходе решили, что отправятся на битву только самые сильные, ловкие и отважные мужчины. Дарита со слезами уговорила взять её с собой: ведь там могла быть её дочка, её Ярима. И все согласились с правом матери сражаться за своё дитя.

Володю с Машей брать тоже не хотели. Но Володя напомнил, что если бы не они, вообще не было бы этого похода. Тогда им разрешили побыть неподалёку.

Только как же столько человек смогут попасть в другой мир? А вот это как раз было несложно. Здесь имелась Дверь во все миры. Она тщательно охранялась от нежеланных посетителей, но пройти в неё при желании было можно. А Володе и Маше даже не придется тратить один переход через проводитель.

Сначала решено было послать в мир Крэккера разведчиков. Надо же было поподробнее узнать, как этот мир устроен, а не соваться туда, очертя голову. Володя и Маша рассказали селянам о том, что Крэккер, на которого они идут войной – Зеркальщик, что он умеет мастерить хитроумные ловушки, поэтому важно было в эти ловушки не попасть самим. А потом, вдруг они опоздали, вдруг чудище уже вернулось в свой мир, съело своих пленников и окуклилось? Увы, но тогда все их приготовления оказались бы бесполезны, а у Володи и Маши пропадала всякая надежда вернуться домой. И несчастные родители никогда бы больше не увидели свою Яриму.

В разведку вызвались двое: сам Бергус и молодой Альн. И Володя увязался с ними – куда же без него!

Разведка

Дверь перехода оказалась не близко, до неё пришлось добираться верхом. Поскольку Володя никогда не ездил на коне, Альн предложил посадить его впереди себя. Выносливый скакун, казалось, совершенно не ощутил двойной нагрузки. Да и, честно говоря, Альн с Володей вдвоём вряд ли весили столько, сколько мощный Бергус один.

Стража у двери перехода встретила их мрачно и настороженно. Они, конечно, уже прослышали, что горстка смельчаков решила покончить с Крэккером, но считали эту затею не только бесполезной, но и чрезвычайно опасной. Ещё ладно, если одни смельчаки погибнут (хоть и жаль их, но ведь сами так решили). А что, если чудовище сумеет ворваться в их мир и опустошит его? Открывать Двери в миры крэккеров, ох, как опасно!

Недовольно ворча, стражник подвёл разведчиков к воротам. Володя был очень удивлён, что местом перехода в другой мир здесь была не собственно дверь, и не ворота, и даже не дупло, а просто пространство между двумя деревьями. В просвете виднелся самый обыкновенный зимний пейзаж. Просвет был загорожен примитивным шлагбаумом – толстой жердью, лежащей на двух чурбаках. Стражник подхватил жердь и откинул её в сторону. Путь был свободен.

К разведчикам подошёл ещё один стражник, судя по тому, как он держался – главный.

– А что вас так мало? – вопросил он. Остальные, что, струсили?

– Мы проверить идём, что да как. А там уж решим, как лучше его одолеть, и в бой! Остальные скоро подтянутся, ждите.

Начальник стражи недоверчиво покачал головой.

– Что говорить, дело благородное. Да только не выйдет у вас ничего, не чета вам пытались. И где они теперь?

– С нами двое жителей закрытого мира. Они нам помогли много чего напридумывать.

– Детишки, – презрительно сказал стражник. – Какой от них толк?

– Не скажи… – ответил Бергус.

Володя тоже хотел возразить, но сдержался и промолчал.

– Значит так. Становитесь посредине. Держитесь за руки. Тот что в центре, называет место назначения. Все одновременно и быстро шагаете вперёд. Проход будет открыт на «раз-два». Потом закроется. А то вдруг эта тварь влезет! Обратно возвращаетесь только в том случае, если его там нет. А если Крэккер там, поступите как мужчины: встретьте свою погибель с достоинством и не показывайте чудовищу путь в наш мир.

Бергус кивнул, отдал свой посох Альну. Затем взял за правую руку Альна, а за левую Володю, произнёс:

– Мир последнего Крэккера, – и шагнул вперед, увлекая спутников за собой.

Володе показалось, что мир в одно мгновение из цветного сделался черно-белым. Уже не было перед глазами заснеженного леса и голубого неба. Всё пространство покрывала какая-то серая пушистая масса. Ноги разведчиков погрузились в неё выше щиколотки. Сначала Володе показалось, что это такой мох, но тут он услышал голос Альна:

– Надо же, всё, как есть, в паутине,

Володя хотел шагнуть вперёд, но Бергус, всё ещё крепко держащий его за руку, не дал сдвинуться с места.

– Ты куда, торопыга? Сам ведь рассказывал, что тварь хитрые ловушки строит! А чтобы в них добыча попадалась, наверняка их маскирует. Откуда ты знаешь, что там впереди под паутиной? Зря мы что ли посохи взяли? Прежде чем ступить куда-то, прощупать надо, что впереди. И давайте-ка сперва оглядимся.

Смотреть было почти не на что. Равнина, сколько хватало глаз, была равномерно покрыта унылой серой паутиной. Пейзаж оживляло только одинокое полузасохшее и кривое дерево.